Когда опускается занавес

      — Мы уже проходили это дерево, — раздражённый голос Шедоу Милка сотрясал воздух, создавая клубы пара, что выходили из его рта, в момент разговора. С каждым новым словом он терял своё тепло, — Ты водишь нас кругами!              Злости Арлекина не было предела. Он скрестил руки на груди и взглядом, полным злости, смотрел на Пьюра. Зверь летел рядом с ним, прижав ноги ближе к себе. Была метель. Ветер и снег кружились, метались и боролись прямо в воздухе. Морозный воздух пронизывал до костей, а варенье застывало в жилах. Магия, как и силы, были на исходе, а Ванилла и Милк уже который час шли по лесу, непонятно куда и как.              Вначале всё было не так уж и плохо. Шедоу с Пьюром должны были доставить важные документы в одну крайне отдалённую местность. А также, по просьбе Дарк Какао, заглянуть в деревню, недалеко от стен королевства Какао, чтобы разобраться с каким-то новым вирусом. Просто, право слово, Дарк в самом деле не знал что делать, и его лекари тоже. Мука, которая с недавних пор тоже живёт в королевстве Какао, принципиально отказывалась помогать. Спасибо, что не она являлась источником болезни в этот раз.              В конечном итоге, Пьюр смог определить, что это было не без помощи и знаний Милка. Зверь теперь был видным учёным в Академии. Уже как пару лет. Не без уговоров и старания Пьюра. Поэтому, после проведённых анализов, они узнали, что это была за болезнь. А самое интересное, это то, что причиной стали особые лакричные водоросли, которые каким-то образом оказались в еде местного печенья.              Милк с Ваниллой пробыли в морозном королевстве почти две недели и теперь, наконец, могли пойти домой. Но из-за особого барьера, стоящего вокруг обширной территории Дарк Какао, даже за пределами города Зверь не мог телепортироваться с Ваниллой наперевес, поэтому пришлось идти пешком.              — Может, вы пойдете завтра? — спросил Какао у Пьюра, смотря на него, стараясь игнорировать Шедоу, — Сегодня обещают сильный снежный буран, я беспокоюсь, что вы можете заблудиться.              Блондин и рад был бы согласиться, если бы Шедоу Милк не пыхтел от злости, слегка левитируя позади него. Поэтому, покачав головой, Пьюр вежливо отказался. Несмотря на то, что Милк казался безразличным, король заметил, как сильно всё это злило арлекина.              Поэтому, одев самые тёплые одежды, Пьюр и Шедоу собрались в дорогу и с утра покинули королевство Дарк Какао.              К слову, зверь не стал тепло одеваться, ведь ему «хватит и теплового заклинания, чтобы согреться». Он не собирается принимать одежду от «Горькобрового».              И вот, не прошло и пары часов с начала их путешествия, метель становилась лишь сильнее. Дорогу, по которой они шли, замело снегом. А видимость из-за бурана была почти нулевой. Ванилла и Шедоу тратили много сил, чтобы просто передвигаться по снегу, которого стало в разы больше. Они сами уже были все в снегу, и даже их одежда промокла.              Милк, из-за слабого тела и большой нагрузки, потратил большое количество магических сил, чтобы лететь и согреваться. Поэтому, ближе к концу дня, его силы были на исходе. А выхода из заснеженного леса всё не было и не было.              И таким образом, мы оказались здесь.              — Нет, эту ель мы ещё не проходили, — настаивал Пьюр, пока буря не хотела сбавлять обороты. Он шёл сквозь толщи снега и очень надеялся, что не угодит в какую-нибудь скрытую под снегом яму.              — Там наши следы, глупый, — указывая немного в сторону, где по виду на снегу были небольшие впадины.              — Нет-нет, это куски снега с ëлки, — вздыхая, говорил Пьюр, понимая, что они оба в крайне бедственном положении, нужно было срочно что-то придумать, или выйти из леса до наступления темноты.              — Нашёл с кем спорить об этом, — закатил глаза шут, ещё сильнее сжимаясь от холода, — нам нужно как можно скорее что-то сделать.              — Я знаю, — нервничая, отвечал Пьюр. Тяжело быть «неидеальным» при ком-то другом, но это то, чему учился Чистый, пока общался со зверем. Именно поэтому паника прямо сейчас так отчётливо проявилась на его лице, — Ты точно не можешь взлететь и посмотреть путь наверху?              — Нилли, — лицо Милка было почти оскорблённым, — я и не думал, что ты такой жестокий! Там же ещё холоднее. И тогда я упаду на тебя сверху вниз как сосулька. И ты понесешь мой хладный труп домой.              — Понял я, понял, — разочарованно сказал блондин, уставши передвигая ногами дальше.              Темнело. А в лесу темнело ещё быстрее из-за густоты деревьев и их раскидистых крон. Держа свой посох как фонарь, Пьюр шёл вперёд.              — Шедоу! — внезапно остановившись, Пьюр указал вперёд. Там был свет! Тёплый и мягкий, — Шедоу, там свет!              — Да я и сам вижу, глупышка, — усмехаясь, говорит синевласый. Даже не хотелось как-то язвить и шутить, поэтому Милк радостно улыбнулся, — И если ты не хочешь стать Йети, то тогда нужно поторопиться!              Собрав все остатки своих сил, два печенья быстро направились в сторону того тёплого света. И чем ближе они оказывались, тем отчётливее был виден источник света — это был дом. Посреди леса.              Преодолев остаток расстояния, мужчины оказались под дверью. Ванилла не был бы собой, если бы не постучался. Поэтому, подняв замерзшую руку к двери, он трижды постучал, приоткрывая дверь.              — Здравствуйте… — пауза, — Извините, здесь есть кто-нибудь?              — Нилли, — сказал Шедоу, как только дверь приоткрылась вовнутрь хижины, — не стой столбом, заходи уже! — после чего протолкнул лекаря внутрь. Сам зверь тут же залетел следом, закрывая дверь, не давая метели наступить им на пятки.              Бегло оглядев помещение, оба печенья поняли, что внутри никого не было. Но, тем не менее, в печи ещё догорал огонь, а свечи были зажжены с помощью особой магии, которая позволяет им не только не затухнуть, но и в случае если они упадут, не поджечь всё вокруг.              — Ох… Простите за вторжение, простите, но мы очень замерзли и нам нужно оста… — переминая с ноги на ногу, говорил Пьюр, параллельно он снимал свою шляпу, что была в снегу, и теплую накидку, подаренную ему Какао.              — Ты с кем там разговариваешь, Нилли? Неужели маразм крепчает? — прерывая блондина, усмехается Шедоу, раздеваясь, чтобы снять полностью промёрзшую и мокрую одежду.              Стоило Арлекину обратиться к Пьюру, а тому повернуться на него взглядом, чтобы ответить, как блондин засмущался, не успев и слова проронить. Милк уже стоял в одних трусах, выжимая мокрые волосы, пока глаза в них кричали от ужаса, потому как их сжимали. Ну или они просто замёрзли в таком положении? Ещё не ясно.              — Че уставился? — кивнул в сторону Пьюра Милк, а после кинул к ногам Пьюра свои вещи, — Придумай что-нибудь, а я греться.              Прокашлявшись, Ванилла даже не стал ничего отрицать или объясняться, а лишь поднял чужую одежду и, качая головой, аккуратно разложил её недалеко от горевшего, точнее догоравшего, камина. Сняв остатки своей мокрой и громоздкой одежды, Пьюр стал разжигать дрова, которые находились недалеко от кровати, под одеяло которой спрятался Милк, чтобы согреться.              Хорошо, что, когда они зашли в дом, огонь ещё догорал в печи. Это означало лишь то, что дом был прогретым и теплым. Поэтому не пришлось заходить в промозглую и ледяную хижину.              Сняв всю верхнюю одежду и оставшись в боди, Пьюр взял те дрова, лежавшие у кровати, и закинул в камин. Огонь тут же стал разгораться сильнее. Рядом с камином также лежал коврик, на который и сел сам блондин.              Сняв с руки мокрую резинку, король заплел свои волосы в высокий хвост. С тех пор, как его волосы стали такими длинными, древний приучил себя к тому, чтобы носить резинку. Иногда эти волосы так сильно бесили его, но он не решался их отстригать, поэтому просто заплетал. Ведь, как бы он не ругался на них иногда, всё же они ему нравились такими длинными. Правда, и ухаживать за ними приходится с удвоенной силой. У него есть один любимый парикмахер в королевстве, который помогал ему справиться с этой длиной.              Эх, а ведь он весь был мокрый. Но, сидя напротив камина, блондин отчаянно пытался согреться, сосредоточенно смотря на огонь. На самом деле, в хижине была приятная тишина. Милк молчал, даже не ворчал, да и сам Пьюр наслаждался этим. Они так сильно замерзли, что не было сил даже говорить.              Чем выше была температура в помещении, тем сильнее хотелось спать. Но заснуть прямо у огня было опасно. Поэтому блондин слегка тряс головой, чтобы не уснуть.              — Эй, — донесся сзади голос Шедоу, — Глупышка.              Ванилла обернулся на столь знакомый голос, обладатель которого смотрел на него, раскрыв одеяло и приглашая к себе под него. Пьюр никак не мог отказаться от такого щедрого предложения, поэтому, тут же поднявшись на ноги, быстрым шагом подошёл к Милку и залез под одеяло, обнимая и укутываясь.              …              — Какая банальщина! — пыхтя и закатывая глаза, беловолосая девушка допивала свой чай из чашки, — Ты рассказал нам всю эту длинную предысторию… для чего? Это же глупо.              — Ах вот как, — пауза, — банальщина! — возмущенно и ярко жестикулировал, Шедоу Милк, — Там будет глубокая драма, перелом характеров! А сколько опасностей ждет их дальше!              — Да-да, конечно… Какая посредственность, — Лили так и брюзжала, со стуком поставив пустую кружку на стол. Чудо, как она выдержала этот выплеск эмоций, — Это самый дешевый и тупой фильм про попаданцев, о котором я слышала.       — И с чего ты взяла, что это фильм про попаданцев? — возмущенно складывал руки на груди актёр.              — Ну как же, я же сказала: банальщина! — девушка закатила глаза, а потом, сделав глубокий вдох, и затем выдох, продолжила свою мысль, — Они переночуют в хижине, а на утро, о чудо! — последнее «о чудо» она сказала с особым раздражением, — Окажется, что они не просто пережили ночную метель, а попали в другой мир. Это же база, классика, — она щурилась, смотря на Шедоу, — И как ты, «великий» актёр, можешь такого не знать, — на слове «великий» девушка стала показывать указательным и средним пальцами скобочки, чтобы подчеркнуть то, как она относится к нему.              — А ты-то, деревенская училка, что можешь понимать в великом киноискусстве! — если бы Милк мог, он бы прямо сейчас подскочил на ноги и что-нибудь бы сделал, но вместо этого он просто плевался ядом насколько мог.              — Ах, какая жалость, задели хрупкое эго….              И именно в такую атмосферу вошел Пьюр. Милк и Вайт испепеляли друг друга взглядом, чуть ли не с пеной у рта, как две злые собаки. Или нет! Две кошки, вставшие на дыбы и шипящие в сторону друг друга. А ведь Ванилла просто отошел за новой чашкой с чаем. Сделав глубокий и тяжелый вдох, блондин подошел ближе и поставил две кружки на стол.              — И вот чево вы как дети малые?              Оба гостя хранили молчание. Как они вообще оказались в этой ситуации? Ну, началось всё с того, что Шедоу проспал почти весь день.              А Ванилла? А он пару часов уж точно просидел со своим микростадом. А когда вернулся в дом, стал готовить. Ещё сходил в магазин, чтобы докупить ингредиентов для готовки. А к вечеру, когда он закончил, в гости заглянула Лили. Шедоу к тому момент уже проснулся.              Он обнаружил Пьюра на кухне, хлопочущим как хозяюшка. А ещё Шедоу долго ворчал о том, что дом у Пьюра «явно ему по статусу не подходит». Ванилла спокойно и собранно улыбнулся, говоря Милку о том, что «чем богаты, тем и рады», или что-то в этом духе.              У Шедоу не было выбора, поэтому пришлось смириться. Вернувшись в выделенную ему комнату, он уже хотел просто полежать и полазить в том телефоне, который ему так «любезно» отдал Ванилла, но услышал стук в дверь, а затем женский голос.              Пьюр пригласил Милка на кухню, поужинать вместе с ним и его подругой. И актёр вначале отказался, а потом всё же решил присоединиться. И, впоследствии, блондин стал расспрашивать о том, должен был ли Милк сниматься в каком-нибудь кино в ближайшее время. И поэтому актёр решил всё же рассказать о том, в чем он снялся не так давно, до аварии, но при этом, что ещё не вышло на стримингах. А когда Пьюр отошел, чтобы налить новый стакан чая для себя и Милка, ведь у Лили он ещё был, то тут-то и случилась перепалка.              Покачав головой, блондин устало потёр переносицу. Сначала он посмотрел на Лили:              — Ну вот ты, Лили, скажи…              — А почему сразу я? Я просто высказала своё мнение на счёт этого фильма или сериала… не пойми чего.              — И не смотри на меня, — Шедоу фыркнул, — Я же знаю, что я прав.              Тяжело выдохнув, Ванилла покачал головой и присел на стул.              — Ладно, а почему героев этого произведения зовут как нас? — поинтересовался Ванилла, стараясь игнорировать раздражение подруги.              — Пф, — со смехом качая головой, говорил Милк, — так вы, просто дурачки, не запомните тех имён, которые есть в оригинальном произведении.              — Ну-ну, конечно, ведь только такие как ты, умственно одаренные, могут понять столь сложные вещи, — закатывая глаза, откровенно посмеивалась Лилия, прикрывая рот ладонью.              — Ах ты стерва, — стукнув рукой по столу, Шедоу тут же поднялся на ноги, опираясь на свой костыль, — А ты-то у нас такая умная, я погляжу.              — ТАК, — тут же поднялся Ванилла и прочистил горло, неловко выдыхая, — давайте не будем ругаться.              Актёр громко вздохнул и, закатив глаза, сел обратно на свой стул и отвернулся. Лили отвернулась в ответ. Ударив рукой по лбу, Ванилла снова сделал вдох и подумал о том, что общаться с детьми и то было проще, или с его стадом, а там ведь были реальные бараны, в отличии от этих двух.              — Спасибо за угощение, Ванни, но я, пожалуй, пойду, — поднявшись с места, девушка демонстративно обняла парня и чмокнула в щеку, а после попрощалась, сказав, — Закроешь за мной?              — Да, конечно, — кивнул Пьюр, немного в непонимании поднимая бровь. Ладно, это было странно.              Милк все ещё не смотрел на них, даже закрыл глаза. Тяжело выдохнув в который раз за вечер, Пьюр пошел закрывать за Лили дверь, прощаясь с ней.              Как только девушка покинула комнату, синеволосый наконец повернул лицо в сторону дверного проема, куда они ушли.              — «Ну наконец-то», — подумал он, — «эта стерва ушла… Кем она себя только возомнила?», — а после взял ту самую кружку с чаем и стал пить её. … Фу, чай остыл. Отодвинув его, он скрестил руки на груди. Надо заставить будет Ваниллу переделать его. Он хотел горячий напиток.              На самом деле всё здесь, вся эта ситуация для Милка была довольно большим стрессом. Хотя так не казалось внешне вообще. Он ругался, злился и плевался ядом, как и обычно. Но, честно говоря, тяжело сохранять спокойствие, осознавая то, что на тебя было совершено покушение. Он много думал об этом ещё в больнице. И даже представить не мог, кто это мог быть. Вот вообще. В театре никто из актеров бы не мог. Это казалось просто… безвыходным.              Пьюр вошел на кухню и увидел две нетронутые кружки. И то, как задумчиво Шедоу сидел и пялил в одну точку. Или ему просто так показалось?              — Чего чай не пьешь? — спросил блондин, сев за свой стул, а после отпил глоток и замер. Потом посмотрел на Милка, что ехидно улыбнулся ему и кивнул, — Понял, он холодный. Сейчас разогрею.              Шедоу смотрел вслед Пьюру. С чего он вообще решил, что будет пить этот чай? А вдруг… он мог его отравить? Да нет, ну бред. Он облизал губы, во рту ужасно пересохло, а дыхание слегка участилось. Он чувствовал, словно ему что-то слегка давило в грудной клетке, будто было тяжело дышать.              Это рандомный человек из какой-то глухомани. Но и садясь в свою собственную машину, он подвоха не ожидал. Почему он должен ему верить? И почему он, внезапно, подумал об этом сегодня, сейчас? В Милке боролись две стороны: первая, которая хотела пить, хотела есть и просто, хоть на минуту, расслабиться после всего пережитого мрака. А вторая была параноидальной: она кричала о том, что всё вокруг может быть отравлено. Может случиться второе покушение, и вдруг эта деревня подставная. Но если заходить в своих рассуждениях так далеко, то ведь и правда можно сойти с ума. Но ведь, если этот дуралей захотел бы его грохнуть, то у него было множество возможностей ещё в больнице… Теперь даже звездные ночи казались с ножом за пазухой.              Аааааааа!              Мозг кипел, сам Милк дышал через рот и взялся рукой за грудную клетку, сжав домашнюю майку не по размеру, что была на нем.              — Милк, Милк, ты слышишь меня?              Шедоу слышал отдаленно звуки, перед глазами была пелена. Снова глубокий вдох и выдох, у него тряслись руки. Блондин взялся за них, держа в своих и заглядывая в лицо. Он, как хороший доктор, сразу понял, что тот находился в приступе, скорее всего в панической атаке. Поэтому Ванилла попробовал позвать Шедоу ещё раз. Но тот никак не откликался. Но Пьюр продолжал негромким, спокойным голосом звать его. Призывал дышать глубже, приговаривая: «повторяй за мной: вдох, … и выдох».              Спустя некоторое время актёр стал всё же повторять за его командами. Делать вдох и затем медленный выдох. Сжимал его руку в своей, довольно сильно. С каждой минутой его взгляд будто становился более осознанным.              — Всё хорошо, ты в безопасности, всё хорошо — приговаривал Пьюр негромко.              В какой-то момент Милк словно обрел ясность разума. Он замер и напрягся, осознавая то, какую ситуацию только что пережил. Он медленно поднял голову и посмотрел на Пьюра и стол.              — «КакойпозорКакойпозорКакойпозорКакойпозорКакойпозор…» — крутилось в его голове. Он был словно олень, что попал в свет фар машин.              — Чай снова остыл… — спустя ещё минуту сказал Шедоу, прожигая кружку взглядом, словно лазером, — Я не буду его пить.              После этого он встал, выдернул свои руки из чужих и, опираясь на костыль, ушел в ванную комнату.              Шедоу хотел под воду. Он хотел всё с себя смыть. Смыть-смыть-смыть. Чтобы вода текла, чтобы боль в груди прошла. А ещё хотелось кричать. Но такой позор он точно не переживет. Поэтому он довольно быстро ускакал в ванную комнату. Он там заперся. Хорошо, что у Пьюра была ванная, а не душевая кабинка. Хорошо, что нога была не полностью загипсована, а только до колена. Он разделся, так быстро, как смог. Ему очень сильно хотелось как можно скорее залезть внутрь, он хотелось позволить себе роскошь. Маленькую роскошь — слезы. В полной тишине, под звук воды. И он достал сначала сам душ, вместе со шлангом, затем поставил стул в саму ванну. Стул стоял рядом, чтобы Милк мог его поставить вовнутрь, он стоял там всегда. А потом залез в ванну, сел на стул и, перебросив загипсованную ногу за борт, наконец, смог включить душ.              …              Ванилла таки замер в том же положении. Актёр ведь даже… не притронулся к кружке. А из неё шел пар. Встав и покачав головой, Ванилла сел за стол и стал пить приготовленный им чай. К сожалению, сейчас он мало что мог сделать. Ну не запихивать же в него еду и воду. Да и в конце концов, до этого в больнице, он же ел еду, что приносил Пьюр. Паранойя усиливалась с тем условием, что он стал понимать и осознавать то, что с ним в самом деле произошло. Это было тяжело.              А чай был вкусный. Он допил его вместе с печеньем и после ушел к себе. Он слышал и видел, что Милк ушел в душ. Он решил посидеть в комнате и подождать, если вдруг синеволосому понадобится помощь с тем, чтобы покинуть ванную.              А ещё актёр больше не поправлял его с «выканьем» и «тыканьем». Пьюр обращался к нему на «ты», а Милк не поправлял его.              

***

             — Так, у нас есть несколько подозреваемых и несколько версий, — начал говорить Элдер, сидя напротив Арчера и Меркури, — первый подозреваемый: это режиссёр-постановщик. Он и правда был в плохих взаимоотношениях с Шедоу Милком. Второй подозреваемый — это его второй менеджер, ибо, судя по разговору с ним и с мисс Шугар, Чаркл терпел много лишений и унижений от актёра. Третий подозреваемый — это один из актёров.              — Да они там все на него зуб точат.              — Вот именно. Там каждого можно подозревать. Может, это был даже коллективный план? — сказал Меркури.              — Нет, слишком опасно. Сомневаюсь, что они всем коллективом согласились бы на это, — качал головой Арчер, — в конце концов у нас тут не «убийство в восточном экспрессе».              — Ладно, пока никаких новых зацепок нет, надо разработать ещё версии, и съездить на место происшествия ещё раз, и поговорить с его соседями.              — Хорошо, — кивнули полицейские и разошлись.              Сегодня Фейри поехал после этого разговора назад к себе в деревню, домой. Недавно ему позвонил старый друг, который обещал приехать в гости.              Они уже давно запланировали эту встречу, точно с месяц. И наконец-то, смогут увидеться. Сделав выдох, Элдер покачал головой: не ожидал мужчина, что на него упадёт это нелёгкое дело. Возможно, в этот раз придётся закончить их встречу раньше, чем обычно.              К вечеру Элдер был уже дома. Стал готовить вторую комнату для своего друга. Обычно он приезжал с ночёвкой на дней пять-семь. Также с ними проводила время и Вайт Лили. Они были знакомы ещё со времен обучения в университете.              Голова кипела, поэтому нужно было лечь спать. Так Элдер и поступил, всё равно у него завтра отсыпной, ведь он работает сутки через двое. А вечером он поедет встретить друга.              

***

      

      

ᔕ――――෴――――ᔓ

      

«Шедоу Милк исчез в огне: трагедия или инсценировка? Полиция разводит руками!»

      

      Спустя неделю после инцидента с горящим автомобилем следствие попрежнему топчется на месте. По первоначальной версии, в ночь происшествия за рулём находился скандально известный актёр Шедоу Милк — именно его машина была обнаружена в кювете с последующим возгоранием. Однако, при тщательном осмотре места происшествия и остатков транспортного средства, тело водителя так не было обнаружено.              Полиция отмечает: никаких свидетелей происшествия зафиксировано не было, а камеры видеонаблюдения в этом отдалённом районе отсутствуют. Хотя автомобиль сильно повреждён огнём, эксперты утверждают, что условия для выживания при таком возгорании были фактически невозможны. Тем не менее, ни одного следа, указывающего на присутствие человека в машине в момент пожара, найти не удалось.              Сейчас следствие рассматривает несколько версий: от возможного побега до инсценировки. Однако отсутствие улик и свидетелей оставляет дело в статусе «глухого» — ни одна из гипотез пока не получила подтверждения. Поклонники актёра разделились: одни уверены, что Шедоу Милк погиб, другие настаивают, что он намеренно исчез.              #ШедоуМилк #ИсчезновениеЗвезды #ШокирующаяНовость #СкандальныйАктёр       Автор статьи: Бернин Спайс.       

ᔕ――――෴――――ᔓ

             ღКарамельное Яблочкоღ #ШедоуМилкЖив       Это все перфоманс! Как вы не понимаете? Он жив, я уверена. И вообще, что делает полиция? За что им перечисляется зарплата??? Такими темпами фанаты сами всё узнают и начнут своё расследование!              *---* Пользователь 38541122 *---*       Да очевидно, что он наконец сдох. Таким как он место только в печи.              Мойгиперфикс-мояжизнь       Мир настолько очистился, что даже Шедоу Милк исчез.              ФАНАТШЕДОУНАМБАВАН #ШедоуМилкЖив       Вы просто завидуете ему. Какие же вы все тупые… Как можно так токсично писать, когда человек пропал? Долбаебы.              ღКарамельное Яблочкоღ #ШедоуМилкЖив       Надеюсь, что его как можно скорее найдут живым и здоровым, а вы все поймете, что были неправы.              Утро нового дня встретило фанатку новыми перебранками и скандалами. Кенди Эпл уже больше часа спорила с людьми в интернете на разных форумах и в разных ветках комментариев под видео в тикетаке и ютабе. Подросток потратила много часов за просмотром видео на тему «таинственной смерти/пропажи Шедоу Милка». Большинство видео — кликбейт, и это очень раздражало. Девчонка, устав от этих тупых людей в интернетике, отъехала на своем кресле от компа и вскочила с него в порыве злости и… горькой печали. Она решила отвлечься, сделав себе холодный напиток в этот жаркий день.              На кухне был Сапфир, который что-то делал себе не только попить, но и поесть. Видимо, сегодня он выходной и не работает на пункте выдачи. Глаза Эпл стояли на мокром месте, жгли и кололи от непролитых слёз.              — С-сапфи, ты представляешь, что они пишут! — подойдя ближе к холодильнику, девчушка с белыми волосами, заплетенными в два хвостика, обхватила брата вокруг талии, — Эти… эти мерзкие людишки пишут, что… что Шедоу не выжил… Что так ему и надо!              Глаза подростка щипали, слезы кристаллами полились из глазок, пока младшая утыкалась в легкую домашнюю майку старшего со спины.              Закрыв холодильник, Сапфир сделал глубокий вдох. Ему тоже было грустно от всего этого, ведь он тоже восторгается невероятным актёром. Он тоже переживал и беспокоился, но, как взрослый, и как хороший старший брат, не мог расплакаться при сестренке. Выдохнув и поставив стакан с напитком на стол, он повернулся к Эпл лицом и обнял её, приобнимая за спину и поглаживая, да приговаривая:              — Эпл, помнишь, что я тебе говорил? — он сделал паузу и потом продолжил ровным голосом, — Многие вещи в интернете пишутся довольно злобными людьми. И даже назло другим. Разве стоит из-за них проливать слезы? — Блэк слегка отстранился от сестры, посмотрел в её заплаканное и распухшее личико, в красные глазки, и потом поднёс руки к лицу и большими пальцами вытер горячие слёзы, — Мастер обязательно найдется, я уверен в этом.              Эпл не проронила ни слова, лишь кивнула, шмыгая носом и стараясь успокоиться. Возможно, Сапфир немного врал ей. Врал о своей уверенности, но сейчас он считал это приемлемым для того, чтобы успокоить свою сестру. А потом, немного улыбнувшись ей, поднял правую руку и потрепал девочку по волосам, говоря:              — Харе слёзы лить, пошли лучше в театральный сегодня? У нас как раз сегодня занятие, ты уже забыла?              — Да, забыла, — окончательно вытирая слезы и красные глазки, Эпл кивнула, а потом неловко посмотрела в пол, — наверное тогда нам стоит поспешить, чтобы успеть на кружок сегодня.              — Всё верно, — сказал старший и пошел в сторону своей комнаты, — поэтому беги, переодевайся, бери свою сумочку и пошли в театр.              Их театральный кружок был в единственном на всю деревню небольшом театре, в доме культуры, если так можно выразиться. Это было совсем небольшое здание, но и не крошечное. Там вели несколько разных кружков для детей и подростков. А ещё показывали фильмы через проектор и устраивали разного рода мероприятия. Как раз сегодня было занятие актёрского мастерства для детей от двенадцати до восемнадцати лет.              

***

             Утро началось довольно рано для Пьюра. Где-то в полседьмого. Он встал, умылся и, сделав себе утренний кофе, пакетированный три в одном, с кружкой в руках пошел на задний двор, в небольшой сарай. Там его ждали три овечки и теленок.              Накормив их и напоив, Пьюр поухаживал за ними, а потом сел напротив, на стул, и, попивая свой кофе, стал говорить с ними:              — Вам тут не жарко, мои хорошие?              А в ответ блеяние.              — Жарко наверное… — с легкой грустинкой сказал Пьюр, — но с утра ещё не так плохо, — пауза, — Я налили вам много воды и ещё открыл окна, чтобы как можно больше воздуха проходило через помещение.              Он снова сделал глоток, потом теленок что-то промычал.              — Дааа, скоро пойдем гулять, хехе, — хихикнув, а затем, зевнув, блондин допил свою кружку с кофе и, открыв загон, стал выводить свою животинку погулять с утра.              Шедоу же проснулся позже. И только открыв глаза, он сразу вспомнил где он. Сделав глубокий вдох, он протер глаза. Всё ещё тут. Сегодня ему нужно было ехать в больницу, чтобы провериться у врача по поводу его здоровья, травм и прочего. Спасибо, что сегодня с утра не болела голова, как в дни до этого.              Взяв свои костыли и поднявшись, Милк пошел умываться. Пьюр выдал ему новую зубную щетку, полотенце и ещё некоторые необходимые вещи. Поэтому, оказавшись в ванне, он умылся. А после пошел на кухню, чтобы спросить у своего сожителя о том, что есть из «поесть», но… его нигде не оказалось. Ни на кухне, ни в его комнате. А потом он услышал голос Ваниллы со стороны окна, что вело на задний двор.              — Белла, пошли, скорее, — мягкой, но громкий голос Ваниллы подгонял кого-то. Ну как «кого-то», это были его животные. Агхр… Шедоу совсем забыл, что у этого вполне молодого парня были такие старомодные увлечения. Хотя… Может, это Шедоу просто ничего в этом не понимал. Выдохнув, он подошел к открытому окну и посмотрел на блондина, что носился за скотом. И долго ему ещё ждать, пока он закончит?              Сделав глубокий вдох, синеволосый на костылях пошел к двери, что вела на задний двор. Открыв её и выйдя на крыльцо, он смотрел на Пьюра, просто прожигал взглядом, сощурившись.              Наконец, заметив его, Ванилла немного неловко улыбнулся и затем крикнул:              — Доброе утро, Шедоу! Я сейчас подойду, подожди!              И после стал более активно загонять овец в сарай. Теленок уже был там, судя по всему, а из трёх овец последняя долго упиралась.              Через минут семь-десять Пьюр наконец закончил и пришел в дом, где помыл руки, переоделся и вошел на кухню. Шедоу уже сидел за столом, где ждал его.              — Не люблю лазить по хозяйским холодильникам, — вздернул нос Шедоу, скрещивая руки на груди, — поэтому сделай что-нибудь поскорее, а то я умру с голоду.              Усмехнувшись, Ванилла покачал головой и сказал:              — Хаха, хорошо-хорошо. Ты же будешь яйца с сосиской и помидором?              — Как жирно… — облизывая губы, сказал актёр. Могло показаться, что у него дернулся глаз, — А есть что-то ещё?              — Ну… могу предложить овсяную кашу?              — Пойдет… Ягоды есть?              — Ежевика, малина.              — Вот так и буду, — ответил Шедоу и прочистил горло.       Когда Пьюр отошел, чтобы сделать еду, Милк замер. Он все ещё помнил вчерашнее. Приступ, страх, отчаяние. Слегка сильнее сжав кулаки, мужчина делал вдох и выдох, буквально уговаривая себя поесть. Он не мог теперь умереть здесь от голода. Назло его убийце, не мог. Но страх и легкая тряска не покидали его тело. Почему-то Шедоу просто был уверен, что дело было именно в том, что его отравили. Как-то же тот наркотик попал в его кровь? Попал. Но, чёрт возьми, как назло, тот самый день пропал у него из памяти. Он не помнил, что с ним случилось в день аварии, просто нет и всё.              После завтрака и кружки чая, которую Шедоу насильно в себя запихивал сквозь рвотные позывы, Ванилла решил рассказать об их планах на день, ведь он помнил, что им ещё нужно было в больницу.              Пьюр замечал то, как Шедоу подолгу смотрел на тарелку с едой, как его передернуло, но актёр упрямо жевал. Хотел бы Пьюр помочь, но, честно говоря, даже не знал как.              — Шедоу Милк, — обратился блондин к актёру, пока мыл посуду, из которой они ели, — сейчас мы пойдем до театра, который находится у нас в поселке. Там встретим Голден Чиз. Она заберет своих детей из театрального кружка, после мы отвезем их домой и потом поедем в больницу оттуда. У неё машина, и она сказала, что может отвезти нас сегодня.              Мужчина кивнул в ответ на его слова, а потом довольно пренебрежительно спросил:              — И далеко этот детский сад отсюда?              — Нет, около десяти минут пешком, может и меньше.              Сделав тяжелый вдох, Милк покачал головой, а затем поднялся на костылях и сказал:              — Тогда заканчивай и пошли.              Пьюр кивнул и, домыв последнюю кружку, взял свои вещи, и они вышли из дома, да пошли в сторону театра. Спасибо лету, можно было не надевать множество вещей, облачаясь в живую капусту. Но Милку пришлось надеть маску на лицо и кепку с солнечными очками, чтобы как можно меньше людей могли узнать его лицо.              В скором времени они уже были там. Как раз до окончания занятия в театральном кружке оставалось минут пятнадцать.              — Ну и захолустье… Хотя, чему я удивляюсь, в деревенском-то театре? — сказала Шедоу, закатывая глаза. Они сидели на посадочных местах в зале. Они сидели на крайних креслах, поближе к проходу, чтобы Милку было легче и быстрее вставать, а также чтобы можно было облокотить костыли на кресло, — И преподаватель говорит им полную херь. Ну вот чем они занимаются? Е-рун-дой.              Ванилла, что сидел рядом, хихикнул и, не удержавшись, спросил:              — А ты бы смог лучше? Ну преподавать?              — Я? Преподавать? — Одна бровь Шедоу пополза вверх, возмущению не было предела, — Да у меня была бы самая лучшая труппа в стране. Я просто не люблю работать со спиногрызами.              — Может, это твой шанс попробовать? — усмехнувшись, блондин задорно улыбался, смотря на актера. На самом деле за эти несколько дней блондину показалось, что он нашел язык, на котором он может говорить с Шедоу. Хотя бы немного, частично. И чтобы это не превращалось в скандал.              — Пффф! Я что, по-твоему, поведусь на это? Мне ведь даже за это не заплатят, глупышка.              — А вдруг заплатят? Может это твой шанс подзаработать? — спросил Пьюр, ухмыляясь, в его голове родилась довольно дерзкая идея, может эта «шутка» была даже слишком жесткой? Хм… Тогда, наверное, не стоит её продолжать.?              — Ты думаешь, что МНЕ нужна возможность подзаработать? Да ты бы видел мои счета на карте! — Шедоу явно был оскорблен, он драматично прислонил руку ко лбу, — А то, что я не могу сейчас ими воспользоваться, это ещё ничего не значит. И вообще, я вообще-то, больной, если ты не заметил!              — Заметил, — пауза, и Пьюр сделал страдальческое лицо, качая головой, — ужасно больной… бедный-бедный Шедоу Милк, — ответил блондин. Ладно… он не сдержался, но вроде как атомная бомба не взорвалась.              — Ах так? — вдохнув больше воздуха, Милк взял свои костыли да поднялся. Они сидели на самом заднем ряду в театре и говорили негромко. Спереди сидели родители тех детей, которые были на кружке, — Мне НЕ НУЖНО тебе ничего доказывать, понятно?              А после он вместе с костылями встал и пошел к сцене, а Пьюр тут же поднялся и засеменил за ним следом, пока актёр приговаривал:              — Я это делаю, потому что мне САМОМУ нужно порепетировать. В конце концов, я вернусь на сцену и снова урою всем нос.              — Шедоу, может не надо…              Благо, преподаватель по актёрскому мастерству как раз закончила с ними упражнение, говоря:              — На сегодня наше занятие окончено, давайте поаплодируем друг другу.              Шедоу уже пытался подняться на сцену, чтобы сделать парочку замечаний, как Пьюр, заметив Кенди Эпл и Сапфира на сцене, вспомнил одну вещь, о которой, честно говоря, совсем забыл. Он схватил Шедоу за майку со стороны спины и резко потянул на себя, настолько аккуратно, насколько это было возможно, чтобы актёр не упал. Но было уже поздно.              — ШЕДОУ МИЛК!!!!!! — раздался громкий девчачий визг.              — «Мы попали…» — подумал Пьюр, как можно быстрее стараясь убежать с актером на костылях и куда-нибудь спрятаться.              Ванилла выбежал с актером из зала, утаскивая его в сторону туалета. Все, конечно же, должны были обернуться на этот боевой клич Кенди Эпл, но как же Ванилла надеялся, что они либо не поняли, о ком идёт речь, либо другие взрослые просто их не заметили.              — Пьюр, черт возьми, Ванилла, что ты творишь? — уже вовсю злился и кричал Шедоу, когда они оказались заперты в одной кабинке в небольшой туалете деревенского театра.              Пьюр закрыл ему рот ладонями, смотря своими гетерохромными глазами в глаза Милка, да тихо говорил:              — Тише. Как родители разойдутся, мы выйдем.              Промычав от бессилия, Шедоу закатил глаза и так и остался стоять с Пьюром в этой тесной кабинке.              Это было очень… смущающее и странно. Здесь было довольно узко, но они поместились. А ещё, вместо туалета, внизу была дырка в полу. Он уже давно такого не видел. Спасибо, что не на улице, а в здании. Здесь было на удивление чисто.              Он смотрел куда угодно, только не на блондина. Он был немного ниже, чем сам актёр, поэтому им было немного трудно устроиться. Ванилле пришлось практически дышать в шею Милка, это было очень смущающе.              Минут через пять, после того, как шумы затихли, они смогли выйти из туалета. Это была самая тупая нычка в жизни актёра, как ему казалось. В зале, где проходил кружок, остались только преподаватель и двое детей: Сапфир и Кенди. Голден Чиз сегодня немного задерживалась.              Усадив Шедоу на заднее место в ряду, Пьюр стал думать о том, как поговорить с детьми, чтобы они не орали от того факта, что рядом с ними Шедоу Милк и чтобы они никому не рассказали об этом.              — Здравствуйте, мисс Апл Пай, — кивнул Пьюр, подходя к преподавательнице и к детям, — Привет, Кенди и Сапфир.              — Я ЕГО ВИДЕЛА! Куда ты дел Шедоу Милка??!!??!              — Кенди, прекращай, — сказал Блэк, взяв сестру за плечо. Она им дернула и с глазами, полными слёз, посмотрела на брата.       — Нет, я его видела!              — А где Голден Чиз? — спросил Сапфир, игнорируя младшую.              — Она скоро будет, — сказал блондин, — Пойдемте подождем её в зале на сиденьях.              Паренек кивнул, а Кенди тут же выбежала в зал, чтобы найти того, кого искала. Преподаватель же покачала головой и, попрощавшись, ушла к себе.              Всё же это была деревня и почти все друг друга знали, поэтому девушка спокойно доверяла этих двоих Ванилле, чтобы те дождались опекуншу этих детей.              — Я нашла вас, нашла!!! — со слезами Эпл стояла и смотрела на актёра, что активно притворялся камнем. К ним через несколько секунд подошёл Пьюр с Сапфиром, и, став напротив Кенди, Ванилла четко сказал:              — Хэй, яблочко, послушай…              Но девочка не слушала, она чуть ли не пищала и плакала, приговаривая:              — А я знала, что вы живыыы!              Шедоу всё раздражало, но он не хотел разочаровывать своих фанатов, поэтому решил подождать, пока она докричит, чтобы потом вставить хоть слово. Спасибо, что она не стала обнимать его, срывать маску или делать что-то в этом духе.              А когда её поток слез и эмоций наконец был окончен, актёр уже хотел что-то сказать, но тут вмешался Ванилла:              — Кенди Эпл, послушай меня, это очень важно, — пауза, блондин сделал вдох, и после подросток обратила на него внимание, — Да, это Шедоу Милк, тот самый актёр, но то, что он жив, никто не должен знать, понимаешь?              Девочка нахмурилась, а после её рот вытянулся буквой «о», потом она посмотрела на самого актера. Он приспустил маску на лице вниз и снял очки, а потом, выдохнув, сказал:              — Прости, но он прав. То, что я жив, должно остаться тайной, — Милк не пытался даже сопротивляться, ведь нужно было четко донести это до неё. Ибо, очевидно, она не просто его узнала, она была фанаткой.              И они уже хотели продолжить лекцию на эту тему, как в зал вошла Голден Чиз.