☆
15 августа 2025 г., 18:35
Примечания:
Уже третий раз выкладываю что то в отпуске лол (спасибо впну который работает с мобильным интернетом)
Холодная вязкая жидкость медленно стекает по трубе, оставляя пространство для воздуха. Кислород неприятно обжигает легкие и острый приступ кашля заставляет тело содрогнуться. Остатки жидкости делают шерстку противно липкой, но Шэдоу совершенно не обращает на это внимания.
Кажется этот бесконечный сон полный кошмаров закончился. Неужели они настолько бесстрашные, что готовы рискнуть возобновить эти жестокие опыты.
Перед ним стоит на корточках незнакомый человек в джинсах и черной водолазке, с перчатками на руках, мягко улыбаясь. Шэдоу прижимается к стеклу, боязливо смотря на мужчину. У него совсем нет сил, ни капельки энергии хаоса — ублюдки из GUN действительно постарались обессилить его.
— Все в порядке, я не причиню тебе вреда, — слышит Шэдоу, когда стекло поднимается. Он… свободен? — Пойдем, ты наверное голоден.
— Не подходи, — глухо рычит ёж, едва ли чувствуя свои конечности. — Я не дамся живым на эти чертовы опыты, вы убили ее. Я умру но заберу с собой так много ублюдков, как смогу.
— Никаких опытов, малыш, — голос звучит мягко, настолько, что часть его хочет верить этим заманчивым словам. — Я не из GUN. Дети не объект для экспериментов, я действительно хочу освободить тебя. Когда почувствуешь себя лучше, можешь уйти. Если захочешь, — добавляет он также мягко.
— Я могу разорвать тебя на части в любую секунду, — Шэдоу не двигается, предупреждающе скаля острые зубы.
— Хорошо, — легко соглашается мужчина. — Но давай для начала уйдем отсюда и приведем тебя в порядок.
Когда его поднимают на руки, Шэдоу не дергается. Попросту не может. Он все еще смотрит с явной угрозой во взгляде, но мужчина лишь осматривается по сторонам, кидая странное кольцо себе под ноги. Место начинает светиться и Шэдоу все таки жмурится, чувствуя, как этот блеск жжет глаза.
Веки настолько тяжелые, словно их залили свинцом.
***
Когда он открывает глаза, мир вокруг взрывается ярким калейдоскопом. Синий. Желтый. Красный. — Он очнулся! — новый, звонкий, слишком громкий голос раздается прямо над ухом, заставляя прижать уши к макушке. — Соник, — этот голос Шэдоу узнает. Мягкий, почти заботливый. — Дай ему прийти в себя, — мужчина подходит к нему, заглядывая в глаза. — Как ты себя чувствуешь, приятель? — Что вам от меня нужно? — рычит Шэдоу, мгновенно подскакивая и забиваясь в угол дивана, игнорируя резкую боль во всем теле. — Кто ты? — Человек, который не может пройти мимо ребенка, с которым ужасно обошлись, — просто отвечает мужчина. Ребенка. Шэдоу никогда не сравнивали с ребенком: он был монстром и объектом исследования в глазах ученых, не более. — Моя жена врач, — продолжает он, вновь садясь на корточки и смотря на Шэдоу снизу вверх. — Позволишь осмотреть себя? — Пусть только попробует подойти, — рычит Шэдоу, скалясь. — Чувак, — звонкий голос раздается совсем близко. Синий еж — почти такой же, как он — кладет голову на подоконник, чуть щуря зеленые глаза. — Пожалуйста, не надо угрожать моей маме. Она просто посмотрит, все ли с тобой в порядке после этой ужасной штуки, из которой мы тебя вытащили. Шэдоу продолжает недоверчиво смотреть на человека рядом, но в конце концов кивает, решаясь довериться этому искрящемуся весельем ежу. Женщина одаривает его той же мягкой и доброй улыбкой, осторожно подходя к нему с небольшой сумкой. — Привет, меня зовут Медди. Позволишь осмотреть тебя? Я хочу убедиться, что у тебя нет никаких ран. Могу я дотронуться до тебя? — Да, — тихо отвечает Шэдоу, не отрывая от нее взглядом. На удивление Медди касается его совсем бережно, словно он сделан из самого хрупкого стекла. Она проговаривает каждое действие и постоянно спрашивает разрешения, чем совершенно сбивает Шэдоу с толку. Так добра к нему была только Мария. Мэдди даже отводит его в ванную, помогая смыть остатки той противной, склизкой жидкости с шерсти, перебивая лавандой запах стазиса. Шэдоу узнает, что мужчину зовут Том, а цветастую компашку — Соник, Тейлз и Наклз. Мэдди промакивает густую шерсть мягким полотенцем. Не то, чтобы пару ласковых слов и улыбок заставили бы его довериться этим людям. Весь ужин Наклз хмуро смотрел на него, а Соник — тот самый звонкий голос — не умолкал даже когда клал еду в рот. Лисенок же не отрывался от странного устройства, зачем-то нажимая на экран. — Спасибо за ужин, — негромко говорит Шэдоу, чувствуя непривычную тяжесть в животе. — Было вкусно. — Я уничтожил все возможные записи с камер, — подает голос лис, отрываясь от своей штуковины. — Надеюсь они подумают на Эггмана. — Отличные новости, приятель, — Том хлопает его по макушке и Тейлз счастливо улыбается, поднимая уши. — До сих пор не могу поверить, что они заперли ребенка в этой ужасной камере. — Мы толком не познакомились! — перебивает Соник, поворачиваясь к ежу. — Как тебя зовут, другой ёж? — Шэдоу. Почему ты такой болтливый? — Не успеваешь за моим потоком речи, — громко смеется Соник. — Не волнуйся, мало кто может угнаться за самым быстрым ежом в мире. — Я быстрее, — пожимает плечами Шэдоу, не замечая улыбок со стороны Тома и Мэдди. — Едва ли ты способен угнаться за мной. — Не думаю, — Тейлз встревает, наматывая спагетти на вилку. — Соник действительно быстр. — Как насчет того, что вы устроите гонку утром? — предлагает Том, смотря на ежей. Двух гиперактивных ежей этот дом точно не выдержит. Шэдоу приходится согласиться: он не видит смысла спорить о таких глупостях, он может достигать скорости звука, этот еж наверное однажды обогнал велосипед и думает, что он быстрый. Мэдди стелит ему на диване: гостевая комната кажется слишком тесной, словно он снова оказался запертым посреди океана. Едва ли он сможет уснуть посреди потенциальных врагов.***
Соник просыпается на рассвете, нетерпеливо спускаясь в зал. Какой-то еж действительно хочет обогнать его? Все равно, что улитка захочет быть быстрее гепарда. К счастью Шэдоу уже не спит. Он молча приветствует синего ежа, поднимаясь с дивана. Сейчас этот ёж узнает, что такое настоящая скорость. — Не обижайся, когда будешь глотать пыль, — весело смеется Соник, потягиваясь. — Можешь просто бежать за мной, путь не важен. — Даже попутный ветер не донесет пыль от тебя, — ухмыляется Шэдоу. — Ты останешься далеко позади. — Мечтай! На счет три… — Три. Шэдоу ухмыляется, срываясь с места. Он бежит куда глаза глядят, ощущая небывалую свободу. Он действительно может просто взять и побежать вдоль высоких деревьев, не ограничиваясь полигоном. И на удивление Соник не отстает. — Отпад! Ты почти такой же быстрый, — довольно заключает он. — Там впереди поляна, до нее и домой. Кто первый, тот победит. Проигрывать этому наглому ежу совсем не хочется. Шэдоу ускоряется, вдыхая запах хвойи, оставляя ежа позади. Соник наслаждается гонкой, иногда выкрикивая что-то бессмысленное. На лице Шэдоу легкая улыбка и он кажется действительно счастливым. Вызвать его на гонку было лучшим решением. Шэдоу был достойным соперником и, к ужасу Соника, обгонял его на пол шага. Немыслимо. Соник даже готов признать поражение, когда Шэдоу приходит первым: тот улыбается, больше не выглядя, как зашуганный котенок. Этот еж просто невероятный. — Ты крут, чувак! — смеется Соник, смотря как Шэдоу приглаживает взъерошенные иголки. — Ты тоже ничего, другой еж, — Шэдоу хмыкает, возвращаясь в дом. Соник был тяжелым противником. — Почти угнался за мной. Соник наигранно оскорблено хмыкает, утягивая другого ежа на кухню. Шэдоу и правда очень очень невероятный, и то, как с ним обращались раньше — просто ужасно. Сонику страшно подумать, что если бы не Том, его жизнь могла сложиться так же.***
Когда Тейлз впервые нашел информацию о проекте Тень, он просто не смог ее проигнорировать. Инопланетный ежик, над которым проводили опыты больше пятидесяти лет назад, а потом оставили в стазисе, как ненужную, но чертовски дорогую вещицу. Судя по записям на тот момент Шэдоу было около тринадцати. Конечно, признаваться, что он не самым легальным способом получил доступ к засекреченным данным, не очень хотелось, но идти в одиночку было еще опаснее: даже если GUN не следили за ними так тщательно после победы над Эггманом, стоило перестраховаться. Том молчаливо читал документы, не зная, что и сказать. Это было бесчеловечно и жестоко, нельзя было просто забыть об этом, как о кошмарном сне. — Вы не пойдете туда, — наконец заключает Том, осматривая своих детей. — Будет безопаснее, если я проберусь незаметно, Соник, Наклз, ключевое слово незаметно, и мы уйдем через портал. — Он может быть агрессивным и навредить тебе, лорд пончиков, — протестует Наклз. — Едва ли он будет способен идти сам, — задумчиво произносит Тейлз. — Это действительно самый лучший вариант. Тем более, ну.., — он замолкает, подбирая слова. — Нужен кто-то, кто, ну… будет взрослым, которому можно довериться. — Мне приходилось работать с детьми после травмирующих событий, — подтверждает Том. — Тем более вы будете прикрывать тылы. И даже Сонику приходится согласиться. Как бы ему не хотелось ворваться в эту тюрьму — хаос, они действительно посадили ребенка в клетку — целый военный отряд на пороге их дома был бы серьезной проблемой. К счастью, у Тейлза была точная фотография места, где находился ёж. Не желая привлекать лишнего внимания к Ваковски, он одолжил пару роботов Эггмана, устроив шум в отдалении от места, где держали ежа. Поначалу все шло идеально: почти все охранники сбежались на шум, оставив всего двух для присмотра за камерой. Немного усыпляющего газа и они уже дремали в офисных стульях с завязанными глазами. Но уговорить Шэдоу оказывается задачей со звездочкой. Слышать, как он грозится убить себя действительно страшно, но Том старается убедить его, что тот в безопасности. Никаких опытов. Никаких кандалов. Том не обращает внимания на угрозы, хоть и понимает, что это не пустые слова, но лишь бережно поднимает ежа, чувствуя, как тот дрожит в его руках. Его просто невозможно винить в недоверии и настороженности, но от животного ужаса, плескающегося в алых глазах, у Тома сердце обливается кровью. Дом встречает его звенящей тишиной. Даже Соник стоит в оцепенении, не замечая, как скалится от услышанного. Ему тяжело даже думать о том, через что прошел этот еж, так похожий на него. Но трудности, кажется, только начинаются. Шэдоу рычит и скалится, словно чувствует себя загнанным в угол, и Соник решается вмешаться. Кто как не еж сможет понять другого ежа. Шэдоу подпускает к себе Мэдди, но даже за ужином остается настороже. Глупая идея с соревнованием оказывается действенной. Соник — один, жестокие ученые — ноль.***
За завтраком Шэдоу выглядит чуть более расслабленным, но не перестает наблюдать. Соник и Наклз были бы непростыми противниками, а вот остальные трое едва ли представляли угрозу. Но даже так Шэдоу не может позволить себе уснуть. Под конец недели он едва ли может найти в себе силы, чтобы встать с дивана. Энергии хаоса все еще недостаточно, чтобы держать его тело на плаву, да и большую часть он тратил на гонки с Соником. — Малыш, тебе действительно стоит поспать, — мягко говорит Том, вновь обнаруживая его бодрствующим рано утром. — Я в порядке, — тихо огрызается Шэдоу, отворачиваясь. Он должен быть готов, когда ему снова попытаются воткнуть в спину нож. — Я понимаю, что тебе все еще тяжело довериться нам, особенно после произошедшего, но- — Марие было двенадцать, когда они убили ее, — глухо рычит Шэдоу. — У меня нет гарантии, что вы не такие же. Эти глупые клички не изменят моего отношения. — Ты хочешь поговорить об этом? Терять близких всегда очень больно, — предлагает Том, осторожно садясь на другой край дивана. — Но это не значит, что ты должен проживать эту боль в одиночестве. Шэдоу не отвечает. Он прячет лицо в подлокотнике, чувствуя, как слезы подкатывают к глазам. Марии больше нет и он даже не имел возможности попрощаться с ней. Том, этот надоедливый человек, кладет ладонь ему на макушку, бережно гладя его по голове. Прикосновение теплое и нежное, как будто он и правда имеет в виду именно это. — Соник говорит, что объятия помогают ему, когда он особенно чувствует боль от утраты Длинного Когтя. — Обойдусь, — фыркает Шэдоу, опуская уши. — Разве тебе не нужно на работу? — Мы все волнуемся за тебя. И если тебе нужно поговорить — мы рядом. — Спасибо, — тихо бросает Шэдоу, сползая чуть вниз на диван и сворачиваясь клубочком, оставляя наружу лишь острые жесткие иглы. Усталость накрывает его с головой. Ему снится Мария, жизнерадостная и катающаяся на роликах по лаборатории. Она весело смеется и берет его за руки, не переставая улыбаться. Они крутятся в глупом танце без музыки, пока вдалеке не раздаются выстрелы. Мария растворяется прямо у него на глазах, а к горлу подкатывает ком. Снова эта клетка из которой не выбраться. Шэдоу хочет проснуться. Открыть глаза и увидеть эту цветастую компашку, этих людей, смотрящих на него с мягкой улыбкой, но вокруг него лишь беспросветная темнота. Неужели свобода тоже была сном? Теплые рассветные лучи пробиваются сквозь жалюзи, освещая зал приятным золотистым светом. Шэдоу резко вскакивает, оглядываясь по сторонам и с облегчением обнаруживает все тот же диван. Все те же стены и тишину утра, нарушаемую лишь пением птиц. Не думая, он выскакивает из дома, направляясь в густой лес. Остатки кошмара все еще оседают где-то под сердцем и он бежит, не разбирая дороги, надеясь проверить, что он больше не заперт. Что он больше не в стеклянной трубе в настоящей тюрьме. Когда дышать становится легче, он позволяет себе остановиться на склоне, поднимая голову к нему. Солнце уже совсем высоко и начинает припекать. И до сих пор он не встретил ни единой стены. Он хочет уже возвращаться домой, но понимает, что не знает, откуда пришел. Он, черт возьми, заблудился. Хотя Том и обещал ему, что Шэдоу может уйти, когда захочет, уходить совсем не хотелось. Ему нравились эти бессмысленные соревнования с остальными, нравилось нарезать круги вокруг леса и чувствовать себя свободным, бегая с Соником наперегонки. Оставаться в одиночестве больше не хотелось. Когда солнце уже клонится к закату, начинается сильный дождь. Шэдоу прячется под густым деревом, зябко обнимая себя за плечи. — Далеко же ты убежал, приятель, — доносится радостный голос Соника совсем рядом. — Еле нашел тебя, — заключает он, плюхаясь рядом на мокрую траву. — Неужели тебе настолько не понравилось у нас, что ты уже уходишь? — Я.., — Шэдоу стыдливо опускает уши. — Мне приснился кошмар, я решил выйти на пробежку, а когда солнце уже поднялось высоко, понял, что не помню, куда идти, — признается он. — Тогда пойдем, — Соник протягивает ему ладонь. — Тебе явно не помешает горячая ванна. Они возвращаются домой глубоко за полночь. Мэдди обеспокоенно подходит к Шэдоу, мягко обнимая его. Соник продолжает держать его за руку и впервые Шэдоу кажется, что он действительно в безопасности. Горячая ванна приятно согревает и Шэдоу на этот раз даже не возражает против компании. С такой короткой шерстью Соник явно продрог до костей, пока бегал под дождем. — Извини, что убежал, — негромко говорит Шэдоу, опуская голову. — Мне просто показалось, что я снова заперт и… — Спасибо, что вернулся, — Мэдди качает головой, сонно улыбаясь ему. Шэдоу засыпает на уютном диване, чувствуя небывалое спокойствие. Этой ночью ему ничего не снится. Утром на кухне лениво кипит жизнь. Соник почти засыпает над тарелкой с оладьями, но увидев Шэдоу бодро улыбается, отодвигая стул рядом с собой. — Доброе утро, — Шэдоу внимательно оглядывает всех, ожидая взглядов полных упрека. — Извините, что вчера убежал. — Все в порядке, мы рады, что ты решил вернуться, — Том хлопает его по голове, улыбаясь. — Добро пожаловать домой, ежик Шэдоу.***
Жить с семьей Ваковски было здорово. Нет, правда, о нем заботились, при этом никогда не давили и терпеливо ожидали, когда Шэдоу сам пойдет навстречу. Когда появится почти перед рассветом на пороге спальни, дрожащим голосом рассказывая об очередном кошмаре. Когда вместо того, чтобы голодным взглядом смотреть в сторону кухни, попросит чего-нибудь пожевать перед обедом. Когда захочет переехать с дивана на чердак с остальными и с радостью согласится присоединиться к вечеру кино или настольных игр. Когда поединки с Наклзом и гонки с Соником станут почти привычным распорядоком дня. Когда Шэдоу будет считать их семьей. — Более впечатляющий еж! — Наклз смотрит на него с ухмылкой. — Давай сразимся! Сегодня я точно докажу свое превосходство! — Ты проиграл мне семнадцать раз подряд, — пожимает плечами Шэдоу, откусывая свою тортилью. — Неужели так нравится вкус поражения? — Я величайший воин во вселенной! Я должен доказать свой титул! — Сегодня очередь гонки! — протестует Соник. — По крайней мере у нас с ним не такой большой разрыв в счете! — Тейлз попросил моей помощи с каким-то двигателем. Не сегодня. Лис довольно кивает, показывая язык и смотря на братьев: сегодня этот впечатляющий еж проводит время с ним. Тем более, что Соник и Наклз постоянно находили причины, чтобы улизнуть от «скучной работы с железками». Шэдоу согласился без раздумий и, как оказалось, кое-что уже знал про двигатели и механику. Он вообще был поразительно хорош в физике и математике! Хотя на удивление с письмом и чтением все было даже хуже, чем у Наклза. Шэдоу свободно говорил на английском, даже использовал заумные термины, но простая записка на холодильнике вводила его в ступор. Но жизнь все равно продолжала течь своим чередом и все было нормально. Единственной проблемой был Соник, почти не отлипающий от Шэдоу. Тот казался слишком воодушевленным присутствием черного ежа. Не то, чтобы Шэдоу был сильно против. Они даже однажды подрались из-за какой-то глупости, свалившись с высокого обрыва. Перепугавшись, Шэдоу прижал Соника к себе, приняв весь удар на себя. Разодрал себе всю спину, скатываясь по каменистой земле, но зато буквально спас Соника от сильных травм. — Ты идиот, — вздыхает он, когда они наконец останавливаются у подножья обрыва. — Надо, наверное, следить, куда катишься. Шэдоу сморщил лицо, чувствуя, как кровь медленно текла по лбу тонкой струей. Спину невыносимо жгло, но в целом он был в порядке. — Нужно срочно показать тебя Мэдди! — испуганно воскликнул Соник, замечая кровь. — Мне так жаль, Шэдс! — Жить буду, — фыркает Шэдоу, чувствуя, как гудит в висках. — Только переведу дух. Из-за этой драки их обоих наказали на две недели. Целых две недели дома! Можно же умереть со скуки. Хотя обмотанный почти как мумия Шэдоу оказался весомым аргументом. У него было легкое сотрясение и израненная почти до мяса камнями и ветками спина. Сонику правда было жаль.***
И все было хорошо, пока на горизонте не показались до неприятного знакомые роботы. Эггман. В настоящем бою Шэдоу был совершенно безжалостным — видимо до сих пор он не выкладывался на все сто процентов в драке с Наклзом — и превращал роботов в кучу металлолома одного за другим. Он был великолепен. — Шэдоу. Незнакомый голос заставил ежа замереть. Соник бегло огляделся по сторонам, понимая, что это не Эггман. — Ты забыл свое место. Хочешь, чтобы еще кто-то пострадал потому что ты эгоистичный ребенок? — Не перекладывай на него ответственность, — без раздумий вмешивается Том. — Это ты выбрал путь бессмысленного насилия, не он. — Он должен был оставаться в стазисе, чтобы я использовал его энергию для уничтожения планеты наполненной идиотами, а не играть в новую семью, — Шэдоу испуганно замирает и Том буквально видит, как единственное — и до ужаса неправильное — решение приходит этому ребенку в голову. — О, только попробуй тронуть Шэдоу! — Соник закрывает его собой, слыша грозное рычание Наклза неподалеку. — Я уничтожу каждого робота, которого ты пришлешь, Эггман номер два, а затем доберусь до тебя и заставлю взять обратно каждое слово. — Номер два? Синее недоразумение, не смей сравнивать меня с этим жалким отпрыском. Он пошел на попятную стоило услышать план, он не достоин носить фамилию гения. — О-кей, чувак, это странно, — заключает Соник, не отводя взгляд от роботов. — Что за семейная драма? Шэдоу продолжает смотреть на искрящиеся синие иглы, прекрасно понимая, что из-за него эта семья в опасности. — Тебе так нужен я? — произносит Шэдоу с фальшивой уверенностью. — Мария точно никогда не хотела бы этого. — Если бы не ты, она могла прожить хорошую жизнь! Ты убил ее! Все напускная уверенность тут же исчезает. Шэдоу опускает взгляд, вспоминая один из недавних кошмаров. Он уже не слышит ни звуков битвы ни взволнованного голоса Тома. Мария умерла из-за него и теперь ни в чем неповинная семья тоже пострадает. Профессор явно не оставит их в живых, тем более, что его желание уничтожить Землю явно не пустой звук. Ему стоило умереть вместе с Марией на пыльном полуразрушенной базы. Соник яркий как солнце. Он уничтожает роботов так быстро, что даже Шэдоу едва может проследить за ним взглядом. Наверняка ему хватит сил прикончить и ежа, который принес с собой одни разрушения. — Не смей даже думать о таком, — впервые Том звучит серьезно, без осторожной мягкости в голосе. — Ты не виноват в том, что сейчас происходит, — он крепко сжимает плечи Шэдоу, смотря прямо в глаза. — Мы — семья, и мы тебя не бросим разбираться со всем в одиночестве. — Вы в опасности из-за меня. — Не из-за тебя. Из-за чокнутого ученого с раздутым эго. Мы справимся, я обещаю, — он кладет ладонь Шэдоу на голову, ободряюще улыбаясь. — Не первый раз. И Шэдоу осторожно кивает, поджимая губы. Они все сражаются за него, пока он просто стоит в стороне и льет слезы. Он должен быть одним из первых, кто защищает эту семью. Соник приземляется в полуметре от них, сияя ярче любой звезды. Повсюду лишь горы металлолома и больше ничего. Соник крепко обнимает его, сжимая едва ли не до треска костей. — Пожалуйста, не жертвуй собой, даже не думай о таком. Мы справимся, правда справимся. — Извини. Я просто не хотел, чтобы вы пострадали. — Нам правда было бы больно, если бы ты погиб, — шепчет Соник, пряча лицо в пушистом плече. — Мы все дорожим тобой. — Спасибо.***
Но с того дня что-то ломается в Шэдоу. Он становится еще тише обычного и даже отказывается от гонки из раза в раз. Соник старается изо всех сил, но Шэдоу выглядит как тень себя прежнего. Кажется он все еще думает о смерти. Он снова возвращается на диван, едва ли спит и почти не ест. Шэдоу тает на глазах и никто не может ничего сделать. Когда на пороге появляются военные из GUN, Шэдоу молчаливо выслушивает все обвинения и просто сдается. Женщина грубо хватает его за предплечье и тащит за собой. Шэдоу не сопротивляется. Соник слышит слова «ликвидировать» и «в кратчайшие сроки» и кажется забывает как дышать. Шэдоу не заслужил этого. Почему он должен жертвовать собой? Почему он должен умирать. — Что здесь происходит? — вернувшийся с работы Том недовольно смотрит на солдат, надевающих огромную конструкцию на шею Шэдоу. — Ликвидация угрозы первого уровня, — спокойно отвечает женщина, словно говорит не об убийстве, а о разборе старой модели двигателя. — Чертовы Роботники угроза первого уровня, когда вы уже поймете, что дети здесь не причем, — сквозь зубы проговаривает Том. — Отпустите его. Немедленно. — Объект обладает опасным количеством энергии хаоса, он- — Вашей целью должен быть новый Роботник, а не ребенок, который даже не сопротивляется. — Все в порядке, мистер Ваковски, — вежливо улыбается Шэдоу. — Так будет действительно лучше. Извините, что принес столько проблем, и спасибо, что позволили почувствовать себя частью вашей семьи. Том правда пытается сделать хоть что-то, но вооруженные до зубов солдаты валят его на траву, впечатывая в землю. Шэдоу увозят на казнь. Жизнь больше не продолжается. Соник рыдает до хрипоты, понимая, что не сделал абсолютно ничего. Его братья стоят, виновато опустив головы: их не было рядом и они не смогли спасти Шэдоу. Том и Мэдди выглядят подавленными, но стараются хоть как-то успокоить своих детей. Шэдоу не пробыл на свободе даже трех месяцев. — У нас есть изумруд хаоса, — уверенно заявляет Наклз. — Я считаю это более чем достаточный мотив, чтобы его использовать. Но тебе нужно успокоить бурлящий океан в своем сердце, еж. — Ликвидировать. — Тихо говорит Соник. — Они собираются ликвидировать его в кратчайшие сроки! Как будто они не говорят о живом существе! — Тогда нужно поторопиться. Уверен, ты это умеешь. Соник не знает, что сказать. Он крепко обнимает брата и уносится прочь за изумрудом. Он спасет Шэдоу, а потом выбьет из него всю эту суицидальную дурь. Том смотрит ему вслед, едва ли скрывая чувство вины во взгляде. — А мы пока разберемся с новым Роботником, — заключает он.***
Держать энергию изумруда в узде оказывается на удивление сложно. Соник чувствует, как она бурлит кипящим вулканом внутри него, вспоминая слова Наклза. Но он действительно не может успокоить отчаяние в своем сердце: потерянный час уже может стоить Шэдоу жизни. Он молит изумруд, чтобы тот перенес его к Шэдоу, но внезапно он оказывается в темной камере без единого окна. Они снова заперли Шэдоу в клетке. Яркий золотистый цвет освещает камеру и Соник с ужасом замечает Шэдоу, закованного в тяжелые металлические кандалы и лежащего на полу. — Уходи, Соник. Я не хочу, чтобы твоей семье причинили вред. — Ты моя семья! — взрывается еж, едва ли сдерживая эмоции. — И тебе делают больно! Сирена заглушает тихий ответ Шэдоу. Соник срывает с него кандалы, поднимая на руки и молясь, чтобы тот не пострадал от энергии изумруда. Но там, где он касается Шэдоу, черная шерстка начинает сиять, словно он впитывает эту энергию. — Они вернутся за мной, это бессмысленно. — Я вытащу тебя столько раз, сколько понадобится. Неужели Мария хотела бы, чтобы ты умер здесь, на холодном сыром бетоне? — Соник знает, что играет грязно, и, кажется выбирает совсем провальную тактику. — Мне стоило умереть вместо нее, — едва слышно говорит Шэдоу. — Она погибла из-за взрыва моей энергии хаоса. — Как насчет того, чтобы жить ради нее?! — кричит Соник, слыша шаги солдат за дверью. — Она наверняка хотела, чтобы ты был счастлив, а не умирал просто за то, что существуешь! Скажи мне, что хочешь жить! Что хочешь увидеть снег, а потом радоваться теплой весне! Что хочешь смотреть на облака и видеть в них причудливых животных! Что хочешь вернуться к семье! — Хочу, — одними губами произносит Шэдоу, чувствуя горячие слезы на щеках. — Тогда даже не смей больше думать о смерти! Соник чувствует, как его силы медленно утекают. Он сосредотачивается, чтобы перенести их обратно, пока Шэдоу не передумал. Изумруд слышит его: темная холодная камера сменяется свежестью леса. Они дома. Он успел спасти Шэдоу. Острожно, словно это может поранить Шэдоу, он кладет ладонь тому на грудь, сосредотачиваясь на энергии изумруда. Шэдоу определенно станет лучше, как только его энергия восстановится. Непроглядная тьма сменяется белым золотом и Соник не может оторвать взгляд. — Нужно найти Эггмана номер два, — Соник садится рядом, прислоняясь плечом к Шэдоу. — А потом я тебе врежу, чтобы ты даже не думал о том, чтобы жертвовать собой. — Ну попробуй, — на лице Шэдоу впервые за долгое время появляется дерзкая улыбка и Соник отвечает широкой улыбкой, чувствуя себя самым счастливым ежом на планете. Однако разобраться с Роботником номер два они не успевают: кажется остальные уже успели справиться с ним. Том разговаривал на повышенных тонах с командором Тауэром, и судя по насторожившемуся Шэдоу, тот узнал этого человека. — Шэдоу! — Мэдди удивленно охает, смотря на него. — Ты в порядке? — Да, энергия изумруда исцелила большую часть травм. — Господи, я так за тебя беспокоилась, — она тянется с объятиями, но замирает, не решаясь притронуться. — Ты сейчас так же горяч, как настоящая звезда, — шепчет Соник, смотря на замешательство ежа. — Буквально кстати. Шэдоу кивает, позволяя энергии изумруда покинуть его тело. Белое золото вновь сменяется непроглядной ночью. Мэдди осторожно, но крепко обнимает его, и Шэдоу слышит как быстро стучит ее сердце. Кажется он опять ошибся в своих суждениях, но теперь он точно сделает все правильно. Он обнимает Мэдди в ответ, пряча лицо в ее мягком свитере. Объятия теплые и вскоре к ним присоединяются и остальные. Шэдоу чувствует множество рук и растворяется в этих объятиях. Мария была его самой яркой звездой и он пронесет этот свет через года. Негромкое покашливание заставляет их распустить объятия. Шэдоу недовольно и, чего уж скрывать, недоверчиво смотрит на Тауэра, хмурясь. — Еж Шэдоу, — начинает тот, игнорируя хмурый взгляд. — Я хочу принести свои официальные извинения. Мы поместили тебя в стазис, думая, что ты слишком опасен, чтобы оставаться в сознании, но и слишком… слишком дорогой проект, чтобы избавляться от тебя. Мы никогда не думали о тебе, как о ребенке, которому нужна поддержка и забота. Мне жаль, — искренне, действительно искренне говорит он. — Даю слово, что этого больше не повторится. — Я просто хочу никогда вас больше не видеть, — хмуро отвечает Шэдоу, чувствуя невероятную боль в груди. — Конечно, мы вас больше не потревожим. Когда командор Тауэр уходит, Шэдоу долго смотрит ему в след, не зная, что сказать. Кажется он действительно свободен от GUN и может спокойно провести время со своей семьей. Колесо жизни вновь запускает свой ход.
Примечания:
Мой тгк с новостями: https://t.me/+Sk6tRFkTx_ZiZWZi
И твиттер: https://x.com/lalalaniiakea?s=21
