Second Hide

Мэтту становилось легче. На сегодняшнюю ночь его оставили с Эбби, чтобы та присматривала за ним. Нилу было интересно, как Дэн так быстро среагировала и прибежала к Бойду. Ведь Ваймаку некогда было ей позвонить, а Эбби позвать. Она занималась подготовкой места для Мэтта. Элисон же говорила, что чувствует смерть? Может и это она тоже почувствовала. В любом случае сегодня он обо всем узнает. Ваймак обещал ему. Но стоит ли? Мать ведь говорила, что если Нил узнает правду, то все их труды, проведенные в скитании, будут напрасны. Но Джостен также не хотел оставаться в неведении. Ему приходилось выбирать между матерью и правдой. Нил ведь уже догадывается кое о чем. Поэтому ничего ведь плохого не случится? Никто о нем не знает. Да и он уже подрос и понимает, чем можно делиться, а чем нет. Нил знал, что можно рассказывать, а что нельзя. Но мать так драла его за волосы, что Нилу вдруг стало не по себе. Почему же она запрещала? Что такого может случится? Мать или правда? Выбор оставался только за ним. Может он даже узнает наконец, что с ним происходит. Что за тень и поляна? Нил надеялся, что сможет узнать об этом. Хотя бы немного, а дальше он уже сам разберется. Джостен услышал шаги, направляющиеся в его комнату, поэтому он перевел взгляд на нее, дожидаясь того, кто сюда держит путь. Дверь распахнул Сет. — Тебя зовет Ваймак, — сказал он грубым голосом. В нем было слышно то ли презрение, то ли ненависть или даже все вместе. Нил не стал спорить и пошел вслед за Гордоном. Тот его направлял в зал, где они уже собирались всей командой. Может это было что-то типа их общей комнаты? Хотя странно, почему она в общежитии. Там его встретила вся команда. Абсолютно вся, даже Мэтт, который сейчас выглядел уже лучше, но недостаточно для здорового человека. Нил махнул ему головой в знак приветствия, Бойд махнул ему в ответ. Рядом с ним сидела Дэн, которая придерживала его за спину. Там же и Рене. На соседнем диванчике сидели Сет и Элисон в обнимку. Видимо, они уже помирились. И компания Миньярда в другом конце комнаты. Ваймак облокотился о стену, что находилась позади него. Нил присел туда же, что и в прошлый раз. — И так, Нил, — начал тренер. Все сидели со скучающими выражениями лица. — Я думаю, ты уже понял, что мы тут не совсем "обычные", — выделил он кавычками последнее слово, с помощью двух своих пальцев правой руки. — Я заметил с самого начала, что ты очень наблюдательный мальчик, поэтому должен был догадаться, — Нила что серьезно так легко раскусить. Но ладно, в конце концов они ведь не знают, кто он такой. — Я понимаю, что для обычного человека это может звучать странно, но ты постарайся поверить. Если даже не сможешь, то прошу тебя, никому ни слова, ясно? — Джостен всего лишь кивнул в ответ. — Отлично. Надеюсь на тебя. Ваймак тяжело вздохнул и оглядел всех присутствующих. — Как я и говорил, я не хотел тебя впутывать в это. Но так уж вышло, — продолжил он. — Среди нас есть оборотни, — при последнем слове тело Нила напряглось и вытянулось, как струна. Это ведь не про него? Они ведь не говорят сейчас о нем? Они раскусили его так быстро. — Также есть охотники, банши и цербер. — Что? — Нил даже нахмурился. Кто такие банши? Церберы? Охотников он хоть как то понял, но остальное нет. — Сейчас расскажу, — ответил ему Ваймак, поднимая одну руку, чтобы Джостен не перебивал его больше. — Оборотни у нас это Аарон, Ники и Эндрю, — про последнего Миньярда Нил хоть и догадывался, но не думал, что тот тоже оборотень. Получается они все такие же, как и Нил? — Охотники это я и Рене, — Уокер помахала Джостену рукой с лёгкой улыбкой на губах. — Банши это Элисон, а Цербер это Сет, — эта парочка сидела и в упор смотрела прямо на Нила. Того это не малость так напрягало. Что он уже им успел сделать? — А остальные, находящиеся в этой комнате, просто люди. Ваймак снова тяжело вздохнул. — Ну а теперь про каждого отдельно, чтобы ты хоть как то понимал картину, — снова взялся за рассказ тренер. — Начнем снова с оборотней. А точнее волки. Эта хрень у них семейное, поэтому нечего удивляться. Они уже родились такими. Правда воспитались не так, как хотелось бы, — на этих словах Эндрю то ли хмыкнул, то ли оскалился, Нил не понял. — Извините, тренер, но как получилось, — подал голос Ники. — Молчать, — дернул рукой Ваймак в сторону Хэммика, с призывом заткнуться. — Грубо, — промямлил тот себе под нос, опуская голову себе на грудь, делая вид, что сильно обижен. — С ними будь осторожен, — продолжил тренер. — Аарон и Ники может еще нормальные, но к Эндрю даже не думай соваться. Откусит руки по локоть, только дай повод. — Не думал, что вы такого мнения обо мне, тренер, — с долей сарказма в голосе пролепетал "ненормальный" Миньярд. — Говорю, как есть, — ответил тот ему и продолжил. — Лучше к этой шайке вообще не приближайся. Так будет безопасней для всех нас. — Но, тренер, это даже теоритически невозможно, мы же в одной команде, — снова встрял Ники. Ваймак развернулся к нему с немой угрозой в глазах. — Ладно, я молчу, — Хэммик снова сделал обиженный вид. — Как ребенок, честное слово, — пробормотал тренер. — Так, возвращаемся. Дальше у нас охотники. Я и Рене. На самом деле мы должны истреблять оборотней, — он указал в сторону шайки Миньярдов рукой. — Но мы, можно сказать, ушли от этого дела. Решили заняться чем-то другим. А не истреблять бедных животных. — Ну можно было и помягче, — снова влез Ники. — Я сейчас заклею твой чертов рот, если ты не заткнешься сейчас же, — повернулся на него Ваймак, тыкая в Хэммика пальцем, как бы угрожая. — Все-все, я молчу — поднял руки Ники в знаке капитуляции. — Боже, что за детский сад, — тренер провел своей рукой по лицу, пытаясь унять раздражение. — Мы перестали истреблять обортней, но есть те, кто продолжает это дело. А еще есть не только такие оборотни, как Миньярды и Ники, но бывают и другие. Они агрессивнее, чем эти. Намного. Они питаются исключительно людьми. Лучше таким не попадаться, иначе велик шанс быть съеденным заживо. Ну как усваивается хоть немного? — спросил Нила тренер. — Да, вроде да, — ответил он ему. Нил понимал о чем ему сейчас толкуют, но все равно было так странно слышать это. — Далее на очереди у нас банши, — продолжил Ваймак. — Банши — предвестники смерти. Они чувствуют ее. Помнишь, как недавно Элисон зашла сюда и сказала, что пахнет смертью? — Нил кивнул. — Она почувствовала ее. Скорее всего смертью веяло от Мэтта, потому что вскоре на него напали, — вот откуда Дэн узнала о Бойде. Элисон сказала ей, что его ранили, поэтому она тогда прибежала. Догадался Нил. — Но у банши есть не только способность чувствовать приближающуюся смерть, есть еще одна. Она может создавать такую ударную волну своим голосом, что в лучшем случае тебя откинет на несколько десятков метров, а в худшем ты просто умрешь, — у Нила даже открылся рот. Он посмотрел на Рейнольдс расширенными глазами. Джостен даже не подозревал, что в такой на вид хрупкой девушке, могла храниться такая огромная сила. — Удивительно, да? — слегка улыбнулся Ваймак, такой реакции Нила. — И у нас остается Цербер. Сет у нас охраняет врата в ад. Он следит за тем, чтобы сюда не пробиралась всякая нечисть, — теперь Нил смотрел на Сета. Охраняет врата в ад? Да вы шутите. Что за бред? Куда он попал? Это секта какая-то или что? Видимо, Ваймак увидел это недоверие в глазах Джостена, поэтому поспешил продолжить. — Помнишь, что я тебе говорил в начале? Ты можешь нам не верить, но об этом не должен узнать никто. Но ты сам видел вчера химеру, поэтому просто обязан поверить нам. — Я пытаюсь, — сказал Нил скрипучим голосом от того, что долго ни с кем не говорил. — Уж попытайся, — вздохнул тренер. И вдруг у Нила возник вопрос. Ваймак говорил, что оборотни — волки, тогда лисы кто? Они ведь тоже из семейства собак. Разве нет? — А.., — Нил прокашлялся, пытаясь выровнять голос. — А есть оборотни — лисы? Команда переглянулась между друг другом. Ваймак слегка нахмурился. — Что ты имеешь в виду? — спросил он. — Ну если волки это оборотни, тогда кто лисы? Они ведь с одного семейства, — задал вопрос Джостен. — Эмм, нет, — сказал Ваймак. Что...? Тогда кто он такой, черт возьми? Тренер снова оглядел команду. — Лисы — это совсем другое. Они стоят выше. — Выше? — не понял Нил. — Да, выше. Они сильнее всех. Их называют кицуне, — сказал Ваймак. Что. За. Хрень. — Подождите, но почему именно лисы? — Нил правда не понимал этого. — Потому что кицуне больше всех приближены к богам, так говорят книги и предки, — серьезно сказал тренер. Нилу очень хотелось, чтобы тот шутил. Какие еще боги? — Но, на самом деле, кицуне с нами больше нет, — проговорил Ваймак. — Последние пропали почти десять лет назад. Их так и не нашли, поэтому их объявили погибшими. Сейчас Нил правда сидел здесь, как последний идиот и пытался понять, что здесь, блять, происходит. Потому что то, что ему сейчас говорят — полнейший бред. — Но, почему они пропали? — сейчас Джостен не мог соображать вообще. — С их...семейным положением такой исход был неудивителен, — проговорил тренер, что-то вспоминая. — Все думают, что жену и своего сына убил собственный муж, отец бедного мальчишки. А ведь он был совсем еще малышом, — говорил тренер скорбящим голосом. У Нила сейчас звенело в ушах. До него только сейчас дошло, что говорят про него с матерью. Он не мог думать от слова совсем. Голову распирало от информации, которую сейчас получил его проклятый мозг. Было так много мыслей, но одна выбивалась из всех. Почему мать скрывала это от него? Почему не говорила, кто они на самом деле? Почему избивала его, за попытки узнать? Для чего? Из-за чего? Зачем было это все? Но Джостен до последнего не хотел верить, что речь шла про него. Было так много вопросов, но ответов он уже не получит ни на один из них. Не спросит у нее лично, а она ему не ответит на чистоту. Мать уже не скажет ему ни слова. Ни-че-го. Это все, что ему оставалось. Ничего, все, что она оставила после себя, так это множество вопросов, на которые Нил никогда не узнает ответы. — Нил, я понимаю это трудно усвоить у себя в голове, мы дадим тебе время на размышления. Но учти, что я не до конца рассказал тебе историю связанную...— Ваймак на мгновение посмотрел на Кевина. — Связанную с Мориямой. Точно. Морияма. Тренер, ведь тогда скрыл от него что-то очень важное и Нил знал это. Но готов ли он сейчас это выслушать? Нет. Не готов. У него начинается истерика. Его накрывает. Он чувствует по себе, что скоро нахлынет. Ему нужно уйти, успокоиться. Принять ту информацию, которую ему сейчас дали, а потом уже усваивать новую. — Я...Мне нужно отойти, — еле проговорил Нил. — Хорошо, иди, только, Нил. Никому, ясно? — строго спросил его тренер, хватая за запястье, когда Джостен уже хотел выйти. — Да, тренер, — прохрипел он. Ваймак только кивнул, подмечая у себя что-то в голове и наконец отпуская запястье Нила. Когда он уходил, за спиной услышал вопрос, адресованый не ему, а команде, что осталась в комнате. — Его прорвало только на рассказе о семье Веснински? Услышав до боли раздирающую сердце фамилию, Нила накрыло с головой. Дышать было почти невозможно, помогали только мелкие вдохи, которые мало что давали. На глазах выступали слезы, но они не скатывались по щекам. Они застыли в глазах. Нил пытался держаться изо всех сил, но он ведь слабый. Всегда таким был. Ком в горле накатывал с новой силой и Джостен понял, что сейчас его стошнит прям на пол. Поэтому он побежал до туалета в своей комнате, как можно скорее. Нил даже не закрыл за собой дверь в ванную комнату, как его вывернуло в унитаз. Его рвало до тех пор, пока желудок чуть не вывалился сам. Слезы все таки скатились по его щекам. — Прости. Прости, прости, прости, — шептал он своим искаженным от рвоты голосом. Он захлебывался в собственных слезах, пытаясь отдышаться. Сможет ли его простить мать? Нет, не сможет. И он прекрасно это понимал. Нил знал, что она бы предпочла убить его сама, а не дожидаться отца и давать ему на растерзание. Мать бы отлично справилась и без него. Вдруг Нил закашлялся, подавившись собственной истерикой. И кашлял так, что казалось сейчас он выплюнет свои легкие. Наверное, ему всё-таки не нужно было слушать рассказ Ваймака. Нужно было послушать мать. Нужно было следовать ее правилам. Но тогда он бы до сих пор оставался в неведении. Тогда он бы не узнал правды о самом себе. И не только о себе, но и об окружающем его мире. Стоит ли винить мать, что она скрывала от него все это? Нил не знал. Но он все таки предпочитал знать, хотя бы часть того, что ему рассказали сегодня. Хотя бы мизерную часть. Но даже этого она ему не рассказала. И как теперь ему спокойно жить, зная, что везде его поджидает опасность? Зная, что в любой момент его могут убить? Как ему теперь карабкаться из этой гниющей ямы? Нил даже не имел ни малейшего представления, но знал, что ему нужно срочно успокоиться, потому что слышал, как сюда кто-то приблежался. Он услышал, как дверь в комнату приоткрылась, слышал, как шаги становились все ближе. В ванную комнату заглянул Бойд, хромая и опираясь на стену. — Привет, — сказал он Нилу. Тот уже стоял, как ни в чем не бывало возле раковины и умывал лицо. Джостен промычал ему что-то в ответ, продолжая свое дело. — Монстры сказали... Точнее, Ники сказал, что тебе тут совсем плохо. И я решил, что нужно к тебе прийти. Помочь, — говорил Бойд с грустью в голосе. — Мне не нужна помощь, — ответил Нил слишком резко, чем следовало, смаргивая воду с глаз и смотря прямо на Мэтта. — Но ты выглядишь так, будто нуждае... — он не успел договорить, как Джостен оборвал его. — Я в порядке. Мне не нужна твоя помощь. Спасибо, — наверное, ему следовало бы общаться с Бойдом по другому. Тот ведь хотел как лучше. Но Нил не мог. Он не понимал, почему сейчас злится на своего сокомандника. Тот ведь с ним откровенно добр, а он так поступает. Ему просто нужно было отдохнуть от этого всего. Просто забыть, что у него есть вторая шкура, которая грозила ему опасностью. Забыть обо всем, что ему сегодня рассказали. Нил просто хотел забыться. Ничего не знать, не слышать и не видеть. Это у него получалось хуже всего. Его ведь приучили с самого детства вслушиваться в каждый уголок дома, видеть и отыскивать что-то подозрительное, слышать приближение опасности. Без этого он бы ни за что не выжил. Нил бы сейчас здесь не стоял и не злился на все подряд. Джостен прошел мимо Мэтта, он с силой сдержал порыв пихнуть того плечом. И правда, что на него нашло? Почему он такой взбешенный? Ему и правда следовало бы отдохнуть. — Я тогда пойду к девчонкам, если что зови. Мы пока не будем тебя беспокоить, мы понимаем, какого это, когда мир буквально переворачивается у тебя на глазах, — произнёс Бойд с мелкой, но грустной улыбкой на губах. Нил не удостоил его ответа, даже взгляда. Поэтому Мэтт тихо вышел и запер за собой дверь. Время близилось к двум часам дня. Но спать ему уже хотелось ужасно. Особенно, после такого потрясения. Его будто избили всей толпой и кинули в воду помирать. По крайней мере, так себя ощущал Нил. Поэтому больше не медля, он забрался на свою кровать и, не переодеваясь, плюхнулся прямо в этой одежде. Как только глаза его сомкнулись, Нил погрузился в сон. Темнота была повсюду. Теперь даже не было ни его комнаты, ни чего-либо другого. Сплошная тьма. Вдруг откуда-то послышались шорохи. Нил резко обернулся, пытаясь понять, что это и откуда. Он начал идти на шум, вслушиваясь в каждое изменение движений. Вдруг кто-то толкнул его вправо, что он свалился с ног. Под его ногами все это время была вода, а сейчас Джостен лежит в ней весь мокрый. Он потрусил головой в стороны, что бы стряхнуть лишнюю воду. Раздался детский смех, который звенел в ушах и поднимал раздражение на небывалые высоты. — Кто здесь? — спросил Нил, пытаясь найти хоть кого-то в этой сплошной темноте. Он начал вставать, опираясь руками о свои ноги. Детский смех перешёл в нечто странное, будто кто-то захлебывался. Джостен начал озираться вокруг. Это было странно. Это все было странным. Что он здесь вообще делает? Он вообще хоть когда-то получит ответы на свои вопросы? Видимо, что нет. Вдруг все стихло. Нил слышал только собственное дыхание, оно было почему-то сбившимся. Что с ним происходит? Он и правда сходит с ума? Позади раздался шорох и его резко схватили за запястье. Нил моментально развернулся. Он попытался высвободить руку, но у него не получалось. Тогда Джостен посмотрел на того, кто его держал. Это снова была она. Эта тень стояла прямо перед ним. Теперь он мог ее разглядеть. Его глаза расширились от увиденного. Он даже отшатнулся. Насколько было его удивление, когда Нил понял, что перед ним стоит он сам. Просто мертвый? Джостен не знал, как это назвать. Кожа человека, если можно так называть это существо, напротив была серого цвета. На нем была та же одежда, что и на Ниле сейчас. Вместо глаз были просто черные дыры. Там не было ничего. Просто бескрайняя тьма. А на губах застыла все та же чертова безумная улыбка, что у Нила замирало сердце. — Что за..? — только и смог выдавить он. Второй он, что находился напротив него, все еще держа его за руку, начал что-то очень быстро шептать. Ничего было не разобрать. Нил попытался прочитать по губам, но они так быстро двигались, что казалось время ускорилось, просто он сам находился в замедленном. — Что, блять... — договорить Нил не успел. Его руку резко отбросили, а сам он подскочил с кровати, на которой только что спал. Джостен просто не знал, как на это все реагировать. Из него уже выжали все соки. Он правда начал думать, что сходит с ума. К чему все это? Все эти видения? И что это только что было? Его о чем-то предупреждают или что? Почему мать ничего не рассказала? Ему от этого становилось только труднее. Он задыхался от незнания. Что ему делать? Он так устал от этого всего. Почему именно он должен страдать? Почему не кто-то другой? И снова вопросы, на которые нет ответа. — Бесит, — пробормотал Джостен, откидывая подушку в сторону, что сжимал у себя в руках до этих пор. Может быть в следующей жизни ему удастся жить нормальной жизнью. Без всего этого. Но ему так хотелось в этой. Видимо, Нил просто был обречен еще с самого своего рождения. Вдруг дверь в комнату хлопнула. В нее вошел Сет. Он кинул взгляд на Нила, скривился и прошел к своей кровати. Джостен нахмурился. Что еще за реакция? Он слез со второго яруса кровати, оставаясь на расстоянии от Гордона. — Проблемы? — спросил Нил, пытаясь сохранить свой голос ровным. Сет злобно посмотрел на него. Желваки на его лице подрагивали, когда он сжимал челюсть, смотря прямо Нилу в глаза. — А ты как думаешь? — прошипел он. — В той чертовой раздевалке была химера. Ты, блять, даже не знаешь кто это. Мэтта растерзали, как последнюю сучку, а ты остался жив. Ты — неопытный говнюк. На тебе даже ни царапинки. Так как ты думаешь, есть ли у меня проблемы, — Гордон не ждал его ответа. — Нет. У меня их нет. Но они есть у тебя. И причем очень большие. Так что желаю тебе успехов не сдохнуть тут. Если ты все таки тот, о ком мы думаем. Мы тебя убьем, — подошел Сет к нему, чуть ли не упираясь лбом в его. — На тебе живого места не останется, понял? Так сваливай сейчас, пока мы еще не уверены в своих теориях. — Почему бы просто не спросить меня? — Тебя? — нервно рассмеялся Сет. — А ты нам правду скажешь? Я, например, очень в этом сомневаюсь. Как и все в этой команде. Не думай, что ты умнее всех. Это плохо кончается, Нил, — тыкнул Гордон его пальцем в грудь. Теперь уже у Джостена заиграли желваки на скулах. Конечно ему не поверят. Они ведь даже не знают его. Стоило дослушать рассказ Ваймака про Морияму. Может он хотя бы понимал, в чем его обвиняют эти придурки. Но Джостен уже догадывался, о чем те думают. Это, наверное, очевидно. Они думают, что он предатель. Поэтому команда так странно на него смотрит и следит за каждым действием, чтобы он ничего не натворил. Нил мог их понять. — Оставь сразу какой-нибудь листик и напиши, как хочешь, чтобы мы тебя похоронили. Вдруг у тебя какие-то особые предпочтения, — оскалился Гордон. — Пошел ты, — ответил ему Нил. Его раздражала эта самоуверенность. Не хватало еще против себя настроить команду. — Следи за словами, а то и убить могу, — ядовито заулыбался Сет. Нил сморщился от этих слов. Они тут все сумасшедшие. Он даже ничего им не сделал, так почему такое отношение. Только потому что его не тронули? Его просто не успели, потому что пришел Ваймак. Так бы этот ящер и его бы оприходовал. Но что-то Нилу и правда в этой ситуации показалось странным. Почему химера тогда отошла от него? Что она увидела? А. Точно. Он же вроде как кицуне. Испугался лиса? Джостен даже ничего не мог делать, кроме как менять облик. Это было единственным чему его научила мать. Она говорила, что только полезно для него. Говорила, что больше знать ему не нужно. Но разве нельзя было в целях безопасности научить его всему остальному, что бы это ни было. Нил должен был знать, кто он и что может делать. Он мог бы защищаться с помощью сил кицуне. Если она самая могущественная из всех, значит, что-нибудь да пригодилось бы ему. Видимо, мать посчитала полезным только обращение в лиса. С его помощью легче скрыться от посторонних глаз. Так она говорила. Но Нила больше смущало не это. А то что все были вкурсе ситуации его семьи. Откуда они могли это узнать? Отец держал это всегда при себе. На людях даже не было понятно, что семья несчастна. Все думали, что отец —добрый человек. Но так считали только те, кто его не знал. Кто не знал о его деяниях. Кровавая реальность всегда оглушала Нила, будто взрывом. Особенно, когда он задумывался о чем-то своем или просто мечтал. Ему никогда не хотелось возвращаться в этот ад. Но он хотел жить. Он гнался за тем, чтобы пожить хотя-бы еще один несчастный день. Сейчас от бегства его останавливало только экси, за которое Нил так сильно хватался. Ему хотелось играть в него еще хотя бы пол года, чтобы потом забыть о нем навсегда. Может он и не может удержаться, купит какую-нибудь газету и будет читать где-то у себя в каморке. Если он конечно сможет прожить так долго. С нынешней ситуацией Джостен думал, что все явно будет не так как хотелось бы ему. Если он на самом деле сходит с ума. Тогда все хуже вдвойне. Его найдут быстрее, чем он сможет моргнуть. Мать была права, что нельзя давать слабину ни перед чем. Но он уже это сделал и теперь расплачивается за это. В любом случае, если он умрет, это будет полностью его вина. В конечном итоге его все равно ждет смерть. Не так ли?