1.
15 августа 2025 г., 22:58
Уже некоторое время она постоянно и нескончаемо находилась в стрессе из-за проблем, связанных буквально со всеми сферами её жизни: дела с живцами, казавшиеся совсем не разрешимыми, родители, всю жизнь бывшие не лучшими в мире, и окончание школы, которое всё ещё лежало ответственностью на её эфемерном будущем.
И той ночью всё навалилось на её плечи с особой силой, полностью замещая собой все её мысли. Она не могла уснуть, не могла лежать, не могла притворяться, что всё было в порядке.
Стрелка часов перевалила за два ночи, но сна у неё не было ни в одном глазу. Как минимум, потому что в обоих стояли слёзы, временами медленно скатывавшиеся по розовевшим щекам.
Она плакала бессловно, не обращая внимание ни на что, кроме дождя за окном спальни и звёзд на тёмном небе.
И Рейф, всё это время бывший с ней, вначале предпринимал попытки поговорить, но натыкался лишь на её безмолвие. Потому что всего было слишком много.
Но даже после этого он не лёг спать — он волновался за неё, не хотел оставлять её совсем одну в этом бесконечном мире её разума. Поэтому находился рядом хотя бы как тихая поддержка, готовая защитить её от всего, если она этого даже едва заметно попросит.
И где-то сквозь её дырку в сердце, такую огромную, что сквозь неё было видно Луну, пробивалось это ужасающее чувство вины за его бессонницу. Рейф всегда делал всё, для того чтобы утешить её, и ей было горестно, что она никак на это не отвечала.
Это же был Рейф. Он всегда желал для неё лучшего. Он всегда делал для неё всё так, чтобы ей было лучше.
Поэтому, когда она наконец-то повернулась к нему, он уже готов был держать её хрупкое тело и душу — так нежно, как он мог.
Она пыталась прятаться от его пытливого взгляда в мягкой ткани его свитера, особенно крепко вцепившись в него пальцами. Она хотела, чтобы он был рядом. Не оставлял её, несмотря на её нелицеприятное состояние, хотя всем видом хотела кричать, чтобы он сбежал от неё как можно дальше.
И он понял её побитые чувства по этим отчаянным жестам, прижав её к своей груди. Терпеливо вытирал каждую слезу, падавшую по её коже, и целовал её в волосы и лоб.
Спустя время Рейф больше не слышал её надрывистых вздохов. Дыхание стало размеренным, а тело обмякло. Она наконец-то позволила себе уснуть, справившись с самыми страшными своими демонами.
В последнее время её редко удавалось заставать в таком безмятежном состоянии. Её лицо было напряжено каждый час в сутках, а руки вечно тягали рукава длинных кофт. Сейчас все тревоги наконец-то пропали. Её складка, проложившаяся между бровей, исчезла, а пальцы, больше не охваченные тремором, были бережно обхвачены рукой её парня.
Казалось, что в момент, когда взгляд Рейфа коснулся её лиричного профиля, он и сам совсем перестал дышать. Объём лёгких, который был таким чрезвычайно скудным во время их поцелуев, сейчас был непозволительно огромным для комфорта. Он не мог дать себе вдохнуть. Пошевелиться, немного переложить затёкшую руку — всё это было непростительно и непозволительно для её головы, так мирно лежащей у него на груди.
Единственное, чего ему бы сейчас хотелось для неё, — это хотя бы немного покоя. И даже если для этого ему пришлось бы совсем перестать жить, он был бы готов пойти на это.
