Ночная вылазка

✨✨✨ Ночь. Дождь. По пустынной дороге едет Импала 1967 года выпуска. Тихо играет ac/dс. За рулем, как всегда Дин рядом на пассажирском сиденье сидит Кастиэль. Они просто решили прокатиться одни, пока Сэм корпел над книгами. Они,такие дорогие друг другу, наконец-то поняли, что они не просто друзья, а нечто большее. Да-да это что-то не передаваемое. Это ощущалось самой кожей. Когда Кас подходил сзади к Дину, у того пробегали мурашки. Он чувствовал на себе теплый, как лучик солнца, взгляд Кастиэля, скользящий по щеке и замирающий на губах. Порой Новак задерживал дыхание, когда Винчестер оказывался совсем близко к нему, он просто забывал как это — дышать. Мимолетные взгляды, прикосновения, простые вопросы « Как ты?», « Все ли хорошо?». Такие маленькие знаки внимания пробегали между ними каждый раз, когда они видели друг друга. Их забота друг о друге была само собой разумеющееся, как будто так и должно быть. И вот, спустя время, они все же поняли, что любят друг друга. Что это не просто дружба. Это,ни что, иное как любовь. С тех пор они пытались больше проводить время вместе, гулять, просиживали холодными вечерами у камина за бутылкой пива или бокалом виски. Им было все равно, как отреагирует Сэм или кто-то из знакомых. Им было хорошо вместе и это главное. Вот и теперь они ехали в «Детке» наслаждаясь дождем, музыкой, а главное обществом друг друга. Они не ставили конкретной цели назначения. Просто вместе, просто вдвоём. — Дин, мне так хорошо, - сказал Кас, переводя взгляд с мокрого окна на Винчертера. — Мне тоже. Я рад, что у нас получилось выбраться из бункера на некоторое время, - ответил Винчестер и улыбнулся уголками губ. — Да, это просто прекрасно, - сказал Новак и положил свою руку на ногу Дину, немного погладил. — Я соскучился… — Кааас… я же за рулём. Что ты делаешь? Но Кас, не обращал внимания, продолжая гладить ногу Дина, уже направляясь к выпуклости в его штанах. Его рука направилась немного выше под футболку, пальцы прошлись по накаченному прессу, а затем скольнули вниз к выпуклости, которая стала увеличиваться. — Кааас...- простонал Дин. — Ммм? Что такое любимый? — с усмешкой спросил Кас. — Я же веду «Детку», а то, что ты делаешь, это... опасно для вождения, - немного прерывисто вздохнул Дин. — Ну, а что тебе мешает остановить «Детку» вот тут на обочине? — хмыкнул Кас уже тянувшись к шее Дина. — Кас, ты просто бестия, — простонал Дин и начал притормаживать, сворачивая на обочину. Как только Дин свернул остановил машину и заглушил мотор, он притянул Каса к себе и они слились в жарком поцелуе. Их губы, языки кружились в танце любви. Руки начали блуждать по телам, залезая под одежду и пытаясь снять эту ненужную деталь. На пол полетели футболки, джинсы. По салону машины уже раздавались звуки удовольствия. Вздохи, рычания. Кас целовал все подряд, переходя от сладких и сочных губ к шее, ключице. Дин же, откидывая голову назад для большего доступа, простонал от удовольствия, совершенно не сдерживал себя. Губы Новака плавно переходили к соскам, целуя и покусывая то одну горошину, то другую. При этом Дин просто выгибался дугой навстречу. — Кааааааааас, как же охуенно. Дааа! — стонал Винчестер. Новак, уложив Дина на сиденье, начал спускаться ниже, подбираясь к заветному бугорку в боксерах. Зарычав, начал зубами снимать их. Перед глазами Кастиэля, в полной боевой готовности, предстал немного покачиваясь, наливной член. Со всеми выступающими венками и аккуратной головкой уже, с капелькой предэякулянта. Кас, облизнувшись и простонав, аккуратно собрал эту капельку, уже готовую стечь вниз по стволу, горячими губами. — Ммм, какой сладкий. — Аххх... — стонет Дин. Кас проводит языком вдоль всего члена от самой головки до яичек и обратно. Затем губы захватывают головку и начинают посасывать, медленно спускаясь вдоль основания.Так же не перестает работает языком, вырисовывая узоры. Кас по немногу набирает темп и заглатывает все глубже и глубже. Дин стонет, ёрзает под этими ласками. Новак разводит ноги Винчестера в стороны и, смочив пальцы слюной, начинает водить по дырочке, массируя её. Он вставляет сначала один палец. Движение плавные, размеренные, расслабляющие. Затем вводит второй палец, немного прокручивает ими, раздвигая стеночки. — Ох, чёёрт, дааа. Кааас. Я… я... — продолжает стонать Дин. Новак продолжает свои манипуляции, наблюдая как любимый улетает от этих ласк. Он и сам уже на пределе. Его собственный член ноет, требуя разрядки. Он вытаскивает пальцы и прилипает к губам Дина. — Каас, войди в меня, — уже скулит Винчестер. — я не могу. Я сейчас взорвусь. — Малыш,– стонет Кас. Руки Дина находят боксеры Каса и резко стягивают их вниз. — Войди в меня прямо сейчас, - повторяет Дин. Кастиэль, смазав слюной свой член, приставляет головку к пульсирующей от возбуждения дырочке и входит. Стон срывается с их губ одновременно. Новак начитает двигаться сначала медленно, затем всё быстрее и быстрее. Дин скулит, выгибается, прося ещё быстрее, ещё сильнее. У обоих сносит крышу, глаза затуманены желанием и страстью. Ещё немного, ещё чуть-чуть и они улетят окончательно и бесповоротно. — Я… я … бо-льше не мо-гу. Я сейчас взорвусь, Каааас!! - задыхаясь, громко стонет Дин. Через секунду на него обрушивается оргазм, сперма вылетает на живот с такой силой, как тот самый дождь, который идет за окном. Через несколько глубоких толчков за ним идёт Кас. Изливаясь в самую глубину Дина. Он падает на Винчестера, они оба прерывисто дышат, пытаясь восстановить дыхание. Первым нарушает тишину Дин: — Надо вытереться, по-моему у меня где-то были салфетки. Кас, посмотри в бардачке. — Угу… — бормочет Кас, пытаясь нащупать тот самый бардачок. — Вот, держи. Дин берёт и начинает вытираться. Стерев кое-как следы их страсти, они оделись и, с трудом, приняли сидячее положение. Дождь уже прошел и на небе начала зарождаться первая заря. Пришло утро, а это значит нужно возвращаться обратно в бункер, к работе, к Сэму, но они точно знали, что это не последняя их вылазка в ночи, будут ещё и ещё. Дин завёл Импалу, развернулся и они помчались обратно вдоль пустынной дороги, но уже освещённой первыми лучами солнца.