Последнее прощание

Белое пространство вокруг болезненно жгло едва высохшие от слёз глаза. Очки он потерял еще тогда, когда они с Малецки возвращались из своей первопроходческой экспедиции в пансионат. Или... Подвалы? Впрочем, неважно. Это в любом случае одно и то же место. Практически не моргая он смотрел на своих друзей. Мертвых друзей. Осознание болезненно давило на стенки сердца, наровясь его разорвать. В голове белый шум, такой же белый как стенки этого бесконечного пространства. А есть ли эти стены вообще? Джодах, Райя, Окетра, все они смотрели грустными глазами, но на их лицах были улыбки. Рады встрече. Слезы не катятся, не рвутся наружу как в их первую встречу спустя долгое время. Он должен будет объединить ветки. Объединить ветки и потерять всё. Потерять себя, своих друзей, свою историю. Все его провалы будут прощены, некому будет злится на него за совершенные ошибки. Все его радостные встречи, память о хороших днях, даже в тяжелые времена, всё его счастье за проведенные годы, вся радость, всё канет в небытие. Но слёз нет. Он смирился. Он знает, что слёзы делу не помогут. Не смотря на это на душе тяжёлый камень. Пару минут назад он выплакал всё, что было. Кажется, больше не осталось. Но глаза всё противно жжёт яркий свет, а мокрые от слёз щеки неприятно покалывает легким холодом. Ощущение, словно все звуки пропали. Ни стука сердца, ни слов его друзей. Ничего. Он не высказался. Спустя такое огромное количество лет его жизни, он не перестал заботиться об окружающих больше, чем о себе. Мысли, разум говорили: "не стоит заставлять их всех переживать за тебя. Ты же не сахарный, не растаешь. Ты и так многое пережил. Позволь им не чувствовать всё то, что чувствуешь ты. Спаси их от этой ноши." Ему много раз указывали на это.       Но мысли твердили громче.       И Лололошка слышал только это. Он сам поверил в то, что его переживания не стоят такого внимания. Гораздо важнее помочь другим. Они не первые, возможно они даже не мироходцы. Им нужнее. 一 Неужели... Это наша последняя встреча? 一 он как никогда прав. Это...

Их последняя встреча.

***

Вжух. Словно порывом ветра, раздался звук. Но Лололошка не поднял голову. Он не хотел видеть, что друзей больше нет. Он не хотел. Не хотел... Вжух. 一 А?! 一 выдохшимся голосом восклицает первый и сам того не контролируя, поднимает голову. 一 Я.. Джон..! Прямо перед ним стоял тот, с кем они столько всего не обсудили, с кем он успел сблизится за столь короткий срок, с кем... С кем почувствовал себя живым. Не контролируя тело, Лололошка бросается вперед и хватается за халат учёного. Но вместо халата чувствует лишь воздух. С вытянутыми руками он стоит и осознает, какую глупость сделал. Они не могут контактировать друг с другом. Ну вот. Неужели он все-таки не обнимет его ни разу.. Это.. Столь глупое предложение преследовало его еще с Архея. С момента, когда Джон стал.. Чуточку лучше. Лололошка ценил его. Возможно ценил больше, чем многих знакомых в синклите и других мирах. Он помнит, как переживал, когда Джон раскаивался после... Убийства Шандр'гралла'дтрина. Помнит, как готов был простить этому несносному дурачку всё, что тот выкинет, за одни лишь слова "спасибо" и "прости".. Помнит даже отдаленное чувство тревоги, когда никак не мог найти Джона в их совместном путешествии. 一 Увы, красотка, но ты не сможешь контактировать со мной. Думаю ты это уже понял. 一 с легкой улыбкой сказал Харрис, отходя на шаг от застывшего Лололошки. За его очками было сложно понять, что за улыбка такая, странная, нехарактерная. 一 Я.. 一 Лололошка с поникшими взглядом выпрямился и уныло опустив плечи повернулся на голос, как на спасательный свет. 一 Да.. Я.. Знаю. Ты же.. Сможешь остался подольше, Джон? Пожалуйста.. Прошу, останься подольше.. 一 хотелось реветь в три ручья, но из глаз не капли. 一 Ну.. Не могу гарантировать то, что буду находится тут сколько ты захочешь, но постараться - попробую. 一 он, кажется, неловко почесал затылок и устало усмехнулся. 一 ну что, Лололошка. 一 упомянутый, как верный пёсик, с надеждой смотрел на Джона. Джон снял очки, и глаза его не выглядели счастливыми. В них Лололошка заметил... Грусть? Печаль, тоску? Что из этого?.. Но это явно не было чем то ехидным, как было чаще всего. 一 О чём поговорим? 一 и улыбнулся. Ло опешил. Такую улыбку он не видел ни разу, за прошедшие совместные моменты. Что-то со смесью грусти и... Надежды?.. Эта улыбка.. Такая, по-детскому добрая.. Не наигранная, какая была всегда, сколько Лололошка Джона знал. 一 Лололошка! 一 нетерпеливо растягивая гласные в имени, Джон недовольно посмотрел на него. 一 у нас тут значит, времени немного, а он решил попялиться на своё гениальное Альтер-эго? Я польщен, конечно, но всё же, ты сам не хочешь, чтобы я ушел. 一 Прости, Джон.. Просто... 一 "Улыбнись еще. Именно так. Ни как иначе. Пожалуйста." - осталось не озвученным, словно оба понимали о чем речь. Но это таковым не было. Вряд ли Джон знал о потайных мыслях двойника. Джон странно ухмыльнулся и произнес: 一 Конечно, конечно! Что насчет.. Хм.. 一 идеи для разговора, что удивительно, в голову не приходили. Лололошка мрачно думал о том, что зря не высказался друзьям, всё же.. Последняя встреча должна проходить не так.. Джон нахмурился. 一 Что насчет разговора по душам? Во вторую нашу встречу в одном мире я предложил серьезный разговор, но раз уж мы тут прощаемся, думаю тебе не по душе разговоры о чем-то серьезном. Так что поболтаем по душам? Расскажем все, что думаем! Так уж точно ничего мучать не будет при выполнении твоей миссии. 一 Джон на секунду задумался. 一 Я думаю, что от твоего настроения точно зависит итог идеальной ветки 一 он усмехнулся со своего великолепного сарказма, который мало кто понимал как надо, и подмигнул Лололошке. 一 Да.. 一 в голове проскользнула мысль, что это шанс. Шанс признаться во всём, что так и не смог сказать в Архее. 一 Давай. Я... Я начну. Джон сел на прозрачный пол, который существует тут только по велению каких-то высших сил. Но только не Отца. Только не Тадмавриэля. Он скорее специально пол тут уберет, чем сделает его. Да и не какие он не высшие силы. Лололошка сел рядом с учёным, прямиком напротив него... 一 Джон. 一 получив довольное "мм?" в ответ и прищуренные глаза, Ло собрался с силами, стремясь избавиться от ноющего от тревоги сердца. Его глаза все еще смотрели на Джона. 一 Как бы не хотелось этого признавать ни тебе, ни мне, но... Я привязался к тебе за то, честно говоря, невероятное приключение, что нам довелось увидеть. Еще тогда, в том кафе я.. Очень боялся того, что может ждать там, где даже ты 一 он специально указал на Джона, ткнув пальцем ему в грудь. 一 не знаешь, что будет.. Такое приключение было совершенно не по мне - так я тогда думал. Я бы никогда не хотел по своей воле отправится куда-то, не зная совершенно ничего об этом месте. Такие эксперименты вообще не моё. Я лучше изучу мир, а затем отправлюсь туда. Но.. Знаешь.. 一 Лололошка опустил голову, печально глядя на свои ноги. Он так сосредоточен на том, чтобы сказать всё, что хотел, что, на удивление, ему выходит расслабиться. Хотя, как в компании его двойника можно не расслабится. Вспоминая, насколько странными, пугающими и абсурдными были идеи Джона, предыдущие слова кажутся столь же невероятными, но, в любом случае, с Джоном Ло чувствует себя безопасно, в целости и сохранности, словно древнюю антикварную фарфоровую вазу, которая принадлежала кому-то из очень уважаемых и важных людей, но которая сейчас лежит и пылится в музее, где она закрыта непробиваемым стеклом, а люди лишь ходят вокруг и пялятся, возможно, желая себе в коллекцию такую вещицу. 一 Ну? 一 вновь растягивая гласную, Харрис недовольно намекает на продолжение мысли, ушедшего в своей голове куда-то далеко, Первого. 一 Ох, Лололошка, я словно смотрю представление, концовку которого мне кто-либо рассказал, из-за чего, в антракте становится невыносимо скучно ждать. 一 и, кажется, Лололошка одумался и вырвался из пучины мыслей.. 一 Да.. Извини. Когда мы уже попали в Архей.. Хотя, нет. Не буду повторять то, что повторил уже.. Несколько раз.. 一 Ло неловко прокашлялся. 一 Я.. Не помню когда точно это случилось, но мне стало нравится это путешествие. Стал нравится.. Вкус неизвестности?.. Это.. Так завораживало.. А ты, Джон.. Ты стал мне как родной, ха.. 一 Ло ощутил тепло на щеках от смущения, неловкости его рассказа и отвернул голову, взглядом смотря куда-то вдаль. Но одно он не учёл - уши, которые открылись взгляду двойника напротив, краснели в первую очередь. 一 Никак не мог поверить в то, что мы так сблизились за такое короткое время. 一 всё та же наивная улыбка была на губах Лололошки всё это время.. 一 Вот оно что! Солидарен с тобой, Лололошка. 一 Хихикнул Джон и, подражая Ло, улыбнулся. 一 Это работает и в другую сторону. Первый опешил. Как это в другую сторону?! Неужели.. 一 Ты тоже стал мне близок, Лололошка, честное слово! 一 и снова он смеется, но.. По доброму так, нежно. 一 Пора подвести итог.. думаю, ты мой единственный.. Друг. 一 пробормотал себе под нос учёный, сказав слово "друг" таким тоном, словно чувствует неприязнь к, казалось бы, обычному слову. Лололошка слышал. И в горле встал ком. Он для Джона всего лишь друг. С одной стороны: так хочется быть чем-то.. Бòльшим? Как бы Ло не стыдился этого, но двойник стал правда чем-то гораздо большим, чем просто "друг". И он должен признаться в этом, прежде чем он исчезнет..! Но этот голос.. Лололошка не передавал эстафету разговора по душам Джону, он.. Он сам нагло забрал злосчастную палочку, словно знал. Знал, что скоро уйдет. 一 Стоп, стоп, Джон! Ты.. Неужели ты уходишь?! 一 окончательно сломавшимся голосом, на грани с рыданием без слёз, Лололошка поддался вперед, ко все еще сидящему, поникшему Джону. В глазах муть, а сердце колотит сильнее, чем когда-либо. Он должен успеть! Должен..! 一 Джон, я..! Я не закончил..! Ты же не будешь прерывать диалог и дослушаешь, верно?! 一 В конец сорвав голос, Лололошка скорее шептал, нежели кричал. Сил на крик просто не осталось. Он попытался схватится за плечи но не почувствовал ничего. Лишь дуновение слабого ветерка. 一 Джон! Ни смей! Я.. Вжух. Перед глазами яркими искрами словно разжёгся огонь. Обжигающий и невероятно горячий. Но Лололошке плевать. Он падает в огонь целиком, оставляя лишь ожог на сердце. Там, где он никогда не заживет, вне зависимости от того, забудет ли он, потеряет ли свою историю. Станет вечным напоминанием, что жизнь не вечна. Появится в ясные моменты обретения новых знакомств в новой, совершенно чистой, идеальной истории, становясь напоминанием о потерянной любви. Огонь обжигает глаза, после чего облик родного человека навсегда теряет свои очертания. Глаза будут напоминанием о том, что он больше не увидит того, ради кого готов попасть хоть в другую вселенную. Звезды рассыпаются по полу, теряя себя и исчезая в ярком свете. Искры повторяют ту же историю, пока Первый невозможный мироходец окончательно не осознает ситуацию. Это конец. Настоящий, не выдуманный конец. Не написанная история в чьем-то дневнике, не оборванная страница книги, не украденная собой же память, а настоящий конец. Настоящий конец столь задержавшеся пьесы. Настоящий конец спектакля, где перед расчувствовавшимися зрителями закрывается ярко-красный занавес, такой же красный, как кровь врага, как кровь родного или близкого человека. Как кровь. Но его сердце всё ещё бьется. Это еще не его конец. Придется импровизировать, но ему предстоит отыграть собственный финальный акт.

Это его последнее прощание.