Ты лишь моя марионетка

После ужасного дня, когда Теламон отнял у 1х4 крылья, последовал странный период спокойствия. Лицо мучителя не выражало ни намёка на сожаление, словно зверство никогда и не происходило. Он общался с 1х4 как прежде, был заботлив и внимателен, словно желая стереть из памяти произошедшее. Такое поведение угнетало 1х4 не меньше самой физической боли, словно похитили не только полёт, но и память об этом преступлении. Этот мир затишья был обманом, и предчувствие худшего сковывало душу молодого создания, лишая его спокойствия. Так продолжалось несколько недель. 1х4 старался не показывать своих истинных чувств, играя роль послушного и довольного ученика. Он боялся спровоцировать Теламона на новый приступ ярости. Он научился скрывать свою боль, прятать свои страхи, превратившись в настоящую "марионетку". Но однажды, среди этой иллюзорной гармонии, произошел эпизод, который жестоко напомнил ему о его истинном положении. После завершения урока, Теламон, внезапно, проявил ласку, предложив обняться. Жест, чуждый его натуре, вызвал тревогу в сердце пленника. Подойдя ближе, 1х4 обнял Теламона, стараясь минимизировать прикосновение к болезненным обрубкам крыльев. В объятиях, ситуация казалось нормальной, пока рука мучителя коварно не скользнула к его голове. Момент нежности превратился в кошмар. Без предупреждения, пальцы Теламона сжались на крылышке на голове 1х4. Нещадное давление обрушилось на нежную кость, словно мучитель хотел оторвать его от тела. Его хватка была крепкой настолько, что по щеке покатился алый след крови . Крик боли сорвался с губ 1х4, а тело охватила судорога. Отчаянно пытаясь вырваться из смертоносных объятий, он обнаружил, что его усилия напрасны. -Никогда не забывай, кто ты. Прошептал Теламон: -Ты - моя собственность. И я имею право распоряжаться тобой как заблагорассудится. Когда мука достигла апогея, Теламон разжал хватку, отпуская 1х4. В бесчувственном смятении тот упал на пол, пытаясь восстановить дыхание. Посмотрев сверху на свою жертву, Теламон произнес: -Не стоит быть таким драматичным. Это всего лишь напоминание. Затем он покинул комнату, оставив 1х4 наедине со своей болью и осознанием того, что из этой золотой клетки нет выхода. Его жизнь превратилась в нескончаемый ужас, где мучительная близость и варварская жестокость переплелись в зловещий узор, от которого некуда было бежать.