Амнезия

      Десять-девять в пользу «Лисов». За полторы секунды до конца матча Кевин забил решающий гол. Нилу захотелось улыбнуться, но все, что он сумел, - это перевести взгляд на Рико. Капитан «Воронов» и король экси сверлил глазами электронное табло, словно ожидал, что цифры на нем изменятся. Лисы, продолжая орать как умалишенные, уже бежали навстречу друг другу, тогда как Вороны, все до единого, застыли, словно каменные изваяния. Это было первое поражение за всю историю сборной университета Эдгара Аллана, причем от такого соперника, которого «Вороны» вообще не могли представить в финале. Нил сделал глубокий вдох – в груди будто полоснуло ножом. — Я бы спросил тебя, каково это – быть не первым, а вторым, но подозреваю, ты, никчемный кусок дерьма, знал это всегда, – прохрипел он. Рико наконец оторвал взгляд от табло. Он уставился на Нила, бледный и остолбеневший, а потом вдруг его лицо исказилось омерзительной злобной гримасой. Клюшка взлетела вверх, однако Нил не сразу понял, что Рико замахнулся для удара. С середины поля донесся предостерегающий крик Дэн, но ошеломленному Нилу оставалось лишь следить глазами за траекторией клюшки. Сейчас он не мог даже вздохнуть, не то что увернуться. Эндрю уже метнулся с другого конца площадки, но было поздно. Сначала непонимание, потом резкая, жгучая боль, истошный крик и темнота перед глазами. Миньярд не успел буквально на несколько секунд. Удар был нацелен на висок, но из-за усталости даже клюшка Рико немного соскользнула. Это, можно сказать, спасло Натаниэлю жизнь. Морияма попал в голову, но чуть выше лба, чуть не проломив ему череп. Он злостно улыбался, глядя на Джостена. Все скорее сбежались на помощь. Голкипер стоял, до конца не осознавая того, что происходит, иначе попусту убил бы Рико на месте. Он видел носилки, окровавленные рыжые волосы, скорая помощь, тревога. Никто не понимал что будет дальше, все лишь надеялись на то, что Нил выживет. По приезде в больницу, его сразу же забрали в операционную. Лисы остались на корте, несмотря на все свое желание поехать, с Нилом были только Ваймак и Эндрю. Минуты тянулись как часы, коридоры больницы с лекарственным запахом оставляли странное ощущение, неприятно отзывающееся в груди. Через несколько часов вышел врач, вид его был напряжённым, но не сожалеющим. –Добрый вечер, меня зовут Чарли Коллинз, я оперировал вашего игрока. Он жив, но состояние крайней тяжести, он в реанимации. Пройти к нему можно будет ближе к утру, как только он очнётся. Ему повезло, если бы удар пришелся хоть на несколько сантиметров правее, он бы не выжил. Но даже сейчас, мы не можем быть уверены в том, что у него не будет никаких осложнений. – Ясно..спасибо. - нервно ответил Ваймак, не в силах сказать что-либо ещё. Обычно, тренер никогда не был так суров, сколько бы горя и несчастий не случалось, но этот случай был другим. – Я буду ждать здесь столько, сколько будет нужно, я не уйду.- Эндрю пытался говорить спокойно, не показывая своих эмоций, но голос выдавал его. – Не считаю это хорошей идеей, но перечить не буду, - делай как знаешь. Я должен ехать к «Лисам», будь на связи. - Дэвид, хоть и нехотя, вернулся в Эвермор. Там команде отдали награду за победу, но она никого не радовала. Ехать обратно в Южную Каролину смысла не было, Ваймак снял гостиницу на ночь, чтобы после решить, что делать дальше. Все были в ожидании новостей. Эндрю провел всю ночь в темных коридорах больницы, борясь со сном. Наутро к нему подошёл Коллинз, с новостями, что Нил пришел в себя, но что-то было не так. Нужно было подтвердить это. Они зашли в палату, там лежал Джостен, с перебинтованной головой и полной растерянностью на лице. После неловкого молчания, Чарли заговорил: – Вы помните кто вы такой и что случилось? – Нет.Я не понимаю, как оказался тут. - наконец отозвался Нил. – Ладно, хорошо. Вы Нил Джостен, произошел несчастный случай, из-за которого вы оказались здесь. Узнаете человека рядом со мной? – Впервые его вижу. - его ответ привел Эндрю в смятение. Весь мир будто перевернулся. Тот родной Нил, которому Миньярд смог наконец доверится, теперь пропал в череде событий. Он стоял в ступоре, пока его не попросили уйти, чтобы провести другие процедуры. Выйдя из палаты, Эндрю набрал Рене, и, пока она не успела ничего сказать, пробормотал в трубку: – Нил пришел в себя, он никого не помнит, даже самого себя. У него амнезия из-за травмы. Врачи никаких прогнозов не дают, есть лишь небольшая вероятность того, что память восстановится. – ...Эндрю, нам приехать? – Не стоит, думаю, в этом нет смысла. - Миньярд не осознавал, что говорит бессмыслицу, он впервые за долгое время был в таком состоянии. Рене ничего не ответила и положила трубку. Она знала как никто другой, что сам Близнец сейчас не справится. В этот момент команда стала собираться в холле, чтобы обсудить дальнейшие действия. – Звонил Эндрю. У Нила амнезия. Пр огнозы неблагоприятные... В комнате повисла неприятная пауза, прежде чем Ники разорвал это пространство. – Что!? Не может быть, чтобы все было так плохо! - Отозвался тот на слова Рене. Ваймак тяжело вздохнул, тихо выругавшись себе под нос. Все видели напряжение в комнате, в ней будто исчез воздух. – Нам нужно срочно ехать к нему, чтобы помочь! - сказал Мэтт, но Дэн огорченно прервала его. – Нет смысла, он не узнает никого из нас. Нужно сначала дать ему хоть немного времени на восстановление после травмы. Надеюсь, Эндрю в больнице что-нибудь придумает. Разговоры продолжались недолго, пытаясь придумать, что делать дальше. В конце концов, Ваймак сказал, что вечером они вернутся в Южную Каролину, но, скорее всего, Миньярд захочет остаться, так что он и будет присматривать за Джостеном. Перед отъездом, оставив «Лисов» в автобусе, Эбби и Дэвид решили зайти к Эндрю и Нилу, чтобы все рассказать и разузнать подробности. Рыжеволосый спал, не подозревая, что в комнате сидит вратарь, который защищал его одним своим присутствием, как ворота от снарядов. При виде тренера, тот тихо поднялся, дабы не разбудить Джостена, и последовал в коридор. – Эндрю, здравствуй. Расскажи подробнее о состоянии Нила, что говорят врачи? - напряженно спросил Ваймак с предостережением, что услышит сейчас что-то жуткое. – Ничего. Говорят, что счастье то,что он выжил и уже в сознании. Он меня не помнит и опасается, но, что не свойственно Нилу, пытается хоть немного довериться. Память вряд-ли восстановится, так что выбора у нас нет. – Мы приняли решение возвращаться в Пальметто. Неуместо будет спрашивать, останешься ты или нет, но все же.. – Я его не оставлю. - коротко бросил Эндрю. – Хорошо. Но, будь так любезен, хотя бы иногда выходи на связь, если не со мной, то хотя бы с кем нибудь из команды. - они распрощались и «Лисы» вернулись в Пальметто. А Миньярд остался со своей рыжей проблемой. *** Блондин уже рассказал Нилу о том, кем он является в команде, не касаясь его проблем с отцом и «воронами», о них и словом не обмолвился. Намекнул на их связь друг между другом, но Джостен туго думает в этом плане. Но Эндрю стало интересно, помнит ли голубоглазый вообще хоть что-нибудь? Ведь хотя бы какие-нибудь воспоминания должны быть в его голове. Этот вопрос начал напрягать вратаря. В конце концов, он всё-таки подошел к Джостену с этим вопросом. – Нил, ты без моих рассказов помнишь что-нибудь? Про себя, прошлое, команду, семью, вообще про что угодно. – ... К удивлению, я помню как играть в экси. Помню все правила до одного. Но это единственное, что осталось у меня в памяти. Меня часто приследует дежавю, но не думаю, что это хороший знак. Миньярд задумался. Это наверняка будет хорошей новостью для Кевина и Ваймака, но его самого это не радует. Дежавю же наоборот может стать неплохой отправной точкой для восполнения воспоминаний. Но чуда ждать рано. Джозеф знал, что никогда не бросит Рыжеволосого, постарается завоевать его заново, но все же, полное отсутствие "этого" пугало. После недолгой паузы, блондин вставил фразу из своих мыслей, но она была совершенно невпопад. – "Это" ещё будет... Как же я тебя ненавижу. Нил не ожидал такого ответа, но не зная как на это реагировать, просто промолчал. Эндрю старался быть с ним мягче чем в обычное время, боясь испугать, но некоторые фразы настолько въелись в их повседневный лексикон, что вылетали по инерции. Каждый день Джостен узнавал какие-то не слишком значительные вещи от Миньярда. Он смотрел на него с неким недоверием, но, стоило ему только взглянуть в его темно-каштановые глаза, как становилось понятно: все сказанное им — чистейшая правда. Джозефа не интересовали ни команда, ни экси, он почти не упоминал их, но совсем скоро нейтральные темы закончились, и Нил узнал что-то и о «Лисах». Некоторые имена казались ему незнакомыми, другие же, наоборот, отдавали теплым ощущением в груди. Один раз, при упоминании одного из имён, у Рыжего перед глазами стремительно пронесся какой-то момент, ранее ему не знакомый. Неожиданно вздрогнув и неприятно поморщившись, он продолжил слушать рассказы о команде. Эндрю заметил его перемены в поведении, вопросительно посмотрел на голубоглазого, но, увидев что с ним все хорошо, продолжил свое повествование. До сих пор блондин не обмолвился ни единым словом о семье и его прошлом, не понимая как это лучше приподнести. Считая, что ещё слишком рано, он избегал любого диалога, связанного с этой темой. Нил же, пока особого интереса к этой теме не имел, будто предчувствуя ее неприятность. Так прошли несколько недель в больнице.