Заточённые

      Гнетущее молчание. Такое густое, что его можно было резать ножом, если бы у них здесь были ножи. Или хоть что-то, кроме собственных неутешительных мыслей.       − Ну? − голос Кризалис прозвучал резко, разрывая тишину.       − Что «ну»? − отозвалась Коузи, явно не настроенная на угадайки.       − Что мы будем делать дальше?       − Если ты про то, чтобы попробовать новый способ сдвинуть этот камень хоть на миллиметр. − мрачно проворчал Тирек. − То нет. Мы ничего нового не придумали. Мы здесь навечно. Смирись.       − Я не про это. − отрезала Кризалис. − Я о том, что мы будем делать, когда… если… выберемся.       Коузи фыркнула:       − Далеко же ты заглядываешь. И что, по-твоему, там случится такого интересного?       − Я думаю… Пройдет, возможно, сто лет, а может, тысяча, если уже столько не прошло. Мир изменится до неузнаваемости. Те, кому мы так страстно желали отомстить, могут уже и не существовать.       − Ну, принцессы-то уж точно останутся. − с наигранной бодростью заметила Коузи. − Они, кажется, вечно живут.       − А если нет? − настаивала Кризалис. − Если найдется кто-то, кто окажется сильнее их? Кто сделает то, что не смогли мы?       Тирек нетерпеливо вздохнул, и звук этот подобен был скрежету камня:       − Слушай, можешь перестать говорить загадками и изложить прямо, о чём ты?       Кризалис замолчала на мгновение, будто собираясь с мыслями.       − Эх… Я хочу сказать, что уже не вижу смысла никому мстить.       В темноте воцарилась такая оглушительная тишина, что я чуть не поперхнулся своим собственным смехом. Вот это поворот!       − Как это? − не поверила своим ушам Коузи.       − А вот так. Единственная, кому я по-настоящему должна отомстить — это я сама себе. И, надо признать, я уже преуспела в этом на твердую пятёрку с плюсом.       − А как же… − попытался вставить Тирек, но Кризалис резко его оборвала.       − Не напоминай. И… эх… Та самая Эврифин Си, хоть и была невыносимой старухой, была права. Нет смысла вести войну, что давно закончена. Нет смысла мстить тем, кто является лишь бледными потомками тех, кто нас обидел. Хотя… − её голос дрогнул. − Даже осознавая это, легче от этого не становится.       − То есть. − голосок Коузи прозвучал с наигранным непониманием. − Ты намекаешь, что мы должны… просто смириться с прошлым?       − Я думала, вы уже это сделали. − парировала Кризалис с лёгкой усмешкой.       − Это было больше похоже на способ не сойти с ума от безысходности. − мрачно проворчал Тирек. − А не на смирение.       − Да-да, конечно, продолжайте врать сами себе. − язвительно протянула Кризалис. − Особенно ты, Лонли.       − Эй! − возмутилась Коузи.       − Я к чему это всё. Всё это время нами двигала слепая, ярая жажда… и даже не наша собственная.       Тирек фыркнул:       − Ну-ка, поясни, оракул.       − Мной двигало желание защитить своих детей. Но оно переросло в ненависть ко всем пони, которые сами боялись за своих жеребят. Мир изменился. Пони изменились. А я — нет. Тирек — тобой двигало желание доказать что-то отцу, который хотел от тебя идеального короля. Но тобой же манипулировал твой наставник Сендак, у которого, возможно, были свои причины… а может, и нет. Я не знаю. Ну а Коузи… − она сделала театральную паузу. − Здесь и думать нечего. Ты просто поддалась на провокацию. Тебя называли лгуньей так часто, что ты сама, сама того не ведая, поверила в этот образ и стала его совершенствовать.       В темноте повисло молчание.       − Теперь это звучит так, будто это мы сами виноваты в том, что нас обидели. − наконец проговорила Коузи, и в её голосе слышалась обида.       − И да, и нет. − тихо, почти шёпотом, ответила Кризалис. − Я тоже долго ломала над этим голову. Но в итоге поняла… Поняла, что продолжать нести этот груз — просто не стоит того.       − Просто взять и забыть прошлое? − Тирек произнёс это с таким скепсисом, будто ему предложили сдать свою магию.       − Нет, конечно. − парировала Кризалис, и в её голосе вновь зазвучали нотки привычного превосходства. − Как тогда анализировать настоящее и будущее, болван?       − А вот это было обидно. − проворчал Тирек, но уже без былой злобы.       − И опять мы идём по кругу. − вздохнула Кризалис. − Давайте по новой. Начнём с меня. Моей целью было воспитание детей, желание дать им лучшую жизнь. Раньше я видела это лишь в виде захвата Эквестрии и мести за прошлые обиды. Но когда пришла эта… Старлайт, чтоб её… − она с трудом сдержала ругательство. − …и сделала то, чего не смогла я. Я просто обиделась. Вот и вся моя великая мотивация. Мои дети счастливы без меня, а я — нет. И я тащу за собой эту обиду, как камень на шее. Если подумать — никакого смысла в моей дальнейшей борьбе не было.       Она сделала паузу, давая осознать масштаб своего краха.       − Тирек. Ты хотел стать кем-то, но не королём. Ты хотел доказать, что достоин… чего? Сам не знал. А потом тебя поглотила ярость за бесцельно потраченные годы. Да, их не вернуть. И вместо того, чтобы наконец выбрать свой путь, ты решил завладеть целым миром, чтобы доказать что-то призраку своего отца. Но доказывать-то уже некому. И твоя борьба столь же бессмысленна.       И наконец, её «внимание» обратилось к самой маленькой заключённой.       − Коузи… Детская жестокость порой куда страшнее взрослой. Да, с тобой поступили несправедливо. Но сбежав, ты не стала им вопреки. Ты продолжила их мысль. Ты стала той самой лгуньей, коей тебя считали. По факту, ты все эти годы лишь доказывала их правоту, а не свою. И вновь — бесцельная цель.       После этих слов Коузи и Тирек замерли, вновь по-настоящему, осознав всю абсурдность того, что они так яростно отстаивали все эти годы.       − И… что нам теперь делать? − тихо спросила Коузи, и в её голосе не было ни намёка на привычную хитрость, лишь растерянность.       − Вот это я и пытаюсь понять… − так же тихо откликнулась Кризалис.       Тирек тяжко вздохнул, и звук этот был похож на скрип давно не использовавшихся механизмов.       − Прозвучит, конечно, бредово, но… может, начать новую жизнь?       − Новую… − начала Кризалис.       − …жизнь? − закончила за неё Коузи.       − И действительно, почему бы и нет? − Тирек, к собственному удивлению, начал набирать энтузиазм. − Нас считают злодеями. А мы возьмём и станем… новыми, хорошими…       − …Друзьями… − произнесла Коузи, и тут же фыркнула. − Мда.       − Как же жалко и нелепо это звучит. − прошептала чейнджлинг − То, от чего мы так яростно отрекались, от этой их волшебной дружбы… И вот мы сидим в кромешной тьме и всерьёз обсуждаем, как нам стать «хорошими».       − А я не против. − вдруг просто сказала Коузи. − Всё же… вы мне и правда стали друзьями. Настоящими.       − Ой-ей. − фальшиво сокрушился Тирек. − Ну как теперь я могу отказать? А если серьёзно…то я не вижу проблем. И, как ты говорила, Кризалис, моей целью было делать то, что нравится мне… Пожалуй, я хочу занятся чем-нибудь другим. Чем-то новым. Без бесполезной мести.       − Раз уж это я начала разговор. − Кризалис сдалась с поистине королевским достоинством. − Да и другого смысла у меня не осталось… то почему бы и не найти новый. Становится так становится друзьями.       − Скрестим копыта? − радостно предложила Коузи.       Тирек недоумённо хмыкнул:       − Интересно, как?       − Ну, конечно, не физически! − рассмеялась она. − Просто скажи: «Скрестим копыта».       Кризалис первой нарушила паузу, и в её голосе прозвучала твёрдая, новая нота:       − Скрестим копыта.       − Скрестим копыта. − чуть грубовато, но искренне поддержал Тирек.       И так, в гнетущей пустоте моей великолепной тюрьмы, под аккомпанемент вселенской иронии, началась их новая жизнь.