Обреченное счастье.

Киркоров доверял жене безукоризненно - она являлась для него примером и эталоном не только певицы и женщины, но и человека в целом - и потому там, где у любого другого могли возникнуть сомнения или хотя бы тень подозрений, Филипп не придавал значения своей весьма развитой интуиции, которая нет-нет, но подсказывала ему порой происходящее. Разочаровываться ни в Алле, ни в их любви, которая так или иначе все еще была не только на публику, Фил и боялся, и не хотел, а потому отсеивал всякую черную мысль о том, что что-то не так. Даже Галкина, который уже тогда входил в окружение примы, он не воспринимал иначе, как друга семьи - их с Аллой семьи - и, пусть ему не всегда нравилось присутствие комика в их жизни, Филипп, не желая идти на конфликт с женой, смирился. Даже тот факт, что они жили с женой раздельно - она перебралась в "Балчуг" - не сильно тревожил Киркорова, ведь частота и качество их приватных встреч не изменилась, и особого повода волноваться у Фила не было. Когда Филипп заехал за Аллой, обнаружил ее, как та и обещала, в кафе. Пугачева курила одну за другой и попивала поданный ей кофе, сидя за столиком возле окна. Увидев подъехавший лимузин мужа, вышла из заведения, не расплатившись за кофе - ведь официант, увидевший приму на пороге кафе, заверил, что напиток для нее бесплатен - и нырнула в машину на заднее сидение. Супруги, как ни в чем не бывало, обнялись, и Филипп, прижав к себе любимую жену, нежно чмокнул ее в висок: - Привет, Аллусенька. - Алла посмотрела на него - он, словно наивный добрый ребенок, расплылся в улыбке, буквально заразив ее этим счастьем, и потому нежно улыбнулась в ответ. - Привет, Филя, - ухмыльнулась она, прильнув к нему объятиями, - Поехали? - В "Балчуг"? - уточнил Киркоров, и прима пожала плечами. Пожалуй, куда она сейчас хочет ехать - в родные края на Земляной Вал или "Балчуг" - не знала сама, - Поехали к нам, а? Так давно ты там не была, уже больше полугода. - Филь, да поехали уже куда-нибудь! - вздохнула Алла, прижимаясь к мужу поближе. В его объятиях она чувствовала себя порой девочкой, ребенком, которого Филипп не просто любит, опекает, но и согревает, тепло обняв. Когда позвонил Галкин, Алла небрежно фыркнула, - Еще один уёбок звонит... - воспоминание о первой совместной ночи, когда Пугачева лечила у проктолога последствия полгода, нахлынуло на женщину, и она с нескрываемым омерзением скинула звонок, нажав кнопку мобильного кнопочного телефона. После той ночи, когда за годы брака с Филиппом впервые легла в постель с другим, Алла разочаровалась в Максе, как в сексуальном партнере и пыталась найти комику замену - пока безуспешно, - Кругом одни идиоты... - прошептала женщина, а затем перевела взгляд на мужа. Алла была уверена, что Фила разлюбила, но не могла понять, почему окончательно не получается послать его на все четыре стороны. Во всех сферах, кроме интимной, Киркоров ее безумно раздражал, но сейчас, когда она излишне напряжена, хотелось получить разрядку... Реакция жены на Галкина - друга, казалось бы, их семьи - Филиппа удивила, но он промолчал, а тем временем Пугачева без всяких церемоний прохладными ладонями залезла под теплый зеленый свитер супруга и провела по волосатому торсу, от тактильного удовольствия прикрыв глаза, - Филипп... - глухо произнесла женщина, чувствуя, что возбуждается с каждой секундой все сильнее. Пальцы скользят по его грудине, слегка массируя ее, опускаются к пупку и очерчивают его. - Аллусь, ну ты чего? - поймав ее руку на своем животе, чуть притормозил ее Фил, - Не здесь же... - идея заниматься любовью в машине, да еще при водителе, который мог не только слышать, но и при большом желании, опустив шторку заднего пространства, видеть то, что нежелательно, Филиппу не казалась столь уж заманчивой, но Аллу не остановить - эта женщина всегда получала желаемое. Абсолютно не слушая доводов супруга, Пугачева расстегнула ремень его брюк и просунула руку к его нижнему белью, стискивая пока податливый орган. Хищно облизнула губы, улыбнувшись, как только почувствовала, как от ласки член твердеет прямо здесь и сейчас в ее руке, как становится горячим, большим, и Филипп невольно начинает дышать чуть чаще обычного, - Аллуся... - тихо произнес Фил. Но одного взгляда на жену хватило, чтобы понять, насколько сильно ее пробудившееся желание, и он сам проявил инициативу, рывком стянув с ее плеч пальто. - А-а... - его влажные возбуждающие поцелуи заставили женщину томно протяжно простонать, она чуть отлынула под его мужским натиском и, прикрыв глаза, наслаждалась тем, как он умело ее распаляет, лаская шею, - А-а, да... - шепотом произнесла прима, чувствуя его сильные ладони на своем бюсте. Фил приподнял край кофты и, нависнув над женой, которая распласталась спиной на просторном заднем диване, впился, отодвинув чашки лифа, в ее груди, сжимая каждую по очереди, поцелуями. Он прикусывал нежную кожу подреберья, провоцируя такие стоны из уст Аллы, что водитель Анатолий, покраснев, как рак, остановился возле какого-то подъезда и, чтобы не мешать, вышел из авто, - А-а-а, да! Да! - Пугачева отдавалась этим ласкам, которые пробуждали легкую дразнящую щекотку внизу живота, ей хотелось с каждым мгновением все больше и, накрыв ладонью руку мужа, она провела ею по своим оголенным бедрам, а затем прислонила к влажной промежности. - Аллочка... - прошептал Филипп, видя, что жена просто горит от нетерпения, от этих сладких, возбуждающих до потери рассудка, мук. Умелым движением приспустил леггинсы, в которых она была, еще ниже и, рукой погладив кучерявый лобок, скользнул ниже к клитору, слегка надавив на самую эрогенную точку, заставив тем самым Аллу слегка выгнуть спину, впиться в его свитер ногтями и пытаться содрать напрочь ненужную одежду. - Сука, сними! - процедила она сквозь зубы, когда ткань свитера чуть не разошлась по швам, но снять так и не получилось. Прервавшись на мгновение, Филипп стянул с себя то, что так мешало Алле, и она мгновенно прильнула к его торсу, языком проводя по волосатой грудине от самой ключицы едва ли не до пупа, - М-м-м... М-м-м... - томно стонала, вырисовывая языком и целуя все, что попадалось ей на пути. Возбужденная донельзя, обняла Филиппа, прикусила чуть плечо, ногтями зарылась в его спину, - Выеби меня! - в этой фразе столько желания, сколько и злости, похоти, неудовлетворенности. Ей хотелось получить недостающий оргазм любой ценой, того требовал женский организм, и Филипп, распаленный до предела, не мешкал - резко всадил, что Алла громко вскрикнула, подняв голову, - А! - это ощущение глубокой наполненности дразнило ее, кровь вскипела в жилах и бурлила неуемным коктейлем, потому, когда Филипп, усадив жену на колени, стал двигаться, Пугачева помогала ему, насаживаясь на его эрегированный член, - А! Сука! Да! Да! - ей так приятно и хорошо, что она не замечала, что при толчках задевает головой потолок машины, лишь заботливый Филипп так обеспокоился, что все-таки уложил жену спиной, и продолжил движение, чувствуя, как Алла с каждым толчком все сильнее, едва ли не до крови, дербанит ему лопатки, - Еби! Еби меня! - от излишнего желания взыграла злость, неутолимая похоть, и Алла не стеснялась в выражениях. Филипп, наклонившись как можно ниже, обхватил губами сосок, зажимая второй на другой груди пальцами, и Пугачева, словно войдя в экстаз, закатила глаза, - А-а-а-а, Боже! - то, что он творил языком с ее грудью, так дополняло толчки, что прима готова была потерять себя в пространстве и времени, отдавшись ощущениям абсолютного блаженства, - Блять! Блять ты така-а-я! - отпето материлась от переизбытка чувств, ощущая, как Фил, на несколько секунд вытащив член, елозит им по половым губам, задевает клитор, дразня еще больше, уничтожая всякий шанс остаться ей неудовлетворенной, а затем снова входит. Наигравшись с грудью, просовывает язык в ушную раковину, пока его пальцы массируют плотный клитор, а сам Фил двигается с еще большим темпом. Пугачева уже не сдерживает себя, стимуляция сразу двух точек не оставляет иного выхода, кроме, как получить, наконец, долгожданный оргазм. Впившись в ее губы французским поцелуем, Филипп прикусывает подбородок и делает толчки такими частыми, что Алле еле хватает сил дышать, а в перерывах она громко кричит, что у Киркорова уши закладывает, - А-а! А-а-а! А-а, блять! Блять! - сжала его бедра, все-таки расцарапав кожу до крови, что Фил шикнул в один момент и, напрягшись, словно затвердела, чуть приподнявшись и, запрокинув голову назад, забыла дышать, - А-а-а! А-а-а! А-а-а-а-а!.. - женские ноги дрожат на мужских бедрах, Алла хрипло орет так, что слышно за пределами машины, пока Филипп выстреливает в ее лоно обильные струи густого семени, сам еле сдерживаясь, чтобы не рухнуть, наконец, - Блять!.. - Алла едва ли не плачет от оргазма, все-таки сделав краткий вдох, и Фил, успокаивая ее трепещущее под ним тело, задаривает шею нежнейшими поцелуями, поглаживая и иногда сжимая грудь, - Сука ты такая... - в полуобмороке шепотом, еле дыша, произносит прима, прикрыв от неземного блаженства, глаза, - с... сука... лю, - все-таки открыв глаза, смотрит на улыбающегося Филиппа, касается его лба, стирая выступившую испарину, - люблю... - Аллочка... - все еще улыбается Филипп, целуя жену в губы, - любовь моя... - еще один нежный поцелуй, на который Алла с большим чувством ответила. - Боже мой, как хорошо... - женщина повернула голову набок и, прикрыв глаза, сделала пару глубоких вдохов, сжимая собственную грудь, - боже... - пьяная расхлябанная улыбка озарила лицо примы, и она, наклонив к себе за шею супруга, подарила ему долгий поцелуй. Чувствуя, что он еще не вышел, осторожно коснулась пениса у основания и, вытащив член, провела по запачканной спермой щели, еще больше размазывая жижу, - Ах, Филя-Филя, - выдоив окончательно мужа до капли, оставила его член в покое и устало шлепнулась спиной на кожаное сидение. - Все хорошо? - обеспокоено спросил Филипп, заметив, как текут из уголков ее глаз слезы. Снова наклонился, и они так и целовались минут двадцать, поглаживая уставшие тела друг друга, пока изрядно продрогший водитель не вернулся в машину и тихонько, не открывая шторку заднего пространства, окликнул супругов. В итоге Алла и Филипп успешно добрались до Земляного - но Алла настолько вымоталась после сексуального марафона с мужем, что вовсе не собиралась спорить, где ей ночевать. В конце концов устроившись с ним в одной постели, легла на его грудину и, чмокнув в щеку, накрыла их одеялом: - Слушай, Филь. Я тут с плеча рубанула, талантливого парня чуть не засрала. В общем, из Тюмени певец один есть, Борисом зовут. Ты пригласи его на прослушивания, ладно? Поет он вроде бы неплохо. Может, выйдет из него что путное...