Блич: За гранью души

О Роза, ты больна!

Сквозь мрачный ураган

Летит во тьме ночной

Невидимый червь-тиран.

—】|【—

— Это ложь! — вскричала Рукия, хлопнув ладонями по столу так, что зазвенели чашки и тарелки. — Уверяю вас, Кучики-сан, это чистая правда, — сухо ответил Урахара. — Вы тогда, скорее всего, ещё даже Академию не окончили, поэтому и не знали всей подоплёки. Но о странных исчезновениях душ в Руконгае вы ведь наверняка слышали? — Конечно слышала! — Рукия всё ещё отказывалась верить. — Но… Но это просто в голове не укладывается! Капитан Айзен всегда был таким добрым, его все уважали и им восхищались. Он же сам читал нам лекции по каллиграфии, когда я училась в Академии! — Ему всё сходило с рук только благодаря возможностям его занпакто, — хмуро вставил Ишшин. — Как? — тихо спросила Рукия. Всего за пару часов её привычный мир перевернулся с ног на голову. Единственное, что ей оставалось сейчас — попытаться хоть как-то принять эту новую, пугающую реальность. — Кьёка Суйгецу, — вздохнул Урахара. — Способность занпакто Айзена — абсолютный гипноз. Я не знаю всех тонкостей её работы. Знаете ли, он не соизволил вдаваться в детали, пока злорадствовал над Хирако Синдзи. Но суть происходящего он обрисовал предельно чётко. — Это… безумие, — едва слышно выдавила Рукия, до белизны в костяшках сжав кулаки. — Но зачем вы рассказываете мне всё это? Почему именно сейчас? — Потому что они перешли к активным действиям, — мрачно отрезал Ишшин. — Неужели вы не на находите странным, Кучики-сан, что шесть пустых, которым оставался буквально шаг до эволюции в Меноса Гранде, действовали сообща? Вместо того чтобы, как им и положено, пожрать друг друга? — сухо припечатал Урахара. Она вздрогнула. — И мало того, один из них умудрялся становиться абсолютно невидимым. Он скрывал свою реацу до такой степени, что вы не могли учуять её ни на йоту, пока тварь не перешла в атаку, — лавочник слегка наклонил голову, и тень от полей шляпы полностью скрыла его лицо. — Даже для Джуреичи (Насыщенной духами земля) это выходит далеко за рамки нормы. Да, концентрация пустых здесь выше обычного. Но это означает лишь общую высокую активность, а не внезапное появление исключительно сильных особей. Меносы Гранде и те, кто едва уступает им по силе, не разгуливают по миру живых каждый божий день без веской причины. Рукия какое-то время молча смотрела на него, а затем глубоко вздохнула. — Хорошо… Допустим, я вам поверила. Я готова признать, что пустые вели себя странно, но… в чём цель? Каков его конечный план? Если Айзен настолько опасен, неужели вы рассчитываете… — тут она скосила взгляд на рыжеволосого парня. — Без обид, Ичиго, но неужели вы ждёте, что он, пусть даже такой сильный, сможет в одиночку устранить Айзена? Она снова подозрительно уставилась на лавочника. — И кроме того… Всем синигами дан чёткий приказ: при обнаружении Урахары Кисукэ немедленно доложить в Общество Душ. Почему ты так откровенен со мной? — Потому что если бы он втянул моих детей в это дерьмо без их прямого согласия, он знает — я бы лично оторвал ему голову. Друг он мне или нет, — ровным тоном ответил Ишшин вместо изгнанника. При этом на его лице застыло выражение откровенной скуки. — Ну-у-у, это немного грубо, Куросаки-сан, — Урахара картинно надулся. Ишшин лишь выразительно закатил глаза. — Какая жестокость! — лавочник шутливо прикрылся веером, изображая глубокую скорбь. В комнате раздались смешки. Урахара внезапно посерьёзнел и тяжело вздохнул: — А если откровенно, Кучики-сан… Если бы не инициатива Куросаки-сана, я бы вообще не стал утруждать себя этими откровениями. — О, от этого мне прямо намного легче стало, — съязвила Рукия, чувствуя, как у неё нервно дёргается бровь. — Правда в том, что вы — наименее заметная и заведомо слабая цель, которую проще всего использовать, — продолжил Урахара, проигнорировав её колкость. — Каракура находится под юрисдикцией Тринадцатого отряда, так что в назначении обычного рядового офицера присматривать за городом нет ничего подозрительного. — Ладно, но зачем ему вообще посылать сюда кого-то конкретного? — нахмурилась она. — Что такого особенного в этой Каракуре? Я имею в виду, помимо очевидных вещей? — Мы подозреваем, что Пустой, который напал на меня во время моей первой вылазки в город Наруки около восемнадцати лет назад, был очередным его экспериментом, — Ишшин помрачнел и скосил глаза на сына. — Айзену наверняка не терпится увидеть результаты. Мы упорно трудились, чтобы очистить город от слежки, но сам факт того, что количество и сила прибывающих пустых растут, говорит об одном: мы убрали далеко не всех его «жучков». — Результаты… — Рукия резко повернула голову к Ичиго, её глаза округлились от шока. — Не я. Моя мама, — негромко произнёс Ичиго. — Хотя, учитывая мою силу, полагаю, я и есть тот самый финальный итог. Вот только это точно не то, что он мог предвидеть или действительно собирался спланировать. — Именно так, Куросаки-сан, — Урахара раскрыл веер и неторопливо обмахнулся им. — Айзен, без сомнения, проявил бы к вам огромный интерес, даже если бы его скрытые системы слежки не зафиксировали ни одной вашей способности. Но если мы упустили хотя бы одного его «наблюдателя», он наверняка уже уловил отголоски вашей силы, и его любопытство только разгорелось. В конце концов, если я правильно его раскусил, этот человек одержим идеей стать «совершенным существом». И если бы он решил, что вы топчетесь на месте без занпакто и должных тренировок, он обязательно сделал бы что-нибудь, чтобы это исправить. Признаться, размышляя об этом, я всё больше прихожу к выводу, что появление Кучики-сан здесь не случайно. Она косвенно связана с семьёй вашего отца, владеет шикаем и к тому же достаточно сильна, чтобы в одиночку уложить двоих из тех шести пустых. По его безупречному замыслу, даже будучи раненой, она смогла бы многому вас научить. — А поскольку я занимаю должность младшего офицера, а не лейтенанта, на мне нет Гэнтэй Рэйин (Ограничивающая духа печать), и я могла сражаться в полную силу, — Рукия подхватила ход мысли, и на её лице отразился неподдельный ужас. — Но я ни за что не смогла бы сама достать для него гигай или асаучи… Значит, Айзен подстроил моё ранение, чтобы подтолкнуть меня к вам? — Именно так, — Урахара с громким хлопком закрыл веер. — Но при всём том, что Айзен — гениальный тактик, он далеко не всезнающ. К тому же Ишшин десятилетиями не покидал свой гигай и вёл себя так, будто у него вообще не осталось духовной силы. Наша контрслежка была сосредоточена на ключевых зонах — в первую очередь на всём, что находится в радиусе трёх километров вокруг дома Куросаки и моего магазина. Из-за этого Айзен, по всей видимости, не просчитал, что Ишшин вообще сможет вмешаться после вашего ранения. Видите ли, главной причиной моего изгнания из Общества Душ стало то, что они обнаружили одно из моих изобретений. Обычные гигаи создаются из высококонцентрированных рейши, чтобы компенсировать силу, которую синигами тратит на их поддержание. Любые действия внутри такой оболочки легко отследить из Сейрейтея, а сама мысль о том, что синигами в мире живых может бесследно исчезнуть из поля зрения радаров, считалась немыслимой. Но я создал нечто иное. Рукия тяжело сглотнула. — К чему вы клоните? — она почувствовала, как внутри всё походело от страшной догадки. Ей искренне хотелось верить, что она ошибается. Ичиго рядом тоже нахмурился, хотя и сдержался, не став сверлить лавочника сердитым взглядом. — Всё просто, — сказал Урахара, откладывая веер. — До того как возглавить Двенадцатый отряд, я служил третьим офицером в Онмицукидо. Мысль о том, что оперативники Скрытого подразделения не способны уходить в по-настоящему глубокое подполье, всегда казалась нам упущением. Поэтому я попытался создать гигай, который вообще не содержал бы рейши — оболочку, позволяющую буквально растворяться в пространстве. Прямо сейчас один из таких надет на мне. Ещё один — на Тессае… И точно такой же сейчас на вас. Вот только у прототипа этой технологии обнаружился побочный эффект. Он постепенно истощает находящегося внутри синигами. Рано или поздно наступает момент, когда повреждения становятся необратимыми, и душа полностью теряет всю свою духовную силу. — И ты засунул меня в эту дрянь?! — Рукия рванулась через стол, явно намереваясь задушить безумного учёного. Ичигo среагировал мгновенно. Вскочив со стула, он на перехвате перекрыл траекторию её прыжка. Парень ловко поймал Рукию поперёк талии прямо в воздухе, удерживая на расстоянии вытянутой руки от лавочника. — Тихо-тихо, остынь! — выдохнул Ичиго, без труда сдерживая бьющуюся в его руках синигами. — Дай этому проходимцу договорить. Обещаю: если он не выдаст нормальное оправдание, я сам ему врежу. Урахара кашлянул, скрывая смешок. — Как я уже говорил, — протянул он с неизменной ухмылкой, — тот прототип истощал силы синигами, превращая их в обычных людей. И хотя это было непреднамеренным побочным эффектом, в итоге дефект оказался потенциально полезной функцией. Видите ли, с тех пор как Айзен стал синигами, он преследовал одну конкретную цель: разрушить барьер между проводниками душ и пустыми. Все его эксперименты были направлены на пустификацию одних и синигамификацию других. Тот пустой, что заразил мать Ичиго, скорее всего, создавался именно для этого. Мы оба исследовали данный вопрос больше века… и, подозреваю, независимо друг от друга пришли к одному и тому же ответу. Разница лишь в том, что мой вариант оказался куда успешнее его. Урахара на мгновение посерьёзнел, его взгляд стал пронзительным. — Когда Хирако Шинджи и остальные капитаны с лейтенантами так и не завершили пустификацию, Айзен наверняка до безумия захотел узнать, как мне удалось их спасти. У него точно потекли слюнки при мысли о том, как бы прибрать к рукам устройство, которое я для этого использовал. Хогиоку. То самое устройство, которое я тщетно пытался уничтожить и прятал от него весь прошлый век. Он слегка склонил голову набок. — Так что же я должен был делать, если бы мне на блюдечке с голубой каёмочкой преподнесли раненого синигами, остро нуждающегося в гигае? Синигами, который понятия не имеет о существовании артефакта, способного поместиться прямо внутри его души. А затем… эту душу поместили бы в неотслеживаемый гигай, который постепенно истощал бы её силы, превращая носителя в обычного человека… У Рукии буквально отвисла челюсть. Ичиго рядом шокированно и зло хмыкнул: — Сливаешь силу синигами, а вместе с ней гасишь и излучение самого артефакта… Ну ты и хладнокровный ублюдок, Гэта-боси. Рукия застыла, часто и тяжело дыша, словно ей только что нанесли сокрушительный удар в грудь. Её кулаки крупно дрожали от удушающего коктейля из ярости, ужаса и абсолютного бессилия. Слова Урахары набатом отдавались в голове, складывая разрозненные кусочки мозаики в жуткую картину. Она была не просто пешкой Айзена. Она стала живым контейнером, сейфом для контрабанды опаснейшего оружия, которое этот безумный учёный решил похоронить за счёт её собственной жизни. — Ты… ты просто использовал меня, — её голос сорвался на свистящий шёпот, а широко распахнутые глаза налились слезами гнева. — Ты засунул меня в этот гигай, зная, что я медленно превращаюсь в человека? Зная, что я потеряю всё, чем была?! Какое право ты имел решать за меня?! Она резко перевела взгляд на Ишшина, отчаянно ища поддержки, но бывший капитан лишь хмуро отвёл глаза — он прекрасно понимал всю жестокую необходимость этого плана. Тогда она посмотрела на Ичиго, который всё ещё крепко, но бережно удерживал её за талию. — Ичиго, пусти меня! — выкрикнула она, и в её голосе забились панические нотки. — Он безумец! Вы все здесь безумцы! Я должна немедленно вернуться в Общество Душ, должна доложить капитану Укитаке, я… Она осеклась, внезапно осознав всю глубину пропасти, в которой оказалась. Если Урахара прав, то в Обществе Душ её никто не защитит. Ей просто никто не поверит, и тогда по её душу явится сам Айзен — явится за этой проклятой вещью. Рукия безвольно обмякла в руках Ичиго, внезапно почувствовав себя невероятно маленькой, хрупкой и абсолютно беззащитной. — Что… что он собирается делать дальше? — с трудом выдавила Рукия, пока Ичиго помогал ей сесть обратно на стул. Парень не отпустил её полностью — он продолжал мягко придерживать её за плечи. И она была ему за это искренне благодарна. Ей казалось, что стоит ему убрать руки, и она просто развалится на части. Урахара равнодушно пожал плечами: — Это довольно легко просчитать. Передавать силы синигами человеку строго запрещено из-за давнего инцидента с одним Временным синигами. По логике Айзена, вы должны были выбыть из строя на недели, а то и на месяцы, полностью исчезнув с радаров Сейрейтея. Вместо этого в Каракуре появился бы человек с силами синигами, а Общество Душ прислало бы за вами карательный отряд. Дело закрыто, вы под арестом. — А затем они извлекут из меня Хогиоку, — Рукия зажмурилась, признавая неизбежное. — Не совсем так, — мрачно произнёс Ишшин. — Урахара изобрёл способ спрятать артефакт внутри души, а значит, ему требовался и метод его извлечения, возникни в этом необходимость. Вот только этот метод известен лишь ему одному. Айзену пришлось бы воссоздавать его с нуля, опираясь на свои обрывочные исследования. Куда более простым и быстрым вариантом для него будет просто испарить твою душу, а затем забрать Хогиоку целым и невредимым. Она побледнела, в шоке уставившись на него. — Вы же не имеете в виду. — Казнь, — тихо произнёс Ишшин. — Через Сокьёку. Она задрожала всем телом, опустив взгляд на свои колени. Слова отца Ичиго набатом отдавались в её голове. Казнь через Сокьёку. Самая жестокая кара, при которой душа жертвы испаряется навсегда. И всё из-за Сосуке Айзена. Один из самых добрых и мягких капитанов во всём Сэйрэйтэе на самом деле хладнокровно использовал её. Использовал, чтобы затем просто выбросить, как отработанный материал, ради собственных эгоистичных целей. У каждого есть свой предел. И Рукия Кучики только что дошла до своего. Её нижняя губа и подбородок задрожали, когда она попыталась что-то сказать, но вместо слов наружу вырвался лишь жалкий всхлип. Из глаз хлынули слёзы. Она намертво вцепилась в Ичиго, уткнулась лицом ему в шею и отчаянно, навзрыд разрыдалась.

—】|【—

Когда она начала успокаиваться, то почувствовала, как Ичиго осторожно, убаюкивающе поглаживает её по спине. Судорожно выдохнув, Рукия отстранилась. До неё наконец дошло, что всё это время парень просто пытался её поддержать, и на щеках проступил едва заметный румянец. — Извини… — буркнула она под нос, отводя взгляд. Ичиго иронично выгнул бровь: — Думаешь, если бы меня раздражал твой рёв, я бы полез обниматься? Она шмыгнула носом и коротко, хрипло рассмеялась. Взяв салфетку, Рукия быстро привела себя в порядок, стёрла следы слёз и решительно подняла голову. От её недавней слабости не осталось и следа — теперь на присутствующих смотрел боец с ледяным, убийственным взглядом. Ичиго одобрительно ухмыльнулся. Они повернулись к Ишшину и Урахаре, которые до этого тактично переминались с ноги на ногу чуть поодаль, давая им побыть наедине. Рукия с ходу уставилась на владельца магазина: — Что от меня требуется? — О-о? — Урахара демонстративно округлил глаза, изображая глубочайшее удивление. — Надо понимать, Кучики-сан, вы в деле? — Чёрт меня дери, если ты так думаешь! — отрезала она, и в её голосе зазвенела чистая, праведная злость. — Я тебя ненавижу, Кисуке Урахара. Но пока… я подыграю тебе. Так что выкладывайте уже свой чёртов план! — Ну что ж, Кучики-сан, — Урахара с характерным щелчком взмахнул веером, пряча за ним довольный оскал. — Рад, что вы спросили!

—】|【—

Парк в районе Цубакидай был пуст, когда над кронами деревьев раскинулся бархатный купол ночного неба. Вечерняя прохлада приятно освежала лицо, смывая остатки того удушливого напряжения, что царило в комнатке магазина Урахары. Ичиго шёл чуть впереди, засунув руки в карманы брюк и лениво пиная носком обуви мелкие камешки на асфальте. К счастью, у Гэта-боси завалялась одна простая белая футболка которую тот любезно подарил в замен уничтоженной рубашки. Он намеренно выбрал этот отдалённый маршрут: здесь по вечерам очень тихо и спокойно, а стрёкот цикад в густой траве да тусклый жёлтый свет редких фонарей помогало очистить голову. Рукия плелась чуть позади, непривычно тихо переставляя ноги. На ней всё ещё был тот самый гигай, но сейчас, без давящего присутствия вечно недоговаривающего лавочника и внезапно посерьёзневшего отца Ичиго, ей дышалось гораздо легче. — Эй, — Ичиго остановился у старой деревянной скамейки под раскидистым клёном и повернулся к ней. — Ноги не отвалятся, если мы ещё немного побродим? Или ты уже выдохлась, офицер? Рукия вскинула голову, и в её тёмных глазах на миг вспыхнуло прежнее упрямство. Она задрала подбородок и ускорила шаг, демонстративно обходя его стороной. — Ха! Не равняй меня с обычными людьми, Ичиго. Синигами не знают усталости от обычной ходьбы. Даже в… — она запнулась, но тут же переборола себя, — даже в таком теле. — Вот и отлично, — парень хмыкнул, сокращая дистанцию и снова пристраиваясь рядом. — А то я уже начал думать, что мне придётся тащить тебя на загривке через весь город. откровения. На пару минут снова воцарилось молчание, но оно уже не было тяжёлым. Это была передышка перед бурей, которую они оба молча приняли. Рукия посмотрела на профиль Ичиго — его насупленные брови, вечно недовольное лицо, яркие рыжие волосы, которые в свете фонарей казались почти золотыми. Этот парень только что узнал, что вся его жизнь, сила и даже смерть матери были частью чьей-то гроссмейстерской игры. И всё же он стоял здесь, живой, злой и готовый драться. — Почему ты не злишься на Урахару? — негромко спросила она, остановившись у невысокого заборчика, за которым открывался вид на спящий город. — Он ведь… по сути, обрёк меня на исчезновение. А тебя и твою семью использовал как щит! Ичиго подошёл ближе, оперся ладонями о перила и уставился на далёкие огни Каракуры. — Кто сказал, что я не злюсь? — его голос прозвучал глухо, с опасной хрипотцой. — Я хочу пристрелить этого торгоша. Нет, я хочу разорвать его на часть. И отцу тоже достанется за то, что молчал все эти годы. Но… Гэта-боси прав в одном. Хотим мы того или нет, Айзен нас уже в это втянул. Мне даже предложили остаться в стороне, но я понимал, что этот ублюдок этого не позволит. И если выбор стоит между тем, чтобы сидеть сложа руки и ждать, пока этот гипнотизёр до тебя доберётся, или довериться этому проходимцу… я выберу второе. По крайней мере, так я смогу лично дотянуться до чьей-то глотки. Рукия затаила дыхание, глядя на него. — К тому же, — Ичиго повернул к ней голову, и его взгляд внезапно смягчился, — я ведь виноват в том, что ты оказалась в таком положение? Поэтому слушай: я обещаю что буду защищать тебя. Я не дам тебя казнить. Я приду и спасу тебя. Даже если ради этого придётся пойти против всего Общества Душ. У Рукии перехватило горло. Сердце предательски пропустило удар, а к щекам снова прилил жар. Чтобы скрыть смущение, она резко отвернулась к горизонту и изо всех сил зажмурилась, изо дня в день поражаясь тому, откуда в этом придурковатом смертном столько глупой, но такой согревающей уверенности. — Идиот, — тихо, но без прежней злости выдохнула она. — Капитаны невероятно сильны… — Значит я могу не сдерживаться, — перебил её Ичиго, и на его лице появилась уверенная ухмылка. — Ладно, пошли домой. А то если мы опоздаем к ужину, Юзу объявит мне личную войну. А её я боюсь побольше этого Айзена.

—】|【—

Наконец пришло воскресенье — единственный день в неделе, когда Ичиго мог законно развалиться на диване, чилить перед телевизором и лениво уплетать пиццу. Однако на этот раз планам не суждено было сбыться. Младшие сёстры бесцеремонно вытащили его и Рукию на футбольное поле. Видите ли, в Обществе Душ про футбол никто отродясь не слышал. Стоило Рукии неосторожно поинтересоваться, что это вообще за игра, как Карин тут же безапелляционно объявила: они идут учить новую гостью самому популярному виду спорта на земле. Ичиго даже выбора не дали! Его просто выставили за дверь. Единственное, что ему удалось отвоевать в этой неравной схватке — заветную коробку с недоеденной пиццей. Юзу тоже присоединилась к ним. Погода в этот день выдалась на редкость хорошей, и на школьном стадионе никого не было. Карин, одетая в свою повседневную спортивную форму и любимую красную кепку, с ходу сбросила на траву потёртый чёрно-белый мяч и уверенно наступила на него подошвой кроссовки. — Слушай сюда, Рукия, — Карин серьёзно скрестила руки на груди, включив режим строгого тренера. — Правила проще некуда. Бегаешь по полю, пинаешь мяч ногами и пытаешься забить его вон в те ворота которые защищает Юзу. Руками трогать нельзя, если ты, конечно, не вратарь. Поняла? Рукия, стоявшая в своём мешковатом спортивном костюме, который ей одолжила Юзу, нахмурилась и с глубочайшей концентрацией уставилась на кожанный мяч. — Хм… Пинать ногами мяч, чтобы доставить её в назначенный сектор без использования верхних конечностей, — пробормотала она себе под нос. — Чем то похоже на игру кэмари которую я играла когда ещё жила Руконе. Что ж, звучит не так уж сложно. Я справлюсь! Ичиго, который к этому моменту уже успел поудобнее устроиться на невысокой трибуне у края поля, открыл коробку и смачно откусил кусок остывшей пиццы. — Ну-ну, удачи, — хмыкнул он, жуя. — Посмотрим, как ты запоёшь, когда Карин начнёт обходить тебя на дриблинге. Эта мелкая на поле превращается в настоящего монстра. — Тихо, Ичи-нии! Лучше смотри и учись! — Карин легонько пнула мяч в сторону Рукии. — Давай, попробуй отобрать его у меня! Они некоторое время играли. Карин безжалостно гоняла Рукию по всему полю, а та, с пыталась угнаться за летающим снарядом, но его младшая сестра не за красивые глазки заслужила свои трофеи и звание капитана футбольной команды младшей школы. Ичиго лениво наблюдал за картиной, как Бог смерти пытался отобрать мяч у одиннадцатилетней девочки, но терпел полное поражение. — Привет, Куросаки-кун! — звонкий, весёлый голос внезапно раздался у него прямо над ухом. Это произошло настолько неожиданно, что парень вздрогнул и едва не подавился очередным куском пиццы. Он судорожно закашлялся, пытаясь проглотить еду, и резко обернулся. За спиной, сияя своей фирменной добродушной улыбкой, стояла его одноклассница. Она держала в руках белый пакет, из которой которого торчал стебель зелёного лука. — И-Иноуэ? — сумел спросить Ичиго, округлив глаза и всё ещё прочищая горло. — Ты что здесь делаешь? — Ой, извини, я не хотела тебя напугать! — Орихиме виновато прижала ладошки к щекам, но тут же снова расплылась в улыбке. — Э-хе-хе. У меня обеденный шопинг! Я купила лук, масло и бананы и… — начала девушка перечислять свои продукты. «И что она собирается из этого приготовить?..» 《Я не повар, но даже я знаю, что лук и банан не совместимы》 — А что ты здесь делаешь, Куросаки-кун? — не замечая внутренних мыслей Ичиго, спросила Иноуэ. — О? Я? — Ичиго глупо указал на себя пальцем, на секунду растерявшись от такого простого вопроса. — Да меня эти двое в добровольно-принудительном порядке из дома вытащили. Карин возомнила себя великим тренером и решила устроить… — Кучики-сан?! — удивленно воскликнула Орихиме, заметив, что к ним со стадиона подошли Рукия вместе с Карин и Юзу. — Хм? Кто ты вообще такая? — возмущённо спросила Рукия, тяжело дыша после пробежки и недовольно скрестив руки на груди. — Дура! Это Иноуэ! Из нашего класса! — шёпотом предупредил он её. — Класса? — прошептала в ответ синигами удивленно, затем сменила серьёзное выражение лица на милое улыбающееся личико. — О, Иноуэ-сан, с Вами познакомиться это честь для меня! — переключившись в режим одноклассницы, сделала она реверанс. Ичиго от такой резкой смены масок чуть не перевернулся через спинку трибуны, а стоявшая рядом Карин лишь выразительно закатила глаза, мысленно поражаясь актёрским талантам их новой жильчки. — Э… Д-да… Это честь… С Вами?.. — ответила неуверенно большегрудая красавица реверансом. 《Стоп, она повелась?! 》 удивился Данте, разделяя мысли Ичиго. Но тут что-то она замешкалась и немного скривилась, будто от сильной боли. И Ичиго заметил, что её левая рука обмотана бинтом, которого ещё вчера не было. Похоже, лишнее движение привело к боли в ране. — Что с твоей рукой?.. Упала, что ли? — спросил Ичиго, заметив на её запястье небольшую ссадину. В его голосе проскользнули нотки искреннего волнения. Он мысленно обругал себя за то, что не обратил внимания на это раньше. — А… О, это? Да нет, не упала! Меня просто сбили! — беззаботно отмахнулась Орихиме, указывая пальцем на пострадавшую руку. — С-сбили?! Машина, что ли?! — не на шутку перепугался Ичиго, едва не выронив коробку с пиццей. Юзу испуганно охнула и тут же подскочила ближе, преданно заглядывая однокласснице брата в лицо: — Боже мой, Иноуэ-сан! Вас сбила машина?! Вам нужно срочно в больницу! Хотите, я принесу аптечку? У нас дома есть отличная мазь от ушибов! Карин, до этого лениво крутившая мяч на пальце, нахмурилась и подозрительно прищурилась: — Слышь, Иноуэ. Если тебя сбил какой-то козёл и скрылся с места аварии, просто скажи мне номер его тачки. Я найду этого ублюдка и так пропишу ему по бамперу, что у него колеса отвалятся! — Ну что вы, не нужно никого искать! — Орихиме смущённо замахала руками, но тут же снова расплылась в своей фирменной улыбке. — Всё совсем не так страшно! Прошлой ночью я просто пошла в круглосуточный магазин, чтобы купить чего-нибудь попить, и БАМ! Прямо в меня! Вообще, в последнее время меня как-то часто сбивают автомобили. Э-хе-хе. Орихиме забавно почесала затылок и мило высунула кончик языка, будто рассказывала не об опасных ДТП, а о том, что случайно наступила в лужу. — Не «э-хе-хе-кай» мне здесь! — в один голос рявкнули Ичиго и Карин. Ичиго сокрушённо схватился за голову, а Карин сердито топнула ногой. — Ты вообще не должна над этим смеяться! — возмутилась Юзу, всплеснув руками от такой вопиющей беспечности. — Сбивать людей и уезжать — это серьёзное преступление! Тебе нужно проявлять больше злости к таким водителям, Иноуэ-сан! — Ну… не то чтобы меня сбивают специально… — пробормотала Орихиме. — Ты часто ушибаешься, Иноуэ-сан? — спросила синигами, вернув серьёзность на лице и отбросив роль одноклассницы. — Очень часто! Чуть ли не каждый день! — сердито буркнул Ичиго вместо одноклассницы. — Я часть забываюсь, так что… — Орихиме смущённо улыбнулась, почёсывая затылок. — Это всё равно не повод вести себя так, будто ушибы неизбежны! — отрезал парень, скрестив руки на груди. — Очень часто! Чуть ли не каждый день! — сердито буркнул Ичиго вместо одноклассницы. — Ну, я просто часто витаю в облаках, так что… — Орихиме смущённо отвела взгляд, сцепив пальцы в замке. — Это всё равно не повод вести себя так, будто эти ушибы неизбежны! — отрезал парень, скрестив руки на груди. 《Эй, Ичиго…》внезапно раздался в голове развязный, но непривычно серьёзный голос Данте. «Чего тебе?!» мысленно огрызнулся Куросаки. 《Слышь, пацан, ты как вообще со мной разговариваешь? Совсем оборзел?!》 Ой. Ичиго мысленно прикусил язык. Он так завёлся из-за беспечности Иноуэ, что не удержался и сорвался на своего внутреннего спутника. «…Прости», неохотно выдавил парень, пытаясь успокоить бушующие эмоции, «Я просто ненадолго вышел из себя. Так что ты хотел сказать?» 《Посмотри на её ногу》скомандовал Данте, мысленно указав направление. «Ногу?..» Прислушавшись к совету, Ичиго действительно заметил кое-что странное. Наплевав на приличия, он присел на корточки прямо перед Орихиме и уставился на её левую лодыжку, чтобы разглядеть всё получше. Из-за этого Карин и Юзу удивлённо переглянулись, а Рукия подозрительно прищурилась. На бледной коже девушки чётко выделялась большая тёмная отметина. И это был совсем не след от удара бампером. Синяк по форме напоминал массивные, уродливые пальцы. Будто кто-то огромный сжал её ногу мёртвой хваткой… Обычный человек не смог бы оставить такой след. — Куросаки-кун? У тебя такое серьёзное лицо… — услышал он прямо над собой тихий, взволнованный голос. Ичигo поднял голову и обнаружил, что Орихиме в недоумении наклонилась прямо к нему. Её лицо оказалось в считанных сантиметрах от его собственного. Осознав, насколько двусмысленно выглядит его поза со стороны, парень слегка покраснел и быстро отпрянул назад, пытаясь сделать бесстрастное лицо. 《Какого цвета?》издевательски протянул Данте в его голове. «Белые… Стоп! Нет! Я ничего не видел!» — Ичиго мысленно взвыл, готовый провалиться сквозь землю от стыда. 《Ага, как же. Хе-хе-хе》нагло заржал этот несносный голос. — А, н-нет… эмм… болит? — поспешно спросил парень. Он отчаянно пытался сменить тему и силой выкинуть из головы то, чего он «совершенно точно не видел», когда заглядывал под подол её юбки в попытке рассмотреть лодыжку. Вот только результат получился совсем не таким, какого он ожидал. Сероглазая красавица вдруг залилась густой краской до самых кончиков ушей и резко отвела взгляд, смущённо теребя ремешок своей корзинки. В воздухе мгновенно повисла неловкая, удушающая тишина. «Она заметила?! Чёрт, она точно заметила!» Ичиго почувствовал, как его собственное лицо начинает гореть, а на лбу выступает холодный пот. Карин, стоявшая чуть поодаль, медленно перевела взгляд с покрасневшей Иноуэ на пунцового брата. Её глаза сузились до крошечных щёлочек, а на лице появилось выражение абсолютного, леденящего презрения. Она знала, что её брат менял девушек и даже парней, как перчатки, но вот такая наглость посреди белого дня… Она сделала глубокий вдох, крепче сжав футбольный мяч в руках, явно собираясь высказать брату всё, что думает о его «мужских наклонностях». Юзу же просто удивлённо переводила взгляд с одного на другого, не совсем понимая, почему все вокруг резко замолчали и покраснели. — Эмм… Иноуэ? — Э? А! Да! Ты прав! Нога болит гораздо сильнее руки! — затораторила она, почему-то снова указывая пальцем на свою руку. «А-а-а?! Да она уже совсем тронулась?!» — Ичиго мысленно схватился за голову. — Ты плохо соображаешь от боли?! Иди к врачу, к ВРАЧУ!!! — в панике настоял парень, бесцеремонно схватив девушку за плечи, чтобы хоть как-то вернуть её к реальности. — А? …ум… — застенчиво кивнула она, уставившись на его ладони. «Почему она ОПЯТЬ покраснела?!» — Куросаки готов был взвыть от бессилия. Девчонка была ходячим недоразумением. Рукия всё это время молча стояла позади них. Выпрямившись, она провожала Орихиме тяжёлым, анализирующим взглядом и о чём-то напряжённо думала. Маленькая синигами прекрасно понимала, что этот след на лодыжке — не плод девичьей неуклюжести. — О! Уже так поздно! — внезапно вскрикнула Орихиме, бросив взгляд на часы на запястье. — Торопишься? — спросил Ичиго на автомате, отпуская её плечи. — Да! Скоро должна начаться моя любимая программа! — весело крикнула она и, резко развернувшись, припустила в сторону дома. На первом же метре она умудрилась запнуться о собственную ногу. Орихиме чудом удержала равновесие, едва не пропахав носом земляную дорожку, но даже не подумала снизить скорость. — Хочешь, чтобы я проводил тебя домой?! — глядя на этот летящий хаос с искренним волнением, крикнул Ичиго ей вслед. Она уже успела отбежать на приличное расстояние. Услышав его крик, Орихиме резко затормозила, обернулась и отчаянно замахала руками: — Ч-что?! Н-нет, я в порядке!!! — смущённо и категорично отвергла она его предложение. 《Хе! Тебя отшили!》 тут же раздался в голове глумливый хохот Данте. «Я тебя теперь вообще игнорировать буду!» — мысленно огрызнулся Ичиго, недовольно скрестив руки на груди. 《Ой-ой, напугал. Хочешь, чтобы я прямо сейчас начал петь в твоей голове песню Джастина Бибера? 》угрожающим тоном спросил дух, мысленно скаля зубы. «Прости, каюсь, больше не буду… Только не это», — моментально сдался парень. Перспектива слушать эту навязчивую песню… только от одной этой мысли он сходил с ума. И всё же отпускать Иноуэ одну Куросаки было как-то не по себе. Смотреть на неё временами бывало просто утомительно, но в груди всё равно селилось странное, тянущее беспокойство. 《Признай, пацан, она тебе нравится》внезапно сменил тон Данте, хмыкнув. 《И дело тут не только в том, что она чертовски привлекательная красотка с большой грудью». «Может, ты и прав…» — мысленно выдохнул Ичиго. 《Эй!..》Данте откровенно завис. Он явно не ожидал от упрямого подростка такого быстрого и честного согласия. Проигнорировав ворчание притихшего в подсознании духа, Ичиго в несколько широких шагов догнал одноклассницу. Не дожидаясь её возражений, он аккуратно, но настойчиво забрал из её рук тяжёлый пакет с покупками. — И всё же я тебя провожу, — твёрдо сказал парень, решительно шагая вперёд и намеренно не обращая внимания на крайнее удивление, вспыхнувшее на лице Иноуэ. Пройдя пару метров, он обернулся и помахал рукой застывшей на стадионе Рукии со своими сёстрам, — Эй! Рукия! Увидимся завтра в школе! Девчонку, я скоро буду! Только провожу одноклассницу! Карин лишь хмыкнула, продолжая крутить мяч, а Юзу восторженно заулыбалась и помахала, мысленно уже добавив милую одноклассницу в список потенциальных невест/женихов его брата. Ичиго успел заметить, как на лице Рукии на мгновение проступило явное недовольство. Она явно хотела поймать Иноуэ для более детального расспроса. Однако раздражение на лице синигами быстро сменилось тяжёлой задумчивостью. Она так и не свела своего пронзительного, сканирующего взгляда с удаляющейся Орихиме. «Ну и плевать», подумал Куросаки, подстраиваясь под шаг Иноуэ. «Меньше всего мне сейчас нужно, чтобы Рукия устроила ей допрос с пристрастием прямо посреди улицы. У меня и так хватает тайн для одного выходного».

—】|【—

По дороге к дому Иноуэ они вели лёгкую, ни к чему не обязывающую беседу. В этот момент Ичиго в очередной раз вспомнил истинную причину, почему он никогда даже не пытался с ней встречаться. В первую очередь дело было в Тацуки. Эта боевая девчонка лично закопала бы его труп в ближайшем лесу, попробуй он хоть на шаг подкатить к её лучшей подруге. Ичиго прекрасно знал, какая у него по школе поползла репутация — репутация ветреного плейбоя, который крутит романы направо и налево, меняя партнёрш как перчатки. А во-вторых, он просто не мог так поступить с самой Тацуки. Ичиго слишком хорошо её знал и не раз замечал, каким особенным, собственническим взглядом она всегда смотрела на Орихиме. Как ласково наблюдала за тем, как Иноуэ в очередной раз чудит или воодушевленно расписывает рецепт очередного безумного блюда. И пускай всё это подавалось под видом обычной девичьей дружбы, Ичиго читал между строк. Нет, он ни за что не стал бы уводить у Тацуки её любовь. Даже если сама Арисава пока была не готова признаться в этом самой себе. Подходя к дому Орихиме, он вспомнил, что та, по сути, осталась круглой сиротой — у неё вообще никого не было в этом мире. Раньше о ней заботился старший брат, Сора, но три года назад не стало и его. Ичигo помнил тот день до мельчайших деталей, ведь именно он тогда открыл дверь клиники. Парень уже собирался уходить в школу, когда раздался отчаянный, непрекращающийся звонок. На пороге стояла маленькая сероглазая девочка, вся в слезах, а на её спине безвольно висел парень постарше. Случилось страшное дорожное происшествие. Кровь была повсюду. Отец Ичиго сделал всё, что мог, но травмы оказались несовместимы с жизнью, и брат Орихиме умер прямо в их приёмной, на глазах у рыдающей сестры. — В-вот мы и пришли… — тихо сказала Иноуэ, прерывая его невесёлые мысли. Она немного запиналась и заметно волновалась, остановившись возле дверей своей квартиры. Ичиго удивлённо моргнул и огляделся — похоже, из-за нахлынувших воспоминаний он напрочь выпал из реальности, раз они добрались так быстро. — Эмм… м-может, зайдёшь? — Иноуэ густо покраснела и принялась усердно сверлить носком туфли коврик у порога. Всячески отводя взгляд, она смущённо добавила: — Я чайку налью… — Заманчивое предложение, но мне, к сожалению, придётся отказаться, — вздохнул парень, возвращая ей пакет с покупками. — Отец… чтоб его… устроил дома жёсткий комендантский час. Если не вернусь вовремя, могу остаться без нормального ужина и горячей ванны. Точнее, ему просто достанутся остатки уже холодной еды и бодрящий ледяной душ в наказание от Ишшина, но посвящать одноклассницу в семейные разборки не хотелось. — Вот как… Тогда ничего не поделаешь… — подавленно отозвалась Орихиме, сиротливо опустив голову. «Гх! Это же удар ниже пояса! — Ичиго мысленно зажмурился. — Подобное выражение лица у девушек нужно запрещать на законодательном уровне!» — Но ты обязательно пригласи меня в следующий раз! — поспешно добавил он, не выдержав этого зрелища. — Я ни за что не откажусь, даю слово! — Правда?! — от его слов серо-стальные глаза Орихиме мгновенно засияли искренней радостью. — Да, — уверенно кивнул Ичиго. — Я обещаю. — Ум! — радостно закивала Иноуэ. — Хорошо. Тогда до следующего раза! Чуть ли не вприпрыжку она зашла в квартиру и уже с порога весело помахала ему рукой, после чего закрыла дверь. Ичиго помахал в ответ уже пустому воздуху прежде чем на его лице появилась серьёзное выражение лица, а затем исчез, оставив размытую тень.

—】|【—

«Как думаешь, зачем Пустой охотиться на Орихиме?» спросил Ичиго своего напарника, сидя на крыше на против дома Иноуэ. 《А ты сам подумай》 лениво отозвался Данте, мысленно почёсывая затылок где-то в глубине подсознания. 《У этой девчонки уровень духовной силы явно выше чем у обычного человека. Не такая высокая как у тебя или твоих сестёр, но достаточно чтобы стать закуской Пустого》 Ичиго хмуро уставился на окна квартиры Орихиме, поудобнее устраиваясь на крыше. Ночной ветер неприятно холодил кожу и трепал рыжие волосы, пока парень сидел в засаде. «То есть пустой просто проголодался?» — мысленно переспросил он у лиса, но не успел получить ответ. Его внимание привлекла размытая фигура, стремительно несущаяся по пустынной ночной улице. Присмотревшись, Куросаки мгновенно узнал в ней Арисаву. «Тацуки?! — Ичиго напрягся, провожая её взглядом. — Какого чёрта она так мчится? Неужели с Иноуэ что-то случилось?» Оттолкнувшись от края, он одним мощным прыжком перелетел через дорогу и бесшумно приземлился на крышу дома Орихиме. В этот же миг Тацуки резко затормозила у нужного подъезда и принялась яростно, без остановки давить на кнопку дверного звонка. Вскоре дверь открылась, на пороге показалась знакомая рыжая, и… — ТЫ ДУРА?! — на всю улицу разнёсся яростный крик Арисавы. От неожиданности Ичиго вздрогнул и едва не покатился кубарем по черепице, но в последний момент успел схватиться за край трубы и удержать равновесие. Желая узнать, в чём дело, Ичиго осторожно заглянул в окно. Девушки уже зашли в комнату и устроились за низким столом. Иноуэ успела сообразить чай с… одному богу известно какими безумными ингредиентами. Стоило Орихиме рассказать: «Куросаки-кун проводил меня прямо до двери и ушёл…», как Тацуки снова безжалостно оборвала её очередным оглушительным выкриком: — ТЫ ДУРА?! — Как грубо. Я не дура, — надулась Орихиме, уязвлённая такой реакцией. — Нет, ты дура!!! Упустить такой шанс! — ударила коротковолосая пацанка кулаком по столу. Ичиго на крыше невольно прижал ладонь к лицу. Ему вдруг стало чертовски неловко от того, что он вообще это слушает. «Какого хрена они обсуждают меня посреди ночи? — парень мысленно выругался, чувствуя, как уши начинают предательски гореть. — Чтоб тебя, Тацуки!» «О-о-о, пацан, да у тебя тут целая шекспировская драма за стеклом, — Данте в его голове довольно заржал, поудобнее устраиваясь в подсознании на воображаемом диване. — Слышь, а ведь эта боевая девчонка права. Ты реально ушёл в самый неподходящий момент. Устроили бы тройничок!» «Заткнись, Данте, это вообще не смешно!» — мысленно рявкнул Ичиго, чувствуя, как краска стыда заливает уже не только уши, но и лицо. А в комнате тем временем Тацуки продолжала активно жестикулировать руками, расписывая подруге свои безумные тактические схемы. — …должна дать ему должное, ведь он все же не принял отказ и проводил до дома… Я даже горжусь тобой за то, что ты пригласила его в дом, — уже чуть спокойнее выдохнула Арисава, — НО!!! Так просто сдаваться после отказа было глупо! Возьми с него пример! И что самое главное, с самого начала пока вы шли, нужно было использовать боль в ноге как предлог, чтобы опереться на него. Потом затаскиваешь его в темное место, где нет никого поблизости и… ЗАВАЛИВАЕШЬ ЕГО!!! От этих диких слов бедная Иноуэ судорожно закашлялась и фонтаном выплюнула чай прямо на стол. Сам же Ичиго на крыше от неожиданности отпрянул так, что его обувь с противным скрипом поехал по черепице. Парень едва успел распластаться по крыше, зажав себе рот ладонью, чтобы не выдать своё присутствие громким матом. — Т-Т-Т-Тацуки-чан! — со стекающим чаем изо рта возразила Орихиме. — Вот как все должно было произойти… — сказала она с широкой ухмылкой.

*Warning! *

Проходя мимо темного переулка, ты резко хватаешь его за руку, затягиваешь его в тень, прижимаешь к стене и, не теряя момента, впиваешься ему в губы! От удивления он слегка приоткрыл свой рот и ты, пользуясь этим шансом, впускаешь в ход свой язык! Ты продолжаешь его целовать нежно и в то же время невероятно страстно. Теперь, когда его защита немного ослабла, ты продолжаешь атаковать! Берешь его руку и прижимаешь её к своей упругой груди! Ни один мужик не устоит от этого! Это твое сильнейшее оружие, не пользоваться им глупо! Он снова удивляется, но ты не отпускаешь его губы и сильнее прижимаешь руку к своей груди. Он сначала колеблется, у него еще присутствуют остатки здравого смысла, он дрожит но, в конце концов, все границы рушатся, и он самостоятельно нежно сжимает эту упругую плоть… Ты невольно освобождаешь его губы и издаешь вздох блаженства, что еще больше заводит его. Но потом снова приникаешь к его губам и ты начинаешь сплетать с ними язык, обводя каждый зуб словно лаская их. Ты берешь его вторую руку, но в этот раз опускаешь её на юг вниз. Парень не перестает удивляться, но ты не отступаешь, и первую руку сначала слегка опустив, возвращаешь её назад, но уже под лифчик! Его ладонь напрямую касается твоей голой груди, после чего, считай, если и было что-то от его здравого смысла, то оно уже точно окончательно испарилось. Ты чувствуешь коленом, как его мужское достоинство уже выпирает из штанов. Ты держишь обе его руки: первая нежно и невероятно приятно играется с твоей грудью, а вторая, сдвинув в сторону трусики и начинает теребить твою киску. И тут ты снова издаешь восторженный стон! Он проник в тебя своими длинными пальцами! Ты отпускаешь его руки, даруя свободу, и обхватывая его за шею одной рукой, возобновляешь поцелуй. Держать его больше не надо, он уже готов, осталось лишь съесть его! Второй рукой ты тянешься вниз и достаешь из его штанов… — Т-Тацуки!!!..

*End*

Арисава Тацуки, наконец, пришла в себя. Пелена наваждения спала, её глаза сфокусировались, и она внезапно обнаружила себя в крайне двусмысленном положении. Пацанка практически лежала сверху на своей большегрудой подруге, нависнув над ней прямо на столе, а её ладони покоились ровно в тех самых местах, которые она только что с таким жаром описывала в своей фантазии. До неё с ужасающей отчётливостью дошло: за вычетом поцелуя и финальной части со штанами, всё, что она сейчас озвучила, она параллельно воспроизвела наяву прямо на Орихиме! В комнате повисла оглушительная, звенящая тишина. Иноуэ сидела пунцовая от корней волос до самых кончиков ушей, забавно хлопая ресницами и тяжело дыша. Её собственная блузка была слегка растрёпана из-за чужих тактильных «демонстраций». — Т-Т-Тацуки-чан… — едва слышно, писклявым голосом выдавила из себя Орихиме, не зная, куда деть взгляд. — Ты… ты очень убедительна в своих примерах. За окном Ичиго, который всё это время смотрел и слушал, застыл, превратившись в соляной столп. На его лице отразился первобытный шок. Уши парня пылали так, что могли бы осветить всю Каракуру. «Что… Что это, чёрт возьми, сейчас было?!» Ичиго мысленно закричал, быстро отползая назад и закрывая лицо обеими руками. «Зачем я это слушал?! Зачем Тацуки это показывала?! Почему я вообще здесь?!» 《Ой, не могу! 》Данте продолжал покатываться со смеху, утирая воображаемые слёзы.《Слышь, пацан, а ведь твой младший дружок в штанах со мной абсолютно согласен! Смотри, как рвётся в бой! 》 «Заткнись, заткнись, заткнись!!!» Ичиго зажал уши руками, хотя это было бесполезно против голоса в собственной голове. Он до боли зажмурился, но проклятая фантазия, подкинутая детальным рассказом Арисавы, уже намертво отпечаталась на подкорке. Образ обнажённой Тацуки, страстно прижимающей к себе Орихиме, стоял перед глазами как живой. Кровь мгновенно хлынула вниз, и Ичиго с ужасом осознал, что его джинсы стали ему чертовски тесны. От этого осознания парню захотелось не просто пробить крышу, а провалиться сквозь землю. Подростковые гормоны нанесли сокрушительный удар по его хвалёному самообладанию. — Т- Тацуки?.. — тихо обратилась Орихиме к своей подруге. — Н-не беспокойся! — развернулась Арисава и натянула слабую улыбку, махая перед собой руками. — В вашем случае все намного проще! Достаточно дать ему потискать грудь, а дальше он все сам. И так как это его вина, ему придётся взять ответственность! — Грудь… Стоп! Ответственность?! Но как только Иноуэ хотела разузнать, что именно её подруга имела в виду, прозвучал жуткий и страшный крик. Крик был полон холода и боли. — Что это было? — спросила Тацуки с волнением. На крыше Ичиго мгновенно растерял все свои пошлые мысли. Возбуждение испарилось без следа, уступив место ледяной боевой концентрации. Используя Занкё, он закрыл глаза и послал импульс реацу, чтобы мгновенно нащупать источник опасности. Который оказался прямо за его спиной! Инстинкты сработали быстрее мыслей. Отпрянув в сторону, парень в последний момент увернулся от огромной багровой руки, которая с оглушительным треском разломала черепицу прямо там, где он находился мгновение назад. — Собака! — процедил Ичиго, перегруппировываясь в воздухе и зависнув на светящийся платформе из духовных частиц в виде замысловатой пентаграммы с пятиконечной звездой. Вслед за когтистой лапой из разлома выползло и само чудовище. У монстра было длинное, мерзкое змееобразное тело, уродливо изгибающееся по крыше, а верхнюю часть головы венчала костяная маска Пустого. Самый быстрый и гарантированный способ упокоить такую тварь — вдребезги разнести её маску. Вскинув руку, Ичиго мгновенно призвал «Синюю Розу». Он чётко прицелился монстру прямо в лоб, но в самый момент выстрела существо внезапно выплюнуло в него сгусток ядовито-зелёной слюны. Куросаки пришлось резко вильнуть в сторону. Из-за этого прицел сбился. Палец нажал на спусковой крючок, и пуля лишь по касательной задела костяную броню. Раздался сухой щелчок. Левая часть маски пошла глубокими трещинами, и когда её обломок с тихим стуком упал на крышу… Ичиго замер. Из-под обнажившейся половины маски на него смотрело человеческое лицо. Лицо Соры Иноуэ. — Не может быть… — в шоке прошептал Ичиго, опустив оружие. Перед глазами пронеслись кадры из прошлого: плачущая Орихиме и этот самый парень, истекающий кровью в клинике его отца. — НЕ ВМЕШИВАЙСЯ! — взревел пустофицированный брат Орихиме. 《Пацан, не тупи! 》 яростно рявкнул Данте в его подсознании. Голос духа мгновенно вернул его в реальность. Ичиго успел активировать Тэппи, сделав свою кожу прочнее стали, прямо за мгновение до того, как чешуйчатый хвост с силой врезался в него и отбросил в сторону. Парень успел создать под ногами духовную платформу, чтобы затормозить и зависнуть в воздухе. Однако пустой не собирался останавливаться — на Куросаки сверху вниз тут же обрушился ещё один сокрушительный удар хвостом. Мощь, стоявшая за ним, была настолько колоссальной, что швырнула его к подножию дома. Тело Ичиго с грохотом впечаталось в землю, раздробив асфальт и подняв стену из едкой пыли и каменных осколков. Рёв монстра над головами девушек прозвучал так громко, что в квартире Иноуэ с оглушительным звоном подчистую вылетели оставшиеся стёкла. — Иноуэ, назад! — закричала Тацуки, на инстинктах хватая подругу за плечи и увлекая её за собой под защиту дверного проёма. Вскоре потолок комнаты окончательно обрушился, посыпавшись вниз градом из острой известки, кусков арматуры и тяжёлых гипсовых плит. Прямо в гостиную, поднимая столбы серой пыли и обломков бетона, с утробным шипением рухнуло массивное змееобразное тело. — Что это?! — в панике воскликнула Тацуки. Орихиме застыла как вкопанная, когда из клубов серой пыли выплыл багровый, призрачный силуэт твари со змеиным хвостом и жуткой белой маской вместо лица. Однако её взгляд намертво приковал к себе отколовшийся край костяной брони, обнажавший левую часть лица монстра. Сквозь завесу спутанных чёрных волос она отчётливо разглядела левый глаз — точно такого же серого цвета, как и у неё самой. — Б… Брат…?! Тацуки резко повернулась к подруге, — Орихиме…? Всё произошло в одно ужасающее мгновение. Одним молниеносным выпадом существо пронзило грудь Орихиме когтистой лапой. Мощный толчок буквально выбил её душу из физической оболочки, заставив теперь уже пустое человеческое тело безвольно упасть навзничь на разрушенный пол. Саму же Арисаву срикошетившим хвостом пустого с силой отбросило к стене — глухо ударившись затылком о бетон, она дезориентированно сползла вниз. «Ч-Что…?! Что происходит…?», подумала рыжая, смотря как из её груди торчит цепь… которая тянется к её же телу, «Я… умерла?» — Орихиме… — глухо и хрипло позвал монстр. Она подняла голову, и её глаза наполнились слезами. — Это… Это правда ты, Сора-нии? — …Да, это я, Орихиме. Так ты не забыла… — Отойди от неё! Быстрее чем Пустой успел среагировать Ичиго оказался между ним и Орихиме прежде чем одним мощным ударом, отбросил монстра в другую часть комнаты, где оно своим телом врезалась в стену и заставила её обвалиться. Затем призвав Синию Розу, он выстрелил несколько раз в хвост, проделав в нём дыры чтобы нейтрализовать его самое сильное оружие. — ГХА-АА! ПОЧЕМУ?! ПОЧЕМУ ТЫ ВМЕШИВАЕШЬСЯ, КУРОСАКИ ИЧИГО?! — взревел монстр, лежа на полу и пуская кровавые слёзы. — Я ТОТ, КТО ВЫРАСТИЛ ОРИХИМЕ!!! ТОТ, КТО ЗАЩИЩАЛ ЕЁ!!! После моей смерти она молилась за меня каждый день! Я всегда смотрел за ней, и это делало меня таким счастливым. Я умер, но я чувствовал, что все будет в порядке просто от её молитв… Но примерно через год после этого она подружилась с этой девчонкой!!! — бросил он яростный взгляд на Тацуки, что потеряла сознание. — С тех пор я видел, как уменьшаются дни её молитв!.. Потом она пошла в старшую школу, и появился ты — Куросаки Ичиго! Она совсем перестала молиться!!! Перед уходом из дома и при возвращении, все, о чём она говорила, был ты, Куросаки!.. Это было болезненно… Она моя!!! Я не отдам её никому! Особенно тебе, Куросаки Ичиго!!! Я не… — монстр собрал остатки своих сил и бросился на рыжеволосого с распахнутой пастью, желая проглотить меня целиком. — …отдам её тебе!!! — Глупец!.. — произнёс Ичиго, подняв правую руку и позволив тому укусить ею, но зубы не смогли прокусить его Теппи, — Она тебе не принадлежит… В следующее мгновение левой рукой он нанёс мощнейший, смачный боковой удар рукоятью револьвера прямо в челюсть Соры. Костяная броня треснула, и на пол с глухим стуком вылетело несколько уродливых зубов монстра. Пустого с силой отшатнуло назад. — Она никому не принадлежит! — Она моя! Моя! Вся моя!!! Я жил ради неё!!! Но она не живет ради меня! Тогда хотя бы… она должна умереть ради меня!!! «Она должна умереть ради меня…» Эти слова жутким эхом отозвались в сознании Ичиго, заставив его сжать кулак. В ту же секунду перед его внутренним взором ослепительной вспышкой пронёсся эпизод где его мать закрывает своим телом его от Пустого. Это воспоминание Данте открыл ему когда он наконец-то смог получить доступ к своей силе. — Как ты не понимаешь?.. Она просто хотела, чтобы ты услышал обо всех смешных вещах, случившихся в школе, которые ей понравились, о людях, которые ей симпатичны… — Ичиго протяжно вздохнул, на миг смягчив взгляд и посмотрев на рыжеволосую девушку. — Сначала всё, что она делала — это молилась… но поняла, что так продолжаться не должно. Что не должна показывать тебе её грусть, чтобы ты беспокоился о ней, — он разжал кулак и выразительно указал него. — Она хотела показать тебе, что счастлива! Что её брату не нужно о ней беспокоиться! Она любила тебя! Как её брат разве ты не должен за это гордиться ею?! От этих слов голова монстра тяжело поникла. Какое-то время он просто безмолвно смотрел на лежащее среди обломков человеческое тело своей сестры. Затем тот перевёл взгляд на её душу, сидевшую у стены — Орихиме сквозь слёзы с нежностью и теплотой улыбалась ему. — Да… по правде, я давно знал это, Орихиме… — произнёс Пустой и Ичиго показалось, что жуткий скрежещущий рокот монстра окончательно исчез, став более «человечным» — Что ты перестала молиться, чтобы не беспокоить меня… но… даже так, я хотел, чтобы ты молилась обо мне… потому что, только когда ты молилась обо мне…. твое сердце было полностью моим… — Открой глаза, придурок… Её заколки… разве они не твой подарок? — Ичиго выразительно указал стволом револьвера на волосы девушки, — Иноуэ говорила мне о них. Что они были первым подарком от её брата, вот почему она носит их каждый день. В голове Куросаки ослепительной вспышкой снова промелькнуло лицо Масаки и её последняя, полная нежности улыбка прямо перед тем, как её сердце остановилось. — Они одинаковы. Те, кто умирают и те, кто остаются жить… И тем и другим одинаково грустно!.. Не будь таким эгоистом, не только тебе одному плохо! — Я не замечал… — Сора отвёл взгляд от сестры и посмотрел прямо на Куросаки. Маска рассыпалась на куски, явив лицо брата Иноуэ, — Сделай это. Рано или поздно я окончательно потеряю себя и снова приду за Орихиме. Вот почему… пока этого не случилось, я хочу исчезнуть. Он действительно смог вернуть контроль над собой — пускай лишь на несколько минут, силой огромной любви к сестре. Очистить его душу, смыть все грехи и отправить в круговорот реинкарнаций Общества Душ было единственным верным решением. Вот только для этого Ичиго нужно было нажать на спусковой крючок прямо на глазах у Орихиме. 《Ичиго…》в подсознании раздался тихий, подталкивающий голос Данте, лишив его последних сомнений. «…Хорошо», — мысленно кивнул парень. Он крепче сжал в ладони «Синюю Розу» и встал над поверженным братом Иноуэ, целясь револьвером прямо в расколотую маску. — …Нии-чан… — слабая, едва заметная улыбка коснулась губ Орихиме. Она из последних сил приподняла голову, глядя на него сквозь пелену слёз. — …До свидания… Сора вздрогнул от удивления, услышав её прощание. На его лице отразилось облегчение, а затем он в последний раз закрыл глаза и мягко, спокойно улыбнулся. Парень едва заметно кивнул Ичиго, давая своё окончательное согласие. Куросаки плавно нажал на спусковой крючок, исполняя его последнюю волю. В ночном воздухе раздался оглушительный хлопок выстрела, и где-то на улице испуганно взлетела ворона.

—】|【—

— …Он ушёл… — тихо проронил Ичиго, как только дух Соры окончательно растворился в воздухе, оставив после себя лишь горстку гаснущих искр. — Да… — едва слышно ответила Орихиме, сидевшая на полу рядом с ним. Её жизнь наконец-то была в полной безопасности, и Куросаки почувствовал, как с его сердца свалился огромный, давящий камень. Он был искренне рад, что всё закончилось именно так. — Как твоё самочувствие? — поинтересовался парень у одноклассницы. Как-никак её душа только что находится за пределами физической оболочки, хотя всё ещё связана с физическим телом. Это хорошо. Если бы её Цепь судьбы была разорвана то она была считай уже мертва, а так её ещё можно было спасти. — Ох, да… Всё в порядке! — Орихиме растерянно коснулась своей груди, но тут же встрепенулась когда почувствовал звенья цепи, и в её серых глазах вспыхнул искренний, детский восторг. — Нет, постой! Я совсем не об этом! Куросаки-кун! У меня есть просто миллион вещей, о которых я хочу тебя спросить! 《Пацан, сейчас не время ворон считать!》внезапно сказал Данте в его подсознании.《Хватай её душу и заталкивай обратно в тушку! У нас нет времени на девичьи расспросы! 》 Куросаки мысленно чертыхнулся, понимая, что его дух абсолютно прав. Наплевав на приличия, он схватил душу Орихиме за плечи и аккуратным, но сильным толчком впечатал её дух обратно в лежащее на полу физическое тело. Девушка резко вздохнула, её ресницы задрожали, а звенья цепи с тихим звоном растворились, возвращая её в мир живых. И в этот же миг предчувствие Данте оправдалось. Издалека, со стороны центральных улиц Каракуры, до них донёсся пронзительный, нарастающий вой полицейских сирен и карет скорой помощи. Грохот выстрела и обрушение потолка посреди ночи ожидаемо переполошили весь квартал. Для Ичиго это был чёткий и однозначный сигнал — ему пора уходить. Находиться здесь с огромным револьвером наперевес, когда сюда ворвутся спасатели, было верхом глупости. Парень бросил быстрый взгляд на зашевелившуюся у стены Тацуки, которая как раз начинала хрипло стонать и тереть ушибленный затылок, а затем повернулся к дезориентированной, но уже дышащей Орихиме. — Иноуэ, мне пора, — быстро произнёс Ичиго, отступая на шаг назад к проломленной стене. Оружие в его руках мгновенно растаяло в воздухе на духовные частицы, превращаясь обратно в кольцо. — Позаботься о Тацуки. А насчёт всего этого… Не переживай. Я всё-всё расскажу как-нибудь, даю слово! Орихиме, всё ещё слабая после возвращения в тело, лишь успела удивлённо моргнуть и слабо кивнуть ему в ответ. Ичиго в последний раз ободряюще улыбнулся ей, развернулся и под тихий, едва слышный свист ветра мгновенно растворился в ночной прохладе, оставляя позади разрушенную квартиру и вой приближающихся сирен.