Страдание для несчастной души

- Джеймс, я понятия не имею, как босс всё узнал! Я ничего не говорил, клянусь! Поверь мне! – прошептал парень, когда они оказались в коридоре, у закрытых дверей кабинета. - Не лги! Я тебе не верю! Вообще, больше никому не доверяю! – взорвался омега, оттолкнув Джима и бросившись прочь по коридору. - Кевин, иди за ним и проследи, чтобы этот мальчишка не натворил глупостей. Браун также разрешил вам покинуть территорию, но будьте осторожны. Всё, идите! – распорядился помощник, провожая взглядом удаляющуюся спину омеги. Телохранитель настиг подростка у самых дверей. Кинг, охваченный паникой и страхом, не замечал слез, катившихся по щекам. Он отчаянно дергал ошейник, но тот был надежно зафиксирован. Воздух дрожал от напряжения, и Кевин чувствовал, что каждая секунда может стать последней. Но он не сдавался, продолжая преследовать Джеймса. Оглядевшись, подросток понял, что оказался далеко от места, где его только что мучили. Он знал, что должен добраться до дома, где, как он наивно полагал, его ждет безопасность. Каждый шаг давался с трудом, но Кинг бежал, осознавая, что телохранитель может настигнуть его в любой момент. Однако альфа не приближался. Джеймс не мог понять, почему его не ловят. Возможно, Кевин просто хотел запугать юного омегу, показать, что он всегда будет рядом. Наконец, подросток увидел свой дом. С облегчением он понял, что до спасения остался всего шаг. Кинг влетел внутрь, захлопнув дверь, и почувствовал, как бешено колотится сердце. Тяжело дыша, он подошел к двери и постучал. — Ты не можешь вечно прятаться. Рано или поздно тебе придется выйти. И лучше, если ты сделаешь это сам, Джеймс. Ты знаешь Брауна и на что он способен, — произнес Кевин, садясь на ступеньки крыльца. — Выходи, нам нужно работать. Прислонившись спиной к стене, омега медленно сполз по ней, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Кинг чувствовал, как напряжение покидает его, понимая, что это единственное, что он мог сделать сейчас. Слова телохранителя были разумны, призывали к действию, но мальчик не находил в себе сил подняться и выйти на улицу. Джеймс чувствовал слабость и беспомощность, но сдаваться не собирался. Он знал, что должен найти в себе силы и справиться с происходящим. Однако, стоило ему попытаться подняться, тело отказывалось повиноваться. Закрыв глаза, он сосредоточился на дыхании, пытаясь успокоиться и отыскать внутренний резерв, чтобы подняться и жить дальше. Минуты тянулись мучительно медленно. На лице Джеймса застыла глубокая сосредоточенность, словно он полностью погрузился в свой внутренний мир. И вдруг, пришло понимание, способное разрушить все преграды и открыть глаза на мир вокруг. Джеймс вздохнул с облегчением и понял, что пора действовать. Не без колебаний он поднялся. Ноги дрожали, словно умоляя остаться. Однако, с каждой секундой решимость росла, и он сделал то, что считал правильным. Распахнув дверь, Джеймс вышел на улицу. Альфа с недоумением посмотрел на его решительный взгляд. – Ты прав, – тихо произнес Джеймс, обходя Кевина. – Пошли, мне нужно работать. Кевин вскочил и молча последовал за ним, пораженный резкой переменой в настроении. Они прошли сквозь ворота и направились к оранжерее и садовому сараю. Заглянув в сарай, он схватил необходимые инструменты для осмотра сада, который ему предстояло привести в порядок. – Что мне делать? – спросил Кевин, стоя у дверей. – Просто не мешай, – небрежно ответил Джеймс, выходя из сарая. Пожав плечами, телохранитель последовал за мальчишкой, который, увлеченный красотой цветов, шел вдоль аллеи. Их путь лежал к пышному кусту, утопающему в разноцветье. Джеймс присел у его подножия и принялся ухаживать за землей вокруг растений. Его руки двигались с отточенной ловкостью, каждое прикосновение к почве было точным и бережным. Вокруг него распускались новые бутоны, словно приветствуя его, и Джеймс нежно улыбался, чувствуя, как сердце наполняется тихой радостью. В этот миг ему не нужно было ничего больше – он был счастлив, настоящий мастер своего дела. Мальчик ощущал внутренний покой и гармонию, точно зная, что находится на своем месте. Альфа, опытный и бдительный телохранитель, не позволял себе вмешиваться в уединение своего подопечного, поэтому молча наблюдал из тени, удобно устроившись на траве. Внезапно, когда юный омега был поглощен своим занятием, его движения замерли. Он повернул голову в сторону, откуда доносились приближающиеся шаги. - Джеймс, не двигайся, – приказал Кевин, вскакивая на ноги и наводя пистолет в направлении звука. Он был готов защитить своего подопечного любой ценой. Из живой изгороди появились Браун и его преданный помощник, безупречно одетые и излучающие уверенность. Телохранитель, заметив господина, тут же опустил оружие, ощущая облегчение. Напротив, подросток почувствовал внезапное напряжение, как только его взгляд упал на своего злобного мучителя. Он осознал, что бежать некуда – не осталось ни одного места, где он мог бы от него скрыться. — Ну что, наконец-то ты решил прислушаться к здравому смыслу? Я рад. Но раз ты еще не уехал в город, предлагаю сопроводить тебя лично, — произнес мафиози, приближаясь к омеге, который пытался отступить назад. — Но я еще не закончил обрабатывать цветы, — ответил Джеймс, отступая все дальше. — Ничего страшного, завтра продолжишь, — успокаивал его альфа, но в голосе уже звучало раздражение. — Времени у тебя будет предостаточно. В этот момент Беркли вмешался в разговор, предложив перенести поездку, чтобы Кинг мог завершить свою работу. Блондин надеялся, что это отвлечет внимание мафиози. Но Браун был слишком раздражен и зарычал: — Я сказал, мы уезжаем сейчас. Жду тебя у дома. Омега задрожал от страха, понимая, что альфа, который сейчас уходил, был очень зол. Джим осознавал, что спорить с мафиози бесполезно — это только усугубит ситуацию. Поэтому Беркли просто пожал плечами и отдал распоряжения по рации, чтобы подготовить машину босса для их совместного выезда с омегой. Кевин быстро собрал весь инвентарь и проводил подростка к его дому. Мальчику нужно было переодеться и привести себя в порядок, чтобы выглядеть прилично перед боссом. Джеймсу не хотелось ехать с Вистаном, но он понимал, что не может ничего с этим поделать. В конце концов, это был приказ, и его следовало выполнять. Когда мальчик зашел в дом, он сразу направился умываться и переодеваться. Кинг надел джинсы и серую футболку, стараясь выглядеть как можно более просто и незаметно. Омега знал, что ему нужно быть готовым к любым ситуациям. Приближаясь к главному дому, Джеймс ощущал нарастающее напряжение. Подойдя ближе вместе с телохранителем, он увидел, что их уже ждал недовольный Браун. Этот дом был искусно охраняемым убежищем, где черные сделки совершались в просторных комнатах, наполненных ароматом роскоши и коррупции. Мужчина открыл дверь машины перед Кингом, приглашая его сесть. Омега уселся на заднем сиденье автомобиля, словно на электрическом стуле. Его руки тряслись от страха, а сердце бешено колотилось, как будто готово выскочить из груди. Вслед за ним сел и сам мафиози, его присутствие ощущалось сильнее, чем мрачная тень. Незнакомый телохранитель сел рядом с водителем, и двигатель уже завелся. Урчание мотора наполнило салон тихим, успокаивающим звуком. Водитель нажал на педаль газа, плавно выезжая с территории дома. Машина с легкостью промчалась по главной дороге, и шофер прибавил скорость, но изменения на дороге едва ощущались внутри автомобиля. Мальчик старался не обращать внимания на мрачное присутствие альфы, которое вызывало в нем тревогу, и предпочел сосредоточиться на виде, открывающемся за окном. Кинг погружался в мир нежной зелени, вникая в каждую деталь, каждый танец листьев на ветру. Но вдруг его мирное состояние нарушил пронзительный голос мужчины. Он проорал на омегу, отвлекая его от идиллической картинки: - Перестань трястись! - рыкнул мужчина. Мальчик испуганно вздрогнул, встрепенулся и попытался успокоиться. Посмотрев с надеждой на альфу, но в его глазах не было сострадания или понимания. Вместо этого, он увидел лишь жесткую доминирование и правящий сверху тон, который заставил его содрогнуться внутри. - Ты бы лучше сделал что-нибудь приятное для меня, пока едем, -  грубо сказал Браун, расстегивая ширинку. Джеймс испуганно посмотрел на альфу, который вытаскивал свой эрегированноый член. - Что вы хотите, чтобы я сделал? - испуганно спросил подросток. Вистан схватил мальчишку за ошейник и притянул его к своему паху, сказав: - Что за глупые вопросы? - Пожалуйста, можно дома? Я готов на все, - в отчаянии сказал омега. - Дома мы займемся более интересными вещами, поверь мне, -  злобно прорычал мафиози, надавив другой рукой Джеймса за шею так сильно, что тот не мог смотреть вверх и вынужден был принять член мужчины в свой рот, пока слезы катились из его глаз. Мальчишка беспомощно дрожал в руках альфы, чувствуя, как его тело подчиняется силе и власти этого могущественного мужчины. Кинг пытался вырваться, но Браун был слишком сильным и неотступным. Юный омега начал задыхаться, понимая, что не может сопротивляться и что его судьба теперь полностью зависит от этого человека. Мужчина, чувствуя слабость Джеймса, чуть сильнее раздвинул свои ноги, сев более удобно и укрепив свою позицию. Мальчик попытался отстраниться, но его попытки были тщетными. Вистан только сильнее прижал его к своему паху, заставляя омегу еще больше понимать свое бессилие. Подросток понял, что он полностью подчинен альфе, и его единственная надежда - это то, что мужчина не причинит ему боль. - Если не будешь сосать, сломаю тебе шею, - прорычал Браун, ударяя ладошкой по ягодицам мальчика. Джеймс почувствовал страх и отвращение, но он не мог ничего сделать. Мальчишка был вынужден сделать то, что было ему противно, и при этом еще и перед людьми. Но он понимал, что у него нет выбора, и провел кончиком языка по члену, как бы говоря Вистану, что он не будет сопротивляться. Кинг чувствовал себя униженным и опозоренным, но он не мог ничего сделать, чтобы изменить ситуацию. Омега молча выполнял то, что от него требовали, надеясь, что все это скоро закончится. Мальчик, несмотря на свои мучительные эмоции, собрался с силами и начал удовлетворять мужчину своими нежными губами. Джеймс настойчиво сосал и ласкал каждый сантиметр члена, стараясь доставить своему мучителю максимальное удовольствие. Однако, Брауну надоела эта медлительная сексуальная игра, и он решил взять все в свои руки. Быстро исследуя границы проникновения в глотку Кинга, мафиози вошел в него полностью. Это был акт не только физической, но и символической власти, которую альфа раскрывал перед мальчишкой. С каждым мгновением, когда Вистан входил все глубже и сильнее, юный омега ощущал, как его сущность погружается в мир агонии. И вот, углубившись еще на шаг, мафиози достиг своей цели - полного проникновения в глотку Джеймса. Кинг был ошеломлен этим неожиданным поворотом событий, но понимал, что у него не было другого выбора, кроме как подчиниться Брауну. Он признал свое место в этой иерархии, принимая на себя удары судьбы. Подчиняясь и смиряясь, подросток понимал, что его единственная цель - удовлетворить желания этого мужчины, даже если это принесет ему боль и страдания. Сделав еще несколько поступательных движений, Браун замер, наслаждаясь ощущением своего члена во рту мальчика. Он был уверен, что омега никогда не забудет этот опыт и будет бояться его всю жизнь. Но мафиози не останавливался, продолжая двигаться все быстрее и сильнее, насилуя рот Джеймса своим членом. Мальчишка пытался справиться с этой неприятной задачей, но его горло было заполнено спермой, которую альфа заставлял его глотать. Наконец, он кончил и отступил, оставив Кинга кашляющим и подавленным. Вистан улыбнулся, довольный своей жестокой игрой, и сказал: - Оближи член дочиста, чтобы ты никогда не забыл, кто здесь главный. Ты будешь помнить этот момент каждый раз, когда увидишь меня, и будешь бояться всю жизнь. Будешь знать, что я могу сделать с тобой и будешь подчиняться мне безоговорочно. Станешь моим игрушечным мальчиком, с которым я буду играть, как захочу. Теперь оближи, и я дам тебе немного милости. Но помни, что принадлежишь мне и могу сделать с тобой все, что захочу. Будешь моим слугой, моим рабом, моей игрушкой. И будешь благодарен мне за это, потому что я дам тебе удовольствие, которого ты никогда не испытывал раньше. Будешь мечтать обо мне, желать меня и подчиняться мне. Будешь моим, и никто не сможет тебя спасти. Теперь оближи, и я позволю тебе купить все, что захочешь. Трясясь от страха и отвращения, юный омега снова опустил голову. Джеймс не мог поверить, что снова оказался в этой ужасной ситуации. Его тело дрожало, а сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Но он не мог остановиться; мальчик продолжал двигаться вперед, приближаясь к ненавистному члену. Кинг мечтал откусить его и избавиться от этого кошмара, но понимал, что это может стоить ему жизни. Подросток знал, что не сможет победить этого монстра, но не мог просто смириться с судьбой. Он должен был попытаться, даже если это означало рискнуть своей жизнью. Он продолжал, его губы касались члена с все большей отчаянностью. Джеймс вылизывал его, стараясь стереть все следы спермы, оставленные этим ужасным человеком. Он молился о том, чтобы это закончилось, чтобы он больше никогда не оказался в подобной ситуации. Мальчик чувствовал себя жертвой, попавшей в лапы свирепого зверя. Кинг был бессилен перед этим монстром, но не собирался сдаваться. Он продолжал бороться, даже если это означало продолжать лизать этот проклятый член. Омега был готов на все, лишь бы это закончилось. Он молился о спасении, о том, чтобы кто-то пришел и освободил его от этого кошмара. — Босс, мы приехали, — раздался голос водителя. Юный омега вдруг осознал, что все, что он делал, происходило на глазах у людей мафии. От этой мысли его чуть не вывернуло наизнанку. Выскочив из машины и вытирая губы, подросток огляделся в поисках спасения. Горячий воздух обжигал его лицо, напоминая о застывшей в воздухе угрозе, которая предательски таила в себе опасность. Как только Кинг собрался бежать, его руку стиснули с такой силой, что кости отозвались болезненным скрипом. Грозный рык, опаливший ухо, не оставлял сомнений: схвативший его готов на все. – Куда собрался? – прорычал голос, пропитанный угрозой, и воздух вокруг словно сгустился от страха. Сердце Джеймса замерло, мир вокруг словно застыл. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвалось лишь слабое бормотание, тонувшее в окружающей суете. – Не пытайся сбежать, мальчишка, – голос проник в самую душу, обволакивая ее ледяным ужасом. – Ты обречен. Мощная рука развернула Кинга лицом к альфе. Взгляд, пронзительный и безжалостный, заставил подростка мгновенно осознать: он совершил непоправимую ошибку, и расплата неминуема. Страх и сожаление захлестнули его, понимание, что прошлое не вернуть, содеянного не исправить, жгло изнутри. – Я ведь предупреждал, чтобы ты не делал глупостей. Думал, я шутил? – Вистан сжал руку Кинга еще сильнее. Мальчик вскрикнул от боли, попытался вырваться, но силы были неравны. В глазах плескался страх, но он не сдавался. Напряжение в воздухе сгущалось, словно перед грозой. Браун был уверен в своей власти над омегой. Он всегда наслаждался игрой, и в этом искусстве ему не было равных. Каждая встреча с омегой была для него высшим вызовом, стимулом для достижения совершенства. – Откройте багажник, – приказал он телохранителю. Тяжелая крышка багажника зашуршала, когда телохранитель молниеносно выполнил приказ. Вистан, возвышаясь над Кингом, смотрел на него сверху вниз, как на сломанную игрушку. Телохранитель, не говоря ни слова, нажал на кнопку, и багажник распахнулся. Без малейших колебаний альфа подтолкнул трясущегося от страха мальчика в темную, тесную нишу и захлопнул крышку, оставив его наедине со своими кошмарами. – Возвращаемся домой.