Глубокий космос

Громко зазвинел будильник. Ник, как всегда нажал на кнопку сверху и продолжил валяться в постели. Дверь тихо скрипнула: –Ник, пора вставать, а то пропустишь слушанье в институте. Услышав это, Ник вскочил и побежал одеваться. –Как я мог забыть про сдачу!– Он в торопях нацепил брюки с слегка потрепанной клечатой рубашкой, схватил рюкзак и помчался в коридор. –Пока пап! Я побежал. Открыв дверь, Ник выбежал к лифтам. Встав на против, он нервно поглядывал на старые пружинные часы, думая лишь о том, как бы ему не опоздать. Скрипнула дверь лифта. Его встретила привычная картина: Слегка запачканное стекло, пару надписей маркером и плакат гласивший "с четырёхсотым, девятым мая". –И зачем 9 мая до сих пор празднуют. Четыреста лет прошло, ни кто не помнит даже сути. Ник нажал на кнопку первого этажа и дверь со скрипом закрылась. –Интерестно, профессор Розин смог выбиться в комиссию? Если так, то надо будет сказать отцу, хотя он же вечером опять на орбитальную вахту летит. Ник немного скривившись, медленно произнес: –Мусорщик... Надеюсь меня не угараздить так же как и его на орбите гонять мусор собирать. Хотя платят и в прямь много. Дверь лифта распахнулась и Ник вышел во двор. Перед ним открылся красивый вид на многоуровневые районы и кварталы. Он как ни в чем не бывало пошел к главному лифту. На подходе его окликнули: –Леха куда так скачешь? Меня чего не ждешь? –А ты не забыл что седня здача курсовой в 11:15? –Нет, просто ты проспал на паре русского обьявление Рязина, что курсовая переносится на 12:40. А и да кстати, Рязина в комиссию взяли. –Че правда!? Так это отлично! Можно будет с профессором больше времени на наши исследования уделять. –Ой ну понеслась тарабарщина лауреата центросибирска. –А ну цыц! Массивные двери лифта открылись. Два друга зашли и сели на сиденья. В транспортник зашли еще человек 15. Лифт тронулся. Спустя 4 года: –Алексей вы понимаете что вы растратили доверие института. Последний ваш экспиримент привел к взрыву на квантовом компрессоре. Вы будете лишены гранта на исследования и вам будет запрещено продолжать ваши иследования. Услышав последний пункт, Ник оторопел. Все его старания и вложения покойного отца в пустую. Он развернулся и невнимая на возмущения совета, покинул институт. –Ну что же. Видимо остается только идти по стопам отца... Мусорщиком. Ник поймал такси и сев, поехал к отцовской радиостанции. Испалинские кластеры мелькали за окном машины, но Ник смотрел не на них, а как будто сквозь. Он думал только о том, что же делать ему теперь. Незаметно пролетело 2 часа езды. Ник вышел из такси, расплатился и вошел в станцию: Старый коридор, скрипящая половица и заляпанные окна только усиливали тоску. Вдруг тишину нарушил сигнал: резкий и крайне сильный. Ник подбежал к апаратуре и начал сканировать сигнал. Как он и думал это был пульсар в районе сириуса, за которым фанатично наблюдал отец Ника. Он мечтал отправиться с сыном к нему, увидеть в живую столь необычный объект граничащий с выдумкой. –Я обещал что прилечу к нему пап... С этими словами Ник с грустью открыл блокнот исписаный похожими друг на друга записями и начеркал: Пульсар Ley-476 Запись 1279: Сигнал стабильный, различий с сигналом 1 все так же нет. – Пять лет сигналит и ни разу не было различий в сигнале. Я должен попасть туда. Я обещал. После этих слов Ник закрыл блокнот и пошел вершить обещанное.