С тобой тяжело, но без тебя — хуже

Мария с улыбкой вспоминала прикосновения рук и губ Хван Ин Хо. Она до сих пор чувствовала его руки на своем теле, будто он рядом. Его темно-карие глаза остались в памяти и девушка с теплотой на душе вспоминала их. Ей нравилось, когда Ин Хо начал называть ее "Милая", это было до безумия приятно. Его низкий, но нежный голос звучал отовсюду. Маша не хотела отпускать его из объятий, хотелось чувствовать его губы на своих постоянно, пробовать их на вкус и ощущать прикосновения его рук на талии девушки. Девушка сначала его боялась, когда узнала, что он прячется за маской ведущего. Но с ней он был таким нежным и аккуратным, что каждая секунда, проведенная с ним, ощущалась как в раю. Маша до сих пор вспоминала, как он сказал ей "Я тебя люблю". Эти слова звучали так искренне и мягко, что тронули ее почти до слез. Мало кто мог сказать ей такие слова. Даже если и говорили ей, то девушка не обращала на них никакого внимания. Но с уст Ин Хо они были такими настоящими и нежными. А его взгляд щеночка заставляли сердце девушки биться чаще. - Маша... - тихо позвала ту Чун Хи, когда Мария уже была в общежитии. На зов Чун Хи девушка ухмыльнулась. Ее постоянно забавляло, как называют ее по имени, ведь они не привыкли к таким именам в Корее и их акцент звучал достаточно забавно. - Куда ты пропала? - Прости, Чун Хи, я не могу сказать. Чун Хи покачала головой, показывая, что она все понимает и больше не поднимет эту тему вновь. Антонова опустила взгляд и на этот раз она не увидела живота, который был очень заметен. - Стой... Ты...? - не успела договорить Мария, как Чун Хи ее перебила. - Да, ребенок сейчас с Госпожой Гым Джа, - тихо произнесла та и взглядом указала на своего ребенка, который лежал на руках у бабушки. - я родила во время игры. - девушка сделала небольшую паузу и, взглянув в глаза девушки, спросила. - Ты знаешь, какая была игра? Маша даже догадаться не могла, в какую игру они играли на этот раз. Это место не предсказуемое и игры, если верить словам Сон Ки Хуна, меняются. Он говорил, что вторая игра будет печенье, но оказалось совершенно по другому. Сахарными сотами там даже и не пахло. Мария была умна, хоть она и не знает всех этих игр, но могла как-то понять их смысл. Она была сильна духом и когда понимала, что игра для нее неизвестная, то смотрела, что делают другие. - Не знаю, но что-то очень плохое, раз осталось так мало людей. - Госпожа Хен Джу не выжила, ее убили на моих и Госпожи Гым Джа глазах. - Мне очень жаль, что так вышло. Чун Хи подняла взгляд на девушку и перенаправила его на 333 игрока, который сидел на своей кровати и пытался на своих руках убрать уже засохшую кровь. - Он убил Хен Джу. - Этот парень? - тихо спросила Мария и слегка подняла руку, указав на него пальцем. - Я замечала, что вы общались, я думала вы хорошие знакомые. - Да, он также является отцом моего ребенка, - произнесла 222 игрок не переставая смотреть на Мен Ги. Девушка нахмурилась и повернула взгляд с Мен Ги на Чун Хо, которая уже опустила взгляд и смотрела в пол. - Что? - неуверенно спросила Мария уже не отрывая взгляд от 222 игрока. - Сохрани это в секрете, прошу тебя, ты единственная будешь знать правду. Мария взглянула в глаза Чун Хи. Она увидела в них беспокойство, она боялась, что с ребенком что-то случится, ее беспокоило то, что отцом ребенка оказался идиот Мен Ги. Все свалилось на плечи Чун Хи и ей некому было сказать всю правду. Мария это понимала и лишь покачала головой 222, в знак согласия. - Как вы здесь оказались вдвоем? - спросила Антонова нахмурившись, она правда не понимала, как он мог затянуть ее в эти игры, врядли настоящий мужчина повел бы себя так. - Он все деньги в коины вложил, теперь без гроша остался, также, как и я, - тихо ответила девушка и пожала плечами. Мария ничего не ответила на эти слова, но продолжала смотреть на Чун Хи таким взглядом, будто говоря ей "Что за еблан? И от него ты ребенка родила?"

***

Настало время сна, но Маше спать снова до ужаса не хотелось. За пару часов до сна девушка видела, как Гым Джа подошла к Ки Хуну и что-то рассказывала ему. Что было странно для Марии, так это то, что она нигде не нашла ее сына. Осознав то, что Ён Сика больше нет, то Антоновой стало безумно жаль бабушку, она столько всего доброго сделала и в итоге осталась жива она, а не сын, у которого было еще будущее. Хотя, даже у него будущего нет, если смотреть на то, что кружочков до сих больше, чем крестиков. Девушка молча смотрела в потолок и не знала, что делать дальше с Ин Хо. Вроде отношений он не предложил, но в тоже время поцеловал он ее не просто так. Наверняка он позовет Марию снова к себе и назовет ее <<Милая>>. Не сказала бы Маша, что это ласкательное слово было ей по душе, но слушая, как называл ее так именно Ин Хо, то щеки сразу розовели. Ей нравилось внимание от Ведущего. Нравилось, как он на нее смотрел, ощущать его прикосновения на своей коже и чувствовать дыхание на своих губых. Девушка пыталась это отрицать, но снова возвращалась к воспоминаниям о нем. Эти приятные воспоминания потухли тогда, когда Маша вспомнила Ки Хуна. Нет, к Ки Хуну у Маши не было никаких чувств, также как и у него к ней. Но вспоминая, что Ки Хун плохо относится к Ведущему, хоть он еще и не знает, кто находится под маской, то Марие становилось не по себе. Девушка повернула голову и посмотрела на Ки Хуна, который, свесив голову, мирно сидел прикованный наручниками. Его взгляд был безэмоциональным, будто его жизнь уже не имеет значения. Снова вспомнив об Ин Хо, девушка опустила взгляд, осознавая, что усидеть на двух стульях сразу ей будет не просто. Мария опустила голову на колени, которые были в согнутом положении, и тяжело выдохнула. Ей стало слегка не по себе, когда она осознает, что единственная прошла игру не учавствовав в ней. Девушке стало даже интересно, а позовет ли ее еще раз Ин Хо к себе в кабинет во время игры. Хотя... Врядли. Маше Чун Хо поведала, что за игра. Девушка задумалась, скорее всего Ин Хо забрал ее к себе во время игры, потому что понимал, что выжить в этой игре ей будет не просто. Будь Антонова в красной команде, то не смогла бы убить человека, она, конечно, попыталась бы себя настроить, но в итоге ничего не вышло. А если синяя, то найти три ключа будет тяжеловато, а прятаться не выход, потому что все равно место, в котором сидит человек спокойно может кто-то найти. Маша все-таки смогла уснуть, глаза сами закрылись от усталости и тяжелого дня.

***

После первой игры в "Тише едешь—дальше будешь" Мария еле как дошла до своей кровати. Ее всю трясло, кофта запачкана чужой кровью, а дышать стало намного труднее. Каждый ее шаг отдавался болью в ногах, будто она на себе тащит тяжелый груз. Мысли путались, а с глаз текли соленые слезы. Страх полностью поглотил ее, это место теперь ее ужасно пугало. Остальные люди, которые находились в этом месте, были по моральному состоянию похожи на нее. Достаточно много людей ощущали страх и сильно тряслись после первой игры. Чувство, что они умрут здесь, заставляло их плакать и сжиматься. Длинные волосы Маши растрепались, будь она дома, то как можно скорее расчесала бы их, но в тот момент она даже не обратила на это внимание. В ее голове было пусто, она уже не хотела о чем-то думать. Мысли о хорошем заставляли вернуться ее в реальность, а это было еще хуже. Девушка легла на свою кровать без сил, по щекам все также катились слезы, а руки обнимали себя за плечи. Тряску было тяжело перебороть, она хотела успокоиться, начинала глубоко дышать, но ничего не помогло. Хотелось кричать, но нельзя. Рядом с ней разговаривала команда Ки Хуна, на которую девушка даже не посмотрела. Мария не могла успокоиться, она сглотнула ком в горле и уткнулась головой в свои согнутые колени. - Ты в порядке? - осторожно спросил мужчина, которого Маша даже не услышала. - Что с ней? - задал вопрос уже другой голос, который обращался к мужчине рядом с Машей. - Не знаю, может паническая атака? Я читал об этом недавно в какой-то статье. В этот момент Маша чувствует прикосновение к своей голове и она подняла голову и взглянула на двух мужчин, которые находились рядом с ней. - Смотри, Ки Хун, очнулась, - с небольшим удивлением произнес мужчина, толкнул своего друга в плечо и через пару секунд подошел ближе к девушке. - как ты себя чувствуешь? Мария смотрела на двух неизвестных ей парней и не могла понять: для чего они так заботятся о ней. Она узнала одного из этих мужчин. Тот самый парень, который кричал, что если засекут движение, то мы умрем на первой игре. Странно, откуда он знает об этом? Ки Хуна взгляд был прикован к Марие, такой усталый и с долей сочувствия, что девушке стало его жаль больше, чем саму себя. - Я в порядке, спасибо, - тихо ответила Антонова и опустила взгляд. - Вот бедняга, такая молодая, как она сюда попала? - задал вопрос мужчина с номером 390, будто не Маше или Ки Хуну, а самому себе. - Твои родители знают, что ты здесь? Девушка подняла взгляд и пристально смотрела на друга 456. Она проигнорировала вопрос и опустила взгляд, не собираясь отвечать игроку 390. Ки Хун чаще всего молчал и толком не говорил, будто его что-то тревожило все время, терзало и убивало внутри. Он был до ужаса подавленным, что даже просто от внешнего вида Маше становилось его жаль. - Присоединяйся к нам, пообщаемся, все равно все в одной лодке оказались, - произнес с улыбкой на лице друг Ки Хуна. Уже сидя на лестнице сзади Ки Хуна и Чон Бэ, то она даже не услышала, как к им трем, подошел игрок 001 со своей командой кружков и задавали вопросы Сон Ки Хуну. Мария взглянула и увидела перед собой Иль Нама, который, в это время, тоже поднял взгляд на девушку. Они смотрели друг на друга не отрывая взгляд. Почувствовали, что их будто что-то тянуло друг к другу. Когда команда кружков ушла, то Мария бросила последний прощальный взгляд на Ин Хо, который уже сидел со своей командой, не обращая на девушку внимания. Маша опустила взгляд и на этот раз взглянула на 456 и 390 игроков. - Ты какой-то странный стал, не заболел случайно? - спросил Чон Бэ, коснувшись своей ладонью лоб игрока 456. - Все в порядке, Чон Бэ, - тихо произнес Ки Хун и сбросил руку своего друга. Дальнейшего диалога Маша не слышала. Ее мысли заполнил тот самый загадочный парень с номером 001. Очень странно, но его карие щенячьи глаза она запомнила и вспоминала постоянно. Даже, когда Маша позволяла себе пообщаться в компании Ки Хуна, то все равно ее мозг сам вспоминал эти глаза, от чего у Марии появлялась слегка заметная, глупая, влюбленная улыбка на лице.

***

Утро наступило от того, что заиграла музыка и резко включился свет в общежитии. От резкого света игроки рукой накрывали свои глаза. Всем хотелось спать, но нужно идти на следущую игру, хоть даже желания нет. Мария приподнялась со своей кровати и не успела разлепить глаза, как услышала перешоптывания и тихие вздохи людей. Потерев глаза и открыв их, слегка щурясь, то девушка заметила, как солдаты несут гроб. Мария с просонья толком ничего не могла понять, но как только она заметила труп бабушки, то она будто сразу проснулась. Глаза смотрели точно на Гым Джа и не могли отвести взгляда, тело не могло пошевелиться, лишь слегка тряслись руки. Краем глаза девушка заметила Чун Хи с ребенком в руках, который безостановочно плакал. Ее тело дрожало, а глаза наполнялись слезами. "Госпожа..." - тихо шептала девушка себе под нос. Было ужасно жаль видеть Чун Хи в таком состоянии. Хотелось подойти и обнять ее, но Марие самой нужна была помощь. Положив тело Гым Джа в гроб и закрыв его, девушка опустила взгляд. Ее руки продолжали трястись, тело покрылось мурашками, а с глаз текли слезы. Хоть с Гым Джа она не была в близком общении, но этот человек был очень добр к ней. Сама бабушка была ко всем нежна и любила каждого с кем ей удавалось пообщаться. Однажды Мария лежала на своей кровати и не хотела даже шевелиться. Это место на нее ужасно давило психологически. С каждой игрой ей становилось все хуже и хуже в моральном плане. Маша кусала губы, она очень много думала на счет своего будущего и каждый раз она останавливалась на том, что она умрет в этом месте. Она не знала как именно, от своих рук или от рук солдат, но она умрет. Девушка уже хотела наложить на себя руки, но останавливалась тогда, когда вспоминала глаза 001. Эти щенячьи глазки будто просили ее не делать этого. Девушка даже не знала его настоящего имени, она знала Ён Иля, но не Ин Хо. Но это не остановило Марию не думать о нем. Каждый раз, когда ей было грустно, она вспоминала его голос. Такой теплый и успокаивающий, что светловолосая лишь закрывала глаза и слегка улыбалась. - Маша, - тихо раздался голос 456 возле нее и девушка подняла взгляд на парня. - почему ты не приходишь к нам? - Не знаю, не думаю, что вольюсь в вашу команду, - с печалью в голосе произнесла 307 игрок и, прикусив губу, опустила взгляд. - Не думай так, пошли к нам, - ответил Ки Хун и протянул руку Марие. Девушка подняла взгляд и, улыбнувшись уголком губ, протянула руку в ответ. Как только Ки Хун и Маша пришли в команду, то Гым Джа, которая сидела в кругу компании подняла взгляд и улыбнулусь девушке. - Ой, мы так и не смогли с тобой познакомиться. - сказала с улыбкой на лице бабушка и рукой подозвала к себе. Маша подошла и села рядом к ней. - Нам про тебя немного рассказывал Господин Сон Ки Хун, ты правда из России? - спросила с интересом Госпожа. - Да, я из России, - тихо и слегка неуверенно ответила девушка с улыбкой на лице. - Как интересно, ни разу не была в этой стране, а почему решили приехать к нам в Корею? - Я много слышала об этой стране и сама захотела ее посетить, уже 7 год здесь живу и не планирую уезжать. - Да ты что?! А тяжело было освоиться в новой стране? Может тебе тяжело было привыкнуть к нашим правилам? - спросила Гым Джа и взяла Марию Александровну за руку. От нее веяло заботой и добротой даже, если она молчала. - Мам, ты слишком много задаешь вопросов, - произнес парень с черными волосами и небольшой растительностью на лице. - Ты ладно тебе, Ён Сик, сам мог бы что-нибудь спросить у этой девушки. Не часто встречаем иностранок, - говорила та и параллельно жестикулировала свободной рукой, а вторая так и продолжала держать Машу за руку. Мария смотрела на Гым Джа и Ён Сика и решила перевести взгляд на Ки Хуна, который смотрел на Машу с небольшой улыбкой на лице. Рядом с 456 игроком сидел 001. Переведя взгляд на Ён Иля, то на этот раз девушка не могла отвести взгляд, она буквально была одержима им. Странность в том, что это началось сразу, как только она увидела его. Антонова влюблялась до 001 в парней, но это было не с первого взгляда и эти отношения были похожи больше на ребячество. Да, ей нравились эти парни, но любовью было трудно это назвать. В Ён Иля она влюбилась сразу же. Что Маше понравилось больше всего в этом парне — его карие глаза. Девушка не могла оторваться от них и часто они сталкивались взглядами, но и слова не могли проронить друг другу. Но в этот день, что-то пошло не так... - Хотите сказать, что в Корее лучше, чем в России? Мне казалось, что Россия – не плохая страна, - произнес Ён Иль, не отрывая взгляд от Маши, которая пришла в себя после его вопроса. - Россия – не плохая страна, просто мне очень понравилась Корея, но я не хочу сравнивать эти две страны. Каждая по своему интересна и красива, - ответила на вопрос Маша, пытаясь не заикаться и не стесняться. Под пристальным взглядом Ён Иля тяжело было сформулировать хоть слово. На слова девушки парень улыбнулся уголком губ и опустил взгляд. "Почему он так чертовски сексуален?" – думала Мария не отводя взгляда от парня.

***

Еле передвигая ноги девушка шла на следующую игру вместе с Чун Хи, которая держала в руках младенца. Мария не могла понять, зачем 222 взяла с собой ребенка, если можно было оставить его в общежитии, либо спросить у солдат можно ли оставить младенца, он ведь не является игроком. Две девушки шли в тишине. После увиденного они не могла принять того, что Гым Джа больше нет в живых. Эта смерть не была сильно удивительной. Смерть сына она не смогла бы пережить в любом случае, она выбрала легкий путь — не мучаться. - Зачем ты взяла с собой ребенка? - прервала тишину Маша, взглянув краем глаза на младенца. - Я не хотела его оставлять там, - ответила Чун Хи еле сдерживая слезы, по ней видно, что ей хуже и хуже, также, как и Маше. Скорее поэтому они сдружились, они вдвоем оказались до ужаса травмированы играми. - Думаю, ему там было бы безопаснее, мы не знаем, что за игра. Чун Хи опустила взгляд и прижала ребенка ближе в груди. По ней видно, что она безумно любит своего младенца и хочет спасти от всего. Хоть Чун Хи и хромала на одну ногу, но не переставала держать ребенка у себя. Она не просила помощи, хоть в ней нуждалась. - Я планировала его оставить, но он так заплакал, что я не смогла не взять его и оставить одного. - Может тебе помочь? Ты сильно хромаешь. - произнесла Мария и положила свою ладонь на плечо Чун Хи - Не тяжело нести ребенка? - Все в порядке, - тихо ответила 222 продолжая идти, держа в руках своего младенца. Очень печальная была картина. Наблюдать, как еле передвигая ноги, молодая мама держит в руках ребенка и идет прямо на смерть – было ужасно. Хоть девушка отказалась от помощи, но нуждалась она в ней сильнее всех. Чун Хи сильная и самостоятельная, но ей требовалась помощь в любом случае. Молодая мама резко остановилась и облокотилась об стенку. Маша, заметив это, коснулась плеча подруги. - Что такое? Но девушка проигнорировала вопрос и пыталась отдышаться. Ее худые руки держали малыша в своих объятиях, а ее взгляд был направлен в пол. - Чун Хи.., - послышался сзади голос Ки Хуна, который заметил состояние 222 игрока и, подойдя к девушке и протянув руки к ребенку, произнес - я понесу. Девушка смотрела на его сильные мужские руки, которым можно было доверять. Постояв пару секунд девушка отвернулась и пошла хромая дальше. - Не надо, - тихо, но уверенно ответила девушка, будто была уверена в том, что сама сможет справиться с ребенком и ушибленной ногой. 222 почувствовала прикосновение ладонью к своему плечу. Парень слегка ее повернул на себя и посмотрел ей в глаза. - Поверь, так будет безопаснее, - ответил нежным, но низким голосом Ки Хун, смотря ей прямо в глаза. У девушки были сомнения по поводу Ки Хуна, но не доверять ему у нее не было поводов. Чун Хи бросила взгляд на Машу, которая лишь ей улыбнулась и покачала головой в знак того, что на Ки Хуна можно положиться. Ее взгляд опустился и смотрел на своего ребенка, который до сих пор был у нее на руках. Приняв решение, 222 аккуратно дала ребенка Ки Хуну. - Держись лучше за меня, так будет легче, - произнесла Мария и выставила перед Чун Хи локоть правой руки, чтобы девушка за него ухватилась и упиралась на него и стену. Мать ребенка покачала головой и ухватилась за Антонову. - Я испугалась, - начала говорить Чун Хи продолжая идти вместе с Машей и Ки Хуном - что без ребенка останусь одна. Ки Хун тяжело вздохнул. Его худощавый внешний вид пугал, а кровь на виске уже высохла, но он не обращал на нее внимания. 456 игрок посмотрел на ребенка своими уставшимы и безжизненными глазами. - Я решила, что ребенок станет моей семьей. Будет со мной всегда. Я думала, что не смотря на трудности - продолжала говорить Чун Хи, по ее разговору чувствовалось, что с секунды на секунды бедняга заплачет. - мой ребенок сделает меня счастливее. А теперь из-за меня... Госпожа Чан и Ён Джу - ее голос дрожал, она начала идти медленнее и медленнее, пока полностью не остановилась и оперлась на стену. - Из-за меня они... Чун Хи не смогла договорить, слезы текли по ее щекам. Она винила себя в их смерти, хоть и была не виновна. Сон Ки Хун остановился и развернулся к девушкам. Мария гладила свободной рукой ее плечо, пытаясь хотя бы этим действием успокоить Чун Хи. - Это не твоя вина. - сказал строго Ки Хун резко развернувшись к девушке, смотря ей в глаза. - Мы сделали свой выбор. Госпожа Чан и Хен Джу, и ты тоже. Это был наш выбор. Чун Хи слушала Ки Хуна, шмыкала носом и тяжело вздыхала. Мария наблюдала за ними и понимала слова Ки Хуна, он говорит правильные вещи, но осознать их в этом месте достаточно трудно. - Знаешь, у меня ведь была дочка, - с небольшой улыбкой произнес Ки Хун и посмотрел на Машу, потому что она знала о его дочери и снова посмотрел на Чун Хи. - а я так и не стал хорошим отцом. Эти слова звучали очень больно, хоть Маша не знала какого это на себе, но все равно могла понять Ки Хуна и также Чун Хи. Обоих было очень жаль, но Мария обрадовалась, что 456 решил помочь молодой маме, это достойно уважения. Мария слегка улыбнулась и закрыла глаза. Ей стало больно за своих друзей и осознавать, что в тайне от всех сбегала к Ведущему игр – было страшно. Они доверяют ей, а она так поступает. Этот человек не заслуживает хорошего отношениях, он убивает людей. Но Мария в это не верит, она любит этого человека и желает, чтобы он бросил эту работу и выбрался с ней с этого ужасного кровопролитного места.

***

Первым делом, что увидели Маша, Ки Хун и Чун Хи — это две огромные куклы. Одна из них была похожа на куклу из "Тише едешь — дальше будешь" и Мария вспомнила о Ин Хо, который помог ей на первой игре. Эти куклы пугали до ужаса и даже не хотелось подходить ближе. Мария держала Чун Хи за локоть и продолжала смотреть на куклы, которые держали двумя руками огромный канат. Для чего он им? Как только девушка задалась этим вопросом, то голос на фоне начал объснять правила игры. <<Добро пожаловать на пятую игру. Пятая игра называется "Скакалочка". Повторяю: пятая игра называется "Скакалочка". Вы должны перейти на ту сторону, прыгая через веревку в течении 20 минут. Порядок перехода через мост вы можете выбрать самостоятельно>>. - Присядь на минутку, - будто запыхавшим голосом сказал Ки Хун, обращаясь к Чун Хи. Девушка села на скамейку, которая находилась возле входа. Парень аккуратно наклонился с ребенком на руках и посмотрел ногу девушки, которая даже посинела от перелома. - Ты как вообще в силах ходить? - спросила Мария Антонова, смотря на ногу девушки. Но Чун Хи не ответила, она посмотрела на Ки Хуна со страхом будто без слов прося о помощи. <<Внимание! Игра начинается>> В этот момент заиграла песня, от которой у девушки появилась нервозность. Все песни, которые играли на фоне во время игр для Марии казались до ужаса пугающими. Хоть они звучали по детски, но осознавать, что проигрыш — конец твоей жизни, пугал до ужаса. Мария отошла от Ки Хуна и Чун Хи и подошла к обрыву. Высота была ужасно высокой и если упадешь — разобьешься на смерть. Хоть это и пугало, но и расслабляло от того, что если и умирать, то безболезненно. Смотря на обрыв, девушка уже хотела спрыгнуть, избавить себя от страданий и не думать о том, что выберется она или нет с этого пугающего острова. Ее глаза разбегались и наполнились слезами, но сразу смахнула их рукавом кофты. - Что? Спрыгнуть хочешь? - спросил незнакомый для Марии голос и девушка обернулась. Девушка промолчала и смотрела в глаза игроку 124, который тоже смотрел на обрыв. Мария испугалась, ей показалось, что он хотел скинуть ее с этого обрыва, чтобы стало меньше игроков и приз вырос. Но он встал на колени и подошел к девушке. - Слушай, ты не видела крест - произнес парень и, потирая ладони, не мог нормально сформулировать речь - на цепочке, там внутри таблетки, они мне очень нужны, - с легкой улыбкой говорил парень, не сводя взгляд с 307 игрока. - Прости, но я не видела, честно, - сказала девушка, она не хотела его злить. Она сразу поняла, что этот парень – наркоман и с ним лучше не спорить. Неизвестно на что способен этот парень, который дружил с Таносом. - Ты должна знать! - крикнул 124 и, хватая девушку за воротник кофты, прижимает к стене. - Не ври мне, ты знаешь. Я могу сбросить тебя сразу же, но не сделаю, если ты просто скажешь где таблетки, - на последних словах его крик перешел в шепот. Странные перемены в настроении были у многих наркоманов и он не исключение. - Эй... Тебе из-за этого плохо? - задал вопрос 125 и показал подвеску, которую и искал Нам Гю все это время. 124 посмотрел на парня и его глаза расширились. Он подбежал на четвереньках к парню и встал на колени, сложив руки начал просить отдать ему подвеску, но парень бросил ее на мост со словами <<Если нужно, то иди за ней>>. Больше Мария не хотела наблюдать за этой картиной и ушла к Ки Хуну и Чун Хи, которые старались сделать для ребенка так называемую переноску, чтобы Ки Хун повесил ее на себя. - Ки Хун? Ты хочешь перенести ребенка? - спросила Мария и посмотрела на ребенка в руках у Чун Хи. - Да, один из солдат сказал, что ребенок является игроком, - ответил Ки Хун и продолжал делать из своей кофты переноску. Девушка шокирована от ответа. Она всего лишь отошла на пару секунд, а уже оказалось, что младенец является игроком. Что за бред? Мария подумала об Ин Хо, он ведь мог сделать так, чтобы ребенок тоже стал игроком. Только он мог предложить и разрешить это сделать. Антонова расстроилась от этих мыслей, но решила для начала об этом не думать, пока не перебралась на другой конец моста. Резкий удар и громкое оханье услышали все. Ки Хун, Чун Хи и Мария оглянулись, но ничего не заметили, они лишь услышали голос. <<Игрок 124 выбыл>> Игрок 124? Тот самый наркоман? Мария вспомнила, как он буквально пару минут назад выпрашивал у нее крест, которого у нее даже нет. Стало еще страшнее. Ки Хун повесил ребенка к себе на грудь и посмотрел на Чун Хи, которая сидела на скамейке. - Я вернусь за тобой, - произнес Ки Хун и развернулся. - Удачи, - пожелала Мария и похлопала Ки Хуна по плечу. Парень улыбнулся ей и слегка поклонился, показывая, что благодарен за эти слова. Мария наблюдала очень хорошо за тем, как Ки Хун переносит ребенка на другой конец моста. Каждый его прыжок был очень волнительным для Марии и Чун Хи. 222 ужасно переживала за парня и младенца. Мария замечала ее слегка трясущие руки от страха и поэтому положила ладонь ей на плечо. Маша переживала за троих сразу. Жизнь ребенка на этот раз зависела только от Ки Хуна. Из-за этого девушка смотрела на 456 в перемешку со страхом и восхищением. Ки Хун был единственным, кто решил помочь Чун Хи перенести ребенка на другую сторону моста. Даже помочь ей понести ребенка, видя ее раненную ногу, сообразил лишь Сон Ки Хун. Этим парнем можно гордиться. Он доказал, что является настоящим мужчиной, который поможет девушке. Сильные должны помогать слабым. Когда 456 игрок и ребенок Чун Хи оказались на другой стороне моста, то парень показал младенца, держа его осторожно на руках. Чун Хи улыбнулась и посмотрела на Машу, которая также не смогла сдержать улыбки на своем лице. - Вот видишь, Чун Хи, все хорошо, - произнесла Антонова не отводя взгляд от счастливой девушки перед собой и, поглаживая ту по плечу. Хоть Мария не верила в то, что 222 получится перенести на другой конец моста, но все таки она надеялась на лучшее. Надежда осталась только на 456 игрока. Сон Ки Хун что-нибудь придумает. Он же придумает? Когда почти все оказались на другой стороне моста, то Маша лишь смотрела на одну Чун Хи. Ее не привлекали другие игроки, которые переходили мост, прыгая параллельно через длинный канат, она переживала только за нее. Эта девушка была последней выжившей подругой Марии, если она не сможет перейти мост, то частичка Маши умрет вместе с Чун Хи. - Ки Хун, - тихо сказала Маша, смотря то на время, то на последних игроков на мосту. Парень перевел взгляд на девушку, смотря ей в глаза. - Вы точно успеете? Ки Хун сглотнул ком в горле и опустил взгляд. Он сомневался в своих силах, но ради нее он готов был рискнуть на такой шаг. Ребенка он может передать Марие, потому что она — единственная, кому 456 мог довериться из всех выживших. Его жажда помочь всем его может в скором времени погубить, но он даже не задумывался об этом. У него поставлена задача — спасти Чун Хи, хоть это почти невозможно, но нельзя упустить шанс помочь ей. - Чун Хи, стой там! - произнес 456 и показал рукой на девушку, чтобы та подождала парня. - Я иду. Господин, не надо, - ответила девушка, похрамывая идти к обрыву. - не идите за мной! - привазала 222, остановившись возле куклы, которая держала в своих руках огромный канат. - Нет... Чун Хи, не смей. - сказал нежно Сон Ки Хун, чувствуя, что девушка откажется от помощи. Его лицо показывало испуг и сожаление. - Я уже иду к тебе, только не сдавайся! - его голос стал громче, будто приказывая, чтобы девушка оставалась на месте. - Оставайтесь там, Господин, - произнесла с мольбой девушка, держась за больную ногу, которая наверняка ныла от боли. Отдышавшись девушка продолжила говорить, набрав воздуха в легкие. - если вы умрете – то мой ребенок тоже умрет. "Спаси ребенка во чтобы то ни стало." — это были ваши слова. - девушка сделала небольшую паузу в своих словах. Ее голос подрагивал, будто с минуты на минуту она расплачется, хоть это было так. Чун Хи глотала ртом воздух, словно ей его не хватало. - Помогите мне. Это были ее последние слова перед прыжком. Мария и Сон Ки Хун смотрели на нее, не отрывая взгляд. С глаз потекли слезы, а глаза олицетворяли усталость и панику. Они надеялись на то, что девушку получится перенести на другую сторону, но Чун Хи сделала свой выбор сама. Мария вспомнила слова Ки Хуна: "Мы сделали свой выбор". 222 игрок тоже его сделала, хоть он и был смертельным. Правильно говорят, что ради ребенка — мать пойдет на все, лишь бы защитить его. Чун Хи показывает, как сильно она любит ребенка и доверяет она его только Маше и Ки Хуну. Если их не станет, то и ребенка тоже. Доверить ребенка человеку, которого знаешь 5 дней тем более в этом месте — глупо, но ей уже терять нечего. Если не они, то ребенка не стало бы с первого дня. - Чун Хи... - тихо произнес Ки Хун, его глаза наполнились слезами, взгляд прикован к девушке. Он понимал, что уже бесполезен и не сможет как либо спасти мать ребенка и это его съедало внутри. Чувство вины ему теперь нести всю оставшую жизнь. 222 подошла к краю, по ее щеке скатывалась слеза. - Чун Хи, стой! - крикнула Антонова, ее тело покрылось мурашками от страха за девушку. Мария начала бежать к мосту. - Я иду к тебе, - уже подбегая к мосту ее остановил Ки Хун, но Мария сопротивлялась действиям парня, от чего тот ее крепко ухватил. Девушка сопротивлялась, слезы текли градом. - Прошу тебя, Чун Хи! - кричала Мария, но 222 сделала шаг вперед и полетела вниз. <<Игрок 222 выбыл>> Глаза девушки расширились, она громко крикнула протяжно имя Чун Хи и снова залилась слезами. Но в ту же секунду почувствовала удар кулаком по лицу, от чего из брови потекла кровь. - Заткнись уже, - произнес неизвестный ей голос. Далее Мария мало чего помнит. Единственное, что осталось у нее в памяти, как Ки Хун отодвинул девушку за свою спину, чтобы ее не трогали. Слезы продолжали течь по ее лицу, но уже безвучно и без криков, на данный момент уже не хотелось кричать и бить кулаками по всему живому. Хотелось лишь лечь на кровать, заснуть и не проснуться.