Что то, что не стоит его внимания

У них один из лучших кортов в стране, но при этом, нету ебучего мыла?    Он взглянул на свое отражение, убирая ещё не засохшие оранжевые следы с щеки. Ники осталось жить не больше пятнадцати минут.    Дверь распахнулась, со стуком ударившись о стену. Эндрю обернулся, наблюдая, как в туалет влетает знакомая фигура.    Разбитые в кровь колени и исцарапанные ладони — только и успел разглядеть Эндрю в мелькающем силуэте.   Натаниэль, потеряв равновесие, с размаху рухнул на створку кабинки. Его пальцы скользили по гладкому пластику, безуспешно цепляясь за поверхность, пока он медленно сползал вниз.   Тошнотворный ком подкатил к горлу, и он отвернулся к раковине, рассматривая оранжевые разводы на белоснежном мраморе.    Ему вовсе не интересно, что Ворон забыл рядом с раздевалкой Лисов —картина перед ним привлекала его намного больше. За бюджет отвечают кретины? Или они и вправду считают, что мраморные раковины это разумная трата денег?    Веснински что то нужно от Кевина? Хоть этот придурок и уверял его, что не собирается забирать его обратно в Гнездо, Эндрю считал, что глупо верить словам этого...    Он ковырнул прилипшее оранжевое недоразумение на ногте, останавливая поток мыслей.    До ужаса смешной и неповторимый Натаниэль Веснински пытается стянуть с себя джерси, путаясь руками под тяжестью сырой ткани.    Вряд ли он настолько старался во время игры, что бы промокнуть до нитки.    —Даже не поздоровавшейся? —Голос ударил по ушам, заставляя шестеренки в голове остановится.    Проигнорировав вопрос, он посмотрел на остатки краски на коже, прикидывая, стоит ли ему стараться убрать её до конца.    —Мы ведь с тобой старые знакомые, будь вежлив. —Натаниэль встряхнул головой, и брызги с мокрых волос разлетелись в стороны.    Он попытался вспомнить когда в последний раз человек настолько сильно напоминал мокрую псину.    —Старые знакомые? -Усмехнулся Эндрю. —У меня нет знакомых среди прихвостней Рико. —В это время, поднимающийся с пола Натаниэль, замер. О. —Такой фальшивке как ты противно слушать правду?    —Я не его… —Его голос стал серьезнее. До чего же он…   —То, как ты перед ним стелишься, говорит об обратном. —Он передумал. Сегодня он не в настроении слушать очередную ложь, тем более от того, кто уверял его в том, что больше не будет лгать. Наркотики настолько сильно запудрили ему мозги, что он решил повесить на эти, полные лживого понимая, глаза?     —Ты ничего не знаешь. —О. Конечно. Эндрю никогда ничего не знает. Не знает что Вороны переводятся в их округ, не знает что Рико то и дело названивает Кевину, как последняя сучка которую бросил парень. Не знает что Аарон бегает по углам, пряча от него свою подружку, не знает, что через неделю его снимают с препаратов. И тем более не знает, что Натаниэль —очередное дерьмо на туфлях Рико, готовое размазаться по полу, лишь бы его не стряхнули. Ебливая шестерка, сама нарисовавшая на себе и Кевине мишень — ровно по размеру его идиотской самоуверенности. А потом и вовсе встала под дуло, избавив Рико даже от необходимости целиться.   —Так просвети меня. —Натаниэль зацепил его с того самого момента, как появился на экранах в качестве нового нападающего Воронов, затмив собой короля Свиты. Как умудрился оттащить Кевина от пекла, сгорая дотла.    Давно Эндрю не видел такой странной смеси самоотверженности и глупости в одном человеке. Давно не видел, что бы за такой внешностью скрывался настолько нелепый характер. Это одновременно настораживало и завораживало — хотя второе он явно не собирался признавать.    Но он и думает забывать проебов Натаниэля только за его милое личико и сладкие речи. Он не станет и дальше верить в его тупые обещания и в свои собственные несбыточные мечты.    Натаниэль вышел из полумрака, его фигура постепенно проступала в тусклом свете, вырывая Эндрю из потока мыслей.   Под облегающим рашгардом четко прорисовывался рельеф мышц —подтянутых и жилистых, созданных упорными тренировками. Широкие плечи, узкая талия, резко очерченные ключицы, одна из которых была чуть приподнята, образуя небольшую ступеньку — след одного из скучных вечеров Рико, если верить словам Натаниэля. Хотя телосложение и должно было показаться худощавым, но в нём не было ни единого изъяна, что до ужаса раздражало.     Он подошел к зеркалу, будто хотел что то разглядеть, но тут же отвернулся, перенося внимание на Эндрю.     —Ты веришь в ту чушь что он наплел во время банкета? —В ледяных глазах что то промелькнуло, что то, похожее на разочарование.    Ладно, он признает: если бы он не знал настоящую натуру человека напротив, возможно, даже поверил бы, что мнение Эндрю способно его задеть.    Но самое смешное было даже несколько в Нататниэле, сколько в Эндрю. То, что его насквозь прокуренный мозг пытается найти варианты, при которых тот не окажется той мразью, которой является на самом деле.    Но как можно было продолжать верить в хоть какую то святость этого человека? После того, как он покорно склонив голову, слушал помои самовлюбленного кретина? После того, как позволил растоптать себя на интервью? После того, как помог Рико вновь ухватится за идею возвращения Дея в их секту? После того, как он загнал Кевина в угол, медленно душа, то и дело расслабляя руки, давая ему глоток ложной надежды.   О, Эндрю определенно стоит поаплодировать его актерскому таланту, он почти обдурил его.     —Ты даже не попытался… —Обвиняющие начал тот, будто Эндрю должен смотреть ему в рот и верить каждому его слову, пока все вокруг катиться к чертям.    Он, развернувшись вполоборота, небрежно вытер ладони о мягкие, протертые до серости штаны.    —А ты попытался? Или как обычно сглотнул? —Выплюнул Эндрю, ещё не успев поднять взгляд.   Это зрелище определенно стоило его внимания. Натаниэль, недавно скакавший вокруг Рико как послушный зверек, скривился так, будто сама идея чего то подобного вызвала у него рвоту.    Но тут он заметил как тень пробежала по лицу напротив. Он вдруг рассмеялся — кратко, почти беззвучно, будто давясь собственными легкими.      Что за шоу он пытается перед ним устроить? Хочет…    —Ты ни черта не знаешь. —Повторился он, хотя не следовало бы.    Натаниэль одним движением вытер кровь с губы, задерживая взгляд на своей ладони.     —Не знаю чего? Что ты продался этому ублюдку? —Натаниэль улыбнулся, но это была не та привычная ухмылка, а что то другое. Ему определенно не нравится это выражение лица. Не нравится этот фальшивый блеск надежды в чужих глазах.    —Я не продался. А купил время. —Он поправил насквозь промокший рашгард, от чего на его руке остался кровавый след.    Мысли закрутились в голове, путаясь в один огромный ком. Купил время? Чем? Своей гордостью?    —Для чего? —Вырвалось раньше, чем он успел пожалеть.    —Я должен быть в хорошей форме некоторое время. —Что за бред он…   Эндрю сдержал смех, который сидел в его горле последние пять минут.    Ему не интересно. Ему все это не интересно. Не интересны эти глупые оправдания.    —Это ты называешь хорошей формой? —Он качнул головой в его сторону.    Тот явно не собирается отвечать ему на прямую. Ему нужно выловить ответы из тех многочисленных намёков, что он не замечал все это время.     Но зачем? Зачем он все это…   —Да. Ну почти.    —Ты не сможешь выполнять свою роль мученика и оставаться в хорошей форме.    —Прийдется отложить это на неопределенный срок. —Смешок врезался прямо ему под дых, не давая возможности заговорить.     Натаниэль на секунду обернулся к зеркалу, окидывая отражение оценивающим взглядом.    —Одолжишь свою кофту? —Черта с два он это сделает.    —После того как получу ответы. —Что то в лице Натаниэля переменилось. Он потребовал именно то, что тот был давать не готов. Правду.    —А как же твоя любимая игра? —Эндрю и так дал ему слишком много.    —Она потеряла всякий смысл после того, как ты начал врать.    —Я не врал, просто не договаривал. —Они оба понимали, что это было не лучше обычной гнусной лжи, но почему то все равно продолжали этот бессмысленный спор. —Если что то пойдёт не так, я пойду на дно вместе со всем своим дерьмом. Тебе не прийдется с этим разбираться. —Сердце неприятно сжалась, подталкивая к горлу тихое хихиканье.     —Я должен поверить тебе на слово? —Уголок рта Натаниэля дернулся.    —Что ты хочешь знать? —Эндрю уловил это —сейчас он мог спросить о чем угодно.    Спросить что с ним сделал Рико, спросить что он задумал, спросить вправду ли он попросту обманывал его все это время.    Но тогда бы он...    —Каковы шансы того, что ты проебешься? —В этот раз Эндрю и вправду облажался.    Услышав вопрос, Натаниэль стал стягивать с себя сырую ткань, то и дело прилипавшую к коже и мешавшую окончательно от нее избавится.   —Нулевые. —Что то здесь не…   Пелена перед глазами пропала так же быстро как и появилась, заставив Эндрю уставится на обнаженное тело перед собой.    Фиолетово желтые синяки, плавно переходящие в свежие порезы с кровоподтеками, закрывали море шрамов, которое он вряд ли когда нибудь разглядит.     Эндрю замер. В голове зазвенело — то ли от таблеток, то ли от этой внезапной гнили, прорвавшейся наружу.    Следы от зубов, глубокие, неровные, с рваными кроями. Будто кто то пытался вырвать кусок кожи.     Слюна во рту вдруг стала тягучей и противной. Оно того не стоило.    —Он решил, что нож это слишком скучно для такого как ты? —Только и смог сказать он, все ещё рассматривая мерзкие отметины.   —Тут довольно прохладно.   —И кого это, чувствовать себя проданным с потрохами? —Эндрю швырнул ему свёрнутую кофту, мысленно представляя, как Ваймак будет скрипеть зубами, узнав о третьей потерянной вещи за год.     Он просто пытается не думать, не думать о… Плевать ему на тренера, ему нужно…   —Я буду с ней аккуратен. —Он пытается отвлечь его? Он не хочет что бы Эндрю что то заметил?      Он лжет. Лжет как все они. Не может быть он так уверен, просто не может.    Зачем ему вестись на это?    —Тебе не идёт. —На это он лишь фыркнул, и отошел от зеркала, давая Эндрю рассмотреть его. Ему определенно больше не стоит видеть Натаниэля в оранжевой кофте, в его оранжевой кофте.    —Даже если так, я рад что снял её с тебя. —Эндрю показалось, что эти слова обожгли что то внутри. Глупость. По-идиотски глупо говорить что то подобное в слух. —Я знаю, что тебе нравится как я выгляжу в твоей одежде.    —Ты ни черта не знаешь. —Раздражает. Это отвратительное чувство в груди становилась все сильнее, не оставляя Эндрю ни шанса.    —О, я знаю достаточно, например то, что Рико предстоит разрезать уже третью оранжевую толстовку, и я знаю, что это далеко не последняя. —Его выворачивало на изнанку от одного только имени.   —Тебе повезло, что я ненавижу оранжевый. —Губы Натаниэля растянулись в кривой ухмылке, словно он уловил то замешательство, что испытывал Эндрю.   На удивление тот ничего не ответил, просто молча наблюдал за ним, будто издеваясь.    —Пялишься. —Ему пора уходить.    —Продолжай делать вид что тебя это раздражает, я не обижусь. —Эндрю терялся между словами, вылетавшими из его рта, и реальностью, которая творилась вокруг.   Натаниэль что-то задумал — что-то до невозможности глупое. Он не мог быть уверен, что всё пойдёт по плану, а значит, его устроят потери.   Вопрос лишь в том, насколько хватит его тупости: на мелкий беспорядок или на что-то куда более...   —У меня что-то на лице? —Эндрю медленно моргнул, пытаясь сообразить: они и правда стояли так близко секунду назад? Стоит ли ему…   Губы Натаниэля дрогнули в подобии улыбки, выводя Эндрю из ступора.    Он и потом сможет рассматривать это невыносимое лицо, если сейчас во всём разберется.    —Ты… —Дверь скрипнула, переводя на себя внимание обоих.  Моро уставшим взглядом прошелся по Натаниэлю, и заметив Эндрю, закатил глаза.    Недовольная фраза на французском вынудила идиота перед ним сделать шаг назад, и Эндрю вдруг заметил чужие пальцы на своей штанине.   Он медленно разжал ладонь, и засунул руку в карман шорт.    —Надеюсь, в следующий раз у нас будет больше времени. —Сказал он по-немецки и направился к выходу, скрывая легкую хромоту.    В следующий раз. В следующий раз Эндрю будет трезв, и не обратит на него внимание. Он не будет разговаривать, даже смотреть на него.    После того как Натаниэль пропал из виду, Жан окинул его ещё одним взглядом, попутно бормоча что то на французском.    —Не приближайся к нему. —Ядовито выплюнул он, и скрылся за поворотом.                 *      *      *    Звуки матча за стеной резко замолчали, и он понадеялся на то, что Кевин выбросился в окно вместе с ноутбуком.    Знакомая мелодия звонка пробилась сквозь тишину, заставив его приоткрыть глаза.    Если он будет слушать противный голос Дэя еще хоть минуту, он сорвется с дивана и врежется виском в угол стола.   Бормотание за дверью становилось все громче, пока наконец не раздался скрип открывающейся ручки. Выражение лица Кевина металось между волнением и раздражением.     —Хорошо, хорошо, —сквозь зубы бросил он в трубку, затем резко протянул телефон Эндрю.   Тот медленно перевел взгляд с мигающего экрана на Кевина, потом снова на экран. И отвернулся, уткнувшись лицом в спинку дивана.   Кевин заставляет его ходить на тренировки, но не заставит его заниматься подобной…    —Он не хочет с тобой разговаривать. —А Дэй оказывается догадливый. —Какого черта ты вообще звонишь мне с телефона Рико? —С телефона Рико? Кто может звонить Кевину с… —Мне плевать. — Сказал Кевин, перебивая его мысли. —Если что то настолько важное, можно сказать и… —Эндрю выхватил телефон, и приложил его к уху.   —…, просто дай мне… —Мир резко перекрасило, он не успел сообразить как дышать, но на той стороне уже продолжили. —Просто дай трубку Эндрю. — Пальцы сжали телефон так, что сухожилия выступили белыми полосами под кожей. Сердце предательски рванулось в груди. Волнение, непонятный ком в груди — ничего не изменилось.    А должно было. Препараты больше не выдавливали из него эмоции, сжимая до посинения. Так почему?    Секундная паника снова поразила легкие, но так же быстро отступила, заменяясь замешательством.    —Кевин, у меня нету времени, просто дай… —Только сейчас он понял что голос на том конце хриплы, подавленный, будто кто то стоит на его груди, мешая говорить.    —Что тебе нужно? —Выдохнул он, и эти несколько секунд тишины показались падением в пропасть. Его сейчас вывернет.    —Давно не болтали. —Короткий смешок— и Эндрю снова беспомощно теряется в тех отголосках воспоминаний, которые пытался запихнуть в глубь сознания. Он слишком жалкий. —Ты должен знать. —Голос стал серьезнее, жестче. —Рико подошлет Дрейка, он связался с ним на прошлой неделе. —Желудок сжался, пытаясь вытолкнуть наружу поздний завтрак. А Рико изобретательней чем казался. —Я не знаю когда он появится, я не смог, я просто… Будь аккуратнее, ладно? Я старался узнать больше, я пытался отговорить его, но я не… —Резкое молчание показалось ему ударом под дых. —Я просто болтаю с Кевином. —Обратился он к кому то по ту сторону трубки, меняя интонацию. —Как бы я… —Глухой удар, приглушенный кашель.   Гудок.    Эндрю медленно опустил руку с телефоном, уставившись в потухший экран.   Будь аккуратнее? Это он ему сказал? Зачем он вообще…    Он ни черта не понимает, и от этого бесится до дрожи в пальцах. Он должен был избавится от таблеток вместе со всем этим дерьмом, так какого хрена ему кажется…    Зачем он звонит ему, зачем предупреждает о чем то, жертвуя собой? Он поехавший? Ему скучно и он пытается играть с ним в какие то игры? Не будет же он и вправду из-за него…   Натаниэль так и не объяснил ему зачем был весь тот цирк, что он устроил несколько месяцев назад, продолжается ли это сейчас и когда закончится. Он не может доверять такому как он, это…   —Что он сказал? –Напряженно спросил Кевин.    —Похоже у нас будут гости.                  *      *      *    —Натаниэль тебе ничего не писал? —Кевин откинулся на спинку кресла.   Почему он должен что то ему писать?    —Он твоя проблема. —Он взял бутылку с подлокотника, и бросил короткий взгляд на Эндрю.   —Я думал вы, ну… —Дей беспомощно поднял руку, словно пытаясь поймать в воздухе нужные слова.   —Нет никаких «мы». —На это он раздраженно фыркнул, и сделал большой глоток.    —Конечно, именно поэтому у Рико сломан нос. —Процедил Кевин сквозь зубы.    —Я не собирался слушать твое нытье, после того, как он придушил бы твоего дружка. —Жалко он не успел выбить тому пару зубов.    Хоть Натаниэль и был до ужаса раздражающим, он не заслуживал того, что бы сдохнуть от рук подобного отребья.    —У вас с ним сделка? —Выпалил он после минуты молчания.    Эндрю уже открыл рот для ответа, когда Ники вдруг прибавил громкость на телевизоре, удобно устраиваясь на диване.     —Вырубай. —Рявкнул Кевин, не отводя взгляда от Эндрю.   —Тебе было насрать, когда я просил выключить пятое подряд интервью Джереми Нокса. —Огрызнулся Ники, швырнув пульт в угол с таким видом, будто это было самое важное, что происходило в комнате.   —Тебя это не касается. —Была бы сделка — все было бы куда проще.  А с другой стороны, какая вообще разница? Натаниэль появлялся в его жизни, когда ему вздумается —выискивал на банкетах, подкарауливал после игр, звонил среди ночи, чтобы рассказать о новых планах Рико. А потом растворялся в воздухе, будто его и не существовало.   Говорил мало о своих планах, но слишком много — о нем. О Эндрю. Сводя с ума этими полунамёками, которое, видимо, бросал, даже не осознавая, что на самом деле творит.    Ему не следовало с ним связываться.    —Еще как касается, он мой…   —Кто? Друг, брат? Может хотя бы хороший знакомый? А? —Его голос звучал не заинтересовано, пока Кевин, сжав челюсть, залпом допивал пиво.    Эндрю не был осведомлен о том, что между ними произошло. Ему хватило того, что Натаниэль теперь отказывался с ним разговаривать. На претензии Дея ему глубоко насрать. На его мнение —тем более.     —Не лезь в наши отношения. —Пробурчал Кевин, потирая переносицу.    —Как можно лезть туда, чего не существует? —На это он поднялся с места, и навёл на него указательный палец, собираясь что то сказать.    До чего же он смешон когда злиться подобным образом.   —Эй, эй, Кевин. —Ники дернул его за рукав, на что тот раздраженно одернул руку. —Это не отец Натаниэля?    Эндрю повернулся к телевизору, вслушиваясь в то, что тараторила женщина на экране.    — Пожарные ведут тушение, бригады газовой службы перекрыли подачу топлива и проверяют сеть на предмет утечки. Полиция оцепила территорию, эвакуированы… — Что она… —…огонь продолжает распространяться по зданию. Официальных данных пока нет, по информации спасателей и очевидцев погибли все, кто находился в гостиной и на кухне в момент взрыва, следовательно вся семья Веснински.    —Какая к черту семья? —Пробормотал Кевин. —Мать давно мертва, а Натаниэль не был в этом доме последние три года, так какого хера они говорят, что…   —Закройся. —Выдавил Эндрю, не отрывая взгляда от мелькающей на экране фотографии Натаниэля.    —Да не было его там, и не могло быть. Он бы скорее пулю в лоб пустил, чем согласился встретится с отцом. —В груди похолодело. Не мог же он и вправду… —Жан? Жан, дай трубку… —Эндрю повернулся к Дэю, ожидая когда тот облегченно уберет телефон в карман и скажет, что Натаниэль бегает десятый круг во круг корта из-за того что назвал Рико безмозглым по середине тренировки.   Но он молчал.    —Ты врёшь мне. —Зло выплюнул Кевин. —Не мог он к нему поехать.    Похоже Кевин ошибся.   Эндрю снова посмотрел на экран - на метущихся в дыму пожарных, на кричащих людей, на здание, пожираемое пламенем.    Не мог этот идиот так легко сдохнуть.    —За каким хером ему ехать к… —У Эндрю болит голова от этого ора. Как же раздражает.    Натаниэль соврал.    Это звенело в ушах намного громче чем взбешенный Дэй и надоедливая репортерша.    Ему не хватило одного раза? Зачем было…. Плевать.    Какая теперь разница? Какая разница если он уже мертв.    Плевать на эти случайные пересечения в узких коридорах стадиона, когда их плечи едва касались друг друга, а взгляд тут же отводился - слишком быстро, чтобы это выглядело естественно. Плевать на те дурацкие фразы и не уместное беспокойство. На эту улыбку - кривую, натянутую, такую фальшивую, что аж зубы сводило.   Особенно плевать ему было на тот дурацкий поцелуй - неловкий, поспешный, будто украденный. И обещание, от которого на секунду перехватило дыхание - такое же пустое, как и всё остальное.     Плевать.    —…ты не мог. —Почти шепотом закончил Кевин.    Эндрю отвел взгляд от экрана, где уже давно крутили новый сюжет.    —Ты блять знал что он собирался и….! —Кевин повысил голос, проводя пятерней по волосам.    Что такого знал Моро, что могло…   —Ты блять знал что все может так закончится и ни черта с этим не сделал! —Ники перевел обеспокоенный взгляд с кричащего Кевин на Эндрю.    Он бы давно уже ушел отсюда, но что то заставляло его стоять на месте. Стоять и слушать.     —Что бы сделал я? Ты блять, сейчас, серьезно? Ну точно не позволил бы ему придумать этот идиотский…. боже. —Кевин накрыл лицо дрожащей рукой, останавливаясь у выхода.    Что придумал? На что хватило идиотизма Натаниэля?    Нужно вспомнить, ему нужно все…    Он вдруг понял что не дышит, и резко вдохнул, насмехаясь над собой где то внутри.    Поверил в кого, без всякого… Блять.    Эндрю ещё тупее чем он думал.    За что ему так стыдно? Пусть просто признает что и вправду надеялся что это все продолжится. Что продолжится эта идиотская игра, где он пытается сохранять самообладание перед Натаниэлем, а тот делает все что бы его вывести. Что он и вправду понадеялся на то, что его не оставят. Но Натаниэль просто…   —Что ты знаешь? —Ровным голосом спросил Эндрю, поняв что телефон Кевина у его уха.    —Скажи мне, что с Натаниэлем. —В голове что то щелкнуло. Моро сидит в своем подвале и даже не в курсе что тот уже…   —Что ты знаешь? —Повторил свой вопрос Эндрю. Зачем ему знать? Зачем ему знать как он…   —Я не буду с тобой…    —Эндрю не смей ему ничего… —Голос Дэя расселся где то позади него.    —Я скажу что с ним. —Кевин попытался выхватить трубку, но Эндрю пихнул его плечом и зашёл в спальню.   —Почему я должен тебе верить. —Голос подрагивает. Еще минута — и этот ебучий телефон полетит в окно.    —А у тебя есть причины не верить? —Слишком долго молчит. Видимо прийдется приехать и заду…   —Он не рассказывал тебе? —Не рассказывал? Так он сам это спланировал? Нет, нет, зачем ему… —Натаниэль хотел убить отца.   Блять.    Рука дрогнула, и он сильнее сжал телефон.    Нулевые. Шансы нулевые. Он был уверен что его папаша сдохнет, был уверен что он задохнется угарным газом. Только было не ясно вместе с ним или нет, этот вопрос остался открытым.  Какой же Эндрю идиот.    И ради этого он продался Рико? Ради того, что бы сдохнуть вместе со своим отцом?    Осознание пришло слишком поздно.   Он знал на что идёт и ничего не сказал. Натаниэль знал что может умереть и все равно ни черта не сказал.    Это был проеб похуже прежних.    Эндрю не верил в обещания, но в последнее данное ему, он и вправду хотел поверить. В том что Натаниэль не сбежит. Не сбежит как сбежал восемь лет назад со своей матерью.    Все до ужаса похоже. Как взгляд сам цепляется за его силуэт в толпе, как пальцы непроизвольно сжимаются, когда он проходит мимо.    Эндрю терпит его присутствие. Терпит эти странные разговоры у кулеров, его привычку брать его сигареты без спроса. Даже делает вид, что не замечает, как он специально задерживается после матчей, когда в коридоре остаются только они двое.   Из Эндрю вырвался не то смешок, не то очередная порция воздуха.    Его кормят этим вниманием как собаку в клетке, давая все больше и больше с каждым разом. А потом просто исчезают.    Натаниэль был таким. Кэсс была такой.    До чего же глупо.    —Ты сказал что скажешь что с…   —Он мертв. —Не дождавшись ответа, он повесил трубку, и отбросил телефон куда в сторону.     Только Натаниэлю было не плевать. Или он сам себя в этом убедил.    Без разницы. Теперь уже без разницы.