Трикстер

Был ноябрь. Прошло уже полгода с того момента, как я приехал в Аргон. Все это время я тренировался и изучал город. Делал некоторые вылазки в другие районы, но днем и вечером — ночью лучше там не лазить, ведь поймать пулю невероятно легко в районах вроде Западного. Криминал там зашкаливает, и копы даже ничего с этим не делают. Особо красть я не лез, лишь во время приплытия кораблей из других городов щипал туристов — так я немного поддерживал свое финансовое состояние, которое за это время изрядно исхудало. Но на жизнь хватает: из 490 000 дженни, что у меня были во время приплытия, осталось 320 000, это с учетом всего моего заработка. Так что скоро придется искать новый способ зарабатывать деньги. Возможно, попробую грабить всяких наемников? Тренировки дали невероятный результат. С этим весом я еще, конечно, не прыгаю как кролик, но постепенно привыкаю к нему, думаю, еще пара месяцев — и придется искать что-нибудь потяжелее. То есть буквально: без веса я могу бегать пару часов и устану не слишком. Физический предел так и не виден, так что я просто фанатично продолжаю истязать тело, и это дает свои плоды. Никаких стычек еще не было, но вот для проверки я пробовал поднять полутонную плиту на побережье, и, боже, я смог. Да даже больше скажу: это было не сильно сложно, ощущение, что я смог бы поднять полторы такие. Но опустим все это, нужно что-то решать с деньгами, ведь их хватит ненадолго. На Небесную арену идти еще рано, хоть гонорары там и платят невероятные, но пока что я слишком зеленый для этого. Решив не откладывать в долгий ящик идею с ограблением какого-нибудь наемника, я вышел из квартиры и побрел к портовой зоне. Там ошивается больше всего всяких людей низкого социального статуса, вроде проституток и наемников, готовых на убийство ради денег. Так что туда и следовало идти. Мои физические способности уже далеко за человеческим пределом, так что я уверен в возможности победить хоть десяток обычных наемников. Дойдя до порта, я по памяти пошел в ближайший бар и вошел внутрь — тут плевать, сколько тебе лет, главное, чтобы были деньги. Подойдя к барной стойке, я взял какой-то слабоалкогольный напиток с кока-колой: пьянеть-то я не опьянею, мне просто не нравится вкус алкоголя, а просто кока-колу тебе тут в жизни не нальют. Усевшись около барной стойки, я осматривал людей вокруг и искал себе спонсора, пока мой взгляд не зацепился за какого-то пьяного в дрова мужика, собирающегося расплачиваться с барменом. Он достал из кошелька купюру в 5 000 дженни и положил ее на стол, а в кошельке его я заметил неплохую такую стопку таких купюр — то что нужно. Допив свой коктейль и отдав деньги бармену, я пошел за мужчиной на расстоянии в пару метров. На улице темень конкретная, так что меня не видно, да и он еле ходит. Так что я продолжал следовать за ним, пока мы не дошли до переулка, где никого не было. Шанс! Когда он остановился, видимо, передохнуть, я решил, что это нужный момент, и, замахнувшись, прыгнул на него из слепой зоны, собираясь влепить его в стену... Но тут случилось то, что не укладывалось в мое воображение. Мужик, повернув голову в мою сторону, замахнулся заранее, словно ожидал, что я выпрыгну, и его кулак летел точно в живот. Я все прекрасно видел и мог бы спокойно уклониться, но я, блять, был в воздухе, ведь я прыгнул на него. — СУКА! — последнее, что крикнул я перед тем, как мне в живот, по ощущениям, влетел КАМАЗ. Меня откинуло в стену, и я пытался научиться дышать снова. — Уебаны малолетние заебали. Думаете, если пьяный, не дам вам пизды? Надейся выжить, уебок, — после этого он плюнул на меня и поковылял куда-то дальше, пока я наконец-то начал дышать снова. Я был невероятно зол, ведь он унизил МЕНЯ, плюнул мне в лицо и ушел куда-то дальше бухать. Но тут я почувствовал, как во мне нарастает боль, и это было очень плохо. Не понимая, что происходит, я изо всех сил, что были, побежал к себе в квартиру. Скорость была запредельная, я бежал как автомобиль, но мне было не до этого, ведь чувство боли в груди росло каждую секунду, и глаза закрывала пелена боли, я просто не мог рассмотреть нормально, что находится впереди меня. Еле как добежав до подъезда, я уже не мог ничего видеть, да и двигаться нормально не мог, но, оперевшись о стену, смог дойти до своего этажа, сделав два перерыва. Тело все горело и ломило от боли, меня рвало, и я не мог нормально стоять, так что, упав на колени перед дверью, я кое-как открыл ее и заполз внутрь — плевать, что подумают соседи, ведь так больно мне не было, блять, никогда. Кое-как закрыв за собой дверь, я просто упал на пороге. Я так и корчился в боли, буквально чувствуя, как из меня выходит жизнь. Это длилось, пиздец, как долго по ощущениям. Я корчился от боли и орал, но мне же назло тут была хорошая звукоизоляция, так что меня никто не услышал. Кое-как дополз до гостиной и, распластавшись там на полу, я продолжал орать от боли, буквально ослепнув от нее. Глаза абсолютно ничего не видели, а я чувствовал, как из отверстий в моем теле выходит жизнь. Я пытался закрывать их руками, но ничего не выходило. Но хуже всего мне было от осознания того, что понадобился всего один удар, чтобы довести меня до такого состояния, отчего становилось еще хуже и тошно на душе. Я бы так и провалялся на полу у себя в орах от боли и с чувством покидающей жизни, если бы в мозг, разгоряченный от непрекращающейся боли, не ударило ощущение — не знаю, как это объяснить, просто появилось ощущение, что я чувством жизни, что выходит из меня, мог попробовать начать закупоривать эти тысячи отверстий в своем теле. И это было, блять, долго, мучительно и больно. Но что-то начало выходить, ведь за какой-то отрезок времени я смог закрыть все отверстия в правой руке, и она перестала болеть. Но я не знаю, хватит ли моих сил на то, чтобы закрыть все отверстия в теле... Прошло пару часов, хотя по ощущениям — дней пятнадцать, и я, стеная от боли, продолжал закрывать дыры в теле, каждый раз прерываясь от боли, я начинал снова, ведь не мог умереть всего лишь от одного удара, это позорище. Сразу я закрыл отверстия на левой руке, потом на правой ноге и левой. Это уже дало мне какое-то облегчение, ведь жизнь не выходила так быстро, и боль сильно уменьшилась. Моих сил даже хватило доползти до туалета и вырыгать все, что во мне было туда, хотя блевал я по большей части кровью. После этого мне несколько полегчало, и я, опять упав на пол уже возле унитаза, продолжил закупоривать отверстия в самой проблемной зоне, а именно — корпусе. Там их было больше всего, а если точнее — в зоне удара, ведь их количество было такое же, как во всех конечностях сразу. Вот так и корчась от боли, изредка рыгая кровью, я валялся пару часов на полу, словно мешок с мусором, был на грани жизни и смерти, постепенно закрывая все дыры... Когда я смог закрыть последнее отверстие, невероятное упорство, что держало меня в сознании все это время, не давая уснуть, наконец-то закончилось. Больше надо мной не грозила смерть, и я, посмотрев в окно, увидел, что уже взошло солнце — прошло не менее 8 часов, и это пиздец. Это была последняя мысль, посетившая мою голову перед тем, как я вырубился.... Проснувшись, я чувствовал себя так хреново, как никогда в жизни. Такое ощущение, что я покатал на горбу пару танков в полной комплектации, а больше всего болел корпус. Но жить можно, это сильно лучше тех «сладких» ощущений, что я испытывал ночью. Обперевшись об унитаз, я, шатаясь, привстал, вытер рвоту со рта каким-то полотенцем и смыл бачок унитаза. Облокотившись о стену, я пошел к себе в комнату и лег на кровать. Взяв бутылку воды со стола, что лежала, я за раз влил в себя два литра и вырубился опять... В этот раз проснувшись, я чувствовал себя уже получше, конечно, ни в какое сравнение это не шло с ощущениями за день до этого, но терпимо. За окном уже была ночь, так что проспал я часов 16 — что-то слишком много, но ладно. Встав с кровати, я почувствовал резкую боль в теле, но терпимую. Но тут я понял, что здесь что-то не так. Осмотрев себя получше, я понял, что вижу какую-то прозрачную дымку возле тела. Не поняв, что это за хрень, я пошел на кухню, взял пятилитровую баклажку и пошел в туалет к зеркалу. По дороге вливая в себя эту баклажку, я дошел до зеркала и осмотрел себя. Дымка эта прорывалась сквозь одежду и окружала все тело. Осматривая себя, я ничего так и не смог понять, но пара идей все же пришли: или это то самое ощущение жизни, что я закупоривал внутри тела, или я стал призраком. Но, вливая в себя баклажку воды, я не заметил, чтобы она выливалась, но и ощущением жизни это быть по идее не может, ведь я его тщательно закупоривал в теле, и это просто не имеет смысла. Сука, найду того уебана, что ударил меня, и выпытаю у него все. Я никогда так не злился — ни на Шиори, ни на бездарных родителей. Меня никто никогда не мог унизить, а эта сволочь одним ударом вырубила меня и заставила корчиться в конвульсиях 8 часов, а потом какая-то хрень начала обволакивать мое тело. Шикарно просто. Но пусть сволочь пока что живет, а я пока полежу на кровати еще пару дней... и да, надо заказать поесть, а то живот урчит сильно... Так и прошла пара дней, в которые я не делал абсолютно ничего, кроме питья, кушанья и сна. Дня три так прошло, что я просыпался, ходил в туалет, выпивал 5 литров воды, заказывал себе кучу еды, все съедал и дальше спать. Не знаю, почему я смог так быстро восстановиться, но я заметил это еще в Сагельте пару лет назад: ранки начали заживать буквально за ночь, когда избил Болванчика, напавшего на меня, а корочки на костяшках слезли уже на следующий день. Наконец-то нормально восстановившись, я сходил в душ и оделся в чистое. Сейчас было 11 вечера, так что, надеюсь, найду того петушару в баре, он мне, блять, за все ответит. Выйдя из дома, я пошел прямо к тому бару, по дороге замечая, что людям плевать на дымку вокруг моего тела, странно. Дойдя до бара, я внутрь не заходил, но, посмотрев в окно и осмотрев помещение, не заметил его внутри. Решив, что так все оставлять нельзя, я пошел проверять вообще все бары порта, ведь просто не мог успокоиться, пока не сломаю этому ублюдку череп... Спустя два часа я наконец-то нашел этого мужика в каком-то тухлом баре. Сам бар не внушал доверия, ведь был весь в гнилой древесине и словно мог разломаться в любой момент, но это и не важно, а важно лишь то, что этого ублюдка надо дождаться и сломать ему пару костей, как он отойдет в какой-то переулок. Я терпеливый, так что для меня это не сложно... Так и прошло минут 40, после которых он, расплатившись, пошел из бара и, выйдя на улицу, видимо, пошел в другой бар. Я начал его преследовать, но заметил интересную деталь: вокруг него дымка была плотнее, чем возле других людей. Да я, по правде говоря, ее вообще не замечал, если бы от скуки не начал всматриваться в посетителей бара, замечая миллиметровую дымку возле них, но подумал, что это уже галлюцинации от постоянного наблюдения за своей дымкой в эти дни. Но вокруг него она была потолще, чем возле других, хотя по сравнению с моей была, мягко говоря, жиденькой. Но ладно, сейчас это не важно, надо поймать алкаша поскорее и сломать ему пару костей. Так и следуя за ним минут 10, он дошел до пустого переулка, встал посреди него и крикнул в голос: — Уебан, я тебя вижу, вылазь оттуда, пока я сам не пошел к тебе и не сломал ноги, — крикнул он в тень, в которой я сидел, и, не видя другого выбора, я вылез оттуда. Но время не тратил, а просто сразу побежал к нему, сжимая максимально как могу кулак. В этот раз я не буду тупить и прыгать не собираюсь, на земле этот мужик в жизни не сможет меня ударить, что собственно и подтвердилось, ведь он попытался меня ударить, но я, уклонившись, прописал ему в печень, да еще как. Он аж в стену отлетел, но сознание не потерял, так что я подбежал к нему и начал от души избивать его, выбивая из него все дерьмо, потроха и прочие продукты жизнедеятельности. Минуты через две я наконец-то успокоился и был доволен, смотря на дело своих рук. Мужик валялся на полу, а из его рта текла кровь, твердый, падла, но я покрепче буду, так что ребра я ему переломал точно. Но тут я понял, что его можно понести к себе в квартиру и узнать все, что нужно, ведь именно из-за него все и случилось. Взяв его за ноги, я поднял его головой вниз и потряс — вырубился и, видимо, вставать не собирается в ближайшее время. Не умрет он от такого, а жаль. Закинув его себе за спину, понес к себе домой. Даже если кто что спросит, скажу, что дядя подрался с другими из-за карточного долга, тут это дело обыденное. Так я и дошел к себе домой, а было уже два часа ночи, так что никто меня даже не заметил. Кинув его на коврик в гостиной, я взял стул и притащил весь скотч, веревки и прочее, что может сгодиться как элемент сдерживания из того, что нашел дома, и усадил его на стул, завязав его от души всем чем мог. Я, улыбнувшись качеству своей работы, начал его будить. Пощечинами. Сильными пощечинами. Спустя 5 минут столь мне лицеприятного занятия он соизволил проснуться. — Сука, где я? — прокричал он и разлепил наконец-то глаза, а перед собой он увидел улыбающегося меня, что отвесил ему еще одну пощечину, для того чтобы взбодрился. — Ты... Ты, блять, как выжил вообще после Гекихацу? Ты богу жопу ради везения продал? — сказал он мне какое-то непонятное слово, а от упоминания везения я разозлился, ведь жопу я не продал, а рвал ради того, чтобы закрыть все дыры в теле, что он мне наделал, так что влепил ему еще одну пощечину. — Да хватит уже, что тебе нужно вообще и где я? — наконец-то он начал задавать нужные вопросы, так что я улыбнулся и сел на диван напротив него. — Ты, алкаш конченный, меня почти прибил своим ударом, а после этого я корчился в конвульсиях как эпилептик 8 часов. И я хочу узнать, что ты сделал и что это за хрень, окружающая нас, — сказал я ему и достал шоколадку из пакета, что заказал днем ранее. — Пошел ты нахуй! — сказал он мне, и я недовольно нахмурил брови, так что встал со стула и ударил ему еще пощечину. Не то чтобы это сильно больно, но вот унизительно точно, так что, решив, что на сегодня с него хватит, выключил свет и пошел спать. На его завывания плевать, ведь, как я убедился, звукоизоляция в этой квартире неплохая.... Встав утром, я сладко потянулся и встал с кровати, надел тапочки и пошел чистить зубы. Закончив, я посмотрел в зеркало и немного поправил волосы. Зайдя на кухню, приготовил себе завтрак из яиц и овсянки, налил себе кока-колы и пошел в гостиную, чтобы покушать. Открыв дверь, я увидел это тело с красными глазами и слюной изо рта. Дойдя до стола, я положил тарелку со стаканом и пошел обратно к нему. Профилактики ради дал ему еще одну пощечину и с чувством выполненного долга пошел кушать, пока это тело просыпалось от боли, не понимая, что происходит. А я кушал, пока каша не остыла, и молча наблюдал за всем из-за его спины, специально цокая вилкой, чтобы он понял, что кто-то находится сзади. — Пацан, пацан, это ведь ты, да? Прости, пожалуйста, был не прав, я на колени встану, только отпусти меня, я больше так не могу!!! — кричал он мне, а я уже закончил есть кашу и начал кушать яичницу, не особо обращая внимание на вопли, ведь не могу же я прервать завтрак, верно? — Прости, пожалуйста, я тебе все расскажу! Хочешь, скажу, что это за аура вокруг тебя, а? Я тебе даже скажу, что с ней делать, только пожалуйста, хватит!!! — все никак не унимался он. А я, наконец-то закончив кушать, выпил стакан колы и, положив все в мойку, решил все же подойти к нему. Когда он заметил меня, у него аж глаза загорелись, а я уселся все на тот же диванчик и обратно взял шоколадку, что так и не надкусил ночью, а только открыл. После того как откусил кусочек, ответил ему: — Ну, я жду. Рассказывай все, а потом подумаю, — промямлил я, ведь в это время жевал шоколадку, в этот раз фруктовую с кусочками орешков. — Да, да, прости, пожалуйста. Аура вокруг тела называется Нэн, это жизненная сила, что присуща каждому человеку и магическому существу, но контролировать ее может лишь малое количество людей, что смогли ее пробудить. Ты ее пробудил, когда я ударил тебя кулаком, заряженным Нэн. Такой способ пробуждения называется Гекихацу, это принудительное открытие пор Нэн, и после такого обычно если и выживают, то остаются инвалидами, а ты как-то смог пробудить Нэн и остаться абсолютно здоровым, — тараторил он. А я так-то не остался полностью здоровым, но про это ему знать не надо. — И зачем мне надо это Нэн? Особой разницы что-то не чувствую, — сказал я и после этого откусил второй кусок шоколадки. Вкусная, надо заказать побольше. — Ты уже стал сильнее! Дымка вокруг тебя слишком плотная, поэтому, вероятно, ты подсознательно используешь Тэн — технику, что укрепляет тело благодаря уплотнению ауры вокруг тела, это видно по тому, что аура возле тебя уже немного преломляет свет! — объяснил он мне, но тут я кое-что не понял, что ему собственно и сказал: — Ты, может, еще не полностью протрезвел, но я понятия не имею, что ты говоришь, ничего я не уплотняю. — Сделав третий укус, я закинул левую ногу на спинку дивана и продолжил слушать его. — Да быть того не может... — промычал про себя он и испуганно посмотрел на меня. Без понятия, что ему там привидилось, но ладно. — Если ты говоришь правду, то твоя аура уже настолько плотная и ее так много, что это просто бред, попробуй. — Я немного приподнял бровь и встал с дивана. Попробовав сделать, как он сказал, у меня ничего не вышло. Ночью у меня, чтобы направить эту энергию в одну точку, уходило минут пять, так что, возможно, здесь так же? — Ночью я, чтобы закрыть поры, направлял эту энергию минут пять в одну точку, но я попробую. — Сконцентрировавшись и закрыв глаза, я начал пытаться упаковать эту ауру в более плотный сгусток вокруг тела. Стоя так минут пять, я весь вспотел и сделал максимум того, на что способен сейчас. Открыв глаза, я посмотрел на пленника, а тот был с широко раскрытыми глазами и смотрел на меня какими-то испуганными глазами. — Такое количество, да еще и такая плотность ауры спустя день после пробуждения — бред, такого не бывает, — бормотал он себе под нос, а я, чтобы привести его в чувства, дал ему отрезвительную пощечину. После щелчка он сразу пришел в себя, и я, взглянув на него, дал понять, что он должен сделать. — Ты мне мозги не еби и рассказывай все подробно. Я тебе даже поесть дам и сходить в туалет. Заслужил, но одно лишнее движение — и ноги я тебе переломаю, усек? — развязывая его, сказал я, и он начал кивать так сильно, что появилось ощущение, что голова у него сейчас оторвется. Сводив его в туалет и дав ему поесть хлопьев, что лежали у меня в холодильнике, и кусок колбасы с хлебом. Дав понять, что свое я сделал, и теперь самое время рассказывать ему все, что нужно обратно уселся на диван, а он присел на стульчик, но уже без веревок. Все же методом всего лишь кнута ничего не добиться, верно? Нужно и тухлый пряник иногда давать. Поняв, что пора говорить, он уже не заикался, да и был пособраннее — все же он поел, попил, умылся и сходил в туалет. — Короче, есть четыре базовые техники Нэн. Первая из них — это Тэн, про которую я и говорил тебе изначально, думая, что ты ее уже изучил. Это уплотнение Нэн вокруг тела, которое не дает выливаться жизненной силе просто так в воздух, как у тебя сейчас. У нормальных Нэн-пользователей Тэн выглядит как твое обычное состояние, а точнее — такая невероятная плотность ауры вокруг тела. — В конце он немного закашлялся, и я из жалости разрешил налить себе чего-нибудь из холодильника. Он благодарно кивнул мне и, смочив горло молоком, продолжил. А я внимательно слушал, все равно запомню идеально. — Вторая базовая техника — это Зецу, проще говоря, насильственное закупоривание точек выхода Нэн, чтобы перестать излучать ауру. Я именно из-за этого тебя и заметил тогда, потому что Нэн от тебя разило за пять метров. Тебе с твоим огромным количеством Нэн будет сложно это сделать поначалу, но такие монстры, как Зодиаки Ассоциации Хантеров или господин председатель, держат его почти что круглосуточно. Но у этой техники есть и минус: пока вся твоя аура заперта внутри, ты беззащитен перед аурой других, так что если тебя ударят заряженным Нэн кулаком — мало не покажется. — Закончив с этим, он отпил еще из стакана и продолжил: — Третья базовая техника — это Рен. Если Тэн — это уплотнение, то Рен — это форсирование, количество энергии, что ты выделяешь, увеличивается в разы, что повышает твои физические параметры и выносливость. Если у тебя аура достаточно сильна, то с помощью Рен можно морально раздавить или даже покалечить человека, направив вместе с аурой Жажду крови. — А вот это уже интересно. Если я могу форсировать количество выходящей из меня ауры, это значит, что ее количество вокруг меня — не предел, так что нужно будет попробовать сделать это. — Еще Рен — это основной способ, благодаря которому увеличивают количество Нэн. Учитель говорил, что минимальный порог для того, чтобы заниматься чем-то — это 10 минут непрерывного поддерживания Рен. — А вот то, что у него был учитель, это ожидаемо. По его словам я уже понял, что он из хантеров, видимо, они выдают учителя, чтобы обучить ауре каждого прошедшего экзамен. — Дальше я знаю Рю — это способ контролировать количество ауры в разных частях тела. Именно благодаря этому я и смог сконцентрировать ауру в руке, прежде чем ударить тебя. Проще говоря, это обычная математика, благодаря которой ты направляешь нужное количество ауры в нужную часть тела. Скорость и точность Рю определяет зачастую победителя в боях между соперниками с равным количеством ауры. — Допив наконец-то злосчастное молоко из стакана, он продолжил: — И последнее, что я выучил — это Хацу, способ проявления энергии из тела. Учитель меня ему не обучил, ведь талантом я не обладаю и едва ли смог освоить все предыдущее. Знаю лишь то, что существует тест с водой в стакане и листочком в нем. По этому листочку ты определяешь, к какому из шести типов Хацу принадлежишь. Первый и самый частый — это Усиление, во время его проявления количество воды в стакане увеличивается. Второй тип — это Трансформация, вода перед этим типом меняет свои свойства. Следующей идет Материализация, при ней в воде появляются сторонние предметы. Четвертое же — Выделение, цвет воды меняется в зависимости от человека. Последний идентифицируемый тип — это Манипуляция, если ты ею владеешь, то лист на поверхности начинает менять свое положение. Все, что не подходит под пять тестов до этого, называется Специализацией, там все индивидуально и нету ничего похожего. После же он мне кратко рассказал что делает каждый тип, усиление базовых свойств организма, трансформация свойств ауры во что-то, и так далее. Особо подробным он не был но скорее всего он больше и не знал, видно же что он профан в этом деле. Выслушав эту воистину полезную лекцию, я даже простил его за все унижения, что испытал. Но тут дело вот в чем: он мне все рассказал, но научиться пользоваться Рен самому будет сложно, так что посидит он у меня еще некоторое время, пока я не научусь пользоваться им. — Слушай, ты уже заработал себе на освобождение, но мне бы не помешало, чтобы ты научил меня Рен. Говоришь ведь, что это основной способ тренировки объема, да? — Закинув последний кусок шоколада в рот, я встал и решил попробовать сделать это сразу после его объяснений. — Д-да, это единственный способ, что я знаю. Для того чтобы использовать Рен, нужно, как бы сказать... Тебе нужно сорвать пломбу с дамбы, что удерживает твой Нэн. Оно не начнет утекать, как при открытии пор, а организм просто начнет его вырабатывать в разы больше, но тебе нужно этот напор обуздать так, чтобы аура не улетела в воздух. Во время использования Рен напрягается и тело, и аура. — Сорвать шлюз, говоришь... — Сконцентрировавшись, я попробовал сделать то, что он сказал, и в моменте словно ауры стало больше, но это было незаметно... Видимо, мы тут надолго. — Можешь налить себе попить, мы тут надолго... — Первый час не происходило абсолютно ничего, я пытался увеличить количество энергии, вырабатываемой телом, но ничего не выходило. На второй час иногда начали появляться проблески ауры, а мой заложник, имя которого я от скуки узнал, иногда засыпал, так что приходилось давать ему бодрящих пощечин. Звали его Колин. На третий час я уже начал уставать, и это было заметно по моему вспотевшему лбу. Решив, что Колин просто так пьет молоко, дал ему еще одну пощечину для бодрости. — Да за что опять-то! — крикнул Колин, но тут же испуганно вжался в стульчик, ведь я был зол, уставшим и изрядно раздраженным. — Слушай, ты, наверно, что-то не так понял, это видно по тому, что ты весь вспотел, хотя ауру даже не двигал. Ты пытаешься увеличить количество выделяемого Нэн так, словно пытаешься штангу поднять, но это так не работает, — прокричал он и почему-то смотрел на дымку Сио, которая за эти три часа начала немного темнеть и искрить. — Короче, у нормальных людей все так и должно быть — открытие шлюза через невероятное усилие, но у тебя и так все прорвано к чертям! Тебе надо не пытаться прорвать ограничитель, а дать команду Источнику Ауры вырабатывать больше Нэн, — отпив немного молока из стакана, Колин продолжил: — Когда я активирую Рен, то думаю не об увеличении количества ауры, а о том, что моя аура словно начинает гореть, и источник Нэн, думая, что моя жизненная сила горит, начинает выдавать ее в больших масштабах, стараясь потушить несуществующий пожар. Короче, попроси, именно что попроси, а не заставь или что-то подобное, ауру выдать больший приток Нэн. У каждого по-своему, я тебе рассказал лишь про свои ощущения. — Он ожидающе взглянул на меня, а я действительно задумался над его словами, ведь пытался насильно заставить ауру вырабатывать больше Нэн. — Говоришь, дать ауре почувствовать опасность, да?.. — тихо сказал я, а Колин отчего-то отодвинулся. Странный мужик, конечно. Попросить ауру, не заставить... Дать ауре понятие того, что если она не увеличит свое количество, то она исчезнет... Но я никогда не испытывал сильной опасности, это сложно... Страх, да? Дать ауре испугаться... Мой страх? Я никогда не боялся быть раненым, разочаровать кого-то или проиграть, ведь это нормально: если меня ранят — я вылечусь, если я кого-то разочарую — мне плевать, ведь живу я для себя, если проиграю — то в следующий раз уничтожу того, кто заставил меня испытать это чувство... Чего я боюсь? Но тут мне в голову пришло ощущение — ощущение того, что я испытывал те 8 часов, которые закупоривал поры Нэн в теле. Беспомощность, слабость, ощущение бесполезности и того, что я могу не справиться. Это раздражало... И пугало... Нащупав нужное чувство, я мысленно обратился к очагу Нэн — это было плотное скопление ауры у меня чуть ниже сердца. Я вспомнил ту беспомощность, что чувствовал в тот момент, и вынудил ауру понять, что нам нужно этого избежать... И аура откликнулась. В следующую секунду Сио закрыл глаза, и Колин, что пил молоко, мельком взглянул на него и тут же упал со стула, уронив стакан. Молоко, что вылилось из стакана, даже не начало растекаться, его прижало к полу, не давая пространства, чтобы сбежать. Пассивная аура, что окружала тело Сио, взорвалась. Ограничители вырвало с мясом, из каждой поры Нэн человека, что стоял над Колином, вырывалась аура с такой силой, что в комнате поднялся свист, словно от турбины. Воздух в гостиной моментально стал сухим, вся влага просто испарилась. Аура, что окутывала Сио, была просто невозможной для человека, пробудившего ее сутки назад, она подавляла Колина всего лишь своим присутствием. — Э-это хуйня какая то... каким образом так много..., — мычал себе Колин под нос, не рискнув даже подняться на ноги. А я, открыв глаза, удовлетворенно взглянул на бушующий покров, что окружал меня. Сила сейчас наполнила меня, и было ощущение, что ударом ноги я мог бы сломать бетонную стену. Взглянув на Колина, вжавшегося в нижнюю часть дивана, я сказал: — Ты был прав, нужно было всего лишь испугать источник, но теперь я, как понимаю, сделал все верно, да? — А в ответ мне было лишь испуганное кивание. Хмыкнув, я перекрыл поток ауры, и воздух в комнате сразу же стал влажнее, а молоко, что было на полу, все-таки растеклось, блять. — Слушай, а ведь есть какой-то способ увеличить количество ауры без всех этих тренировок? Может, допинг какой или артефакт? — спросил я его, усевшись опять на диван и стараясь восстановить дыхание. Удивительно, но выдохся я сильнее, чем за два часа тренировок с бронежилетом. — Да куда тебе еще больше? — немного успокоившись, сказал он мне, но я недовольно на него зыркнул, так что он сразу же заткнулся и, видимо, начал перебирать в памяти все, что помнил. — Ну, есть одна байка, которая ходит среди местных хантеров. Был один наемник, который выучил Нэн. Слабый он, ему тоже открыли его с помощью гекихацу, но он был не таким удачливым как ты, так что у него отказала одна рука и нога. И вот в один день враждующая мафия вырезала всю его семью, говорят, кровищи было... И этот псих сошел с ума, и люди возле него услышали: «Нэн, клянусь своей жизнью. Дай мне час времени, чтобы убить этих мразей, а после этого можешь сожрать мое тело...» После этого аура вокруг него завихрилась и уплотнилась настолько, что невозможно было понять, где она начинается, а где заканчивается. После этого он побежал к дому враждующей банды и вырезал абсолютно всех. Когда подошли другие, они увидели лишь то, как его тело рассыпалось в пепел и улетело по воздуху... Но это способ лишь для конченных психов, ведь Нэн — тварь честная, и если ты нарушишь условие, что поставил себе, или клятву, то оно тебя сожрет с потрохами. — Закончив говорить, он наконец-то встал, а я, услышав все это, расплылся в улыбке. — Колин, друг мой. Убери весь этот бардак, и ты свободен на все четыре стороны, можешь лететь как навозная муха куда хочешь, кроме мест, где нахожусь я, понял? — сказав это, я даже не дождался его ответа и пошел к себе в комнату отдыхать, ведь был выжат как лимон после тренировки Рен. Ну, теперь хоть вектор развития есть, кроме тягания бронежилета. Да и клятвы эти — очень интересная штука, не обязательно ведь жертвовать жизнью, как тот чувак, да? Так я и уснул, не обращая внимания на тарахтение Колина на кухне, который старательно убирал стекло..... Проснувшись с утра, я все так же встал и пошел в туалет. Сделав всю утреннюю рутину, направился на кухню и насыпал себе поесть. Открыв дверь в гостиную, немного разочарованно вздохнул, ведь Колина и след простыл. А ведь он был прикольным, когда немного испугаешь его. А сейчас комната была идеально чистая, а стульчик, к которому он был привязан, сейчас лежал за обеденным столом. Немного грустно вздохнув, я пошел кушать, ведь правильное питание — это важно. После не очень плотного завтрака я встал посреди комнаты и начал тренировки. В этот раз это будут тренировки Нэн, и пойду я по порядку, а точнее — к использованию Рен 10 минут... Так и пройдут следующие полгода... Мнение Колина о Сио слишком гиперболизировано, можете считать его одним из тех болванчиков что оценивал Хисока во время выбора председателей когда давал очки рандомным хантерам, там 10-15 очков и тд. Физическая Сила Сио не завышена, Гон Курапика и Леорио смогли открыть двухтонную дверь Золдиков всего за 2 недели тренировок. Такое количество ауры у Сио обосновано его невероятным физическим состоянием и психическим ведь он никогда не сомневался и никогда не поддавался никаким слабостям. Нен ведь зависит от физического и психического состояния Пользователя. Ну и таланта да.