Тайный полет

Холодный ветер обжигал лицо, словно пламя. Леша сидел на краю обрыва, думая о том, что скоро придется возвращаться домой, ведь уже светает. Он был странным. Странным во всем, но кое-кому именно поэтому и нравился. Парень был чудным, все еще не убившим ни одного дракона, что в его краях считалось позором. А он еще был сыном вождя, что только подливало масла в огонь. Леша вздохнул, последний раз заглядывая в оранжевые хлопья рассвета. Волосы смешно развивались на ветру, полностью мешая смотреть на Аню.. Чудесная девушка! Леша лучшее ее никого не встречал. Она была всем. Миром, кислородом, землей - неважно. Важно лишь то, что он любил ее. Любил так, что готов был свернуть горы ради нее. Упс, снова задумался. – Лешкааа! - протяжно выкрикнула она, проводя рукой около лица Деревяшкина. Тот сразу ожил. Вспомнил, что он в этом мире, а не в мире фантазий. – А? Прости, задумался, - они шли рядом, почти соприкасаясь плечами. Он потупил  взгляд в пол, ощущая дыхание девушки совсем близко. Какой же он стеснительный, черт - Нужно на работу, прости, - Леша постоянно извинялся. Сам не знал за что.. Вишвенкова быстро чмокнула его в лоб и побежала, в припрыжку, на поле. Она была полной противоположностью Леши. Энергичной, оптимистичной, могла постоять за себя, срубила уже, наверное, тысячи драконов! Брр, и как Леше угораздило заполучить именно ее. Лучик света в его жизни. Он был явно не достоин ее.. – Ну что, - по спине прошелся удар деревяшкой, прикрепленной к руке Плеваки - готов ковать ? – Д-да, - произнес Леша, откашливаясь. Удар пришелся ему не по вкусу. За весь день к их кузнице подходили знакомые лица, просящие сковать или починить им оружие. Вот и очередной клиент. Молодой парень с белокурыми кудрями, которого…которого Леша раньше не видел в этих краях. Просьба его была тоже нестандартная. – Мне, - он был напряжен. Нервничал? - Мне, пожалуйста, очень острый кинжал, - Леша посмотрел на него вопросительно, но после спокойно принес самое острое, что у них было - Спасибо! - этот белобрысый кинул пару золотых в руки Леши и убежал. Странный. У Деревяшкина не было времени задумываться о каких-то ненормальных. Но только любопытство брало верх. Тогда он подошел к Плеваке, усердно делающему что-то. – Слушай, - начал он неуверенно - ты знаешь кто это? Он с такими..белыми, как пепел волосами, - мужчина лишь вопросительно фыркнул и продолжил свою работу. Леша демонстративно пошел к выходу, отмахиваясь что-то по типу: «Перерыв». Ему было все равно. Да, все равно. Но чувство любопытства разжигало внутри бурю эмоций. Он усмехнулся от своих же мыслей. Покачал головой и снова вернулся в кузницу. Работа - есть работа. Пусть даже если эта работа нежеланная, а просто единственная, на которую ты годишься. Вечер наступил так быстро, что Деревяшкин  даже зевнуть не успел. Он быстрым движением рук стащил с себя грязный фартук и положил куда-то под стол. Неважно. Он попрощался с кузнецом, который еще оставался тут, и выбежал на улицу, глотая холодный воздух, как спасение. Будто он не дышал никогда вовсе.  Леша пришел туда, куда всегда приходил - на обрыв. Добраться было нелегко, но возможно. Он сидел тут и думал о своем, иногда даже засыпал. Да, прямо на траве. Но вдруг из затяжных мыслей его вывел..он даже сам не понял что. Как будто волна воздуха резко взялась из ниоткуда. Но как? Парень начал оглядываться по сторонам, судорожно поправляя прядки волос, которые нарочно лезли в глаза. И.. Один миг. Он заметил дракона! Не простого, а Ночную Фурию! Дыхание перехватило и Леша поднялся, едва ли не упав в пропасть. Он побежал так быстро, как только мог, попутно доставая из рюкзака маленький арбалет, который сам и смастерил, не думая о том, что он вообще когда-то пригодится. В итоге пригодился. Он видел, видел своими глазами! Парень целился прямо набегу. И, кажется, попал.. Тяжелое тело плюхнулось на землю. Леша вздрогнул. Он убил? Так еще и Ночную Фурию..? Паренек спрятался за камнем, пытаясь отдышаться. Он слышал только собственное сердце, которое готово было выпрыгнуть прямо сейчас. Но тишина не была вечной. Кто-то разрушил ее. Кто-то находящийся за камнем. – Ч-черт, - парень лежал рядом с огромной черной тушей - Беззубик! - он подполз ближе, гладя дракона. Стоп, он..переживал за него? Леша набрался смелости и вышел из-за камня со своим арбалетом, направляя дуло прямо в голову этой твари. Этот кто-то резко обернулся. Глаза наполнились еще большим ужасом, а дракон зарычал. – Стой! - он поднялся на ноги, пытаясь закрыть то, что Леша готов был убить прямо тут. Прямо сейчас - Опусти.., - Белобрысый вытянул руку вперед и подходил ближе. – Отойди! - Вскрикнул Леша, мотая арбалетом из стороны в сторону.  Его пальцы дрожали, натягивая тетиву до щелчка. Стрела была готова сорваться в любую секунду и угодить дракону прямо в голову. Парень напротив замер. Глаза его, широкие от ужаса мгновение назад, вдруг сузились. В них вспыхнуло нечто жесткое, решительное. Он не отступил ни на шаг, по-прежнему прикрывая огромного дракона, который, кажется и сам не прочь прикрыть этого парнишку. – Ты его ранил, - его голос был низким, сдавленным, но не дрожал. - Смотри, - он бросил взгляд на хвост Фурии - Успокойся и опусти арбалет. Сейчас же. – Ты с ума сошел?! - выдохнул Леша. - Это же Ночная Фурия! Она сожрет тебя, а потом и меня, и пол Олуха! – Он не тронет, - парировал парень, его взгляд не отрывался от наконечника стрелы. Одной рукой медленно потянулся к поясу. Леша напрягся, ожидая оружия. Но вместо кинжала он вытащил…рыбу. Большую, серебристую. - Видишь? Еда для него. Он не враг. Опусти арбалет, и я покажу. Леша непонимающе смотрел то на рыбу, то на этого чокнутого, то на тихо поскуливающего дракона. Что за чертовщина? Этот парень, утренний странный клиент, сейчас предлагал Ночной Фурии... завтрак? А дракон, вместо того чтобы спалить его на месте, лишь слабо ткнул мордой в его руку. Лешин разум отказывался это принимать. Арбалет дрогнул в его руках. – Я боюсь, - прошептал Леша почти неслышимо. Он готов был раствориться в воздухе от стыда. Тот парень все понял и просто подошел ближе, самостоятельно опуская оружие. Он опустил руку, тяжелую и склизкую - недавно она держала рыбу, на плечо Леши. А дальше спустился немного ниже и взял его за запястье, ближе подводя к дракону. Леша зажмурился так, как будто у него сейчас выпадут глаза. Белобрысый лишь усмехнулся и присел рядом с драконом. – Беззубик, - он гладил животное, которое нервно дышало. То ли от боли, то ли от желания прибить Лешу на месте. Он кинул рыбу рядом с пастью дракона, а тот жадно съел ее, словно улыбаясь от доброты.. человека. – Но как? - Леша шагнул назад,борясь со внутренним штормом. Разум кричал: «Беги!», но ноги словно вросли в землю. Он наблюдал, как бесстрашный придурок вытаскивает вторую рыбу и протягивает ее Беззубику. Дракон аккуратно взял ее из рук, не задев кожи зубами. – Видишь? - он снова посмотрел на Лешу. - Он умный. Он понимает больше, чем некоторые люди в вашем Олухе. - в его голосе прозвучал легкий укор. - Теперь твой ход, трусишка, - он усмехнулся - Ты его ранил и это нужно исправлять Леша сглотнул. Исправлять? Раненую Ночную Фурию? – Я... я не знаю что делать, - честно признался он. – Подойди, - приказал он, но не резко, а скорее как инструктор. - Медленно. Покажи ему, что ты не хочешь зла. Протяни руку ладонью вверх. Леша посмотрел на свою дрожащую руку. Это было безумием. Чистейшей воды самоубийством. Но что-то в спокойной уверенности парня, в его странной связи с драконом... заставило Лешу сделать шаг. Потом еще один. Он медленно, как во сне, протянул руку вперед, ладонью вверх, как объяснили. Беззубик насторожился. Его зеленые глаза сузились, изучая Лешу. Раздалось низкое ворчание. Леша замер, готовясь к худшему. – Спокойно, Беззубик, - тихо сказал укротитель драконов, так назвал его Леша. - Он не враг. Пока что. Беззубик потянул носом воздух, его огромные ноздри шевельнулись. Он медленно, очень медленно приблизил свою морду к Лешиной ладони. Теплое дыхание обожгло кожу. Леша зажмурился, ожидая боли. Но вместо зубов он почувствовал... шершавое, теплое прикосновение. Беззубик ткнулся носом в его ладонь! Коротко, осторожно, как бы пробуя на вкус.Потом фыркнул и отвернулся, снова уткнувшись в своего друга, будто говоря: «Ну ладно, этот сойдет» Леша отдернул руку, словно обожженный, но не от страха. От невероятного, щемящего удивления. Он только что коснулся Ночной Фурии. И она... понюхала его. И не съела. – Вот видишь,  - белобрысый позволил себе легкую улыбку. -  Теперь ты можешь помочь мне достать эту проклятую стрелу. Крепко держи хвост. – С-стой, - неожиданно даже для себя выкрикнул Деревяшкин - Как тебя хоть звать? Парень, уже собравшийся делать надрез рядом со стрелой, остановился. Он поднял глаза на Лешу. На мгновение в его взгляде промелькнуло что-то похожее на удивление, даже настороженность. Потом щёки его слегка порозовели под слоем грязи и копоти. – Саша, - ответил он тише, чем говорил до этого. Почти смущенно. Но тут же снова нахмурился, сгоняя эту мгновенную слабость.- А тебя и так все знают, Леша Деревяшкин. Теперь работай, если не хочешь умереть не от дракона, как воичественный воин, а от моего ножа - он резко поднес кинжал к шее Леши, а потом указал им на рану. - то держи тут. Сильно. Если отпустишь, когда я буду резать, он рефлекторно взмахнет хвостом и снесёт нам полголовы. Понял? «Саша…» - пронеслось в голове Леши. Имя неожиданно подходило этому странному, бесстрашному парню. Леша кивнул, стараясь выглядеть решительным, и крепко прижал ладони к указанному месту. Он почувствовал, как под чешуей пульсирует горячая кровь. Беззубик напряженно замер, его дыхание стало прерывистым. – Спокойно, дружище, - прошептал Саша уже дракону, проводя лезвием по краю раны на мощном, но теперь уязвимом хвосте Беззубика. - Будет быстро, обещаю. Глубокий вдох, Деревяшкин. И не дыши. Леша втянул воздух и замер. Весь мир сузился до острия кинжала, пульсирующей крови под пальцами и прерывистого дыхания дракона. Саша сделал точный, неглубокий надрез вдоль застрявшей стрелы, чтобы освободить зазубренный наконечник. Беззубик вздрогнул всем телом, его хвост резко дёрнулся в руках Леши! – Держи! - рявкнул Саша, бросая быстрый взгляд на Лешу. Его голос был как кнут. - Не отпускай, иначе он смахнёт нас как мух! Леша впился пальцами в чешую, чувствуя, как под ней бьется ярость и боль. Он всей тяжестью навалился на хвост, прижимая его к земле. Боже, какая же сила! Саша тем временем, не теряя ни секунды, крепко обхватил древко стрелы ниже наконечника. – Раз! - он резко провернул стрелу, ослабляя зацеп. Беззубик взвыл, оглушительно и жалко. Его тело напряглось, когти впились в землю. Леша едва удержался под новой волной судороги, бегущей по хвосту. - Два! - Саша рванул стрелу на себя! Раздался влажный, неприятный звук – и окровавленный наконечник, наконец, вышел из плоти. Саша тут же швырнул его в сторону, а свободной рукой прижал к зияющей ранке сложенный кусок грубой ткани, который мгновенно пропитался алым. - Вот… черт… - выдохнул Саша, сильно надавливая на рану, чтобы остановить кровь. Его лицо было сосредоточенным, лоб покрылся испариной. – Держал хорошо, Деревяшкин, – бросил он, не глядя. – Для парня, который боится собственной тени. Можешь отпускать. Леша все еще изредка подрагивал, но он все еще не сводил глаз с Саши. Он будто ничего не боялся. – И..куда ты с ним теперь, - Деревяшкин махнул рукой в сторону дракона - он же не сможет взлететь.. Саша резко поднял голову от кровавого компресса. Вместо прежней дерзкой уверенности в его глазах мелькнуло что-то острое, почти паническое. Он взглянул на огромного дракона, чье мощное тело теперь было обузой, на окровавленный хвост, беспомощно лежащий на земле, на первые розовые полосы зари на горизонте. – Черт... - вырвалось у Саши тихо, сдавленно. Он сжал кулак на ткани, прижимающей рану. Его плечи напряглись, взгляд метнулся по сторонам: к лесу, к скалам, к далеким крышам Олуха. Беспомощность. Она была написана на его лице так явно, что даже Леша, все еще дрожащий от адреналина, это заметил. Вся показная уверенность испарилась, оставив лишь молодого парня в смертельной ловушке с гигантским, раненным зверем. «Не такой уж он и бесстрашный» - мелькнуло у Леши. – Не взлетит, - констатировал Саша, голос его был плоским, лишенным прежних ноток издевки или командного тона. Он говорил факт, от которого некуда было деться. - Хвост - руль и баланс. Без него... - Он махнул рукой, не договаривая очевидного. Беззубик слабо поскулил, ткнувшись мордой в плечо Саши, будто понимая беду. В этом жесте была не только боль, но и тревога. Саша закрыл глаза на мгновение, резко вдохнул. Когда открыл, в них снова горел огонь, но уже другой – огонь отчаяния и холодного расчета. Он снова придавил рану, хотя кровь уже почти не сочилась. –Пещера, - выдохнул он, кивнув в сторону темного провала в скалах метрах в пятидесяти от обрыва. Голос стал резким, командным, но без прежней снисходительности. Теперь это был приказ человека, борющегося за свою жизнь и своего друга. - Там его спрячем, иначе.. Леша кивнул, понимая страх Саши. Он уже понял, что парню точно не все равно на эту страшную Ночную Фурию. – Смотри, - он указал пальцем на ту самую пещеру, которая находилась чуть ниже места, где они находились. И говорил он явно не с Лешей - Иди туда, а утром я приду к тебе. Беззубик в последний раз уткнулся носом в ладонь Саши, приподнялся на лапы и спрыгнул вниз, идя в сторону пещеры. Парень провожал его взглядом. Саша стоял неподвижно, пока черная тень не скрылась во мраке пещеры. Только тогда он пошатнулся. Резко присел на корточки, уткнув лицо в колени. Его плечи вздрагивали от глухих, прерывистых вдохов – не плач, но животная реакция на отступивший адреналин и неподъемный груз ответственности. Он сжал голову руками, пальцы впились в грязные белокурые волосы. Леша замер. Он видел этого парня яростным, дерзким, командирски-холодным. Видел его отчаянным и расчетливым. Но эта внезапная, глухая слабость...Она была откровеннее любых слов. «Он не железный, - пронеслось в голове Леши. - Он так же боится. Так же устал.» Саша резко встряхнулся, как бы отгоняя слабость. Он поднялся, пошатываясь, и обернулся к Леше. Его лицо было серым от усталости и грязи, под глазами синяки напряжения. Но взгляд... взгляд снова стал острым, как его кинжал. И направлен он был прямо на Лешу. – Ты... - голос Саши был хриплым, едва слышным. Он сглотнул, пытаясь прочистить горло. - Ты все еще здесь? - Вопрос прозвучал не как угроза, а как удивление, смешанное с настороженностью. Он словно забыл о существовании Леши на эти несколько минут. - Рассвет. Не видишь что-ли. Тебя все потеряют. - Он кивнул в сторону востока, где небо уже порозовело. Вверху, в Олухе, прокричал первый петух. - Иди уже! Леша не двинулся с места. Его ноги словно приросли к земле. Он смотрел на Сашу, на его дрожащие от усталости руки, на повязку на его предплечье - когда он успел пораниться? На абсолютную опустошенность в его глазах, которую тот пытался скрыть за ширмой жесткости. – Ты... ты с ним? - прошептал Леша, кивнув в сторону пещеры. - Останешься? Саша резко фыркнул, но это было больше похоже на сдавленный кашель. – Куда я денусь? - его голос сорвался, выдавая ту самую уязвимость, которую он так отчаянно прятал. Он махнул рукой в сторону деревни, откуда уже доносились первые смутные звуки пробуждающейся жизни - стук топора, далекий окрик. - Если его найдут, то ему точно конец, - Он провел рукой по лицу, оставляя грязные полосы. В этом жесте была такая безысходность, что Леше стало физически не по себе. Молчание повисло тяжелым покрывалом. Петух прокричал снова, ближе. Саша напрягся, его взгляд забегал по сторонам. – Саша - имя сорвалось с губ Леши неожиданно, тихо, но так отчетливо. Парень вздрогнул, будто его ударили. Он резко поднял глаза на Лешу, и в них мелькнуло что-то нечитаемое - шок, недоверие, может быть, крошечная искра чего-то еще. – Иди, - повторил Саша, но уже без прежней силы. Это было похоже на просьбу. На мольбу. – Пожалуйста, - он отвернулся, снова устремив взгляд на темный вход в пещеру, откуда донесся тихий, болезненный стон Беззубика. Его поза говорила яснее слов: разговор окончен. - Мой мир - там, в темноте, с раненым зверем. Твой - там, на Олухе, с железом и топорами. Леша в последний раз взглянул на ссутулившуюся спину Саши, на темный провал пещеры, откуда веяло сыростью и болью. Он развернулся и почти побежал вверх по тропинке, к просыпающемуся Олуху, унося в себе образ парня, стоящего на страже драконьей тайны, и тяжелое, щемящее чувство, что молчание - это не просто обещание.