Я сжег синим пламенем чувства

Если бы всё было так, как полагал Джуффин… Я проснулся от яркого солнца, пробивающегося сквозь занавески в полдень. Конец сна размывался туманной дымкой в моей памяти, а начало и середина не отпускали. Внутри становилось донельзя страшно, хотя и плохо понимал, в чем суть. Моя комната была прежней, лёгкий бардак, немного пыли и унылой тоски. Странные выдались выходные, кажется, за неделю я вымотался настолько, что не помнил, как уснул. На календаре красовалось воскресенье. Следовало привести себя в порядок, понять что и сколько я проспал, в каком количестве и виде — и выйти в люди, напомнить о себе — сказать: рабочая неделя не убила Макса, я всё еще здесь! Всем работам назло. Вдруг я замер — я не помнил, где работаю. Не помнил настолько отчетливо, что это начинало пугать. Подсознание сплясало реверанс и махнуло рукой в сторону сна, словно бы там и был ответ. Сон я помнил: другой мир, а затем пленение в мире потише… ах, да, в «Тихом городе». Снится может всякое, я не хочу предавать этому значения, однако… странное, слишком всеобьемлющее чувство внутри неприятно ёрзало, пытаясь найти себе место или утешение. — Сэр Джуффин? — позвал я без особой надежды. Еще полшага, и я буду умалишенным, разговаривающим сам с собой. Желая избежать такой участи, я решил нашарить телефон где-нибудь в квартире, и выяснить последние события, так тщательно мной забытые, хотя бы через него. Телефон я не нашел тоже. Это становилось всё любопытнее. Вкупе с моей амнезией вариантов было два: либо я хорошенько выпил и приложился обо что-то головой, либо сон имеет вес. Вес реальный и странный. Буду честен, последняя перспектива мне нравилась меньше всего, даже меньше тех вариантов, которые я еще не вообразил. Сходив на кухню и заварив чай, в отчаянии не сумев найти кофе, я едва не поперхнулся от его вкуса. Во рту поселилось ощущение, что с этим вкусом я попрощался многими годами ранее. Данная мысль тоже шла в теорию «весомого сна». Я был раздосадован и напуган. — Джуффин, клянусь, если вы существуете в каком-нибудь из Миров, вы за это поплатитесь. Я сказал это быстрее, чем смог полностью сформулировать для себя причину злобы. Я не помнил, но знал, что зол, что должен злиться. Это пахло абсурдом. Безумием. Я никогда прежде не чувствовал запах безумия, а теперь начинаю понимать, о чем весь Тайный Сыск говорил. — Минуточку. Безумие не пахнет. Безумие не пахнет! — я стал ходить по кухне взад и вперед, твердя это себе. Наконец остановился. Голова начинала болеть от волнения, тем же временем я в душе понимал: мой рассудок не врет. Это не безумие, это не сон. Я принялся дышать, как Шурф учил, а то гляди высунулся бы в окно по пояс, и черт знает, чем бы это кончилось. Успокоившись, я постарался вспомнить и всё и разложить по местам. Получилась достаточно ясная картина: Мир Ехо, из которого меня заперли в неком месте под названием «Тихий Город», он же является самым страшным и печальным Миром. Как-то выбравшись оттуда (я был уверен, что выбрался, а не что нахожусь сейчас там, во сне), я оказался здесь, в изначальной точке своего пути — в Мире Паука. Продумав это еще дважды, по кругу и стараясь не упускать деталей, я наконец расхохотался. Что мне оставалось теперь? Заново ловить трамвай? Или сначала дозвониться до Джуффина в другой Мир, чтобы он сначала мне его прислал? Кроме того, он умен, наверняка заподозрит, что у меня найдется, что ему сказать! Следующие дни прошли однообразно: я всё же выяснил, где ныне работаю и даже исправно появлялся там днями. Ночами я возвращался туда, где первый раз встретил трамвай, и разочаровано уходил под утро. Вскоре мой энтузиазм поутих, как утихали и воспоминания. Может, внутри я не хотел возвращаться? Но намного более вероятно, что сказки Джуффина про Вершителей — та еще шутка. Пока однажды, придя домой после рабочего дня, я не застал там очень знакомого человека. — Макс, — Джуффин улыбнулся своей лисьей улыбкой. — Сэр Халли, — отозвался я нарочито спокойно. Внутри я вспыхнул, и слишком запоздало вспомнил, что сэр Почтеннеший Начальник умет читать мысли, особенно мои. — Ты предпочтешь драться со мной здесь и сейчас или после, когда я верну тебя в Ехо? — Я не хочу в Ехо, — сказал я сухо. Судя по лицу Джуффина, он почти не удивился. — Так-так, — протянул он, встал с моего дивана и принялся набивать трубку. — Почему не хочешь? — Звучало с искренним интересом. — Потому что я понятия не имею, что дальше! В какую даль вы меня отправите, в какую бездну! — мои эмоции взяли верх, я больше не мог молчать и изображать обиженное величие. — Макс, но ты ведь отправился в Тихий Город сам. — Но вы ушли! — прокричал я. — Вот только не надо про судьбу говорить снова. Оттуда я выбрался сюда, и даже тут оказался пленником. Вы могли прийти сюда всё это время… Похоже на насмешку, не находите? — Я не думал, что увижу, как силу Вершителя можно растерять… — Растерять?! — я щёлкнул пальцами, как прежде, и в моей руке появился сияющий зелёный шар. — Ох, Макс! Это что-то новенькое. Но Джуффин с лёгкостью отбил атаку. — Кажется, злость идет тебе на пользу. И всё-таки я предлагаю тебе выслушать меня, прежде чем пытаться прикончить. — Хорошо. Мы сели напротив друг друга. Джуффин всё еще игрался с трубкой, выводя меня из себя. Я терпел гордо, даже отвернулся с честью. — Ты мастерски выбрался из Тихого Города, — начал Джуффин. — Кроме того, в разы быстрее, чем я то предполагал. Твои книги сделают своё дело руками и желаниями других Вершителей, что же до тебя… уж не вздумал ли ты уничтожать Ехо в отместку мне, Макс? — Я не хочу уничтожать Ехо, хотя мое желание и колеблется от настроения – и всё же никогда не будет таким, чтобы я искренне желал уничтожения. Мне и на вас не за что злиться, всё просто случилось так, как случилось. Я пошел за вами туда, вы раскрыли мне карты и ушли. Даже если вы были уверены, что я выберусь... важно ли? Теперь я здесь. — Ты не хочешь возвращаться, потому что боишься снова покинуть Ехо? — спросил Джуффин, точь-в-точь читая мои мысли. Вернее и предположить нельзя. — Именно так. Я сжег синим пламенем чувства к Ехо, и ко всем, кто был там. Только сейчас я увидел, как Джуффин удивился. Кажется, мой оборот речи не оставил его равнодушным. Более того, лис резко встал — я никогда не видел его таким взволнованным. — Синим… пламенем... — Вы говорили, этим можно уничтожать Миры. Что до чувств, мне прежде не было известно. — Но это так, Макс… — Значит, так тому и быть. А теперь оставьте меня, сэр Джуффин, я устал и хочу спать.