Сознание

Дежурный, как и обещал, назначил отделению «К» соответствующее наказание в виде уборки каптёрки, туалетов, прачечной и других, сильно пахнущих мест. И кто бы мог подумать, что наказание продлится не один день, а целый месяц? Да ещё и будет умножаться за любое прегрешение: опоздал на завтрак, плохо вычистил сапоги, проспал половину лекции по биологии тварей или географии регионов и так далее. Нарушения имелись у всего отделения без исключения, но чаще всего их совершал никто иной как Лукас. Мальчишка столько раз получал по кепке, что научился затылком определять кто именно метает в него невидимые стрелы из глазниц. Сегодня стрелы сыпались у того, кого он ожидал меньше всего – Георга. - Отойдём-ка на минутку. – Гео нетерпеливо мотнул в сторону черного входа корпуса. Лукас закусил губу и смиренно последовал за ним, мысленно готовя себя к внезапной атаке. Георг выставил руки по бокам, заграждая путь к отступлению. – Давай на чистоту. Либо ты объясняешь мне причину почему продолжаешь подставлять весь отряд, либо я прошу Берканта на правах главного в группе выпихнуть тебя из казармы пинками под зад. Ты меня понял? Уокер вздрогнул от его нетипичного тона. Он и предположить не мог, что солдат способен на гнев, а уж тем более ярость. Когда это всегда жизнерадостный и практически безобидный Георг стал способен на угрозы? Это армейка на него так повлияла? В душу закралось недоброе предчувствие. - Я…– неуверенно начал Уокер, но замолк на полуслове. - Ты…? - Ну как бы… - Как бы что? – настойчиво подталкивал его товарищ. - Не справляюсь, – наконец промямлил мальчишка. - Хорош заливать. Я в курсе как офицер Вал отзывается о тебе. – Георг скрестил руки на груди. Офицер Вал – та самая «тростиночка», которая неоднократно демонстрировала справедливость высказывания «не суди по обложке» – действительно очень хвалил Лукаса в последнее время. Несмотря на его ужасную форму в начале прошлого месяца, сейчас Уокер делал явные успехи. Лукас молчал, не зная что сказать, но Георг ждал, пристально рассматривая его лицо. После драки с Костей отношения внутри компании претерпели некоторые изменения. На утро следующего дня парни – похоже ментально – решили притвориться будто ничего не случилось. Воздух в кубрике продолжал ощутимо потрескивать от напряжения, особенно ночью перед отбоем. Костя же предпочёл придерживаться старой тактики – полностью игнорировать существование Лукаса. Сам виновник торжества счёл, что не имеет право отставать, и потому вместо одного человека стал не замечать сразу всю команду. Уокер злился. Беркант ведь сам предложил попытаться сблизиться с товарищами, рассказав о том, что в его душе. Но в итоге что? Получил в глаз. А самое смешное в этой ситуации, что вместо сострадания он получил осуждение, да ещё вдобавок неприязнь размером с Эверест. Как это понимать? - Эй, ты вообще слушаешь? – Георг щелкнул пальцами перед носом парня, призывая обратить на себя внимание. - А? – слабо отозвался Лукас. - Тебе хотя бы раз говорили насколько ты ужасный собеседник? – Гео закатил глаза. Очевидно, он быстро терял самообладание. – Погоди-ка, – Георг насторожился, – неужели реально надумал сбежать? Лукас громко прищёлкнул языком, мысленно желая остановить этот бред, но Гео расценил этот жест по-своему. - Серьёзно? Ха! Раз всё решил, то чего оттягиваешь? Ждёшь определённого момента? Никогда не поверю, что такой скользкий жук как ты не способен улизнуть в любую удобную минуту стоит только захотеть. Но если я ошибаюсь, то могу предположить только два варианта – либо ты не такой уж и скользкий, а наоборот тупой как валенок, либо же намного умнее, чем кажешься. - Как мило, что я заставляю тебя думать о себе стуки напролёт. Я польщён. – Лукас фальшиво улыбнулся, на что Гео выразительно фыркнул. - Хватит валять дурака, возьми уже себя в руки. Я вызвал тебя не для того чтобы играться. Беркант скоро возьмётся нас искать, так что давай со всем покончим как можно быстрее. Уокер сменился в лице. Не хватало, чтобы Беркант снова сунул нос не в своё дело. С него хватит его персональных советов. - Чего ты хочешь от меня? - Помирись с Костей. - С чего вдруг? Это он ударил меня первым. Георг пару раз моргнул, поражаясь бестолковости мальчишки. - Ты вообще понял, почему вы подрались? - Откуда мне знать? Я явно не копался в его голове. - Вау, а ты реально не догнал. – Парень недовольно помотал головой. –Когда ты сказал, что сбежал бы от войны появись такая возможность, Костян вспомнил как… – Георг замялся. Лукас выгнул бровь, ожидая продолжения. – Ты когда-нибудь слышал про Прает? - Чего ещё раз? - Прает – один из первых мёртвых городов. С него началось вторжения тварей через юг. - И что? Гео глубоко вдохнул и начал: - Несколько лет назад мы с Костяном жили там. Долгое время город голодал из-за ужасной засухи, но однажды поля Праета зацвели за одну ночь и принесли жителям огромный урожай. В честь этого события глава города – отец Кости – принял решение провести фестиваль и таким образом вселить в народ уверенность в завтрашнем дне. По мере рассказа, Георг становился всё более и более мрачным. Оказалось, что в ночь фестиваля мальчишки – старший брат Кости и ещё несколько детей – воспользовавшись общей шумихой, они тайком разломали замки на воротах и выбрались за пределы Праета. Ребята долго блуждали по близлежащим горам и равнинам, пока ночное небо не пронзили рассветные лучи. А когда поспешили домой, со страхом ожидая родительский гнев, увидели лишь руины, покрытые кровавыми пятнами. Георг не стал описывать в красках что именно они пережили в тот день. Подёргивающие кончики пальцев и покрасневший нос говорили сами за себя. Через некоторое время к былым воротам Праета прибыла военная процессия, во главе с королевой. Та, не объясняя ничего, забрала выживших в Аркс и распределила по новым жилищам. - Через год Пётр – старший брат Костяна – отправился на фронт добровольцем. Тогда-то он и узнал случайно от товарищей о том что конкретно произошло на фестивале. Лукас всмотрелся в выражение лица солдата. Тот опустив голову выдавливал фразу за фразой. Выяснилось, что почти сразу после того, как дети сбежали с праздника, твари выползли из-под земли и прорвались сквозь ворота, пожирая всё на своем пути. Из-за испорченных замков солдаты, находящиеся на посту, не смогли вовремя сгруппироваться и оказать сопротивление, а потому вынуждены были отступить. Королевская подмога не успела прорваться через блокаду. Люди, находящиеся в Праете оказались в западне, без шанса выбраться и спастись. Всего за пару часов твари сровняли поселение с землёй, а жителей либо растерзали, либо утащили за собой под землю. - Костя очень долго винил себя, потому что именно он тогда предложил замки поломать, хотя его отце часто предупреждал нас об опасности за стеной. Откуда ж мы могли знать, что из-за мелочи солдаты потеряют столько драгоценных минут? Когда он узнал… Видел бы ты, как он орал, ругаясь на себя за то, что сделал. - Это глупо. Ну, я имею в виду сердиться на себя. Если судить по справедливости, он ни в чём не виноват. - Ты прав, не виноват, но я его понимаю, потому что чувствую то же самое. - А ты-то тут причём? - Лукас, мы потеряли всех своих родных и близких из-за того, что просто решили немного развлечься. Никого не осталось в живых. Вообще никого, кроме нас. Я думал ты догадаешься, раз вышел из мёртвого города, но, похоже, что нет. Когда ты сказал, что можно «уйти» и всё, Костян вспомнил ту ночь. И честно говоря, я бы сделал с тобой то же самое, может, даже хуже. Моя рука потяжелее его будет. Уокер отвёл взгляд, чтобы не столкнуться с выставленным кулаком. - Ну что, я разложил тебе всё по порядку? - Мм, – Лукас задумался. – Получается он расценил мои слова как призыв к… Георг недовольно выдохнул, закатив глаза. Кажется, солдат перенял у Уокера плохую привычку. - Его задело то, что ты не испытываешь никаких мук к погибшим, что будь у тебя такая возможность, сам бы открыл ворота тварям и пустил внутрь с распростёртыми объятиями. Может, ты и ляпнул это с горяча, но сделал это очень по-дурацки. – Гео замолчал, о чём-то подумал, а затем прищурился на него. – Ляпнул же? Лукас медлил с ответом. Он засуетился, перебирая варианты ответов, чтобы в итоге не вызвать ещё больше вопросов или новый удар под дых. - Я… – протянул он. – …сирота. Э, да, точно. У меня нет ни семьи, ни родни, ни друзей. – Что ж. Отчасти это была правда. – Никто никогда не заботился обо мне, как и я ни о ком. Меня замечали лишь тогда, когда появлялось желание кого-то пнуть и неважно кого. - Но ведь это не значит, что все люди плохие, верно? Один захочет пнуть, а другой не даст в обиду. - А затем обидит сам. Нет уж спасибо, – подытожил Лукас. Георг пихнул его в бок. Он опёрся плечом о стенку, тихо посмеиваясь. - Не будь таким. Все люди разные, и каждый имеет право на жизнь. Наша задача – сохранить это право. Подумай об этом. Светлая макушка Георга скрылась за углом, оставив Лукаса наедине со своими мыслями. После рассказа новобранца многое прояснилось, но кое-что продолжало волновать извилины Лукаса. *** Время близилось к отбою. Ребята потихоньку готовились ко сну. Георг и Беркант были правы. Лукас совершенно не понимает парней. До этого дня он и не догадывался о настоящей причине ссоры с солдатами, наивно полагая, что просто задел их жилку патриотизма. Но сейчас… «Черт! Какого лешего я должен извиняться? – простонал про себя Уокер. – Получается это мне надо извиниться перед ним за то, что он сам меня ударил? Идиотизм. Чистой воды идиотизм. – Прозвучала команда «отбой». Лукас быстро расправил кровать, разделся и улёгся на бок, лицом к стенке. Мгновение спустя по кубрику прошёлся храп Виктора, а за ним и общее сопение мальчишек. – У них в мозгу маленький выключатель или что? Как можно так вырубиться? Почему я не вырубаюсь? Я что не устал? – Он прислушался к ощущениям в теле, по очереди напрягая мышцы на руках и ногах. – Да нет, как раз-таки устал, да ещё как устал. – Лукас снова попытался заснуть, но потерпел новое поражение. – Да что не так? Я забыл, как правильно спать? – Откинувшись на спину, парень вдруг прозрел. – Ого. Чуть не забыл, что нахожусь не в реальности. Ничего себе. Не думал, что это возможно. – Если мне и есть не обязательно, то и спать наверняка тоже, да? А что мне тогда делать, если не спать? – Он закинул скрещенные руки под затылок. – А что, если действительно сбежать? Что меня держит? Эти – спят, дежурный уже обошёл наш корпус, да и дневальных всего ничего. Проскочить не составит труда. – Лукас вскочил. – Да это ж идеальный шанс. Сбегу и не будет проблем. Сам отыщу этот проклятый портал, сам через миры переберусь, сам вернусь домой. Демон кажется ничего сверхъестественного не делал в прошлый раз, чтобы открыть дверь, так что я должен справиться». Мальчишка спрыгнул с койки, приземлившись на дощатый пол. Тот заскрипел, сопротивляясь напряжению. Ротти, который посапывал под ним, замычал, скривившись. Лукас замер, уже прикидывая какое оправдание использовать, но всё обошлось. Складка между бровями солдата разгладилась. Уокер облегчённо выдохнул, нацепил форму и высунул голову в коридор: «Тихо и никого, в самый раз для дезертирства». *** Собрав скудные запасы снаряжения, которые им выдали ещё в начале учебки, Лукас двинулся по коридору мимо классов. В конце как раз должен был располагаться второй чёрных ход. Открытые двери кабинетов географии и истории встречали его с немым осуждением. Уокер высовывал каждой язык в качестве протеста, пока не встретился взглядом с залом, где преподавали биологию тварей. - Чёрт, – сквозь зубы процедил парень. – Какой же я тупица! – Он схватился за волосы, проклиная собственную рассеянность. За те два месяца, что он провёл в казарме, Лукас узнал две вещи. Первое – что война во Вселенной Алии длится уже почти тридцать четыре года. Второе – что сражаются они не просто с великанами, с которыми Уокер встречался, когда ввалился в измерение, а со всевозможными, наиотвратительнейшими гигантами, каких только и может вообразить человеческий разум. Любой фильм ужасов мерк на фоне этих склизких, многоногих, непропорциональных существ. - Дубина! Совсем мозги отшибло! – продолжал Лукас покрывать себя. – И что мне теперь делать? Я ж подохну, если буду выживать в одиночку. – Из правого крыла коридора донёсся топот сапогов. Парень юркнул в кабинет и залез под дальнюю парту. Фонарь дежурного на мгновение осветил аудиторию, а затем отправился дальше по выверенному маршруту. «Всё-таки у них тут очень слабая линия защиты. Даже я смог проскочить. Сказать что ли Алие? Или она снова мне проткнёт? – Он неосознанно почесал почти заживший шрам на тыльной стороне, вспомнив военный совет. – Кстати, а может ли такое быть, что из-за ваторши у всех жителей образовался какой-нибудь «ген драки»? Или я уже схожу с ума? – Лукас повернул голову на плакат с анатомией гоблина с вытекшими глазами. – Да, определённо схожу. – Он сел на пол, раздумывая, что делать дальше. – Это о них мне трещал Георг? Мда, умять город за пару часиков – это вам не шутки. Может, ну его, побег? Всё равно долго не продержусь, а тут и кормят и поят, хоть мне это и не нужно. Единственный минус – назойливые ребятишки. – Лукас уткнулся лбом о стенку. – Целый город. Невероятно. Да они чудом спаслись. Им радоваться надо, а не себя в чём-то винить. Эх, наверное, нелегко, когда теряешь действительно дорогих людей. – Перед глазами возникли картинки из прошлого, гурьбой пробегая по воспоминаниям. – Как там бабушка с дедушкой? Скучают ли? Здоровы ли? – Лукас представил что бы чувствовал, не будь их в его жизни. – Я б подох на улице, либо же превратился в обычную марионетку с вечно улыбающейся мордой. Фу, жуть какая. – Он вытянул ноги вперёд, зевая. – Жалко Костю. И Гео жалко. Чем они заслужили такую участь? Кажется, и вправду ляпнул невесть что. – Уокер цокнул языком, тяжело поднялся с места и неспешно поковылял обратно в кубрик. *** Никогда прежде Лукас не ощущал такую бодрость сразу после пробуждения. Впервые в теле не чувствовалось ни капли свинца, а в мыслях – ни капли сомнений. Сильнее всего это проявилось на тренировках. На зарядке во время бега в местном стадионе он умудрился не только не отстать, но и прорваться в центр. А во время занятий по учебной стрельбе держался на равне со всеми, хотя раньше даже в последнюю пятёрку не попадал. Соседи из кубрика с опаской поглядывали на него, боясь спугнуть удачу, в то время как Георг весь день настороженно следил за парнем, пытаясь понять ход его мыслей. Лукас же умело делал вид, будто нет никаких удивленных взглядов, а все упражнения даются ему легко, словно он всю жизнь только этим и занимался. Но правда выглядела иначе. Стоило кому-то отвернуться, как Уокер тут же валился с ног, судорожно хватая ртом воздух. Перед тем как прыгнуть в миры, его форма и впрямь была хороша относительно сверстников, но бежать несколько километров вокруг немаленького стадиона, да ещё и держаться в центре – довольно-таки сложная задачка для парня, который начал тренироваться только два месяца назад. Кожа на затылке Лукаса нервно подёргивалась от мысли, что кто-то вообще способен занимать первые места на утреннем забеге. И всё же, несмотря на трудности, сегодня он не мог оплошать. Из вчерашнего разговора с Гео Лукас сделал для себя несколько главных вывода. Первое – нужно немедленно добраться до королевы, чтобы выбраться из порождения ада. Сделать это можно двумя способами: либо стать всеобщим героем, либо же злодее. Вариант со злодеем отпадает, так как в драке он наверняка продует, дезертирство убьёт, а предательство – просто бессмысленно. Другое дело геройство. За геройство тут считается не только подвиг на поле боя, но и успехи в учёбе. А награда – медаль с рук самой королевы. Очевидно, это самый выгодный путь. И второе откровение – как бы ему не было противно это признавать – Беркант прав. Если их-таки отправят на войну, то будет легче «защищать спину товарища, чем незнакомца». А что лучше всего сделать в его ситуации, чтобы наладить отношения? Правильно – извиниться. И нет, он вовсе не испытывает стыд за всё сказанное. Подобная сентиментальность никогда не приводит ни к чему хорошему. И да, он не ищет оправданий, чтобы усмирить свою совесть. Это всё глупости. Наверное. Уокер стиснул челюсти и мягко приземлился за столик с товарищами из кубрика. Разговор между Гео и Ротти резко стих. Виктор презрительно фыркнул, показательно скрестив ноги. Беркант напрягся, готовясь остановить потенциальную перепалку. Костя испытывающе приподнял подбородок, словно говорил «только посмей». Их реакция была вполне естественной. Уокер перестал с ними обедать и ужинать сразу после ссоры. Но раз он решил «перевернуть страницу», то придётся с чего-то начать. - Приятного аппетита, – тихо промямлил Лукас и приступил к трапезе. Ребята напряжённо переглянулись. Болтовня постепенно возобновилась, когда стало ясно, что Уокер не собирается провоцировать новые разборки. Однако солдат коже ощущал прожигающий взгляд со стороны Кости. В отличие от остальных, он даже на секунду не расслабился, а напротив – лишь сильнее нахмурился, нарочито лениво перебирая содержимое миски. Лукасу было неловко до тошноты. Хотелось вскочить и убежать куда-нибудь восвояси. Он опасливо поднял глаза на Константина, но того уже след простыл. Фигура быстро скрылась у выхода из столовой. Георг дёрнул уголком губ, словно посмеивался над чужой неудачей. «Это сложнее, чем я ожидал, – с грустью подметил новобранец. Уокер вздохнул. – Ладно, надо отдать ему должное. Я рассчитывал, что он вмажет мне по лицу, когда увидит, но всё обошлось. – Он мысленно поблагодарил Костю за проявленное дружелюбие. – Эх, неужели придётся разговаривать один на один, чтобы этот дурацкий конфликт разрешился? Ума не приложу, зачем так усложнять себе жизнь?!» - Молодец, – Беркант одобряюще хлопнул его по плечу. Лукас хотел ответить что-то язвительное по типу «да пошёл ты», но сдержался. На втором разводе их отделению дали задание покрасить восточные стены. На лицах солдат мелькнуло едва различимое разочарование вперемешку с досадой. Остальные новобранцы мысленно посочувствовали ребятам, прекрасно понимая насколько выматывающая работа им предстоит. - В каптёрке найдёте всё необходимое, – равнодушно прокомментировал командир и благополучно ретировался к себе. *** Восточная стена, о которой говорил командир выглядела, мягко говоря, плохо. Местами отсутствующая побелка, трещины и следы от сапог и всякой грязи с издёвкой смотрели на ребят, будто бы бросая вызов. Парни вдохнули воздух полной грудью и принялись размешивать известь в воде. - Э, стоять. Вы серьёзно думали просто бахнуть гашенной известью на стену и разойтись? – изумился Виктор. - Что тебе опять не нравится? – проворчал Ротти - И ежу понятно, что сначала надо отодрать старое, выровнять поверхность, загрунтовать и только потом наносить разведённую известь. И разводить её надо не только в воде. Никогда ничего не красили что-то? У парней закружилась голова от количества обязательных шагов. Теперь-то становилось ясно, почему остальные так жалостливо посматривали на них. - Откуда ты можешь это знать? - Намекаешь, что я вру? – вспыхнул Виктор. – Что б ты понимал, до армии я работал с отцом маляром, так что не тебе мне заливать про «могу-не могу». Ротти застонал от раздражения. - Издеваешься? Как мы должны успеть провернуть всё за 6 часов? Может, напомнить, что длина стена не два плевка, а все сорок метров? Да и зачем так париться? Скоро и так начнётся сезон дождей. Через недельку от покраски ничего не останется. - Если смоет нам головы поотрывают, – отозвался Георг. – Видели, как на позапрошлом разводе соседнее отделение отчитывали? – Новобранцы невольно сморщились, вспоминая как командир разозлился на бойцов до такой степени, что заставил переделывать всё до поздней ночи, а после назначил в наряд самую грязную работу. – А ведь тогда парни красили северные стены. - Наверное, простой чисткой водосточных труб мы не обойдёмся, учитывая, что мы ещё не закончили наказание, – подытожил Беркант. Лукаса передёрнуло. «Ну нет, в эту гадость я больше не полезу. От нас за километр будет вонять помоями», – подумал он. - Если так порассуждать, – начал Уокер, – лучший вариант – сделать всё по плану Виктора. Если не постараемся, то добром это не кончится. По своему опыту говорю. Солдаты синхронно переглянулись между собой – уже второй раз за день. - Сегодня какой-то особый день? Или я внезапно умер во сне и переродился в дивном новом мире? – усмехнулся Ротти. - Может, массовая галлюцинация? – предложил Виктор. - Ого, поздравляю, ты становишься мужчиной, – высказался Георг. Брови Кости метнулись вверх. - Эм, так и есть, – согласился Беркант. – В таком случае займёмся удалением старой побелки. Тащите инструменты. Виктор, будешь направлять нас и проверять работу. Парни, вооружившись всем, что попадётся под руки, неуверенно пристроились к восточной стене, обдумывая с чего начать. - Делимся по двое, – принял решение Беркант. – Каждый возьмёт себе одну часть. Так чистка займёт меньше времени. Все охотно закивали. Лукас внезапно ощутил дежавю: «Надеюсь в этот раз не будет никаких неприятностей». Стоило ему закончить эту мысль, как маленькая лопатка в руке соскочила и резанула по соседней территории, чуть не задев пальцы бойца справа. - Мимо, – сухо бросил Константин. - Я…случайно, – запинаясь проговорил Лукас. Но солдат ничего не ответил. Вместо разговоров они молча продолжили ковырять стену, стараясь не задевать личное пространство друг друга. «Хоть бы умереть на месте, – взмолился мальчишка. – Ах, как было бы славно!» Беркант явно издевался над ним, когда ставил Костю рядом. Старая побелка пластами слезала с поверхности, оставляя за собой хлопья белой пыли. Лукас устало вытер пот со лба и отошёл чуть подальше, чтобы оценить работу издалека. За час с лишним ребята успели соскрести только четвёртую часть стены, что было непростительно медленно. Уокер нахмурился: «Никуда не годится. Надо что-то придумать». Немного понаблюдав за обстановкой, он заметил, что больше всего их тормозила въедливая пыль, из-за которой приходилось часто отходить, чтобы продышаться и прочистить горло. Лукас повертел инструмент в руке, затем оглядел ребят: «Если б у нас был шпатель* побольше, управились бы за два счёта». - Шпатель…лопатки…лопата, – бормотал он себе под нос. Уокер почесал затылок и задумчиво отправился в каптёрку, усиленно всматриваясь в мастерок* 2. - Куда это он? – спросил Виктор. - Какая разница? – раздражённо кинул Костя. - О, уже возвращается. Что это у него в руках? - Мусор? Лукас вывалил из ведра дощечки от сломанных ящиков, гвозди, молотки, остатки от крыши казармы, которую заделывали несколько дней назад, и пару железных совков, повидавших долгую жизнь. - Раз у нас нет огромной лопаты, сделаем его сами, – довольно заключил Лукас. - Чего-чего у нас нет? – не понял Ротти. - Точно! Как я сам не догадался!? – Виктор стукнул себя по лбу. – Правило* 3. Это же правило, – по слогам повторил он. – Мастера обычно его используют, чтобы выравнивать слой, но для нас – сгодится и для снятия того же слоя. Ребята озадаченно захлопали ресницами, пока Виктор и Лукас разбирали хлам. - Чего встали? Давайте помогайте, – скомандовал Виктор. - А что делать-то? –быстрее всех опомнился Георг. Виктор примерно описал на что должен быть похож предмет, рассортировал вещи по полезности, а Лукас попытался прикинуть, как соорудить эту штуку. Через пару минут на свет появились три инструмента, отдалённо напоминающие гигантское правило. Неуклюже скрепленные, с отсутствующими где-то частями, гвоздями наружу, они требовали силу как минимум двух крепких парней. - Вот это да, – присвистнул Ротти, – Ну и махина. - Ладно. С этим разобрались, а что с пылью делать? Если разок пройтись, от стенки так и потянется снежок, – подметил Гео. - Можно одолжить противогаз, – предложил Беркант. - Не, противозгаз нам не дадут. А вот маски вполне. Костян, принесёшь? Костя поджал губы, недовольно сморщил нос, но всё же без слов отправился по поручению. - Лукас, иди за ним. – Беркант слегка подтолкнул его в сторону ушедшего солдата. Уокер подозрительно сощурил глаза, прекрасно зная, что выбор пал на него не случайно. Причём снова. - Мог и прямо сказать, – неохотно буркнул он. - Не понимаю о чём ты, – глупо улыбнулся боец. Лукас закатил глаза, но смиренно потянулся вслед. *** Расстояние, образовавшееся между ними, кажется, стало гарантом воцарившейся тишины. До кладовой путь пролегал неблизкий. От скуки Уокер начал вяло пинать камушек у тротуара, чередуя правую и левую ногу. Костя же оставался безразличным. Несмотря на идеальный момент для извинений, Лукас не решался что-либо предпринимать. Да и что можно было предпринять в подобной ситуации? Он никогда в жизни ни перед кем не извинялся. Разве что перед бабушкой, когда нечаянно разбил её любимую хрустальную тарелку. Но «прости» за тарелку и «прости» за вскрытую душевную рану – не одно и то же. Парень подбросил носком камень. Если быть честным, его устраивало настоящее положение вещей: нет лишней болтовни, завышенных ожиданий, никто его не трогает, да и в целом он никому не нужен. Однако, что-то в области живота неприятно крутило, будто странный зверёк решил сменить позу, сложившись клубком и задев тройку органов. По телу Лукаса побежали мурашки. Гадость какая. Чтобы прогнать наваждение, он сильнее ударил по камню. Тот со стуком приземлился рядом с Константином. Нет, так нельзя. Он ни за что не выдержит, если будет игнорировать эту давящую атмосферу, ведь тогда вторая потасовка – лишь вопрос времени. Друзьям многое прощается только благодаря тому, что они друзья. А вот врагам придётся нести наказание во сто крат тяжелее провинности. Лукас уже успел испытать на своей шкуре какого быть всеобщим злодеем. Он скривил рот от воспоминаний. Когда на занятиях по рукопашному бою из-за него повалились маты, ударив по голове одного из новобранцев, его наказали не только многочасовой уборкой, но и брезгливыми взглядами от сослуживцев на протяжении всей недели. Уокер вздрогнул. Каждый раз, когда он встречался с кем-то глазами, казалось, что они хлестают его раскалёнными поводьями. «Я же не виноват, что единственный целый мат был посередине. Откуда мне было знать, что он получит сотрясение? Подумаешь... Разве можно меня осудить за то, что я не взял обгрызенный крысами мат?» – бурчал он. Парень замахнулся и как следует зарядил по камешку. Тот со свистом пролетел мимо Константина, приложившись о камешек побольше. Раздался треск. Лукас напрягся, предполагая, что разозлил солдата, но он даже не обратил на это внимания. Нет, это невыносимо. Просто отвратительно. Ещё немного, и он превратиться в дождевого червя. Как жаль, что здесь нельзя попользоваться ни родительской властью, ни их деньгами. Это всё осталось в родном мире. Здесь он подобен голодранцу. Неужели дело возвращается к тому, с чего он начал несколько лет назад? «О нет, только не это. Я не хочу заново тонуть в грязи!» – пронеслось в голове. Уокер сердито засунул руки в карманы штанов. Ужасно осознавать, что все двести новобранцев были бы рады закопать его где-нибудь под кустиком, если бы их не останавливал устав. И хуже всего то, что он знает, что не сможет им помешать, если они того захотят. Камень внезапно приземлился рядом с Лукасом. Парень растерялся, поднял голову и наткнулся на серьёзное лицо Константина. Он стоял вполоборота от него уставившись на импровизированный «мяч». Уокер несколько раз моргнул, прежде чем уловить мысль. - Ну? – товарищ недовольно вскинул бровь, призывая к действиям. Уокер нерешительно подтолкнул мяч к солдату. - Сильнее. Камень полетел к Косте. Тот без промедления отбил и пасовал обратно. Лукас неосознанно дёрнул уголком губ. В следующие несколько минут мяч не останавливался, переходя от одному пасующего к другому, стремительно набирая скорость. Игра так затянула обоих, что они не сразу заметили, как очутились возле кладовой. Их встретил дневальный* 4 Клинт. Новобранцы тяжело дыша стушевались, освежив в памяти первоначальную цель. Костя сдавленно кашлянул, а Лукас виновато потёр шею, представляя как нелепо выглядит развернувшаяся картина. - Кхм, Клинт, – начал Уокер, – Ты это… Нам нужны маски. Пропусти, пожалуйста. - Никак нет. - Э? Почему? - Без указания командира части не имею право. Вы устав не читали? – Клинт пригнулся, заинтересованно сощурив глаза. – А вам для чего? - Стену красим, пыль дышать не даёт, думали с масками поработать. - Зачем так усложнять? Нацепите тряпки, и будет вам естественный фильтр. У тёти Лиды как раз завалялась куча ненужных тряпиц. Сам видел. Попросите у неё. - Так она ими кухню протирает. Они ж воняют ужасно. – Лицо Лукаса перекосилось от отвращения. - Не хотите – как хотите, а теперь шуруйте отсюда. Уокер мысленно сосчитал до десяти. - Спасибо. – тихо отозвался Костя. Клинт в ответ что-то промычал. Парни быстро добрались до тёти Лиды – старшей поварихи. Та небрежно складывала ящики, из которых обречённо выглядывали некогда пёстрые кухонные лоскуты. Заметив опилки и рубленные дрова, парни сообразили, что она готовилась сжечь их будущие фильтры. - Тёть Лид, – позвал Уокер. – А дайте-ка нам эти ящики. - А? – женщина сурово оглядела солдат. – Тебе-то? Знаю я твои выходки. О тебе все без судачат рядовички, мол ты одна большая беда на роте. Не дай Великая* 5, я те дам мои ящики! - С чего это я беда роты?! – возмутился тот. – Кто это сказал?! - Да все, все говорят. Можешь этого спросить, если хошь. – Она мотнула подбородком на Костю. Лукас глубоко выдохнул, прежде чем продолжить. Если он сейчас взорвётся, то тряпочки им никогда не удастся забрать. - Если не доверяйте мне, то отдайте ему. – Парень ткнул пальцем на Константина. Тот сдвинул брови, сложил руки на груди. На лице таки и читался немой вопрос: «Почему всегда я?» Тётя Лида смерила его испытывающим взором. - Я тебя помню. Это ж ты приложился у моей раковины? - Да-да, он самый, – оживился Лукас. Раз женщина вспомнила Костю, то есть вариант сыграть на её чувствах. – А ещё он всегда первым бежит помогать вам, да так, что аж за уши не оттащишь. Командир не раз говорил, что мой товарищ единственный, кто так беспокоиться за вас. Костя сморщился, сжал губы, словно Лукас только что вылил на него огромную кастрюлю ледяной воды. - Так уж и тревожишься? – кокетливо улыбнулась та, дёрнув плечами. Уокер незаметно щипнул солдата за бок и лихорадочно закивал. Тот закатил глаза, но всё же кивнул разочек. – Уговорили, отдам. Только смотри у меня. Если тряпчонки разлетятся по казарме, я тебе такое устрою – мигом вылетишь, понял? - Зачем они вам, если вы всё равно собирались их сжечь? - А вот это не ваше дело, молодчики. Сказано вернуть – значит возвращайте. – Лида сжала кулак перед лицом солдата. Костя чуть слышно сглотнул. Лукас всеми силами сдерживал вырывающуюся самодовольную ухмылку от осознания, что его коварный план сработал. Тётя Лида кряхтя передала на руки Константина два ящика. Юноша слегка согнулся от тяжести, поудобнее перехватил дно и медленно выпрямился: - Вы же понимаете, что мы не вернём буквально все тряпки? - А куда вы их денете? - Не переживайте! Ни одна обрезка не будет потрачена впустую! – вмешался Лукас. - Ну смотрите у меня. Когда женщина скрылась за горизонтом, Уокер забрал один ящик, но чуть не сложился пополам. Он и представить не мог, как пожилая женщина так легко таскала десятки деревянных коробок в день, особо не заморачиваясь. - Решил поиграться в героя? – хмыкнул Костя, отрывая парня от мыслей. Лукас ничего не сказал. - Если этот маскарад что-то вроде прощального поцелуя, то можешь не утруждаться. - Фу, это не «прощальный поцелуй». - Тогда что? Парень пожал плечами, снова не сумев подобрать нужные слова. - Я тебе не доверяю. – Солдаты остановились друг напротив друга. - Знаю. Мне…жаль, что всё так получилось. - С чего вдруг? Шишки на голове вспухли? Задели нерв в башке? - Считай, что благодаря этим шишкам я прозрел. - Очень смешно. Такие люди, как ты, не меняются. Они выбирают только выгодный для самого себя путь. - Может быть, – пробубнил Лукас так, чтобы его никто не услышал. По прибытии обратно ребята обнаружили практически полностью отполированную стену. Парни остолбенели от неожиданности. - О, вы так быстро вернулись, – весело проговорил Георг. И хотя он был довольно светлым, в отличие от остальных ребят, сейчас юноша походил больше на приведение, нежели на прежнего себя. Из-за пыли терялись даже черты его лица. - Получается, мы зря таскались? - Почему же зря? – Гео сошёл с дырявого ведра и кивнул на ящики. – Вы не подрались, а значит не зря. – Он подмигнул Косте и выхватил у него тряпки. Константин нервно выдохнул и направился за Георгом. Лукас, глядя на него со спины, заметил его покрасневшие уши. Он усмехнулся. Кажется, между ними всё же установилось какое-никакое перемирие. Парень поставил коробку и, откинувшись назад, размялся. Позвонки под давлением послушно хрустнули. Лукасу казалось, что он только что сбросил пару тонн. И как же удачно всё сложилось: и с Костей разобрался, и работать много не пришлось. * Шпатель – плоская лопатка с ручкой. * 2 Мастерок – тот же шпатель, но с изогнутой рукоятью. * 3 Правило – это длинный шпатель. (ударение на и) * 4 Солдат, которому в качестве суточного наряда назначили охранять воинское имущество или медицинский пункт, или парк, или следить за порядком и чистотой в казарме. * 5 В этом мире Алия носит прозвище – Великая.