Случайные попутчики или судьба? (поездные зарисовки)

      Захожу в плацкартный вагон и понимаю, что ближайшие семь часов не предвещают ничего особо хорошего. У меня чемодан средних размеров, рюкзак, переноска с французским бульдогом и поясная сумка. А соседи уже заняли весь отсек, и я не понимаю, куда это всë запихнуть. Да, я готовился к переезду, но мест, кроме верхних полок, не было на ближайшие две недели, а считай отсчëт дней после написания заявления на увольнение уже начался, и нужно было ехать, чтобы успеть к началу работы на другом месте.       Похоже, у меня такой вид, что парень, сидящий на полке подо мной, понял весь драматизм ситуации и предложил просто невероятное, а именно — поменяться местами. При чëм он выглядит как сосед, с которым я точно не хотел бы ехать, такой аккуратный, лощëный, при деньгах. Как вообще попал в мир простых смертных, т.е. в плацкарт? Светлый, почти блондин, может быть даже крашеный, смуглый, глаза голубые. У него небольшая дорожная кожаная сумка и рюкзак из той же серии, на столе ланчбокс с какой-то едой на вечер (и я тут со своим заварным ролтоном и огурцом вприкуску), сам одет в светло коричневые брюки, какие-то светлые кеды или кроссовки, белую футболку, на крючке висит его голубая джинсовка, а в руках какой-то жирный смарт.       И я с серым чемоданом (когда-то крутым металлическим рифлëным, купленным по какой-то суперакции) уже изрядно потëртым и обклееным стикерами городов где был, тактическим чëрным рюкзаком на тридцать литров и с бордовой поясной сумкой. В любимом тотал блэке: футболка с серым принтом нирваны, драные прямые джинсы, толстовка с капюшоном, на молнии, джинсовка удлинëнная с покроем в стиле сафари, кеды классические высокие. Цепочки, браслеты, фенечки, кулоны, в общем взрослый нефор, который немного разжился деньгами или умеет ловить акции и вовремя списывать бонусы. Ещё я шатен с длинными волосами, чуть ниже плеч, которые я закрутил резинкой в какой-то типа пучок на затылке. Бродячий рок-музыкант, что играет в электричках просто. Ну и видок наверное.       Обычно люди, как мой сосед, имеют два типа поведения. Первый — не замечать таких как я или смотреть так, будто ты грязь под ногтями, при чëм не их. Второй — максимально вежливо, дружелюбно общаться, нарочито не замечая разделяющую нас пропасть, будто на равных. При этом обсуждая не повышение коммуналки с первого числа, а то что, например, сдали билеты в Сочи, так как там что-то много задержек рейсов в последний месяц, а сидеть в том душном аэропорту четыре часа не охота и поэтому поехали в Египет. Или что в Екатеринбурге, вполне сносно кормят, можно найти приличное место, чтобы поесть, а ты сидишь и думаешь, что есть будешь только тогда, когда эта заносчивая тварь уйдëт в свой вагон-ресторан и не улицезреет как ты ешь "ту отраву, что заваривается чуть ли ни технической водой из того ужасного немытого никогда аппарата".       А этот удивил. Не стал смотреть на меня и на Фиму как на вошь, не посочувствовал формально тому как же мне быть с моим багажом и что эти вагоны вообще не для людей строят, а предложил реальную помощь. И пока я завис уже застелил верхнюю полку другим комплектом белья и переложил свои вещи.       — Удачно, что мы вместе едем до конечной, и наша замена местами никому не помешает, пойду переоденусь пока ты размещаешься.       Ставлю переноску на нижнюю полку-кровать, запихиваю под неë чемодан, снимаю джинсовку, достаю из рюкзака свою типа еду, пластиковую чашку, ложку, кофе 3 в 1, пачку влажных салфеток, небольшой рулон туалетной бумаги, на всякий случай мало ли, зубную щëтку, пасту, расчëску... Так, вроде ничего не забыл, убираю рюкзак тоже вниз.       Возвращается мой сосед, в бежевом дорожном костюме, состоящем из трикотажных шорт и футболки, а так же в белых, сука, тапочках. Если тебя ещё и Серафим зовут я вообще не удивлюсь.       — Я поем у тебя? — улыбается и уже оккупирует место внизу, он уже успел взять у проводника чай в рждшном модном стакане с подстаканником и вилку. Сидит точит котлету с пюрешкой и каким-то простым овощным салатом. Я сходил заварил свои макароны, протëр салфеткой, на минуточку, антибактериальной, огурец, налил воды в чашку, разведя тем самым кофе и сел рядом.       Через некоторое время он предложил поменяться, чтобы мне было удобнее и я начал хомячить ложкой заранее поломанные макарошки, ну не люблю эти пластиковые вилки, а так воды налил побольше и почти суп получился. Попили чай и кофе и захотелось покурить, сосед сходил до проводника сдал стакан с вилкой и сообщил мне, что через пол часа остановка на двадцать минут и если я курю, то можно выйти. Он реально ангел что-ли?       — Мы не познакомились, я Никита, — протягиваю ему руку, он жмëт и представляется Мишей. Идею с покурить естественно одобряю и через тридцать минут мы вылазим на свежий воздух. Наши попутчики по купе, две тучные барышни, лет сорока пяти не меньше, ушедшие как раз таки в вагон-ресторан почти сразу после отправления, так и не появились. Ну мы всë ценное взяли с собой, а они за свои вещи пусть сами отвечают.       Фима весело выбегает и мы идëм к краю платформы, чтобы не напрягать других пассажиров необходимыми процедурами, а Миша идëт с нами. Зачем? И только когда собака делает свои дела, а я навожу порядок за ней и пою, налив воды в складную мисочку, сосед начинает расспросы. Тактичный ты мой, куда деваться.       — Куда едешь? В Бийск или дальше?       — Дальше, потом автобусом в Горно-Алтайск.       — И я, а во сколько у тебя автобус?       Оказывается мы поедем одним и тем же. Он обещает если что с кем-нибудь поменяется местами, чтобы ехать вместе, типа так интереснее, когда есть знакомые попутчики рядом. Ну как хочет, я не против. Странный он конечно, чего прилип?       — А ты из Новосибирска? — ну начинается, стандартный перечень вопросов, мои ответы, максимальное удивление и комментарии, что наверно это интересно, так жить.       — Нет, я из Кстово, это город рядом с Нижним Новгородом. У меня последние лет пять кочевой образ жизни. Живу то в одном городе, то в другом, ищу работу, осматриваю город, потом через несколько месяцев уезжаю. Вот последним был Новосибирск. А ты откуда?       — Мне кажется я встречал тебя раньше в поезде. Я уже слышал эту историю. Где ты был в августе 2022-го года?       — Надо вспомнить, — достаю телефон, смотрю галерею и понимаю, что переезжал из Омска в Улан-Удэ. Про что и сообщаю Мише. А он радостно объявляет, что ехал с компанией в соседнем со мной купе и показывает фото датированные теми же числами, фига там, оказывается мы реально пересекались.       — Мне так тогда запомнился рассказ того парня, ну то биш твой, что я решил обязательно как можно больше путешествовать. Вот и сейчас не найдя компанию поехал один.       — А ты откуда?       — Из Питера. В Новосибирске я просто гулял, специально сделал несколько остановок, в Екатеринбурге, Омске и Новосибирске, а теперь вот переезд Новосибирск — Бийск, потом автобус до Горно-Алтайска, потом возьму билеты до Йогача, побуду там, а потом до Чемала. А на обратном пути посещу Бийск и Барнаул. Вот. Такое мини приключение. А ты куда из Горно-Алтайска?       — Я туда переезжаю, буду там жить и работать.       Проводник просит занять свои места и мы спешим в вагон. Странный у меня сосед, приятный оказывается и кажется хороший. Жаль, что ехать нам вместе всего одну ночь, хотя в Горно-Алтайске ещё может день или два сможем пообщаться. Почему-то хочется продлить наше случайное знакомство.       Миша залазит первым и проходит в наш отсек, я иду за ним, но Фима меня обгоняет и когда я догоняю его, то понимаю всë — сказка закончилась, сейчас меня вышвырнут нафиг отсюда. Фима запрыгнул на нижнюю полку, на которую сел Миша, залез на него всеми лапами, а верхними вообще упëрся в грудь и лижет его лицо. Весь его костюм теперь наверняка в следах лап, а не надо было гладить Фиму постоянно!       — Я тебе всë застираю, если что или скажи сколько надо денег отдать за новый..       Не успеваю предложить ещё какие-то решения назревающего конфликта, как Миша прерывает меня, аккуратно ставя Фиму рядом и осматриваясь.       — Думаю мы обсудим возмещение ущерба по прибытии в Горно-Алтайск, — и очень хитро улыбается.       Что он задумал?       — Всë давай спать, завтра рано приедем.       ***       В автобусе Миша договорился с моим соседом, мужчиной лет сорока, и он пересел на его место около окна, где рядом была милая миниатюрная женщина, с которой они в итоге проболтали всю дорогу и потом куда-то пошли вместе. А мы ехали довольно тихо, глазели в окно и я понял, что Миша прижимается ко мне дольше чем это необходимо... Интересно... И какое возмещение ущерба мне может грозить такими темпами!?       ***       — Ты здесь на длительное время жильë уже снял?       — Нет, пока на три дня. Хотел осмотреться, погулять, потом уже устраиваться и снимать на месяц минимум.       — А я тут на два дня. Хотел погулять, в музей сходить и просто выдохнуть с дороги. Давай на смотровую сегодня? Вон туда.       Смотрю и вспоминаю, что это одна из точек моей программы, киваю и соглашаюсь.       — Где ты снял жильë? Я здесь.       Показывает мне карту в приложении. В принципе недалеко от моего жилья. Обмениваемся телефонами и решаем встретиться через два часа у музея.       ***       В музее интересно, я после того как случайно попал в краеведческий музей Красноярска всегда теперь в такие хожу. А тут ещё и мумия... В общем мы насладились этим местом сполна. Потом Миша предложил взять такси до смотровой, я естественно согласился. Дорога пипец конечно, но оно точно того стоило. Вниз решили добраться сами, погода была солнечная, настроение отличное, поэтому мы решили не спешить и посидеть здесь подольше.       — Никит, а тебе сколько лет?       — Двадцать девять. А тебе?       — Мне двадцать восемь. Получается ты с двадцати четырёх катаешься по стране?       — Да.       — А почему начал?       — Этому поспособствовало не очень радостное событие мягко говоря.       — Какое?       Ну, если скажу и он гомофоб, то и ладно, а если такой же как и я то... Может... Да что может, он уедет сейчас через день, два и всë. Зачем начинать? Можно соврать. Но что это даëт? Пусть знает правду, похер.       — Не знаю как ты отнесëшься к этому, просто скажу как есть, а там дальше решай сам как ко мне относиться. В общем. Меня подставил парень, я думал мы встречаемся и у нас всë серьёзно, но он снял наш секс, когда я был снизу, так, что его лица не видно, а моë очень даже. Разослал знакомым, они знакомым знакомых и всë, я звезда и мне пизда. Уволился, уехал, а потом начал вот так кочевать и мне понравилось.       — Жëстко, он с тобой. А зачем?       — Я не узнавал, мне было охренеть как обидно изначально, а потом я оборвал всю связь и не стал выяснять причины. Да накручивал себя очень, ни с кем нормально не замутил после этого естественно, а потом отпустил ситуацию, мало ли мудаков, стал по клубам ходить, с парнями спать, просто чтобы от одиночества не поехать крышей.       — Ясно. А ты бывал в Йогаче или Чемале?       — Нет. Думал на следующий сезон летний может туда податься, а перезимовать пока тут.       — Я, кстати, придумал как тебе возместить мой ущерб.       Оглядывается по сторонам, я зеркалю и понимаю, что мы одни. Под нами в долине или как там правильно, в общем, город окружëнный невысокими горами, ветер играет какими-то деревянными побрякушками, которые висят под крышей смотровой площадки и птицы чирикают, красота.       — С тебя поцелуй. Сейчас.       Эм... Поцелуй?       — Мы едва знакомы.       — Это как раз-таки мы можем исправить. Предложение на этот счëт будет чуть позже.       — Ощущение, что ты маньяк.       — Блин, я не хотел тебя пугать. Но ты мой должник. Так что, — разводит руки, а потом одной показывает на свои губы, стучит по ним пальцами и хитро улыбается.       Я по сути ничего не теряю. Ну поцелуй. Не заразный же он? Сокращаю расстояние между нами, теперь мы оба стоим боком к виду и осмелившись невинно целую его в губы, чуть отстраняюсь, вижу, что улыбается, возвращаюсь вновь к его губам и целую уже по-настоящему. Он вкусный и, не знаю, мягкий наверное. Обнимает меня, прижимая к себе и гладит кругом, не захватнически, а нежно.       — Поехали со мной смотреть Алтай. А потом в Питер. Пожалуйста. Я не смогу ждать ещё одной встречи с тобой в каком-нибудь поезде.       — Это спонтанно и поспешно. А как же моя работа здесь?       — Это не по взрослому, согласен, но живëм один раз. Давай рискнëм прожить хоть часть неë вместе? Месяцы, годы или всю оставшуюся часть.       — Во-первых мы не знаем друг друга, во-вторых если я тебе и понравился безоговорочно и ты влюбился, то о себе я такого сказать не могу. Я как минимум должен подумать в принципе о том, чтобы изменить свои планы.       — Подумай, — и не отпускает меня, разворачивает к перилам и виду на город, кладëт голову мне на плечо и шепчет, о том, что я невероятный, что он думал обо мне несколько лет, после того разговора в соседнем купе поезда. А потом молча ждëт и просто держит меня в своих объятиях.       Что мне делать? Пойти на поводу у его и своих хотелок и рискнуть? Но я не влюблëн и уж тем более не люблю его. Воспользоваться возможностью посетить несколько новых мест, а потом уехать как обычно? Но это как-то неправильно, он там надеется на что-то. А если допустить совсем фантастику и он моя судьба, так скажем, и я буду всю жизнь жалеть о том, что отказался? Блин, а если он заманивает меня, разговаривает максимально вежливо, шутит, говорит всякие нежности, а потом всплывëт моя тушка в каком-нибудь горном озере? Как понять что делать-то?       — Я тебя пугаю, да? Зря я сделал это предложение, нам надо нормально пообщаться, попереписываться, съездить друг к другу в гости, например, но я просто боюсь, что потеряю тебя и больше мы не увидимся.       — Да, маньячишь. Давай я завтра тебе скажу, что решу.       — А сегодня можно украсть у тебя ещё один поцелуй?       Киваю. Это-то точно можно, мне понравилось.       ***       Я промаялся не поспавши почти всю ночь. Жил себе спокойно, тут появился этот Миша с его офигенными предложениями. Но я решил сделать кое-что, если уж не на последок, так просто так. Я забежал в круглосуточную аптеку, пришëл по тому адресу, который он написал мне на всякий случай если не дозвонюсь и уже стучу в его дверь, так как звонок не работает кажется.       Сонный Миша открывает и сначала удивленно, а потом узнав меня, уже радостно смотрит. Отступает и пускает меня внутрь, закрывает дверь, убирает, с единственного стула в его мини студии, свою одежду на подоконник и подходит ближе.       — То, что на том видео я был снизу, это неудачный эксперимент, точнее меня развели на это. Я актив. Ты хочешь быть со мной так?       Кивает и скромно улыбается. По комплекции я чуть-чуть ниже, но по массе на первый взгляд мы одинаковые.       — Окей. Раздевайся и ложись. Хочешь сходи в душ или в туалет.       Растерянно осматривается, берëт полотенце и уходит за дверь ванной комнаты. Я бы тоже слегка растерялся от таких заяв в шесть утра, но как есть. Стягиваю толстовку и футболку, кладу рядом с подушкой смазку и презики, жду. Возвращается обмотанный полотенцем с еле высушенными волосами на голове и каплями воды на груди и животе.       — Ну? Ты ведь хотел меня увести с собой. Передумал? Такая принцесса не нравится?       — Нет. Просто это так быстро.       — Ну ты тоже быстрый с предложениями. Я не милый мальчик, так что давай, раздвигай ножки.       Мне кажется такого ахера я давно не видел на лицах людей, которых собираюсь трахнуть. Я действительно не милый и никогда им не был, всегда был грубоватым активом. То что меня тогда подставили и показали, что я гей и кончаю с членом в заднице не сделало из меня пай-мальчика.       Стягивает полотенце и вешает на ручку двери в ванную, неуверенно шагает к кровати, встаëт на неë одним коленом, потом вторым, разворачивается ко мне лицом и ложится на спину. Член у него совершенно не стоит, мне кажется ему страшно. Перспективный маньяк оказался жертвой, как прозаично получилось. Заметно вздыхает, точнее выдыхает. Он достаточно тощий, я сильнее его, мышц побольше точно. Но что я сейчас понимаю так то, что он неебически красив. И я его хочу. Вот действительно ебал бы из раза в раз, месяцами, годами. Встаю, что бы лучше рассмотреть. Стягиваю кроссовки, заползаю на кровать, встаю над ним. Показываю, что бы раздвинул ноги. Немного неуклюже перекидывает их по обе стороны от меня и смотрит с какой-то мольбой или надеждой. Боится, что изнасилую насухую?       Наклоняюсь, ставлю руки по обе стороны от его головы и смотрю в глаза. Не знаю даже что теперь с ним делать. Он так отыгрывает роль или всë реально? Я хочу и не хочу его. Если это всë только чтобы навредить мне потом в перспективе, то нахер, трахнуть его по-быстрому и уйти. А если нет. Если я ему понравился и он готов лечь под меня лишь бы уговорить быть с ним? Тогда так нельзя. Тогда уходить надо сейчас и либо больше никогда не появляться в его жизни или делать всë нормально.       Похоже весь мыслительный процесс отразился на моëм лице, потому что моя несостоявшаяся жертва проводит руками по моим рëбрам и говорит уже расслабленно и даже улыбается. Ему так идëт улыбка.       — Ну и кто из нас маньячит?       Чувствую как мне в живот упирается его член и всë, я так не могу, впиваюсь в его губы. Жадно целую не как тогда на смотровой, а как люблю это делать, доминируя, подчиняя, слышу под собой стон, отодвигаюсь, открываю глаза и смотрю как Миша пошло облизывает губы.       — Я хочу тебя. Просто так. Без каких-то условий, просьб или обещаний. Только у меня нет ничего с собой.       — Ты так испугался, что не заметил смазку и презики буквально на соседней подушке?       Смотрит, потом поворачивается ко мне и говорит:       — Нет. Я думал что всë, доигрался, придëтся расплачиваться за свои предложения как есть. Ты такой серьёзный был, пиздец.       — Не боишься больше?       Мотает головой и тянется целоваться, прерываюсь через минуту и спрашиваю:       — Ты бы не сопротивлялся?       Мотает головой.       — Почему?       — Наверно влюблённый идиот потому что. Я ведь как увидел тебя при посадке в поезд так и втюрился, а ты такой классный оказался.       — Ага, классный, почти насильник.       — Нет. Ты просто решил, что я как тот человек, что спалил тебя, желаю тебе зла. Это защитная реакция.       Целую его шею, грудь, соски, выдавливаю смазку на пальцы и смазываю его анус, проникаю внутрь и чувствую как обхватывает внутри, потом отпускает и я спокойно скольжу внутрь. Добавляю сразу второй и ехидно спрашиваю:       — И чего ты боялся, если готовился?       — Ну без смазки как-бы не очень.       Добавляю третий и начинаю двигать рукой, мне так нравятся его реакции. Не могу сегодня тянуть, нервы ни к чëрту! Быстро снимаю штаны, трусы, носки, всë летит на пол одним скопом. Пристраиваюсь и нещадно вгоняю по самые яйца, Миша вскрикивает и кажется перестаëт дышать. Но я жду. Пусть привыкнет, потому что дальше будет такой темп, что боюсь кровать не выдержит.       — У меня... Давно не было, — говорит прерывисто. Такой сексуальный сейчас... — Я кажется... Давай продолжим.       Делаю поступательное движение и не слышу стонов боли, лишь участившиеся дыхание. Ну держись!       ***       Ррррр... Господи, как это... Это... Охрененно... Думал никогда в жизни такого со мной не будет, никому не позволю, но... Изливаюсь на пол, стоя на коленях, прижатый бëдрами к дивану, а Миша догоняет меня следом насаживая меня до основания на свой член. И если бы в первый раз!? Ха! И ещё раз, ха! Дай бог не в последний!       В общем. Съездили мы на Алтай, посмотрели красоты. Так как меня позвал Миша, то и платить пришлось ему, но мы кое-где ужались, кое-где я добавил, в общем отдохнули отлично. А потом я поехал с ним в Питер. Миша снимает небольшую студию, в ней и живëм уже два года с ним и с Фимой. Я теперь работаю на постоянке админом, мне понравилось и в городе этом, и в новом коллективе. Да мы иногда спорим, ссоримся и дуемся, но я как и Миша боимся потерять друг друга, поэтому быстро миримся и стараемся делать выводы, чтобы не повторять допущенные ошибки.       А вот то, что мы немножко множко меняемся ролями, это полностью заслуга Миши. Он оказался реально хорошим человеком и ни раз доказывал это делами. При чëм, чтобы я не боялся попробовать вновь снизу предложил снять компромат на него, в итоге у нас теперь полно хоум-видео, оказывается это заводит. Главное хорошенько спрятать, чтобы только мы видели. И пересматривали периодически.       Так что с кочевым этапом жизни покончено. Ну и хер с ним, главное, что я не побоялся рискнуть и вписался в предложенную авантюру и главное, со страха и злости, не натворил дел тем утром.       — Я люблю тебя очень, — слышу нежный шëпот над ухом.       — И я тебя, солнце моë.