Враги ли?

Глава 1. Новенькие В класс зашли сразу трое. Мальчишки — уверенные шаги, приподнятые подбородки, будто весь кабинет принадлежал им по праву. Девушка — холодный взгляд поверх толпы, в котором не было ни намёка на стеснение. — Это Малерчук, Платон и Ксюша, — сухо представила их классная. — Перевелись к нам, принимайте. Илья, которого все за глаза называли Дерзким, переглянулся с Димой. Тот лишь фыркнул, а Полина закатила глаза. Слишком уж знакомая картина: новенькие всегда старались показать, какие они крутые. Но эти трое… в их взглядах сквозила откровенная надменность. — Ну и морды, — прошептал Дима. — Не говори, — отозвался Илья, откинувшись на спинку стула. Его рыжие волосы упали на плечи, закрыв щёку. И тут взгляд Малерчука зацепился за него. Чуть прищуренные глаза, в которых промелькнула насмешка. — Слушай, Платон, — громко, на весь класс, сказал он, не сводя взгляда с Ильи. — А чего это у вас тут старшеклассницы сидят? Я думал, нам в одиннадцатый, а тут, похоже, десятый с девчонками перепутали. Класс взорвался смешками. Кто-то прыснул, кто-то замялся. Дерзкий медленно поднялся, упёр руки в парту и смерил новенького тяжёлым взглядом. — Повтори? — в его голосе звенела угроза. Маля ухмыльнулся. — Да ладно, не кипятись. Я ж не виноват, что у тебя косы почти как у моей соседки. — Тебе завидно, что у тебя своих волос нет? — парировал Илья и шагнул вперёд, становясь ближе. Он был высоким, худым, но в его фигуре не чувствовалось слабости — скорее стальная пружина. Маля отметил это, сам не понимая зачем. Слишком тонкая талия, слишком прямой взгляд. Слишком… красиво. «Чёрт, да он реально как девка, — мелькнула мысль, и тут же злость: — и почему это меня бесит и тянет одновременно?» — Хватит, — вмешался Рома, поднявшись рядом с Ильёй. — Не нарывайся. — А что, у тебя тут телохранитель есть? — приподнял бровь Платон. — Прикольно. Значит, слухи правы: у тебя даже гендера нет, а уже хвосты за тобой бегают. В классе повисло напряжение. Все знали, что Илья — единственный, у кого ещё не определился второй гендер. Обычно это становилось ясно к шестнадцати, но ему уже было семнадцать. И каждый раз, когда об этом заходила речь, Илья стискивал зубы. — Закрой пасть, — процедил он. Маля чувствовал, как в классе будто разливается запах — не настоящий, но остросладкий, смесь злости и напряжения. Он как альфа улавливал это лучше всех. И почему-то именно от этого рыжего раздражало сильнее всего. Он склонил голову, чуть улыбнулся и, не отводя взгляда, бросил: — Ладно, посмотрим, что ты за зверёк окажешься, когда твой «секрет» раскроется. Илья хотел что-то ответить, но его перебил звонок. Шум в классе смешался с шепотками, кто-то хихикал, кто-то обсуждал новеньких. А Маля, усаживаясь за парту, снова бросил взгляд на рыжего. И внутри кольнуло что-то странное. Необычно. Слишком необычно.