После перерождения я решил унаследовать семейный бизнес

Это был короткий поцелуй. Несмотря на это, застенчивый румянец быстро залил лицо Сун Юньжаня, от мочек ушей до самой шеи, превратив его в горячую помидорку. Его мозг загудел, словно рой пчел слетелся на рассыпанный сахар. Он облизнул свои губы, ощутив сладость на кончике своего языка. Сердце сильно билось в груди, судорожно подгоняя так необходимый его мозгу кислород. Сердце Цинь Кэ билось с такой же скоростью, но долгие годы тренировки помогали ему держать себя в руках, сохраняя на лице выражение спокойствия. Он опустил глаза и посмотрел на Сун Юньжаня, сидящего перед ним на корточках, и погладил его по голове: - Страшно? Сун Юньжань отреагировал заторможено, со скоростью спящей черепахи: - Кажется, ты только что случайно поцеловал меня. - … - Цинь Кэ рассмеялся. – Это не было случайностью. Я просто хотел тебя поцеловать. - О, это был не случайный поцелуй! Тогда все в порядке. Сун Юньжань с трудом поднялся и, шатаясь как блуждающая душа, двинулся к балкону. Цинь Кэ сел и, глядя в спину Сун Юньжаня, начал мысленно отсчитывать. Три, два, один… Сун Юньжань резко обернулся: - А??? – развернулся он и бросился к дивану, будто его разум внезапно перезагрузился. - Кто позволил тебе целовать меня?! Зачем Цинь Кэ поцеловал его? Согласно плану Хэ Цзыю, разве не он должен был скрутить Цинь Кэ и насильно поцеловать его? Вчера он весь вечер репетировал это нападение! Я – настоящий позор директората индустрии развлечений! - мысленно завопил Сун Юньжань. Если бы об этом узнали генеральные директоры всего мира, они бы прокляли меня!  Как я мог отдать инициативу в руки, точнее в губы, подопечного артиста?! Сун Юньжань не знал, злиться ему или стыдиться этого. Из его макушки, казалось, вот-вот повалит дым. Он яростно посмотрел на Цинь Кэ, желая убить его своим взглядом, но столкнулся с милой улыбкой Цинь Кэ. - … Сун Юньжань тут же растаял, взгляд - потеплел, ноги - ослабли. Он присел на диван и, уставившись на ковер, спросил: - Почему ты меня поцеловал? Прозвучало это так, будто Сун Юньжань просил Цинь Кэ озвучить мотив своего преступления. Цинь Кэ беспомощно улыбнулся и подвинулся к нему: - Потому что ты мне нравишься. Сун Юньжань забыл, как дышать. Он не мог поверить в то, что услышал. Конечно, он знал, что нравится Цинь Кэ, но, в его представлении, Цинь Кэ даже не догадывается о своих чувствах. Разве нет? Тут опять заговорил Цинь Кэ, окончательно добив его хрупкую психику: - И я тебе тоже нравлюсь, так ведь? - !!! Сун Юньжаня словно освежевали и вывесили на солнышко: - Откуда ты знаешь?! Может, это Хэ Цзыю предал его и все рассказал Цинь Кэ? … но, если подумать, то вряд ли. Хотя у Хэ Цзыю низкий IQ, он надежный и хороший друг. Цинь Кэ посмотрел в глаза Сун Юньжаня: - Ты - мой отец, разве я не должен знать, что тебе нравится? Сун Юньжаня убедил такой довод. Звучит логично. Знать предпочтения своего отца – это обязанность каждого сына. Хотя все равно звучит странно. А, фиг с ним! Проехали! Великие люди не зацикливаются на таких мелочах. Они с Цинь Кэ нравятся друг другу и этого достаточно. Нравятся друг другу… Сун Юньжань произнес эти слова про себя, и сердце его тут же оделось в радостные одежки. Он хихикнул - ему захотелось пасть на диван и прокатиться по нему пару-тройку раз от радости. Он обратился к своему самоконтролю и сдержал этот порыв. Спокойствие, только спокойствие. Не веди себя так, будто для тебя это впервой! Сун Юньжань сделал несколько глубоких вдохов: - Ты поцеловал меня, теперь я тоже хочу тебя поцеловать. И пораженно замер. Это же не игра. Твой ход – мой ход. К счастью, Цинь Кэ не рассмеялся, а просто повернулся к нему. Сун Юньжань растерялся. Следуя пошаговому плану Хэ Цзыю, он протянул руку и осторожно обнял Цинь Кэ за талию. Мышцы, которых коснулась его ладонь, дернулись и напряглись, словно сквозь них пропустили электрический ток. Ресницы Сун Юньжаня беспокойно затрепетали. После секундной паузы Сун Юньжань поцеловал Цинь Кэ. Поцеловал и отстранился. Всего на пару сантиметров. Поцелуй закончился, но они продолжали обмениваться дыханиями. Как игривый щенок, мокро лизнул и замер, не зная, что дальше делать. Цинь Кэ с трудом сглотнул и тихо поинтересовался: - Хочешь еще поцеловать? Сун Юньжань кивнул. Цинь Кэ беззвучно рассмеялся. Откинулся на спинку дивана и притянул Сун Юньжаня к себе, прямо в свои объятия. Так же удобнее? Сун Юньжань хотел продолжить атаку, но Цинь Кэ неожиданно перехватил инициативу. Попытка изобразить любовного тирана провалилась. Сопротивляться нежному поцелую Цинь Кэ не было сил. И Сун Юньжань сдался, погрузившись в негу. Цинь Кэ почувствовал, что от таких поцелуев легко получить остановку сердца. Он не к месту вспомнил, что в прошлой жизни часто читал в комментариях фанатов, что у Сун Юньжаня очень милая улыбка. Но они не знали, что его поцелуи еще милее. Слаще их нет ничего на этом свете. Оба пылали от неведомых ранее ощущений, купаясь в сладости поцелуя. Словно переливая изо рта в рот изысканное фруктовое вино, - глоток, еще глоток, не в силах оторваться. Прошло много времени. Двусмысленные звуки прервал тихий, но настойчивый протест: - Нет, нет, я не могу дышать, мне не хватает кислорода. - … Цинь Кэ отстранился и еле слышно рассмеялся. У Сун Юньжаня голова шла кругом. Он тяжело дышал. Красным было не только лицо, даже кончики его глаз покраснели. Цинь Кэ, как довольный ленивый кот, усмехнулся: - Глупый папа забыл, как дышать? Сун Юньжань сердито забурчал: - Кто разрешил тебе называть меня папой! Сун Юньжань хотел сказать это грозно, но дал петуха, и угроза обратилась жалобным блеянием. Сун Юньжань рассердился еще больше. Он встал и угрожающе навис над сидящим Цинь Кэ: - Папа голоден, давай поедим. - ??? По первоначальному замыслу, этот ужин должны были сопровождать горящие свечи, создавая соответствующее настроение. Но теперь он передумал. Не терпящим возражений начальственным тоном Сун Юньжань приказал Цинь Кэ достать из пароварки томящиеся там блюда, а сам включил весь верхний свет в столовой. Фиг тебе, а не романтическая атмосфера! Цинь Кэ смеется надо мной. Так вот тебе – получай! – пылал гневом Сун Юньжань. Никаких свечей! Он этого не заслуживает. Через несколько минут стол был заставлен множеством изысканных блюд. Сун Юньжань был голоден, а из-за нехватки кислорода, вызванной долгим поцелуем, энергия и вовсе покинула его тело. Поэтому он выкинул все из головы и бросился набивать свой желудок. Довольный желудок быстро обуздал гнев Сун Юньжаня. В разгаре пиршества он, полностью избавившись от раздражения, с любопытством спросил: - И как давно я тебе нравлюсь? Цинь Кэ ошеломленно развел руками: - Я не знаю. Сун Юньжань такой ответ не удовлетворил: - Ты такой глупый, почему ты даже этого не знаешь? - Тогда ответь, с каких пор я тебе нравлюсь? - Цинь Кэ не стал заморачиваться вычислениями и сам бросился в атаку. На этот раз оторопел Сун Юньжань. Он осторожно потыкал палочками рыбу. Его словно озарило: - Не так давно. Наверное, в тот день, когда мы купались в горячем источнике. Круто! Идеальный ответ. Сун Юньжань гордо посмотрел на Цинь Кэ - видишь, папина любовь только дала всходы. Будешь плохо себя вести, лишу тебя права целовать меня. Как он и ожидал, после такого ответа Цинь Кэ понурился. Похоже, он боится попасть в немилость. - Значит, всего несколько дней назад? - горько улыбнулся Цинь Кэ. Сердце Сун Юньжаня ёкнуло. Он сразу же пожалел о своих словах. Он не знал, как давно ему стал нравиться Цинь Кэ, но понимал, что случилось это намного раньше посещения горячего источника. Черт побери, моя шутка зашла слишком далеко? Цинь Кэ решит, что я играю с ним. В следующую секунду Цинь Кэ поднял глаза и твердо объявил: - Получается, что ты мне понравилось раньше, чем я тебе. - … - И мои чувства, видимо, сильнее твоих. - … - Но это не важно, - Цинь Кэ взял чашку с водой и, изобразив облегчение, выдохнул. - Хорошо, что я тебе тоже нравлюсь. - Не говори так. Цинь Кэ вырос без отцовской любви, потому так снисходительно и относится к нему, не смея просить большего, довольствуясь крохами. Так жалко звучит. Сун Юньжань стиснул зубы и признался: - На самом деле, это случилось раньше. Я просто дразнил тебя. - Правда? - А, ты ведь не знаешь. Сегодня я позвал тебя, чтобы признаться тебе в своих чувствах, - Сун Юньжань, забыв об осторожности, тут же раскрыл все свои карты. – Думаешь, я позвал тебя смотреть сериал? Да меня он не волнует. Зная сценарные навыки Чжун Сяофэна, я уверен, что сериал станет популярным. - …? - Да не о Чжун Сяофэне речь, - Сун Юньжань перебил себя и вернулся к теме. – Я не виню тебя, что ты притворился спящим и первым поцеловал меня. Я все равно собирался… а, кстати, подожди минутку. Он отложил палочки и бросился на балкон. Вскоре вернулся с огромным букетом роз в руках. - Это тебе! – и Сун Юньжань торжественно взмахнул колючим букетом, пытаясь вручить его Цинь Кэ. Цинь Кэ еле увернулся, спасая свое лицо. Он удивленно смотрел на ворох пышных роз. Сун Юньжань сунул розы ему в руки: - Возьми. У меня не было времени, поэтому я попросил помощника Тана выбрать букет. Не знаю, понравится ли он тебе. Цинь Кэ не мог ничего ответить. Если он скажет, что понравился, то получится, что он одобряет вкус помощника Тана. Если скажет, что не понравился, то обидит Сун Юньжаня. После недолгого молчания он просто кивнул: - Спасибо. Букет выбрал помощник Тан. Но попросил его об этом Сун Юньжань в конце концов. Сун Юньжань гордо улыбнулся: - Ха! Если понравились цветы, давай я прикажу помощнику Тану каждый день присылать тебе букет. - … в этом нет необходимости. Ну что ему опять не нравится?! Сун Юньжань моргнул и внезапно хлопнул в ладоши: - Да, точно. Ты – же артист, тебе итак часто дарят цветы. Тогда помощник Тан выберет что-нибудь другое. Цинь Кэ беспомощно потер лоб: - Я имею в виду, что нет необходимости присылать мне подарки каждый день. И он не хочет получать... подарки, выбранные помощником Таном. Сун Юньжань замер, а затем его осенило. Какой же я дурак! Что обо мне подумает Цинь Кэ? Что я хвастаюсь своим богатством и покупаю сердца людей? Что я не знаю, что значит по-настоящему любить. - Хорошо, не буду, - Сун Юньжань невольно смягчил голос, серьезно заявив. - Не волнуйся, я не такой человек. Автору есть что сказать: Господин Сун: Я плохо играю в игры, у меня странно работает мозг, и мне нравится быть отцом, но зато - я хороший президент!