Pomegranate

      Когда Харин пристегнулась в кресле самолёта, тяжесть отъезда из Парижа начала наваливаться на неё. Она плакала, обнимая преподавателей и однокурсников, сердце разрывалось, когда она прощалась с городом и жизнью, которая пробудила что-то глубоко внутри. Она полюбила Париж — за его творческую жилку, за людей, ставших ей семьёй, и за улицы, которые казались ей родным домом. Но теперь, сидя у окна и слушая тихое урчание двигателя, она тихо вздохнула, понимая, что пора возвращаться в Сеул. Харин взглянула в сторону, где крепко спала Карин. Её рука, переплетённая с рукой Харин, легко покоилась на общем подлокотнике. Она слабо улыбнулась, глядя на умиротворённое лицо подруги, благодарная за ту связь, что возникла между ними за последние полгода. Харин прислонилась головой к иллюминатору, глядя на исчезающий парижский горизонт, и сердце её переполнялось одновременно меланхолией и волнением. Надев наушники, Харин пролистала плейлист и выбрала песню, которая соответствовала её горько-сладкому настроению. Нежная мелодия наполнила её уши, и, пока самолёт поднимался в небо, её мысли вернулись к воспоминаниям, которые она оставляла позади. К ночным занятиям с Карин, зарисовкам незнакомцев в парках и тёплой поддержке профессоров. Она подумала об Аделаиде, её элегантной квартире с видом на Эйфелеву башню и о своей вере в то, что она добьётся великих дел. Но за ностальгией скрывалась несомненная тоска по знакомому Сеулу и по Чонву. Харин тихо улыбнулась при мысли о том, чтобы сделать ему сюрприз. Она не сказала ему, что вернётся пораньше, желая увидеть выражение его лица, когда войдёт в их общую квартиру. Она представила, как засияет его лицо, как он крепко обнимет её, и как они будут сидеть вместе на диване, потягивая кофе, пока она будет рассказывать ему всё о Париже. Эта мысль наполнила её головокружительным предвкушением. Когда самолёт приземлился в Сеуле, Харин почувствовала смесь усталости и волнения. Они с Карин забрали багаж и вместе вышли из терминала. Карин крепко обняла её, прижавшись щекой к щеке Харин. — Не забывай обо мне теперь, когда мы вернулись — поддразнила Карин, хотя ее голос был тихим от волнения. — Никогда — пообещал Харин, целуя Карин в щеку и отстраняясь — Увидимся завтра. На этом они расстались, и Харин села в такси, направлявшееся домой к Чонву. Городские огни размыто проносились за окном, когда она прислонилась головой к стеклу, нервно барабаня пальцами по коленям. Хотя они с Чонву мало разговаривали в Париже, она всё ещё сильно скучала по нему. Её любовь к нему была неизменной, словно тихий гул на заднем плане её жизни. Такси подъехало к её жилому комплексу, и Харин вышла с чемоданом на поводке. Но прежде чем подняться наверх, она заметила неподалёку небольшое кафе — то, о котором Минджи уже упоминала, всегда восхищаясь его уютной атмосферой и вкусным кофе. Любопытная Харин решила зайти и взять напитки для себя и Чонву. Когда она открыла стеклянную дверь, над ней звякнул маленький колокольчик. В воздухе повис запах свежесваренного кофе и выпечки, и Харин мягко улыбнулась. Кафе было очаровательным, с тёплым освещением, разномастными стульями и мягким джазом на заднем плане. Она подошла к стойке и сделала заказ, её взгляд упал на табличку «Требуется помощь», приклеенную к стеклянной витрине с пирожными. Ее любопытство возросло, Харин наклонилась вперед и спросила — Извините, вакансия еще открыта? Женщина за стойкой, весёлая дама в круглых очках и цветном шарфе, театрально ахнула и захлопала в ладоши. — О да! Мы срочно ищем кого-нибудь! У вас есть опыт? Харин вежливо кивнула — Да. Я раньше работала в кафе. Женщина наклонилась ближе, упираясь руками в стойку. — Как раз вовремя! Мы ищем нового менеджера. Так сложно найти надёжного человека. Похоже, вы именно тот, кто нам нужен! Харин моргнула, слегка ошеломлённый энтузиазмом женщины. — О, э-э… Когда я смогу прийти и поговорить об этом? — Завтра! — воскликнула женщина, и её лицо засияло. — Ровно в пять вечера. Харин улыбнулся и кивнул. — Хорошо, я буду здесь. Спасибо. Забрав кофе и выйдя из кафе, Харин ощутила проблеск надежды. Мысль о работе здесь, в таком тёплом и уютном месте, была заманчивой. Это могло бы стать чем-то новым — новым стартом в Сеуле, таким же, как в Париже. Подходя к их дому, она снова подумала о Чонву. Она поднялась по лестнице, сердце её заколотилось от волнения. Держа кофе в одной руке, а ручку чемодана — в другой, Харин открыла дверь и вошла. Она была готова снова почувствовать себя как дома. Готова рассказать ему всё. Готова к возобновлению связи. Харин толкнула дверь с лучезарной улыбкой, чемодан вкатился следом, а в руках она крепко держала две чашки кофе. Она была готова удивить Чонву, представляя, как его лицо засияет при виде неё. Однако сцена, которую она увидела, оказалась совсем не такой, какой она ожидала. Чонву сидел на диване, слегка наклонившись к девушке, которую она не узнала. Девушка была прекрасна, с длинными гладкими чёрными волосами, ниспадающими на плечи, и сияющим цветом лица, делавшим её почти неземной. Они были поглощены разговором — или, может быть, чем-то более непринуждённым, Харин не могла сказать, — но оба резко повернули головы в её сторону, когда она вошла. На мгновение повисла ошеломлённая тишина, и Харин, не заметив напряжения, тепло улыбнулся и слегка помахал рукой. «Привет!» Чонву быстро встал, выглядя испуганным, но выдавив из себя улыбку. — О… Харин! Ты вернулась. Ты не сказала мне, что придёшь. — Я хотела сделать тебе сюрприз — сказала она мягким и нежным голосом, словно её присутствие было для него подарком. Её взгляд метнулся к девушке, всё ещё сидевшей на диване, и она с любопытством наклонила голову. — Это Канаэ, — сказал Чонву, с лёгким беспокойством указывая на девушку. — Она… подруга. Мы просто занимаемся университетскими делами. Канаэ быстро встала. Её лицо оставалось непроницаемым, но достаточно резким, чтобы намекнуть на что-то скрытое. Она вежливо поклонилась Харин, и та, не замечая напряжения, с мягкой улыбкой поклонилась в ответ. — Приятно познакомиться — искренне сказала Харин, ее голос был таким же добрым, как и всегда. Канаэ мало что сказала, лишь бросила быстрый взгляд на Чонву (который Харин совершенно не заметила), прежде чем собрать вещи. — Мне пора — сказала она отрывистым голосом, мягким, но холодным. Чонву кивнул, и, проходя мимо него к двери, Канаэ прошептала что-то тихо, так тихо, что Харин не услышала. Чонву слегка сжал челюсти, но открыл ей дверь, его движения были напряженными. — Увидимся позже — пробормотала Канаэ, ее взгляд на секунду задержался на Чонву, прежде чем она выскользнула из комнаты. Когда дверь щёлкнула, улыбка Харин не дрогнула. Она шагнула вперёд, протягивая одну из кофейных чашек. — Я взяла это для тебя! Я зашла в то кафе, о котором Минджи вечно говорит. Чонву вздохнул, проводя рукой по волосам. — Почему ты не сказала мне, что вернёшься? Я бы подготовился. — Я хотела сделать сюрприз — легкомысленно сказал Харин, садясь на диван, где только что сидела Канаэ. — Я что, испортила что-то важное? — Нет-нет — быстро сказал Чонву, садясь рядом с ней. Он взял кофе из её рук и отпил, его лицо слегка смягчилось. — Просто… неожиданно, вот и всё. Она кивнула, довольная его объяснением, и начала немного рассказывать ему о Париже — о профессорах, которые её вдохновили, о коллекции винтажной одежды, которую показала ей Аделаида, и о шумных парках, ставших её убежищем. Но, говоря, она заметила, что Чонву слушает лишь вполуха. Он был прикован к телефону, просматривая сообщения или соцсети, изредка рассеянно бормоча: «Приятно» или «Правда?». Харин старалась не обращать на это внимания, но его безразличие начинало её уязвлять. Она на мгновение замолчала, закусив губу и взглянув на него. — Я… я тебя утомила? — спросила она с тихим смехом, пытаясь разрядить обстановку. Чонву вздрогнул и поднял взгляд. «Что? Нет, конечно, нет». Он отложил телефон и улыбнулся, хотя улыбка так и не коснулась его глаз. — Я просто… у меня много всего произошло. Харин оживилась, горя желанием преодолеть пропасть, которая, как она чувствовала, росла между ними. — О! Расскажи мне об этом. Как здесь всё было, пока меня не было? Лицо Чонву засияло так, что у неё сердце замерло. Он откинулся на спинку дивана, и его оживленный голос начал вспоминать время, проведенное без неё: учёбу, новых друзей и то, как они с одноклассниками начали работать над большим групповым проектом. Харин внимательно слушала, ловя каждое слово, словно пытаясь перенять его волнение. Она смеялась вместе с ним, кивала, когда он рассказывал о своих трудностях, и задавала вопросы, чтобы он продолжал говорить. Даже когда в груди у неё появилась странная боль — что-то, чему она не могла дать точное название — она не обращала на неё внимания, полностью сосредоточившись на нём. — Ты был занят — тихо сказала она, когда он закончил. — Да, это было много, но я справляюсь — сказал он с улыбкой, снова потянувшись за телефоном. Она видела, как его внимание снова переключилось на экран, и боль в груди стала немного сильнее. Но она не показывала этого. Она просто улыбнулась, откинувшись на спинку дивана и отпивая кофе. Чонву был здесь, с ней, и этого было достаточно. По крайней мере, так она себе говорила.

***

Сердце Харин забилось, когда она вошла в уютное кафе, где её тепло встретил знакомый аромат кофе и свежей выпечки. Она уже несколько дней ждала этого собеседования, предвкушая возможность работать в очаровательном кафе, о котором так восторженно отзывалась Минджи. Это было оживлённое местечко в их районе, с деревенским интерьером и уютной атмосферой, делавшими его одним из любимых мест Харин. Владелица, Мисун, была женщиной лет сорока, с яркой индивидуальностью, которая, казалось, соответствовала её яркой одежде. Её ярко-красная блузка с крупным цветочным принтом и свободные узорчатые брюки были смелыми, как и она сама — энергичной и жизнерадостной. Харин мило улыбнулась, когда Мисун пожала ей руку и проводила к небольшому столику у окна. Воздух был наполнен звуками мягкого джаза, звоном чашек и гулом других посетителей, но голос Мисун выделялся своим тёплым, дружелюбным тоном. — Итак, Харин, расскажи мне о себе — попросила Мисун, наклонившись вперёд, и её глаза сверкали неподдельным интересом. — Что привело тебя сюда сегодня? Харин улыбнулась, с радостью делясь своей страстью к кофе и опытом в сфере обслуживания клиентов. «Ну, я всегда любила кофе», — начала она мягким, но уверенным голосом. — Я несколько лет проработала в кафе в Тэгу и многому научилась — об искусстве приготовления кофе, о том, как создать идеальную смесь, и о том, как важно обеспечить каждому клиенту отличный опыт. На самом деле, я уже много лет работаю в кафе, и мне очень нравится та энергия и та связь, которую ты здесь устанавливаешь с людьми. Мисун внимательно слушала, кивая и жестикулируя. — О, я вижу, — сказала она с радостным смехом. — От тебя исходит такая замечательная аура. И мне нравится, как ты себя ведёшь — так профессионально, но с такой теплотой. Это действительно впечатляет, особенно для человека твоего возраста. Она помолчала, задумчиво посмотрев на Харин. — Скажи, Харин, ты часто пьёшь кофе? Что ты обычно заказываешь? Улыбка Харин стала шире, когда она подумала об этом. — Я обожаю хороший флэт уайт. Но я также перешла на латте со льдом, особенно сейчас, когда становится теплее. — Она слегка наклонилась вперёд, и её голос становился всё более оживлённым, когда она рассказала о своей страсти к идеальному кофе. Глаза Мисуна заблестели. — Ты действительно разбираешься в кофе, — сказала она с нотками восхищения в голосе. — И мне нравится твоя энергия. Ты идеально вписываешься в это место. Я вижу, что ты станешь невероятным дополнением к команде. После этого разговор потек непринуждённо: Мисун расспрашивала её о прошлых местах работы, о любимых сторонах работы в кафе и о том, как она общается с клиентами. Харин чувствовала себя непринуждённо, её уверенность росла с каждым вопросом, и она всё больше делилась своим опытом и любовью к культуре кафе. Наконец, после, казалось бы, увлекательного и плодотворного разговора, Мисун откинулась на спинку стула, слегка постукивая пальцами по столу. — Знаешь, Харин, — сказала она, и на её губах медленно расплылась улыбка, — Я впечатлена. Думаю, ты будешь здесь идеальна. Я бы хотела, чтобы ты начала в субботу, если тебя это устраивает? Лицо Харин засияло, и она едва сдерживала волнение. — Да! Это идеально подходит! — воскликнула она, и её голос был полон чистой радости. — Спасибо большое, я с нетерпением жду этого. Мисун хлопнула в ладоши, вся в лучах своего жизнерадостного настроения, встала и протянула руку Харин. — Тогда решено. Добро пожаловать в команду, Харин. Я так рада, что ты с нами. Ты отлично впишешься! Харин пожала ей руку, всё ещё сияя, её сердце трепетало от волнения. Она ещё раз поблагодарила Мисуна и вышла из кафе, всё ещё паря в воздухе от радостных новостей. На улице светило солнце, и ей казалось, что всё встаёт на свои места. Первым делом, выйдя из кафе, она достала телефон и набрала номер Минджи. — Минджи! — воскликнула Харин, как только звонок соединился, её голос буквально звенел от волнения. — Меня взяли! Я буду работать в кафе! Ты можешь в это поверить? Возбуждённый визг Минджи разнёсся по телефону, заставив Харин отодвинуть его чуть дальше от уха. — Что?! Не может быть! Это потрясающе, Харин! Я так тобой горжусь! Я знала, что ты справишься! — Голос Минджи буквально дрожал от радости. Харин рассмеялась, чувствуя, как её щёки запылали от похвалы. — Я так рада, Минджи! Не могу дождаться начала в субботу. Это всё, чего я хотела. Закончив разговор, Харин вернулась в квартиру, которую делила с Чонву, всё ещё охваченная волнением. Открыв дверь, она увидела его сидящим за столом и доедающим остатки вчерашнего ужина. Он склонился над телефоном и смотрел баскетбольный матч. — Хэй, — радостно сказала Харин, её голос был полон энтузиазма. — Я получила работу! Начинаю работать в кафе с субботы! Чонву поднял взгляд, едва отрывая взгляд от экрана, и кивнул. — Это хорошо — сказал он отстранённым голосом. Он откусил ещё кусочек и вернулся к просмотру игры, полностью сосредоточившись на телефоне. Харин, на мгновение опешившая от его отсутствия энтузиазма, всё равно улыбнулась и поставила сумку. — Я очень рада — сказала она, надеясь завязать разговор. — Я мечтала работать там с тех пор, как увидела это место, и вот наконец-то это случилось. — Да — сказал Чонву ровным тоном. — Это круто. — Он откусил ещё кусочек. Харин улыбнулась, хотя теперь улыбка казалась чуть более натянутой. Она села рядом с ним, пытаясь избавиться от лёгкого разочарования. Но она не могла не чувствовать лёгкой подавленности, недавнее волнение постепенно угасало. Она снова взглянула на него, но он не отрывал взгляда от телефона. Контраст между их энергией был ощутим, но Харин постарался не обращать на это внимания. В конце концов, она всё ещё была рада работе и не собиралась позволить его равнодушию всё испортить.

***

Суббота наступила гораздо быстрее, чем ожидала Харин, и волнение переполняло её, когда этот день наконец наступил. Она проводила перемены в университете, без конца рассказывая Карин и Довону о своей новой работе в кафе, её речь была оживлённой, руки энергично жестикулировали, когда она рассказывала о своих планах. Карин, как всегда, снисходительно улыбалась, изредка подталкивая Довона локтем, чтобы убедиться, что он слушает оживлённую историю их друга. Обе были рады видеть её такой жизнерадостной, её заразительную энергию. В то утро Харин стояла перед зеркалом в их квартире, аккуратно собирая длинные волосы в хвост и приглаживая чёлку, чтобы она идеально обрамляла лицо. Наряд был простым, но очаровательным: мягкий кремовый свитер, заправленный в чёрные брюки с высокой талией, и любимые кроссовки. Ей хотелось чувствовать себя комфортно, но при этом выглядеть презентабельно. Чонву уехал на неделю в отпуск с родителями, поэтому в квартире было непривычно тихо, но Харин это не волновало. Сегодняшний день был для неё началом новой жизни, и она с нетерпением ждала, когда сможет туда окунуться. Когда она открыла дверь кафе, над ним тихонько звякнул знакомый колокольчик, и тёплый, манящий аромат кофе и свежей выпечки окутал её, словно объятия. Мисун стояла за стойкой, её взгляд был прикован к планшету, по которому она что-то набирала. Услышав тихое «Алло» Харин, женщина вскинула голову, и её лицо озарила широкая улыбка. — Харин! А, ты здесь! — проворковала Мисун, хлопая в ладоши и выходя из-за прилавка. — Я так рада, что ты сегодня начинаешь. Тебе здесь понравится, я точно знаю. Харин слегка поклонилась, её улыбка была застенчивой, но тёплой. — Спасибо за приглашение. Я очень рада начать. Мисун помахала ей рукой и проводила в подсобку, где её ждал аккуратно сложенный фартук с вышитым логотипом кафе. Харин взяла его, провела пальцами по мягкой ткани и натянула через голову. Мисун быстрым, по-матерински ласковым движением поправила ремешок и начала экскурсию, показывая ей, где всё находится: кладовая, кухонная зона, кофемашины и небольшой закуток, где сотрудники могли оставить свои личные вещи. Они только что подошли к стойке, как колокольчик снова звякнул, и низкий, бодрый голос крикнул — Привет! Харин повернулся к двери, где стоял высокий парень с рыжими волосами, широко улыбаясь. Его волосы были взъерошены и торчали во все стороны, но это каким-то образом ему идеально шло. Он выглядел ярким и энергичным, словно яркий акцент на фоне приглушенного, уютного интерьера кафе. Мисун лучезарно улыбнулась ему. — А, Хиджун! Как раз вовремя. Познакомься с нашим новым менеджером. Хиджун театрально ахнул, шагнул дальше в кафе и слегка поклонился. — Приятно познакомиться, Харин-ши! Я Хиджун. С нетерпением жду возможности поработать с вами. Харин ответила на поклон мягким, но добрым голосом. — Мне тоже приятно с вами познакомиться. Я рада работать со всеми. Хиджун выпрямился, его улыбка стала шире, когда он повернулся к Мисун. — Ого, Мисун-а, ты, кажется, спасла кафе. С Харин-щи у нас точно будет больше клиентов. Мисун рассмеялась, отмахиваясь от него. Харин же почувствовала, как её щёки слегка покраснели, но покачала головой, вежливо улыбнувшись. — Я просто рада быть здесь. Я сделаю всё, что в моих силах. Хиджун кивнул, всё ещё улыбаясь, пока Мисун рассказывала о распорядке дня кафе. Меню было коротким и понятным, с выбором классических кофейных напитков и нескольких сортов чая, а также свежей выпечкой, доставляемой каждое утро. Мисун говорила с присущей ей энергией, её руки оживленно двигались, когда она описывала ритм кафе. Харин кивала, внимательно слушая и изредка задавая вопросы, чтобы убедиться, что всё поняла. Хиджун время от времени вмешивался, давая небольшие советы о том, как работать с кофемашинами или справляться с утренним наплывом посетителей. Его непринуждённая манера общения помогала Харин расслабиться, и она ценила его искреннее желание помочь ей. — Не волнуйтесь — сказал он в какой-то момент, небрежно прислонившись к стойке. — Иногда бывает немного суматошно, но мы все помогаем друг другу. Вы быстро освоитесь. Харин кивнула, полная решимости сделать всё возможное. Она впитывала каждую деталь, от расстановки чашек до того, как были выставлены пирожные в стеклянной витрине. Мисун дала ей небольшой блокнот, чтобы она могла записать всё, что хотела запомнить, и Харин тут же начала делать заметки. К тому времени, как начали приходить первые клиенты, Харин почувствовала себя увереннее. Мисун и Хиджун работали рядом с ней, показывая ей, как готовить каждый напиток, и проводя её через кассу. Время от времени Мисун останавливалась, чтобы проверить Харин, ободряюще похлопывая её по плечу. Утро пролетело незаметно, и, прежде чем она успела опомниться, Харин уже улыбалась, протягивая клиентке капучино. Ей нравился этот ритм — звук кофемашин, болтовня покупателей, тихая музыка, играющая на заднем плане. Всякий раз, когда в кафе наступало затишье, Харин брала на себя смелость изучить каждый уголок. Она открывала шкафы, заглядывала в ящики и осматривала кладовую, чтобы точно знать, где что лежит. Вскоре она уже могла ориентироваться в этом месте, словно оно было её собственным. Мисун тихонько рассмеялась, застав Харин за этим занятием, когда та, скрестив руки, наблюдала за ней из-за стойки. — Скоро ты будешь знать это кафе лучше меня, — сказала она, качая головой с насмешливым недоверием. Харин лишь улыбнулась. — Я просто хочу быть готовой ко всему. Она без проблем пользовалась планшетной системой, быстро освоилась с интерфейсом и легко принимала заказы. Она непринужденно общалась с клиентами, готовя кофе, её тон был тёплым и располагающим, и она время от времени давала рекомендации по напиткам или выпечке. — Этот торт отлично сочетается с матча-латте — сказала она одному покупателю с понимающей улыбкой, расставляя продукты на прилавке. Хиджун, который был занят протиранием столов, прислонился к стойке, наблюдая за ней, приподняв брови. К нему присоединилась Мисун, и они обменялись многозначительными взглядами, шепчась друг другу. — Как будто она настоящая владелица — пробормотал Хиджун, ухмыляясь. Мисун кивнула с гордым выражением лица. — Я же говорила, что она особенная. Посмотри только на неё. Когда обеденный ажиотаж спал, и в кафе снова стало тихо, Мисун предложила Харин и Хиджун сделать перерыв. Харин приготовила себе горячий шоколад, а Хиджун взяла себе американо со льдом и кусок шоколадного торта. Они сели за один из небольших столиков у окна, и солнечный свет, струившийся сквозь него, окутывал их тёплым светом. — Итак, — сказал Хиджун, откусывая кусок торта и указывая на неё вилкой, — расскажи мне о себе. Харин тихонько усмехнулась — Что ты хочешь знать? — Всё, — драматично сказал он, откидываясь на спинку стула. — Хорошо, сначала: сколько тебе лет? — Мне 21 год — ответила Харин, отпивая напиток. Глаза Хиджуна расширились, и он схватился за грудь, словно его ударили. — Ни за что! Я думал, ты примерно моего возраста. — Сколько тебе лет? — с любопытством спросила она. — Мне только исполнилось 19 — с гордостью сказал он. Харин чуть не подавилась горячим шоколадом от смеха. — Что? Ты такой молодой! Я думала, ты старше меня. Хиджун застонал, наклонившись вперёд с притворной скорбью на лице. — Не говори так! Ты ранишь мою гордость. — Я просто говорю честно — поддразнила она, ухмыляясь. Хиджун прищурился, глядя на неё, а затем начал засыпать вопросами. — Ладно, откуда ты? Что ты изучаешь? У тебя есть питомцы? Какой твой любимый напиток? Харин рассмеялась, пытаясь угнаться за его стремительным допросом. — Я родом из Тэгу, но сейчас живу в Сеуле. Изучаю дизайн одежды. К сожалению, домашних животных у меня нет. А мой любимый напиток, пожалуй, лавандовый матча. Хиджун задумчиво кивнул, словно записывая что-то в уме. Затем, лукаво улыбнувшись, он спросил — А парень у тебя есть? Харин кивнула, отставив чашку. — Да, конечно. Мы живём вместе. Хиджун снова застонал, театрально опустившись на стул. — Ааа, тогда у меня нет шансов. Харин рассмеялась, качая головой. — Даже если бы я была одна, у тебя всё равно не было бы шансов. Я не встречаюсь с парнями помоложе. Хиджун выпрямился, приложив руку к сердцу. — Жёстко, нуна. Очень резко. — Ты выживешь — сказала она, хихикая. — Едва ли — резко ответил он, преувеличенно надувшись. Их шутки продолжались, и Мисун, стоявшая за прилавком и раскладывавшая продукты, время от времени бросала на них насмешливый взгляд. Харин чувствовала себя совершенно непринуждённо, её смех вырывался наружу, пока Хиджун продолжал шутить и подстрекать.

***

Репетиционный зал гудел от усталости и торжества, когда группа развалилась на полу, блестя от пота после нескольких часов интенсивной хореографии. Звук открывающейся двери заставил всех обернуться, и один из менеджеров вошёл с двумя большими пакетами холодного кофе, широко улыбаясь. — Спаситель! — крикнул Юнхо, вскакивая, несмотря на боль в ногах. Он и Хонджун быстро подошли, чтобы помочь разнести напитки, передавая их по кругу измождённым, но благодарным людям. Пока они потягивали напитки, менеджер плюхнулся на стул, наклонился вперёд и оперся локтями на колени. — Вы, ребята, недавно были в кафе внизу? Вопрос вызвал несколько пожатий плечами и покачав головой. —С прошлой недели — нет, — ответил Уён, поднося чашку к губам. — Почему? — Там работает новенькая, — сказал менеджер небрежным тоном, но с искоркой интриги в глазах. — Очень красивая. Просто безумно красивая. Это привлекло их внимание. Юнхо тут же оживился, Хонджун вопросительно поднял бровь, и даже Сонхва, который обычно игнорировал подобные разговоры, взглянул на него. — Дай определение слову «безумно красивая», — сказал Сан, наклоняясь вперед с напускной серьезностью. — Ну, такая красота, которая заставляет вас задуматься — пояснил менеджер, ухмыляясь. Уён ухмыльнулся в ответ, ткнув Чонхо локтем в рёбра. — Держу пари, это в твоём вкусе — поддразнил он, заслужив косой взгляд от младшего. — А что насчет этого злого менеджера? — спросил Минги, и его голос звучал приглушенно из-за соломинки. — Последние несколько раз, когда я приходил, её там не было — ответил менеджер, пожав плечами. — Может быть, её заменила новая девушка. Уён повернулся к Чонхо с многозначительным взглядом. — Мы уходим сегодня вечером — драматично прошептал он, словно планируя ограбление. Чонхо закатил глаза, но не возражал, а Сан усмехнулся, глядя на них обоих. Когда вечер подходил к концу и репетиция подходила к концу, Уён, Чонхо и Сан спустились в своё любимое кафе, чтобы размять затекшие мышцы и обсудить предстоящие дела. Воздух был свежим, и ночная жизнь Хондэ начинала набирать обороты. — Клянусь, если эта «красивая девушка» — всего лишь очередной слух, я заставлю менеджера приносить мне еду каждый день — заявил Уён, когда они подошли к двери кафе. Уён толкнул дверь, колокольчик над ней тихонько звякнул, и тут же замер на месте. Аромат свежего кофе и тёплой выпечки наполнил воздух, но не это привлекло его внимание. Из-за стойки раздался тихий смех. Взгляд Уёна приковала девушка, стоявшая у кофемашины. Её волосы были собраны в аккуратный хвост, несколько свободных прядей обрамляли её ангельское личико. Она подогревала молоко, оживлённо болтая с посетителем. Щёки её слегка румянились — то ли от тепла кафе, то ли от оживленной беседы. Её черты лица были тонкими, мягкими, но пленительными, словно из сна. Уён на мгновение замер, его челюсть отвисла. Затем, не отрывая от неё взгляда, он развернулся и несколько раз ударил Чонхо по груди. — Она красивая! Она красивая! — прошипел он театральным шёпотом, слегка повышая голос с каждым словом. Чонхо, опешивший от внезапного нападения, нахмурился. — Перестань меня бить! — пробормотал он, но любопытство взяло верх, и он заглянул через плечо Уёна. Сан небрежно прислонился к дверному косяку, тоже взглянув на стойку. Улыбка медленно расплылась по его лицу. — Ну, — сказал он тихо и с улыбкой, — она точно не из тех, кто злой. Кафе гудело от тихих разговоров и гудения кофемашины. Как только трое парней вошли, девушка за стойкой подняла голову. Её яркая улыбка, прикрытые глаза, озарила всё её лицо, когда она тепло их приветствовала, её голос был нежным и весёлым. Однако улыбка была мимолётной: она быстро отвернулась, чтобы закончить разговор с посетителем, и её тихий смех снова раздался. Прежде чем парни успели что-либо сказать, из-за стойки вышел высокий, долговязый парень с рыжими волосами. Хиджун небрежно облокотился на планшет, и на его лице расплылась озорная ухмылка, когда он поприветствовал их. — Как дела, мои любимые клиенты? Что я могу вам сегодня предложить? Уён открыл рот, чтобы что-то сказать, но его внимание было приковано к девушке, которая только что вошла в комнату. Её волосы, собранные в хвост, слегка покачивались. Его губы были хмуры, и скрыть это было невозможно. — Подожди, почему она уходит? — пробормотал он, обращаясь скорее к себе, чем к кому-либо еще. Сан толкнул его локтем, пытаясь сдержать смех. — Расслабься. У неё, наверное, есть другие дела. В задней комнате сердце Харин забилось, она перевела дух, а лица парней не выходили у неё из головы. Она расставляла пакеты с молоком в холодильнике, её руки двигались автоматически, мысли путались. Неужели это те парни, о которых Минджи постоянно упоминала, пока я была в Париже? Те, кого она клялась считать айдолами? Они выглядят как знаменитости… Она покачала головой, пытаясь сосредоточиться. Перестань, Харин. Не глупи. Чонву. Подумай о Чонву. У тебя есть парень. Она глубоко вздохнула, отгоняя эту мысль и возвращаясь к работе. Тем временем Хиджун за стойкой с привычной лёгкостью постукивал по планшету, совершенно не обращая внимания на то, как долго хмурился Уён. — Ну что, сегодня всё как обычно? — спросил он, и его улыбка не дрогнула. Уён рассеянно кивнул, прищурившись и глядя на Хиджуна. — Кто эта твоя новая красотка-подруга? Чонхо и Сан, небрежно стоявшие в стороне, наклонились ближе, явно заинтересованные ответом. Улыбка Хиджуна стала шире, когда он выпрямился, в его глазах заиграл насмешливый блеск. — О, она? Это моя новая нуна — драматично произнес он, наклоняясь вперёд над стойкой, словно собираясь поведать им какой-то глубокий, тёмный секрет. — Нуна? — переспросил Чонхо, слегка приподняв брови. — Ага — сказал Хиджун совершенно серьёзным тоном. — Но у неё зараза, так что вам лучше держаться от неё подальше. Чонхо облокотился на стойку и громко рассмеялся, чуть не опрокинув держатель для салфеток. Сан ухмыльнулся, а Уён закатил глаза, скрестив руки на груди. — Зараза? Серьёзно? Хиджун небрежно пожал плечами, его улыбка стала шире. — Просто присматриваю за вами, ребята. Не за что. Сан приподнял бровь, наклоняясь ближе к Хиджуну. — Она же новый менеджер, да? Хиджун кивнул, оглядываясь через плечо, чтобы убедиться, что Харин поблизости нет. Затем он заговорщическим шёпотом наклонился ближе, приложив руку ко рту, словно делясь секретной информацией. — Но предупреждаю: у неё есть парень. Голова Уёна слегка откинулась назад, а его лицо тут же исказилось в гримасе. — Чтоо… Чонхо фыркнул, покачал головой и похлопал Уёна по плечу. — Что за реакция? — Я ведь даже ничего не сделал! — воскликнул Уён, защищаясь, чем вызвал взрыв смеха у Сана. Хиджун усмехнулся, передвигая чашки с кофе по стойке. — Точно. Так и продолжай. Она под запретом, чувак. Сан покачал головой, всё ещё тихо посмеиваясь. — Ты тут и вправду мечты рушишь, да? Хиджун снова пожал плечами, его лицо выражало невинность. — Просто выполняю свою работу. Уён схватил кофе, фыркнул и, сделав глоток, ещё раз бросил быстрый взгляд в сторону задней комнаты. Он услышал лёгкие движения и подумал, не вернулась ли она до их ухода. В кафе тихо гудела жизнь: парни сидели за своим обычным столиком, обсуждая предстоящие повышения. Взгляд Сана снова метнулся к стойке, где вновь появилась та девушка, с закатанными рукавами и плотно облегающим фартуком, убирая остатки беспорядка после вчерашнего наплыва посетителей. Её движения были размеренными, но естественными, словно она работала здесь годами. Сан откинулся на спинку стула, потягивая кофе и наблюдая за ней. Она подняла взгляд на Хиджуна, смеясь над его словами, и улыбка озарила её лицо. Сан заметил, как её смех, казалось, делал шутки Хиджуна ещё смешнее, и рыжеволосый парень явно выжимал из этого все соки. Но кое-что ещё привлекло внимание Сана. Его взгляд скользнул ниже, к её фартуку, где к ткани была приколота маленькая булавка. Он прищурился, слегка наклонив голову, пытаясь разглядеть рисунок. Это был… значок «Тысячелетний сокол». — Ага, — медленно сказал Сан, указывая пальцем, не отрывая от неё взгляда. Голос его был тихим, почти благоговейным. — Она полностью в вкусе Сонхва-хёна. Это привлекло внимание Уёна. — Что? Почему? — спросил он, глядя на девушку, а затем снова на Сан. Сан наклонился ближе, понизив голос, словно раскрывая государственную тайну. —Значок. Тысячелетний сокол. Он едва заметно указал на её фартук. Чонхо, который всё это время рылся в телефоне, поднял взгляд и ухмыльнулся. — Эй, это может быть даже не её. Может быть, её парня. Сан решительно покачал головой. — Ни за что. Посмотри на неё. Она выглядит так, будто действительно любит «Звёздные войны». Типа, крутой фанат «Звёздных войн». Брови Уёна слегка приподнялись в знак интереса, а губы изогнулись в озорной ухмылке. —Я собираюсь её спросить — сказал он, уже почти вставая. Глаза Сана расширились от паники. Он схватил Уёна за запястье и с такой силой втянул его обратно на стул, что стол слегка зашатался. — Ты с ума сошёл?! Ты айдол! Уён фыркнул, скрестив руки на груди. — Ладно. Я не буду спрашивать её напрямую. Я просто… Он замолчал и поднял руку, чтобы окликнуть Хиджуна, который теперь прислонился к стойке, лениво болтая с постоянным клиентом. Хиджун поймал помахивание Уёна, его глаза сузились от любопытства, когда он направился к ним. Он присел на корточки рядом с их столиком, опираясь локтями на колени, и ухмыльнулся. — Как дела, ребята? Кофе пьёте? Уён наклонился к нему с преувеличенной серьёзностью, от которой Чонхо сдержал смешок. — Насчёт твоей новой подруги, — начал он. — Эта булавка на её фартуке — она её? Или её парня? Хиджун надулся, нахмурив брови в притворной сосредоточенности. — Хм, хороший вопрос — сказал он, резко вставая и разворачиваясь к стойке. У Сана что-то сжалось в желудке, когда Хиджун громко крикнул: — Нуна! Эта булавка на твоём фартуке — она твоя или твоего парня? Кафе, казалось, на мгновение замерло, когда все посетители, включая Харин, обернулись. Сан, Уён и Чонхо застыли на своих местах, их глаза расширились от ужаса. Хиджун повернулся к ним, широко улыбаясь, пока парни в ответ отчаянно шлёпали его по плечам и рукам. — Что ты делаешь?! — прошипел Сан, и его голос едва не сорвался на крик. Харин, не обращая внимания на суматоху, тепло улыбнулась и потянулась к булавке на фартуке, зажав её между пальцами. — Конечно, моя, — гордо сказала она. — Моему парню такие вещи не нравятся. Сердце Сана дрогнуло при виде её крошечных надутых губ, хотя он никогда бы в этом не признался. Хиджун же, напротив, разразился смехом, наблюдая за всё более истеричными выражениями лиц парней. Чонхо крепко шлёпнул Хиджуна по спине, за что тот громко вскрикнул: — Ой! , — и тот согнулся пополам от невыносимой боли. — Ты ужасен — пробормотал Чонхо себе под нос, вставая. Прежде чем Харин успел спросить что-либо ещё, трое парней вскочили на ноги, поспешно пробормотав «до свидания» и побредя к двери, смущённо опустив головы. Чонхо в последний раз шлёпнул Хиджуна по спине, словно в знак благодарности, Сан закрыл лицо рукой, а Уён пробормотал себе под нос проклятия. Харин смотрела им вслед, нахмурившись в недоумении. — Почему они так внезапно ушли? — невинно спросила она Хиджуна, наклонив голову. — Я думала, они хотели спросить про булавку. Хиджун облокотился на стойку, возвышаясь над ней с широкой улыбкой. — Ах, нуна, ты такая милая — поддразнил он, и его голос сочился нежностью. Она закатила глаза и отвернулась, чтобы почистить кофемашину. — Прекрати — пробормотала она, но её губы тронула лёгкая улыбка, пока она работала. Вечером Харин вернулась домой, чувствуя себя лёгкой и удовлетворённой после проведённого в кафе дня. В квартире было тихо без Чонву, но её это не смущало. Скинув туфли, она схватила телефон и отправила ему длинное, восторженное сообщение о своей новой работе: как хорошо прошёл день, как ей понравилась атмосфера и как она благодарна за эту возможность. Чонву ответил быстро: — Я рад за тебя, Харин. Ты этого заслужила. Она улыбнулась, глядя на телефон, и в груди разлилось тепло. Немного, но всё же достаточно. Отложив телефон в сторону, она приготовилась ко сну. Сердце всё ещё колотилось от волнения, когда она засыпала. Кафе было закрыто по воскресеньям, и Харин получила свой первый полноценный выходной с момента начала работы. Она решила провести его с Минджи, лучшей подругой, которую не видела с возвращения из Парижа. Минджи была из тех друзей, которые делали всё светлее, и Харин очень по ней скучала. К позднему утру Харин суетилась на кухне, готовя простую, но вкусную еду для них двоих. Квартиру наполнял запах томленого рагу, и как раз когда она заканчивала готовить гарниры, раздался звонок в дверь. Харин хихикнула, вытирая руки о фартук и поспешила к двери. Открыв её, она увидела огромный букет цветов. Из-за букета с игривой улыбкой выглядывало лицо Минджи. Харин театрально надулась. — Да что ж ты такая? С утра меня расстраиваешь! Минджи рассмеялась, протягивая букет. — Потому что ты мой дорогая, и я скучала по тебе — поддразнила она, быстро поцеловав Харина в щёку. Харин улыбнулась, держа цветы на руках и неся их на кухню за вазой. — Садитесь! Еда готова, и я приготовила все ваши любимые блюда — бросила она через плечо. Минджи плюхнулась на диван, но её глаза горели любопытством. — Я умираю с голоду, так что позволю тебе побаловать меня сегодня. Когда подали еду, подруги сели за небольшой обеденный стол. Атмосфера была тёплой и уютной. Минджи с головой погрузилась в рассказ о своей университетской жизни, её голос был оживленным, когда она делилась историями с курсов по биотехнологии. Харин слушала с широко раскрытыми глазами, подперев подбородок ладонью, полностью поглощённая рассказами Минджи о лабораторных экспериментах и ​​летних проектах. — Летние каникулы — это благословение — вздохнула Минджи через некоторое время, откидываясь на спинку стула. — Но хватит обо мне. Расскажи мне про кафе! Как тебе новая работа? Харин сложила руки, склонив голову набок с мечтательной улыбкой. — Это потрясающе. Атмосфера такая тёплая и гостеприимная, кофе просто потрясающий, а моя начальница — просто прелесть. Благодаря ей я чувствую себя здесь как дома. Минджи ухмыльнулась. — Звучит идеально! А твои коллеги? Есть кто-нибудь интересный? Щёки Харин слегка покраснели, когда она подумала о Хиджуне. — Ну — начала она, теребя прядь своих длинных волос, — я встречала одного из них — его зовут Хиджун. Честно говоря, он самый приятный человек, с которым мне когда-либо приходилось работать. И очень забавный. Но… мне кажется, он пытается что-то сделать. Минджи ахнула, стукнув кулаком по столу в притворном драматическом жесте. — Ты должна попробовать! Да ладно, не каждый день встречаешь такого милого человека! Харин рассмеялась, качая головой. — Минджи, нет. Я жду возвращения Чонву. Минджи застонала, закатив глаза. — Тьфу, ты безнадёжна. Ладно, пока закрою на это глаза. — Она откусила ещё кусочек и замерла, её лицо озорно скривилось. — Кстати, о мальчиках… ты уже видела симпатичных? Харин слегка нахмурилась, скрестив руки на груди, и задумалась. — Ну, я, конечно, видела много красивых людей. Но, честно говоря, для меня все красивые, так что я бы даже не обратила внимания. Минджи закатила глаза, но рассмеялась. — Нет-нет, я имею в виду… до смешного милых мальчиков. Я не знаю их имён, но ты бы поняла, если бы увидела. Харин задумчиво постучала по подбородку. — Ну, вчера вечером заходили трое парней. Они были… очень красивыми, наверное? Но я не уверена. Они выглядели как знаменитости, прямо как те, о которых вы говорите. Минджи ахнула, выпрямляясь. — Подожди, три мальчика? Красивые? А как они выглядели? Харин пожала плечами. — Я не успела как следует разглядеть. Не знаю. Они просто зашли, заказали кофе и довольно быстро ушли. Минджи прищурилась в задумчивости. — Харин, я знаю, что это они. Фу, почему я не могу вспомнить их имена? Теперь это будет мучить меня весь день. Харин тихо рассмеялась, махнув рукой. — Неважно. Я уверена, что они просто постоянные клиенты.

***

Харин собрала длинные волосы в гладкий хвост, а чёлка идеально обрамляла лицо. На ней было длинное джинсовое платье, мягко струящееся по фигуре, короткая рубашка с оборками на пуговицах и блестящие туфли «Мэри Джейн». Её образ, как всегда, был непринуждённо элегантным, но сдержанным шармом, идеально подходящим её характеру. Она схватила сумку, ещё раз проверила, всё ли у неё есть, и направилась в кафе на первую смену. Воздух раннего утра был свежим, и Харин ощутила спокойствие, прогуливаясь по тихой улице. Ей нравилось спокойствие Сеула до того, как город полностью проснулся. Дойдя до кафе, она отперла дверь и проскользнула внутрь, мгновенно окутав тёплым ароматом кофейных зёрен. Она включила свет, осветив уютное пространство, и поставила сумку на один из угловых столиков. Харин пришла пораньше, чтобы ознакомиться с документами начала смены — что-то в скрупулезности работы успокаивало её. Сев, она пролистала бумаги, тихонько напевая, делая пометки и отмечая задачи пастельным маркером. Колокольчик над дверью неожиданно звякнул, привлекая её внимание. Харин подняла взгляд и тут же улыбнулась, увидев высокую девушку с короткими обесцвеченными волосами. Её угловатые черты лица выделялись даже под большими солнцезащитными очками, сидевшими на носу. — Привет! — радостно сказала девушка, и её губы расплылись в лучезарной улыбке, когда она вошла. — Вы, должно быть, наш новый менеджер! Я Шиён. Харин встала и тепло протянула ей руку. — Очень приятно познакомиться, Шиён. Я Харин. — Их руки встретились в коротком рукопожатии, но Шиён задержалась ещё на мгновение, устремив на Харин взгляд с нескрываемым восхищением. — Ты даже красивее, чем я представляла — выпалила Шиён, её голос был полон искреннего благоговения. Харин удивлённо моргнула, а затем тихо рассмеялась, и её щёки слегка покраснели. — Ты такая милая — сказала Харин, заправляя выбившийся волос за ухо. — Но, мне кажется, ты немного преувеличиваешь. Шиён решительно покачала головой, её улыбка стала шире. — Ни за что! Обожаю смотреть на красивых женщин, а ты… ты просто нечто. Как ожившая картина. На мгновение Харин растерялась. Комплименты были для неё не в новинку, но прямота и искренность Шиён обезоруживали. Она улыбнулась, и в её груди разлилось тепло. —Услышать это от такого крутого человека, как ты, — это самый большой комплимент. Спасибо. Шиён рассмеялась лёгким и мелодичным смехом, поправляя солнцезащитные очки, слегка наклонив их, чтобы лучше видеть Харин. — Это будет отличная команда. Я уже чувствую это. Харин указала в сторону кафе, игриво улыбнувшись. — Рада это слышать! Но как бы мне ни нравился этот разговор, нам нужно готовиться к смене. Почему бы тебе не переодеться, пока я закончу просматривать эти документы? — Поняла, босс — ответила Шиён, подмигнув, театрально отдала честь и направилась в дальнюю комнату. Харин проводила её взглядом, с нежностью покачав головой. Энергия Шиён была заразительна, и Харин уже чувствовала, как между ними зарождается чувство товарищества. С тихим вздохом она села и вернулась к работе. День в кафе прошёл необычно медленно: за утро заглянуло лишь несколько посетителей. Харин не возражала — это давало ей время лучше узнать Шиён. Обслуживая клиентов и убирая кафе, они говорили обо всём: от увлечений до жизни вне работы. Шиён рассказала, что родилась в 1995 году, то есть на три года старше Харин. Не раздумывая, Харин стала называть её «онни», и голос её каждый раз звучал нежно и ласково. В первый раз, когда это случилось, Шиён замерла на полуслове, её сердце замерло от этого почтительного обращения. — Онни, а где нам хранить лишние салфетки? — крикнул Харин, наводя порядок на стойке. Шиён почувствовала, как её грудь наполняется теплом. — О! Э-э, на верхней полке в кладовке — ответила она, голос прозвучал чуть выше обычного. Когда Харин благодарно улыбнулась и убежала, Шиён прислонилась к стойке, ухватившись за неё, чтобы не упасть. — Она опасна — пробормотала Шиён с ухмылкой, качая головой. К полудню Харин уже сидела за стойкой, корпя над документами для кафе. Она стояла, опираясь одной рукой на столешницу, а другой листала страницы. Нахмурив брови и слегка поджав губы, она изучала что-то, что записала ранее. Она не заметила, как распахнулась дверь, и не услышала тихого говора группы вошедших людей. Но они ее заметили. Глаза Уёна расширились, как только он увидел её за стойкой. Он тут же повернулся к Сонхве и от волнения слегка похлопал его по руке и груди. — Хён, хён, смотри! Это она! Девушка, о которой мы говорили! — громко прошептал он, и его голос был полон радости. Сонхва нахмурился в недоумении. — Что ты… Но затем его взгляд последовал за указующим пальцем Уёна, и слова застряли у него в горле. Её волосы идеально обрамляли лицо, мягкие пряди играли на свету, пока она сосредоточенно читала перед собой бумагу. Её брови очаровательно нахмурились, а губы слегка поджаты, словно она глубоко задумалась. Она облокотилась на стойку ровно настолько, чтобы казаться расслабленной, но сосредоточенной, совершенно не замечая, какое внимание к ней тянет. Для человека, которому было всё равно на девушек, — человека, всегда сосредоточенного на карьере, ремесле и группе, — Сонхва не мог отвести взгляд. Что-то в ней казалось… неземным. Она выглядела так, будто сошла со сна, её черты были такими тонкими и безмятежными, что сердце у него в груди странно ёкнуло. Он сжал губы в тонкую линию, его желудок сжался, но он не мог объяснить, как это произошло. — Хён — хмыкнул Уён, снова шлёпнув Сонхва по плечу и наклонившись ближе. Голос его всё ещё был тихим. — Твоё лицо. Ты выглядишь так, будто увидел привидение! Чонхо, который молча наблюдал, тихонько усмехнулся, скрестив руки на груди и увидев, как ёрзает Сонхва. — Заткнись — пробормотал Сонхва, его щеки горели, он отвел взгляд, отчаянно пытаясь взять себя в руки. Но Уён не собирался спускать ему с рук. С лукавой улыбкой он проскочил к стойке, оставив Сонхва и Чонхо позади. Харин, вздрогнув от внезапного смеха, оторвалась от бумаг. Выражение её лица мгновенно смягчилось, губы расплылись в яркой, приветливой улыбке, которая, казалось, озарила всё кафе. Она убрала документы, выпрямилась и обратила внимание на Уёна. — Привет! — тепло поприветствовала она, ее голос был подобен меду, мягкий и сладкий. Сонхва напрягся, услышав ее голос, и его сердце снова пропустило удар. — Что со мной не так? — пробормотал он себе под нос, глядя в пол, словно тот мог дать ему какие-то ответы. Тем временем Уён небрежно облокотился на стойку, ухмыляясь, как Чеширский кот. — Привет — ответил он лёгким и игривым тоном. Но когда он взглянул через плечо на Сонхва, его улыбка стала ещё шире, а бровь приподнялась, словно говоря: — Ты обречён, хён. Чонхо, почувствовав назревающий хаос, ухмыльнулся и подтолкнул Сонхва локтем. — Ты в порядке, хён? — Нормально — резко ответил Сонхва. Его голос прозвучал слишком резко. Но он не был в порядке. Совсем нет. Потому что, украдкой взглянув на девушку — на её лучезарную улыбку и на то, как её голос, казалось, эхом отдавался в его ушах, — он понял, что впервые за долгое время полностью, совершенно отвлёкся. Когда Сонхва и Чонхо подошли к стойке, Чонхо поприветствовал Харин бодрым — Привет! — Сонхва же лишь вежливо кивнул, избегая её взгляда. Харин, почувствовав лёгкую неловкость, виновато улыбнулась и аккуратно сложила руки перед собой. — Извините, я не знаю ваши заказы так, как Хиджун — сказала она с искренностью в голосе. — Но если вы постоянные клиенты, я постараюсь запомнить их в следующий раз! Уён хихикнул, отмахиваясь от неё с игривой улыбкой. — Всё в порядке. Ты новенькая — это ожидаемо! Харин тихонько усмехнулась, наблюдая за его энтузиазмом, и кивнула, потянувшись за планшетом, чтобы принять заказ. Краем глаза она заметила, как Шиён молча наблюдает за их общением, аккуратно доставая торт из холодильника, чтобы разрезать его. — Итак, что я могу вам сегодня принести? — спросила Харин, взглянув на троицу. Уён быстро отреагировал, заказав себе и Чонхо ледяные американо. Пальцы Харин порхали по экрану, вводя варианты. Затем её взгляд переместился на последнего парня, стоявшего чуть позади. Его высокая фигура была почти нерешительной, он изучал меню с таким вниманием, которое она нашла одновременно милым и загадочным. — Может быть, я могу вам помочь? — спросила она теплым и ободряющим голосом. Сонхва повернул голову, впервые встретившись с ней взглядом. Её голос прозвучал для него, словно нежная мелодия, и на мгновение он забыл, где находится. Когда его взгляд встретился с её взглядом, что-то изменилось в воздухе. Он одарил её лёгкой, застенчивой улыбкой, той, что могла заставить сердца трепетать без усилий. — Какой напиток ты любишь пить? Харин моргнула, слегка застигнутая врасплох этим вопросом. Она слегка наклонила голову, и мягкий свет сверху отразил едва заметный блеск в её глазах, пока она размышляла. — Хм… — задумчиво пробормотала она, постукивая пальцем по подбородку. — Думаю, я бы выбрала холодный персиковый чай, но мне нравится добавлять жасминовый сироп. Он придаёт ему приятную цветочную сладость! Её ответ заставил губы Сонхва расплыться в улыбке, которая получилась почти незаметно мягкой и искренней. — Тогда я возьму это. Чонхо и Уён обменялись молчаливыми взглядами, их глаза слегка расширились. Сонхва редко отклонялся от своего обычного выбора, не говоря уже о том, чтобы следовать рекомендациям незнакомцев. Но они не произнесли ни слова — по крайней мере, пока. После того, как Харин сделала последний заказ, Сонхва подошёл, чтобы заплатить за все три напитка. Харин вежливо поблагодарила его, её лучезарная улыбка заставила его сердце биться чаще, что было ему не совсем комфортно. Парни заняли свои места, их столик оказался недалеко от стойки. Как только они сели, Чонхо и Уён обратили внимание на своего хёна, на их лицах была смесь недоверия и веселья. Сонхва нахмурился, заметив их взгляды. —Что? — спросил он резче, чем хотел. Уён приподнял бровь, его губы изогнулись в лукавой улыбке. — Хён, ты всегда заказываешь тёплые напитки. Чонхо согласно кивнул, откинувшись на спинку стула. — Да, и что за внезапная перемена? Сонхва небрежно пожал плечами, его взгляд снова метнулся к стойке, где Харин болтала с Шиён, готовя им напитки. Её движения были плавными, улыбка непринуждённой, а сама внешность… магнетической. — Я просто хотел попробовать что-то новое — сказал он ровным тоном. Пока Харин готовила напитки вместе с Шиён, её руки двигались автоматически, подчиняясь привычке и мышечной памяти. Однако мысли её были совершенно в другом месте. В частности, её взгляд был прикован к высокому парню, с которым она виделась раньше. Она не могла перестать думать о нём — о его острых, но нежных чертах, о красоте, которая казалась почти неземной. Его лицо было словно сошло с картины эпохи Возрождения: мягкие очертания и выразительные углы, идеальное сочетание элегантности и силы. Она думала о том, как его тёмные глаза, казалось, излучали тихое тепло, как его присутствие излучало спокойную и нежную энергию, которая успокаивала её, хотя сердце замирало от волнения. Харин не была из тех, кто зацикливается на людях. Конечно, она могла восхищаться чьей-то внешностью; в душе она была дизайнером, постоянно наблюдала и черпала вдохновение в деталях вокруг. Но это было другое. Это не было влечение — по крайней мере, она так не думала. Её не тянуло к нему именно так, но она не могла избавиться от ощущения, что его красота… важна, что её нужно помнить, увековечивать. Её мысли обратились к домашнему альбому, где она собирала зарисовки людей, которые каким-то образом оставили в её душе след. Харин гадала, представится ли ей когда-нибудь возможность нарисовать его, запечатлеть его сущность на бумаге. Она уже представляла, как линии его подбородка будут переданы плавными штрихами угля, как нежный изгиб его улыбки оживёт благодаря идеально подобранной растушевке. Одна эта мысль вызвала лёгкую дрожь в её груди, хотя она покачала головой, чтобы сосредоточиться на работе. — Всё в порядке? — голос Шиён вернул её в настоящее. Харин моргнула, быстро улыбнулась и кивнула. — Да, просто отключилась — призналась она с застенчивой усмешкой. Спустя несколько мгновений, когда напитки были готовы, Харин взял поднос и понёс его к столу, где сидели мальчики. Когда она подошла, высокий первым заметил её, на мгновение встретившись с ней взглядом, прежде чем встать. У неё перехватило дыхание, когда он поднялся, возвышаясь над ней, но почему-то не пугая. Его движения были неторопливыми и плавными, когда он потянулся за подносом, помогая ей поставить напитки на стол. Никто никогда раньше не делал этого. Это застало её врасплох, она на секунду замерла, скользнув взглядом по его профилю. Вблизи он выглядел ещё более ошеломляюще. Его кожа была гладкой, черты лица безупречными. От того, как ресницы отбрасывали нежные тени на щеки, её грудь необъяснимо сжалась. Улыбка на мгновение померкла, но она быстро оправилась, бросив на него благодарный взгляд. — Спасибо — тихо сказала она, ее голос звучал ровно, несмотря на то, как сильно билось ее сердце. Парень ответил улыбкой — мягкой, искренней, доброй. — Не за что, — произнёс он, и его голос был глубоким, но удивительно нежным. Харин слегка отступила назад, сжимая в руках уже пустой поднос, и обратилась к собравшимся. — Надеюсь, вам понравится — помахала она рукой, и её обычное жизнерадостное настроение вернулось. Все трое кивнули, вежливо, но с любопытством улыбаясь. Повернувшись и направившись в глубь кафе, Харин почувствовала странную тяжесть в груди. Не то чтобы неприятно — просто… непривычно. Добравшись до задней комнаты, она поставила поднос и провела рукой по волосам, пытаясь успокоиться. — Что это? — подумала она, поджав губы в тонкую линию и доставая телефон. Нельзя сказать, что она никогда не встречала красивых людей. Она выросла среди моделей и художников, окруженная красотой во всех её проявлениях. Но в этом парне было что-то особенное — что-то скромное, но притягательное. Харин проверила телефон на наличие сообщений, надеясь найти что-то знакомое. Но ничего не было. Никаких новых уведомлений от Чонву. Она вздохнула и убрала телефон обратно в карман, отгоняя странное трепетание в груди. — Пустяки — сказала она себе, качая головой. — Просто ещё одно красивое лицо. Но, вернувшись к стойке, она невольно снова взглянула на высокого парня. Образ его профиля всё ещё запечатлелся в её памяти, словно воспоминание, от которого она не могла избавиться.

***

В то утро в кафе было ещё тихо, лишь тихо гудели кофемашины и витал лёгкий аромат свежесваренного кофе. Харин стояла за стойкой, наводя порядок и мысленно готовясь к новому дню, когда над дверью звякнул колокольчик. Она подняла взгляд, уже сияя улыбкой, и была приятно удивлена, увидев знакомое лицо. Это был тот высокий парень, что был вчера. — С возвращением — тепло поприветствовала она его, и ее голос слегка повысился, когда она узнала его. Парень улыбнулся ей в ответ, хотя улыбка получилась едва заметной и сдержанной. — Мне то же, что и вчера — тихо сказал он, и его глубокий голос заставил её на мгновение моргнуть. Затем, словно вспомнив о своей задаче, она быстро кивнула и начала вводить заказ. — И американо со льдом — добавил он, указывая на стоящего рядом с ним мальчика, которого Харин раньше не видела. Новый мальчик был ниже ростом, но с живой энергией, которая резко контрастировала с тихим спокойствием высокого. Харин взглянула на него с вежливой улыбкой, а затем снова сосредоточилась на кассе. — Поняла — сказала она, называя сумму. Расплатившись, высокий парень отошёл в сторону, а его друг последовал за ним. Харин начала готовить напитки, тихонько напевая себе под нос. Кафе было ещё пустым, поэтому до неё доносились приглушённые звуки их разговора. Она не могла разобрать ни слова, но время от времени поднимала взгляд. Наклонившись за молоком из холодильника, она услышала нерешительный голос. — Э-э, извините — сказал невысокий парень застенчиво, но с любопытством. Харин выпрямилась, всё ещё держа пакет молока в руке, и повернула к нему голову. —Да? — Могу ли я спросить, откуда ваша рубашка? — спросил он, и его глаза заблестели от неподдельного интереса. Лицо Харин засияло от этого вопроса. Рубашка была одной из её любимых вещей — лоскутная, сшитая из лоскутков, которые ей дали друзья. Рукава были чуть великоваты, а серебряные вставки на манжетах придавали ей неповторимый, шероховатый вид 80-х. — О! — ахнула она, слегка наклонившись над стойкой и широко улыбнувшись. — Я сделала это! У парня отвисла челюсть, и он от удивления прикрыл рот рукой. — Ты сделал это? — воскликнул он почти благоговейным голосом. Харин с энтузиазмом кивнула. — Да! Я обожаю шить одежду из оставшихся кусочков ткани. Друзья иногда приносят мне обрезки, а я просто экспериментирую с ними. Парень повернулся к своему высокому товарищу, глаза его сияли от восторга. — Ты слышал? Она сама это сделала! Глаза высокого парня слегка расширились, но он ничего не сказал, его взгляд на мгновение скользнул по рубашке Харина, а затем он быстро отвел глаза. — Это так круто, — сказал ниже ростом парень, снова повернувшись к ней с воодушевляющей улыбкой. — Ты что, студентка факультета моды или что-то вроде того? Харин снова кивнула, её щёки порозовели от гордости. — Да, в Сеульском национальном университете — добавила она. Парень одобрительно протянул: — Ааа, неудивительно. Тогда я буду за тебя болеть! — Спасибо! — ответила Харин, тихонько хихикая. Она вернулась к стойке, чтобы закончить готовить напитки, но от добрых слов на душе стало легче. Позади неё Сонхва застыл, мысли его вихрем проносились. Он и так был ею тихо очарован, но что теперь? Она была не просто красивой или милой — она была талантливой. То, что она создала нечто столь уникальное и поразительное, лишь добавляло ей ещё один слой очарования. Он смотрел на стену, словно в ней таились ответы на запутанную смесь восхищения и нервозности, бурлившую в нём. Хонджун же был далеко не так спокоен. Его зубы обнажились в широкой улыбке, когда он наклонился к Сонхва и прошептал: — Эй, она такая классная. Сонхва не ответил, выражение его лица было непроницаемым, но Хонджун видел, что его друг согласен. Через мгновение Харин вернулась к стойке с напитками, аккуратно расставив их на подносе. Она посмотрела на высокого парня с обычной тёплой улыбкой, совершенно не осознавая, какой эффект производит. — Вот, пожалуйста — весело сказала она. Сонхва шагнул вперёд, принимая чашки. На долю секунды их взгляды встретились, и Харин невольно заметила, насколько мягче стал его взгляд вблизи. — Спасибо — пробормотал он, слегка склонив голову. — Пожалуйста — ответила Харин таким же мягким голосом, отступая назад, чтобы дать им уйти. Когда двое парней вышли из кафе, Хонджун не удержался и бросил последний взгляд на рубашку Харин, покачав головой в восхищении. — Вот это талант, — пробормотал он себе под нос, и в голосе ясно слышалось восхищение.

***

В кафе было тихо, когда Минджи вошла в стеклянную дверь, и её взгляд тут же метнулся по сторонам, словно радар. Харин, протиравшая стойку в аккуратно завязанном на талии фартуке, подняла взгляд и сдержала смешок, увидев, как её лучшая подруга пристально осматривает зал. — Что ты делаешь? — спросила Харин, откладывая ткань и уперев руки в бока. Минджи повернулась к ней с улыбкой: — Ищу симпатичных мальчиков, о которых ты говорила. Харин закатила глаза, одновременно раздражённая и забавляясь. — Я и не говорила, что они милые. Я просто сказала, что они снова пришли. Минджи многозначительно подняла бровь, но прежде чем она успела ответить, из-за угла вышел Хиджун, приветственно помахав рукой. — Эй, Минджи! Ты наконец-то пришёл украсть Харин, да? Минджи ухмыльнулась и помахала в ответ. — Ты же знаешь! Харин развязала фартук и передала его Хиджуну, который театрально перекинул его через плечо, словно это была драгоценность. — Не скучай по мне слишком сильно — поддразнила она, заслужив его смех. — Никогда — ответил Хиджун, отмахнувшись от нее, и, взяв Минджи под руку, направилась к двери. Выйдя на улицу, они направились к своему любимому ресторану, окутанные теплом летнего вечера. Улыбка Харин не сходила с её лица, пока она слушала, как Минджи с энтузиазмом рассказывала о своём дне, её энергия всегда была заразительна. Когда они уселись за свой обычный угловой столик и начали заказывать еду, тон Минджи стал серьёзнее. — Ну, — сказала она, подперев подбородок рукой. — Как дела у Чонву? Харин замялась, теребя пальцами край салфетки. — Он почти не пишет мне, — тихо призналась она, — но я уверена, что он просто занят. Минджи преувеличенно вздохнула, её палочки зависли над столом и направились прямо на Харин. — Видишь, это как раз твоя проблема. Ты слишком добра. Харин нахмурилась и наклонила голову. — Что ты имеешь в виду? Минджи наклонилась вперёд, её взгляд был острым. — В смысле, он обращается с тобой как с дерьмом, а ты сидишь здесь и ищешь ему оправдания. Бог знает, у него, возможно, даже есть кто-то на стороне. Слова обрушились на Харин, словно внезапный порыв холодного ветра. Улыбка её померкла, и она откинулась на спинку стула, сложив руки на коленях. Минджи тут же заметила перемену в её выражении лица и, смягчив тон, перегнулась через стол и взяла Харин за руку. — Прости — мягко сказала Минджи. — Я не хочу тебя пугать. Я просто… не могу видеть тебя в таком состоянии. Он — мерзкий тип. Кто знает, чем он занимался, пока ты была в Париже? Харин с трудом сглотнула, вспоминая тот момент, когда, вернувшись из Парижа, она обнаружила Канаэ, девушку, которую Чону назвал «просто подругой», уютно устроившуюся в их доме. Сердце сжалось от воспоминаний, и сомнение, зревшее в её душе с тех пор, вырвалось на поверхность. — Всё не так просто, — прошептала Харин слегка дрожащим голосом. — Мне страшно представить, какой будет моя жизнь без него. Не знаю, смогу ли я взять себя в руки. Взгляд Минджи смягчился, но в нём всё ещё горел огонь. Она крепче сжала руку Харин. — Малышка, — твёрдо сказала она, — он тебе не пишет. Он забыл о твоём дне рождения. Он тебя не целует, не обнимает и даже не заставляет договорить. Тебе действительно нужно взять себя в руки. Глаза Харин слегка расширились от резкости слов подруги, но Минджи еще не закончила. — Ты не его девушка, — продолжала Минджи, и её голос был полон разочарования. — Ты его горничная. Его психотерапевт. Его личная болельщица. И что он даёт тебе взамен? Ничего. Ты заслуживаешь гораздо большего. Харин молчала, опустив взгляд на стол. Слова Минджи были резкими, но правдивыми. Она вспомнила все те разы, когда не спала допоздна, помогая Чонву с работой, бесчисленные обеды, которые она для него готовила, сообщения, которые она отправляла, остававшиеся без ответа часами, а иногда и днями. Минджи снова смягчилась, ощутив тяжесть своих слов. Она потянулась через стол и нежно коснулась руки Харин. — Я не хочу причинить тебе боль, — тихо сказала она. — Я просто хочу, чтобы ты увидела то же, что и я. Ты такой удивительный, талантливый, добрый человек, а он просто… тянет тебя ко дну. Харин медленно кивнула, чувствуя, как её грудь переполняется. Она ответила не сразу, но знала, что Минджи права. Впервые за долгое время она позволила себе смириться с правдой, пусть даже она и была болезненной.