Тени и нити

— Крис… Хочешь пройтись со мной? Я покажу тебе одно место. Человек удивлённо поднял взгляд, но не стал задавать вопросов и лишь пожал плечами. Они вышли из комнаты, мягкий свет ламм проводил их по просторным коридорам замка. Каменные стены холодно отражали эхо шагов, но чем выше они поднимались, тем тише становился этот гул. Вскоре лестница вывела их на верхушку одной из башен. Там открывался вид на всё тёмное королевство. Небо над ними, как бархатное полотно, простиралось вдаль, а ветер играл с волосами Криса, давая взглянуть в его глаза. — Знаешь, — тихо сказал Ральзей, опираясь на каменное ограждение. — когда я поднимаюсь сюда, мне кажется, что всё внизу… Перестаёт иметь власть. Только ты и это небо. Крис молча смотрел вдаль и его плечи немного расслабились. Принцу хотелось дотронуться до этой хрупкой тишины, но он сдержался. — Я подумал… Может, тебе стоит иногда тоже быть там, где никто не решает за тебя. — Почему ты так говоришь? — Крис смотрел вниз, видя десятки ярких огоньков оживлëнного Касл Тауна. — Я знаю, что это спрашиваешь не ты. Твои слова навязаны совсем иной сущностью. Крис... Я хочу, чтобы ты был свободен, а не подчинялся чужой воле. — О чëм ты? Ральзей ничего не ответил, но не потому что не знал как сказать, а потому что хотел показать наглядно. Он поднял голову и отвëл взгляд в сторону, пристально смотря... На тебя. На немого наблюдателя истории, который, тем не менее, влияет на историю куда больше, чем сам Крис, который лишь является способом осуществления целей, но не известно каких именно. Человек почувствовал этот взгляд на себе, даже когда принц не смотрел прямо на него, но в его голове всë выглядело так, будто ему заглядывают прямо в душу. Крис дёрнулся так резко, будто его поймали на краже. Его лицо выражало злобу с растерянностью, и он, сжав зубы, резко отдёрнул голову в сторону, почти огрызнувшись. — Перестань так смотреть!.. Слова прозвучали грубее, чем он, возможно, хотел, но агрессия явно была защитной. Будто в груди копилось чувство, что чужие глаза пробираются туда, куда сам он заходить боялся. Ральзей чуть вздрогнул от этой вспышки, но не отшатнулся и не стал оправдываться. — Я не на тебя смотрю, Крис. Я пытаюсь увидеть тебя — настоящего, — Его голос прозвучал мягко, но твёрдо. — Потому что я хочу быть привязан не к твоей душе, а к тебе самому. Эта фраза повисла в воздухе, как звон, от которого невозможно было укрыться. Кулак Криса неожиданно ударил по холодному камню ограждения, звонкий звук отозвался эхом по всей башне. — Хватит… — его голос дрогнул, но в нём слышалась злость. — Ты говоришь так, будто знаешь, кто я. Но ты ничего не знаешь. Он резко встал, словно хотел уйти прямо сейчас, даже не думая о том, что они на башне, и шаг вперёд мог быть опасен. Ральзей сделал шаг в сторону Криса. Его взгляд был полон тревоги, но и решимости. Он понимал, что сейчас нельзя давить, но и отступить — значит потерять этот шанс дотронуться до правды. — Тогда… Дай мне узнать, — Ральзей говорил мягко и спокойно, не смотря на то, что ситуация накаляется. Крис резко развернулся к нему, и прежде чем Ральзей успел что-то сказать, человек схватил его за ворот мантии. Одним движением он прижал принца к холодному каменному ограждению башни. Камень упёрся в его спину, а тень Криса легла на мордашку. — Тебе лучше не лезть туда, куда не просят, — голос был низким, почти чужим, будто говорил не сам Крис, а какой-то динамик. — Иначе ты можешь пожалеть. Пальцы на ткани дрожали, сжимая сильнее, чем Ральзей привык ожидать от друга. И всё же он не отводил взгляда, даже когда дыхание Криса обжигало щёку. Сам же Крис пытался оттащить Ральзея от ограждения, это видно по его дрожи, но он то и дело проигрывал своей внутренней борьбе. — Если это говоришь не ты тогда, — тихо прошептал принц, не пытаясь вырваться, — мне тем более нельзя отступать. Я вижу как ты страдаешь, Крис. Я хочу облегчить твою боль. Крис толкнул сильнее, и лапки Ральзея едва не соскользнули с каменного пола. Спина вновь ощутила холодный край ограждения — за ним была только ночь и бездна. — Ты ведь понимаешь… — голос сорвался на глухой хрип, а в глазах Криса мелькнул чужой блеск. — Одно моё движение, и никто не найдёт даже твоего плаща внизу. Он прижал его ещё плотнее, почти нависая, и на миг Ральзею показалось, что камень позади крошится от этого давления. Его дыхание сбилось, но он не отводил взгляда. — Если ты так сильно хочешь доказать, что управляешь им… — прошептал принц сквозь дрожащий выдох, — то чего ты ждёшь? Но мы оба знаем, ты не дашь Крису этого сделать... Потому что ты хоть немного думаешь о нëм и обо мне... Крис замер, пальцы по-прежнему сжимали ворот. Но в эту долю секунды в его взгляде что-то дрогнуло — как будто чужая воля требовала толкнуть, а сам он внутри пытался оттянуть время. Всë вокруг будто стихла и единственное, что было слышно — это прерывистое дыхание их двоих, так близко, что граница между ними терялась, учитывая, что один из них теперь находится в большой опасности из-за другого. Крис надавил ещё сильнее, и камень за спиной Ральзея предательски дрогнул — мелкая крошка посыпалась вниз, в пустоту. Принцу пришлось вцепиться в холодный край, иначе он бы уже сорвался. — Ты понимаешь, что я могу? — голос Криса стал резким, чужим, будто в нём говорили сразу двое. — Стоит только… Он дёрнул чуть сильнее, и туловище Ральзея опасно качнулось за пределы ограды. Из груди вырвался резкий, сорванный вдох — ещё миг, и равновесие потеряно. Но, цепляясь из последних сил, он не закрыл глаза, не взмолился. — Тогда давай, сделай это. Взгляд Криса дрогнул. Его пальцы по-прежнему сжимали ворот плаща, но плечо напряглось так, будто он боролся сам с собой, за спиной Ральзея чёрная пропасть казалась готовой проглотить его в любую секунду. Но во взгляде человека проскользнула тень сомнения и именно этого мгновения Ральзей ждал. Вместо того чтобы оттолкнуть или оборониться, он рванулся вперёд. Лапы сомкнулись на плечах Криса, прижав его к себе так резко и крепко, что тот даже потерял равновесие и качнулся назад. Принц уткнулся мордочкой в его плечо, дыхание сбилось. — Если уж ты решил свалить меня вниз, — прошептал он глухо. — то Крис пойдëт со мной... Но я уверен, ты не допустишь этого. Схватка внезапно потеряла свой накал, вместо угрозы осталась только странная, неожиданная близость. Где-то глубоко внутри этого движения проскользнуло что-то настоящее, чуждое холодной хватке ранее. Тишина нависла между ними, возвращая привычные звуки окружения. — Пожалуйста... — Ральзей шептал, уткнувшись в плечо Криса, обращавшись не к человеку. — Отдай мне его... Прекрати его мучения.