Permission

Юнги входит в квартиру и сбрасывает с себя сумку и верхнюю одежду. Он уставший. Сегодня рабочий день выдался весьма тяжелым, но альфа, собственно, привык к такому, поэтому спокойно доехал домой на машине. В квартире тихо. Почти, потому что Юнги слышит копошения из гостиной. Он начинает выходить из коридора, как здесь через секунду медленно появляется Чимин. Он всегда так ходит, покачиваясь и шлепая ступнями по полу. Особенно последние несколько месяцев. Выглядит неуклюжим, потому что животик у Чимина совсем большим стал на тридцать шестой неделе. И, вероятно, тяжелым. Юнги понимает, и ему это даже нравится. — Привет, сладкий, — говорит альфа. Чимин встал около стены. У него немного взлохмачены волосы и мокрый лоб, который он вытер рукой. Футболка немного заляпана чем-то — возможно, едой, а на ногах домашние штаны. Омега не очень любит носить такое, обычно предпочитая какую-нибудь сорочку или вовсе футболку по колено. Так удобно и наклоняться лишний раз не нужно, чтобы переодеться. Иначе бы он совсем разучился это делать. Одной рукой он подпер поясницу, а другой придерживал животик снизу, оглядывая Юнги. — Привет. Я уже заждался. Ужин почти готов. — Я же говорил тебе, что не нужно. Я бы сам мог приготовить. Тебе лучше вообще лишний раз не вставать. — Не хочу весь день лежать на диване. Чимин подходит к мужу и целует его в губы, немного потеревшись носом о его нос. Он чувствует теплую руку на пояснице, которую приятно огладили, массируя, следом переместили на бока, а потом и вовсе на живот. — Как день прошел? — задает вопрос Чимин. — Устал, как обычно. Но все хорошо. Соскучился немного. — Иди мой руки и садись за стол. Сегодня тебе на ужин твой любимый суп из свиных ребрышек. — М, правда? Юнги уходит в спальню, а Чимин обратно на кухню. Альфа переодевается, недолго задерживается в туалете, а потом подходит к кухне. На столе уже стоит тарелка с супом и горячий рис. Сам Чимин ворочается около гарнитура и расставляет всю посуду по местам. Юнги подходит к кофе-машине, чтобы, как всегда, сделать себе чашечку горячего. Омега вскоре заканчивает уборку, поворачивается к альфе и начинает жаловаться. — Вот всю футболку жиром уляпал, — говорит Чимин, оттягивая край футболки. — Хрен отстираешь теперь. Юнги опускает глаза и смотрит. Футболка действительно грязная, он заметил это еще в коридоре. На ней большое темное пятно. — Да... но ничего. Новую купим, — думает Юнги и трогает ткань футболки. Альфа присаживается на колени, чтобы лучше оценить ситуацию. Но он неожиданно задирает подол футболки, оголяя круглое пузико Чимина. Он видит розовые следы от резинки штанов — они наверняка сильно трут, Юнги не понимает, почему омега решил их надеть, — на животе довольно много растяжек. Альфа невесомо проводит по ним кончиками пальцев. — Солнышко, а мазь, которую я покупал, не помогает? — К сожалению, нет. Чимин резко перекладывает руку под низ живота. — Что такое? — обеспокоенно спрашивает Юнги, заглядывая в глаза мужа. — Он пинается сегодня сильно. Омега начинает оглаживать живот, а другой рукой опирается о столешницу. — Сядь. Юнги опускает футболку Чимина, встает на ноги и помогает ему осторожно сесть на стул. — Спасибо. Альфа тоже садится, чтобы, наконец, начать пробовать любимую еду. Он благодарит и начинает есть. — Завтра прием у акушера, — говорит Чимин, пока альфа ел. — Я помню. Во сколько выходим завтра утром? — В девять. К десяти нужно уже там быть. — Хорошо. Отвечает Юнги и снова смотрит на тарелку. У Чимина плановый осмотр на УЗИ завтра. Конец беременности совсем близко, врач должен дать некоторые рекомендации и, наконец, сказать, в каких конкретно числах ждать рождение ребенка. А еще разъяснить некоторые моменты. Но это уже для Юнги. Когда альфа съедает ужин, он снова благодарит Чимина и целует его. Перехватывает грязные тарелки, говоря, чтобы омега отдыхал, и убирает все со стола в холодильник. Омега опять внезапно скулит, из-за того, что малыш сильно пинается. Юнги помогает ему встать и переместиться в спальню, укладывая на мягкую кровать. — У меня так спина болит. И ноги, — ворчит Чимин. — Блин, они так сильно отекают. У меня на бедрах уже тоже растяжки появились. Юнги не знает, о чем говорит омега, потому что не видел. Тот всегда ходил в прикрывающей одежде. Ну или просто не замечал, потому что, когда Чимин сгибал ноги в коленях, бедра всегда открыты. Помутнение рассудка это или пофигизм, кто знает. — Тебе снять штаны? А то вся кожа красная. Зачем ты вообще их надел? — говорит Юнги, начиная стягивать одежду с омеги. — Вся одежда в стирке и сушится. — Тогда ходи завтра в футболке. Юнги сворачивает вещь и убирает в шкаф. Потом возвращается на место и пытается разглядеть растяжки, о которых говорил Чимин. — Ну да, есть немного, — произносит альфа, осматривая кожу, а потом получает кулаком по плечу. — Что? — Ничего! — смеется Чимин и опускается ниже на подушки, отдергивая футболку. — Все, хватит смотреть. Мне кажется, иногда ты взглядом можешь прожечь меня. Чимин прав. Юнги слишком долго задерживается на теле мужа, а потом встает берет пульт от телевизора и ложится рядом. — Что твоя душа изволит смотреть? Какое-нибудь шоу или сопливую мелодраму? — спрашивает Юнги, переключая каналы. — Комедию давай. Надо прекращать слезы пускать, — Чимин продолжает смеяться, а потом дергает альфу, когда тот останавливает на чем-то смешном. Они смотрят фильм до ночи. Юнги обнимает мужа одной рукой через шею, а другая покоится на животе Чимина и нежно поглаживает кожу большим пальцем. Альфа начинает слышать сопение и чувствует голову, которая легла ему на плечо. Он поворачивается, и понимает, что Чимин задремал. Юнги выключает телевизор и встает, осторожно опуская омегу на подушку. Он пытается расправить постель и укрывает спящего одеялом совсем немного, потому что тому вечно жарко под ним, зато ноги всегда мерзнут. После Юнги приглушает свет и уходит в ванную. Принимает душ и возвращается обратно в спальню. Он надевает пижаму и подходит к кровати. Чимин спихнул с себя одеяло. Он спит, уткнувшись лицом в подушку, что альфа думает, как бы он не задохнулся. Сильно устал, наверняка. Перестирал одежду, сделал небольшую уборку и даже ужин приготовил. Юнги не представляет, как это сложно на таком большом сроке. Чимин лежит на боку в сторону альфы, непроизвольно натягивая футболку. Ткань плотно облегает живот и заметен выпирающий пупок. Юнги смотрит и думает, что безумно хочет к этому прикоснуться — провести руками по округлости и задеть пупок пальцами. Интересно, Чимину будет больно или щекотно? Или, наоборот, приятно? А еще хочется снова осмотреть его бедра. Омеге, вероятно, не нравятся изменения, про которые говорил, но Юнги ничего плохого в этом не видит. Он наоборот находит это привлекательным. К тому же бедра не совсем отекшие, они немного полные из-за набранного веса, но это не критично. Юнги очень хочется снова к ним прикоснуться и ощутить новообразовавшуюся мягкость. Как хорошо, что Чимин не любит носить штаны. В футболках и коротких платьишках он выглядит лучше. Они всегда открывают вид на омежье тело — на ноги; платья, в особенности, хорошо обтягивают животик и подчеркивают попу. Выглядит это безумно притягающе. Чимин любит свободную одежду и часто сидит дома. Порой тяжело натянуть на себя даже трусы, поэтому иногда он позволяет ходить себе без них, при этом сохраняя вид, что все прекрасно. Юнги видит это и понимает, что ничего не прекрасно. Одежда еще хуже лучше показывает очертания тела, которые альфа начал забывать за эти восемь месяцев. Например, красивые ягодицы, которые тоже стали немного пухлее и аппетитнее, чем раньше. Юнги хочет сжать их в своих руках и развести в стороны. Было бы прекрасно, если бы муж в этот момент находился на его коленях. Тогда бы он пальцами пробрался ниже к промежности с целью нащупать омежье отверстие. Наверняка, оно горячее и все такое же влажное. Юнги никогда не запрещал ходить Чимину без нижнего белья. Главное, чтобы тому было удобно. С собой он как-нибудь там справится. Наверное. Очень хочется, чтобы омега помимо трусов снимал и футболку. Это, конечно, уже совсем кощунство, но не сейчас. Сейчас он почти полностью одетый и хотелось бы, чтобы эта грязная футболка полетела в стирку наконец! Юнги присаживается на кровать и задирает край одежды на Чимине, обнажая животик. Альфа наблюдает, а потом проводит по нему ладонью, задевая ногтем выпирающий пупочек. Он слышит тихий полустон и убирает палец. Неожиданно. Юнги касается еще раз, и повторяется то же самое. Чимин начинает ворочаться, поэтому альфа не стал больше повторять, хотя это безумно интригующе. Он гладит рукой живот, оценивая, какой он большой. Сердце радостно заходится, когда понимает, что там — счастье. Юнги наклоняется и целует его, потираясь о него носом. Опять замечает растяжки на коже. Они бледные и не очень заметные. Выглядит на самом деле красиво. Кроме Юнги их никто не увидит, поэтому Чимину не о чем переживать. Чимин ворочается и ложится на спину. Юнги осторожно приподнимает край футболки выше, чтобы оголить грудь омеги. Она стала похожа на женскую из-за беременности, потому что там скопилось много молока, но выглядела миниатюрной. Небольшие возвышенности с темными ореолами и припухшими сосками. Юнги всегда любил ласкать грудь Чимина, но сейчас это стало хотеться в два раза больше, учитывая, какой она стала. Хочется вобрать в рот эти соски, они, возможно, такие же чувствительные, и, если муж позволит, испить от туда молоко. Юнги оставляет вздернутой футболку и осматривает Чимина полностью. Какой же он неимоверно привлекательный. С этими бедрами, грудью и, самое главное, круглым животиком. Юнги невольно представляет, как бы омежка сидел на его члене, пока сам размещается между его ног. Как бы тот стонал, пока альфа вгоняет в него свой узел.... Эти мысли заполоняют голову Юнги и он непроизвольно чувствует, как в нижнем белье становится тесно. Черт. Это очень плохо. Потому что альфа не может сделать то, что представляет. Во-первых, потому что Чимин в данный момент спит, а, во-вторых, секс во время беременности, тем более на таком сроке может быть опасным. Юнги никогда не был сексуально озабоченным. Они с Чимином всегда занимались любовью, как среднестатистические люди, и альфа мог перетерпеть, когда времени на близость не было. Но с беременностью Чимина у него едет крыша, и он понимает, что смог бы разложить такого своего омегу прямо на полу около кровати. Кажется, ему уже не важно где. Главное разложить и жестко трахнуть. Юнги с болью стонет, понимая, что ему опять шиш с маслом, а не секс. Он опускает одежду Чимина и уходит в другую комнату. Там он справляется со своей нуждой рукой, представляя вместо нее узкое отверстие своего мужа.

***

На следующий день Юнги и Чимин едут в больницу. На месте они оказываются почти быстро, поэтому оставшееся время сидят и ждут на мягких диванчиках. Чимин втыкает в телефон. Юнги сидит рядом, поглядывает на омегу, а потом задумывается. Юнги не просто так сегодня поехал. Нет, он всегда старается поддерживать мужа и ходит с ним везде. Тем более видеть своего ребеночка, которого вы зачали от большой любви, так приятно. Ты будто окрыляешься. Но сегодня немного по-другому. Юнги долго думал и решил, что хочет поговорить с акушером насчет секса. Ну реально! Он уже не вывозит! Он, наверное, слабак, если не может потерпеть оставшийся месяц. Хорошо. Он будет слабаком, только дайте ему его омегу! Наконец, Юнги и Чимин заходят в кабинет. Омега ложится на кушетку и задирает кофту, позволяя врачу налить гель и начать водить аппаратом. На экране отображается малыш. Супруги с интересом смотрят, а Юнги вообще лыбится, как дебил. Врач говорит, что с ребенком все хорошо. Правильный вес и размер. Так же он говорит примерные сроки рождения и когда следует ложиться в больницу. — Можете садиться, — доктор дает Чимину салфетку и возвращается за стол. Тот вытирает живот, а Юнги помогает ему встать и сесть рядом с ним. — Я бы вам порекомендовал заниматься интимом на этом сроке, — продолжает акушер. — Он облегчит роды и поможет гормональному фону. Риск вызвать схватки почти мал, поэтому не беспокойтесь. Самое главное, чтобы омеге было удобно и не тяжело с таким животом. Учтите это. Не следует перенапрягаться и вставать в колено-локтевую. Повышается нагрузка на суставы. Во всем остальном... можете быть вольны. Юнги пытается не улыбаться, чтобы действительно не выглядеть, как дебил. Прекрасно, что врач сам об этом заговорил, иначе Чимин бы его ударил за такой неловкий вопрос. Вскоре они выходят из кабинета и медленно идут на выход. Юнги держит Чимина под руку. — Минни, ты слышал? — говорит он. — Врач сказал нам заниматься сексом. — Я понял уже, что не отделаюсь от тебя, — пыхтит тот. Они выходят на улицу и садятся в машину, следуя по направлению домой.

***

В тот же день Юнги долгое время находится на кухне. Варит какой-то суп на плите, рис и нарезает овощи. Он решил взять на себя приготовление обеда, не обращая внимание на сопротивление Чимина. Они вместе едят, а потом Юнги помогает мужу вернуться на диван гостиной, где тот начал смотреть какую-то программу и вязать носочки для малыша. Альфа укрывает ножки Чимина пледом, чтобы им было теплее, и чтобы не соблазняться раньше времени. Омега, как и сказали вчера, сегодня находится только в длинной футболке. Юнги, в свою очередь, продолжает заниматься домашними делами. Он стирает постельное белье и гладит одежду для малыша, заботливо складывая ее в комод в детской, которая уже была хорошо благоустроена и все нужные вещи на местах. После он возится в гардеробе, где убирает ненужную одежду подальше в ящики. На часах уже вечер. Чимин перекатился в спальню, а Юнги пил кофе на кухне и разговаривал по телефону. Совсем недавно приехала доставка из магазина, потому что омега захотел свежих ягод. Альфа промывает их и перекладывает на тарелку, затем несет в спальню. — О, ну наконец-то! Чимин лежит на кровати и выхватывает тарелку из рук. — Спасибочки! Юнги смотрит на мужа. Тот все такой же. Потом пытается переключить внимание на телевизор, где омега досматривал комедию. Альфа ложится около него и слушает, как муж смеется. Поскорее бы этот фильм закончился! Когда комедия подходит к концу и начинают идти титры, Чимин хватает пульт, выключает телек и ставит пустую тарелку из под ягод на тумбу. Он пыхтит и не замечает, как Юнги на него смотрит. — Весь день пролежал, капец, — жалуется Чимин. Альфа ничего не отвечает. Он пододвигается ближе и касается его руки. Омега, наконец, обращает на него внимание. — А вот ты молодец. Всю работу переделал за меня. — Я обязан. Юнги привстает и перекладывает руку на бок. Гладит его, а потом ползет к бедру. Чимин не сопротивляется. Он, наоборот, размешается поудобнее на подушке. Сгибает ноги и разводит их, будто делает приглашение. Альфа соскакивает со своего места и быстро перемещается к ногам мужа. Футболка полностью сползла к низу. Юнги, наконец, может полностью осмотреть бедра, о которых долго грезил. Теперь ему ничто не запретит. Они такие же мягкие, как альфа и представлял. Он припадает губами к коже, целует, засасывает ее, оставляя пятна намного ярче растяжек. Переходит от одной ножки к другой. Покрывает мокрой дорожкой от лодыжки до коленки, от коленки до таза. Он целует внутреннюю часть бедер и понимает, что делает все правильно. Юнги снимает с себя футболку и хватает ту же вещь на Чимине, осторожно потянув вверх. Омега ему помогает и отбрасывает ее в сторону. Альфа оглядывает омегу и думает, что ему точно мерещится. Любимый перед ним полностью обнажен (почти, но это он совсем скоро исправит). Чимин лежит, раскинув конечности в обе стороны, и шумно дышит. Перед глазами Юнги открывается восхитительный вид на грудь, чьи соски заметно увеличились и встали; на большой круглый животик, о котором он так мечтал. Он кладет на него руку и проводит, оглаживая сбоку. Да, на них весьма много растяжек, но это так прекрасно вписывалось во всю картину. Альфа проводит по ним. Наклоняется к животу и целует бледные дорожки. Потом переходит к пупку. Он гладит пальцами вокруг, а потом задевает ногтем сам пупочек. Омега издает сдавленный стон. Такой чувствительный, как и ожидалось. Юнги снова повторяет. Теребит кончиками пальцев, а потом присасывается губами, начиная языком по нему водить. Чимин немного выгибается и напрягает ноги. Ладошки ползут по низу пузика и задерживаются там. Он стонет. Юнги сквозь улыбается и, чувствуя напряжение мужа, начинает успокаивающе гладить ножки и бока. Он ласкает Чимина так еще пару минут, а потом отстраняется. Альфа быстро стаскивает с себя штаны с трусами, а потом возвращается на место. Юнги поднимается к Чимину и целует его губы. Ему жадно отвечают, а потом мычат. Альфа понимает в чем, возможно, причина. О своем комфорте он позаботился, а о своей беременной омежке нет. Альфа стягивает нижнее белье с мужа и так же с замиранием смотрит. Внизу небольшой возбужденный омежий член, покрытый вокруг светлыми лобковыми волосами. Юнги сгибает ноги Чимина, прося подержать их на весу. Его просьбу исполняют, а сам он ныряет к паху. Альфа мнет ягодицы и, наконец, проводит пальцами по промежности. Она совершенно мокрая, горячая, красивая. Как и всегда. Из дырочки течет смазка, начиная пачкать чистую простынь. Юнги трогает ее большим пальцем, она сжимается, а сверху снова доносится стон. Знают, что сейчас начнут с ней делать. Он подкладывает маленькую подушку под ягодицы Чимина, целует промежность, а потом припадает губами к сладкому отверстию. Альфа слышит громкий стон. Он пытается пробраться языком глубже, посасывает края, пытается прикусить их, а нос несильно утыкается в мошонку. Юнги целует, глубоко лижет отверстие, играется языком с ней. Он чувствует ручонку в своих волосах, которая цепко схватилась. Юнги отстраняется с влажным ртом и носом. Вытирает их и убирает подушку на место. Потом решает уделить внимание уже мужу. Они целуются долго и мокро. Альфа гладит его живот, чувствуя шевеления, а потом спускается к груди. Горошины крупные и тоже мокрые. Вероятно, жидкость из нее начала просачиваться. Они блестят в свете и Юнги не выдерживает, присасываясь к груди. Чимин скулит и тяжело дышит в ответ. Его альфа делает все так неимоверно хорошо. Он осторожно покусывает, сосет, словно младенец, вскоре начиная чувствовать пряную жидкость во рту. Как и думал, безупречный вкус. После Юнги ласкает вторую грудь и отстраняется. Он молча смотрит на мужа и тот кивает. Альфа пододвигает свой таз ближе к раскрытому месту. Он берет свой член в руку и ведет по промежности, собирая смазку и размазывая по стволу. Его муж так течет. Такое ощущение, что не один он ждал этого момента. Если не Чимин, то его нутро точно. Юнги прижимается крупной головкой к отверстию и трется ей. Хочет немного подразнить Чимина и себя. Он видит, как раскрывается отверстие, желая поглотить орган, а сам больше трется, имитирует толчки. Слышит возмущенные кряхтения Чимина, его попытки насадиться. После этого Юнги решает остановиться, потому что врач сказал, что омеге нельзя напрягаться. Он начинает медленно входить, придерживая мужа за бока. Тот в удовольствии мычит и опускает ладошку на живот. — Все хорошо? Тебе не тяжело? — спрашивает альфа. Омега мотает головой и с благодарностью на него смотрит. Юнги шире раздвигает его ноги и входит почти полностью. Он ждет некоторое время, а когда слышит новые возмущения, делает легкое движение, заменяя на их место стон. Альфа плавно толкается, с каждым движением погружаясь все глубже, до самых яиц. С любовью гладит мужа во всех местах. Наклоняется к нему, сгибая туловище пополам, но животик немного мешает. Целует губы, а Чимин мычит от плавных толчков и нежности со стороны альфы. — Милый, давай немного быстрее, — шепчет он, зачесывая пряди волос любимого назад. — Давай так, как хочешь. Юнги с восторгом на него смотрит и опять целует, только с большой благодарностью. Омега доверил и позволил делать с его телом, что хотелось. Как же они любят друг друга. Он ускоряет движение бедрами. Опускается к шее Чимина, обдает ее горячим дыханием. Потом Юнги немного выпрямляется и начинает входить уже быстрее. Решает взять так, как мечтал. Яйца звонко шлепаются о промежность. Толчки сильные и резкие. Чимин не знает, куда деть свои руки. Он опускает одну под низ животика и обнимает его, пытаясь придержать, потому что Юнги слишком быстро входит. Альфа это замечает и берет другую руку в свою, делая из них замок около его головы. Чимину кажется, что он теряет сознание от удовольствия. Альфа рычит и одновременно сосет грудь мужа, желая довести его до пика. Тот так громко стонет ему в ухо, сжимает его плечи, карябает спину. Им обоим неимоверно хорошо. Юнги останавливается — вплотную — и чувствует, как кончает в Чимина, но не спешит выходить. Не хочет да и его муж еще на пределе. Узел на члене начинает набухать, сцепляя их вместе, после чего омега, наконец, изливается, пачкая свой живот и ляжки. Узел сильно растягивает. Чимин стонет, чувствует горячую сперму мужа внутри себя, а потом этот звук утопает в поцелуе с Юнги. Он гладит его животик, шепчет всякие нежности и вытирает со лба пот. — Устал, да? — спрашивает Юнги. Чимин кивает и пытается отдышаться. Он действительно вымотался. Будто марафон пробежал. У Юнги влажная спина и шея. Чимин берет край простыни и протирает все места. Узел спадает через несколько минут, после чего альфа выходит, по новой пачкая простынь своим семенем, но это не важно, потому что все равно снова менять. Юнги приносит мужу стакан воды, а потом они вместе идут в душ. Он помогает Чимину помыться во всех местах. Потом обтирает его полотенцем, а в комнате одевает и одевается сам и просит подождать, пока меняет простынь на кровати, после чего укладывает мужа на подушки. Юнги хочет уйти на кухню, чтобы начать готовить ужин, но Чимин его не отпускает и удерживает за шею. Просит, чтобы они побыли вместе. Он есть пока не хочет и, в крайнем случае, можно вообще доставку заказать. Альфа слушается и снова начинает целовать мужа, целомудренно. Так прекрасно, что он смог осуществить все свои желания, и, судя по всему, это не последний раз. До родов еще целый месяц. Юнги благодарит за все и чувствует себя самым счастливым.