Лето, когда Ёшики потерял друга.

- Ты мне очень нравишься, Ёшики, - Хикару смотрит так серьезно, как никогда раньше, и в его лице столько открытой беззащитности и уязвимости, что Ёшики отворачивается, прячась за чёлкой и не в силах на это смотреть дольше одного выдоха. Как он должен на это ответить? Это отвратительно, мерзко и противоестественно. Его Хикару, знакомый с детства, никогда бы такого не сказал. Никогда бы не стал смотреть на друга так не-по-дружески. Это не Хикару. Это незнакомец с его лицом и голосом, но с омерзительной тьмой внутри. И, если Ёшики позволит этому остаться рядом, эта тьма запятнает и его, поглотит и разрушит. Это не Хикару. Ёшики догадывался об этом уже с полгода. По изменившемуся взгляду, который, задумчивый и нежный, всё чаще задерживался на нем самом. По тому, насколько более тактильным оказался этот новый Хикару. И ещё по тому, что теперь всё его внимание принадлежало одному только Ёшики. Другие одноклассники будто перестали существовать вовсе. Он догадывался. Но теперь знает точно, и от этого знания его чуть не выворачивает наизнанку. Терять человека, с которым вместе с детства - больно. Он не хочет терять его. Не может от него отказаться, не смотря на то, что это больше не тот Хикару, которого он знал. Что будет, если Ёшики его отвергнет? Придется ли ему принять этого нового Хикару, чтобы не остаться в одиночестве? - Пожалуйста, не ненавидь меня, - и это рвет душу на части. Ёшики думает, что лучше бы он умер, чем видеть на месте лучшего друга - это. Как он может его не ненавидеть? Он разрушает всё. А если узнают в школе? В деревне? Узнают родители? Невыносимо. И всё же, он не может отказаться от Хикару. Пусть даже он теперь - такой. Это лучше, чем одиночество. Так сложно не думать об этом. Не крутить в голове бесконечно, что бы было, если бы Хикару никогда этого не произнёс. Они бы остались друзьями, и Ёшики не чувствовал бы этого омерзительного копошения внутри от каждого случайного прикосновения. Касаться его в первый раз в кладовке спортинвентаря, страшно, тревожно, волнительно. Хикару расстегивает рубашку, и Ёшики ведет ладонью по его груди, от солнечного сплетения вверх, к ключицам. Скользит кончиками пальцев по шее, и Хикару над ним дышит загнанно и тихо поскуливает. Ёшики отдергивает руку, вытирает её об одежду. Это мерзко. Его собственное сердце бьется где-то в горле. Хикару предлагает потрогать его снова, в пустом классе, и в этот раз всё заходит дальше. Он целует Ёшики, мягко и мокро, и жмется к нему всем телом, и роняет на пол, накрывая собой, и это ужасно, когда Ёшики чувствует твердость, вжимающуюся в бедро, и мокрый теплый язык, ввинчивающийся в рот и касающийся его собственного. Это ужасно, отвратительно, это не должно быть приятно. И потому, он отталкивает Хикару от себя. Видит страх в его глазах, видит его боль и мстительно думает, что так этому монстру и надо. За то, что рушит жизнь Ёшики. На следующий день Ёшики не встречает Хикару, выйдя из дома. Не видит его на уроках. Одноклассники спрашивают, не поссорились ли они. Ёшики нечего им ответить. Хикару, спрятавшийся в одеяло, кажется таким хрупким, несчастным и сломленным, что Ёшики чувствует, как ломается тоже. - Прости, - он тянет к нему руки. Он тянет его к себе. Даже если это больше не тот Хикару, которого он знал. Он не может потерять и этого. Может, никто больше не заметит. Может, эта тьма поглатит и его. Но он больше не хочет его отпускать. - Ты мне тоже нравишься, - слова даются с трудом. Ёшики не может поднять на Хикару взгляд. Щеки жжет неловкостью и смущением. Но, не смотря на всё смущение, Ёшики целует его первым, и это действительно приятно, когда руки Хикару обвивают его шею, когда Хикару льнет ближе и всхлипывает в поцелуй. Ёшики неловко обнимает его, прижимая сильнее, когда Хикару утыкается лбом в его плечо, чтобы перевести дыхание, и ловит себя на мысли, что этим летом он потерял друга. И обрел нечто, в чем им двоим ещё предстоит разобраться.