Ранункулюсы

Можно ли влюбиться в голос? Эрика мысленно поправила себя: влюбиться в человека, слушая его голос. Такой мягкий, спокойный и успокаивающий, принадлежащий надёжному человеку — а это в их сложное время уже само по себе достижение. Голос был немного с хрипотцой, напоминавшей статические помехи и придавай словам глубину. Таким человеком был Джек. Сегодня Эрика должна была впервые встретиться с ним лицом к лицу. Тёмно-серое небо затянул смог. Неон указателей и вывесок выжигал глаза, и Эрика спешно укрылась за визором, приглушавшим контрастность окружающего мира. В воздухе витал запах жжённой проводки, мокрого асфальта и выхлопов флаемобилей. Март уже наступил, и это значило, что пришло время праздника цветов. К сожалению, в двадцать втором веке растения были на грани исчезновения и встречались разве что в коллекции богачей. Весь остальной мир по старой памяти использовал заменители: мужчины дарили своим девушкам искусственные букеты, кто-то прикреплял светящиеся неоновые бутоны к одежде, другие навешивали голограммы, а магазины прибавляли к вывескам флуоресцентные цветы. Глядя на одну такую, Эрика грустно вздохнула: она мечтала хоть раз в жизнь потрогать настоящее растение, а не только смотреть на него через пуленепробиваемое стекло в музее. Однако сейчас мысли о цветах занимали девушку меньше всего. Она ужасно волновалась, следуя за указателями в сторону обсерватории, где её должен был ждать Джек. Джек… Эрика нервно поправила высветленные до белизны волосы и вытерла вспотевшие ладони об одежду. Раз за разом она возвращалась мыслями к этому человеку, вспоминала их первый разговор, переписки и философские дебаты, открывавшие для них новые грани характеров друг друга. Её до сих пор удивляло, что Джек сливал «Ранункулюсу» — группе, которую основала Эрика, — информацию о работодателе. Он работал менеджером в одной из крупнейших корпораций, «Tomorrow Tech Inc.», более того, имел доступ к некоторым её секретам. «Ранункулюс» интересовали исключительно грязные делишки корпорации, которую они анонимно публиковали на свободных, запрещённых корпорациями каналах, предостерегая людей о возможных рисках. Деятельность «Ранункулюса» считалась незаконной, но Джек всё равно вышел на них. За год его безупречной помощи он доказал, что не был корпоративной крысой. Если бы его поймали на сливе информации, он бы лишился не только работы, но и свободы. И всё же он продолжал поставлять им ценные сведения. Это говорило о его благородстве, человеколюбии, храбрости, в конце концов. Эрику восхищали подобные качества, и она мысленно ставила Джеку баллы за привлекательные характеристики. Девушка обошла автоматона, который заглючил посреди улицы и катался туда-сюда вместо того, чтобы собирать мусор. Она пыталась вспомнить дорогу к обсерватории, но вскоре поняла, что её старания тщетны. В первый и последний раз Эрика посетила это место с отцом, когда ей исполнилось пять лет. Теперь туда редко пускали посетителей, потому как небо, куда всегда был устремлён взор человечества, большую часть дня и ночи заволакивали густые пары. Смотреть на звёзды даже через аппаратуру становилось всё сложнее. «Я задержусь на пятнадцать минут», — написал Джек. Эрика быстро настрочила ответ через голографический интерфейс и снова погрузилась в мысли о прошлом. Джек. Она долго не могла ему довериться, но он доказал, что разделяет взгляды «Ранункулюса». В их группе было всего пятеро — не количество участников, а анекдот. Они все никогда не виделись лично, но именно это делало их вклад в разоблачение богачей особенно ценным — не таким, как акции компаний, а таким ценным, как поцелуй матери перед сном или улыбка незнакомца в час пик, от которых сердце начинает трепетать. «А вдруг он скрывает лицо из-за несовершенств внешности?» — пришло ей в голову. Плечо Эрики непроизвольно дёрнулось, словно тело пыталось убедить её, какие это всё несущественные мелочи. Где-то в вдалеке слышался плач сирены, издаваемой полицейскими дронами — пронзительный, полный угрозы. Ко всем прочим запахам улицы примешался ещё и расплавленный пластик. Огибая каркас здания — стальные рёбра, тянувшиеся ввысь, — девушка вновь перечислила про себя черты Джека, которые приглянулись ей. Они отлично ладили, и их мнение по многим вопросам совпадали. Не сходились разве что в вопросах отношения к андроидам: Эрика недолюбливала их, а Джек пытался убедить её, что не все они были бездушными машинами. Девушка тогда вывернула перед ним душу, рассказав о причинах своей неприязни к искусственным людям, и обладатель прекрасного голоса не только не растоптал её откровение, но и отнёсся к нему внимательнейшим образом. «Тараканий кебаб, всего за пять кредитов», — гласила яркая вывеска. Эрика скривилась, подумав, что люди на сорок пятом совсем зажрались. Пока жители нижних уровней питались отбросами, крысиными стейками и тараканьими запеканками, местные относились к подобной еде как к экзотическим блюдам, которые можно иногда вкусить по средам и пятницам. Оставив уличное кафе позади, Эрика прошла ещё один поворот, и её взору открылся вид на купол обсерватории. Почти все здания в городе небоскрёбов имели форму сталагмитов, то есть были узкими и вытянутыми, как клыки хищника. Но старая обсерватория, напротив, казалась приземистой и широкой, будто толстячок в смешной шляпе. «Без двенадцати одиннадцать. — Эрика сверилась с циферблатом на визоре. — Все работники уже разошлись, а из охранников остались лишь дроны. И то в лучшем случае. Не проблема». Будучи крайне ценимой хакершей в «Ранункулюсе», Эрика готовилась взломать как замок двери, так и другие виды техники для отслеживания незваных гостей, вроде датчиков движения, дронов и проч. Однако, подойдя ко входу в обсерваторию, она обнаружила, что главные охранные меры уже были отключены: дроны спали на полу, сигнализация лишилась голоса, как проглотившая гвозди певичка. Кто-то постарался ещё до прихода Эрики. Первая мысль — это был Джек. Но он ведь написал, что опоздает, а девушка пришла раньше назначенного времени, рассчитывая за лишние минуты справиться с волнением и подготовить откровенную речь. В конце концов, он не был хакером, чтобы так быстро разобраться с охранными системами. Кто же вломился в обсерваторию? Эрика выкрутила бдительность на максимум. Она крадучись скользнула в щель покорёженной двери и настроила визор на осветление картинки: внутри было мрачно, как в закоулках нижних уровней, где все светильники давно побили или растащили. Приёмный зал из чёрного стал тёмно-серым и немного размытым, так как визор искажал картинку. Единственным источником света был массивный шар, слабо горевший голубым, свисавший на тросах с потолка. Эрика молча сделала ещё несколько осторожных шагов, вслушиваясь в тишину. И тут её нога угодила в ловушку. Где-то сбоку, куда девушка не успела посмотреть, сосредоточившись только на пространстве впереди, сработал антигравитационный луч. Значит, не все охранные системы были переведены в офлайн. Эрике ещё повезло, что в тени стоял не дрон с лазерной установкой. Ступив в поле действия антиграва, девушка с тихим писком взлетела над полом. Навязанная невесомость слегка завалила её набок, но Эрика не растерялась. У неё было преимущество, а именно — хакерские способности. За это её и ценили в их компашке «борцунов за правду». Сосредоточившись, Эрика активировала встроенную в перчатку на левой руке технологию и быстро подключилась к системе обсерватории. Её пальцы играючи скользили по тактильной панели, и вскоре антигравитационная ловушка была отключена. С небольшим «шмяк» девушка не очень изящно приземлилась на пол, отделавшись лёгким ушибом. Следовало предупредить Джека. Эрика попыталась отправить сообщение, но вдруг обнаружила, что сигнал блокируется, причём не системами безопасности здания. Кто-то или что-то «навесил» на обсерваторию «ширму». Выскочив на секунду за дверь, девушка мрачно подметила, что радиус сигнала простирается дальше в город, а его источник, судя по его сигнатуре, — где-то внутри. Если Эрика правильно помнила, подобные глушилки не только запирали любой сигнал внутри невидимого купола, но и не пропускали внешние, что означало одно: патрулирующие уличные дроны не смогут просканировать здание и обнаружить в нём посторонних. Столь серьёзные меры предосторожности говорили о том, что вломившиеся в обсерваторию были не обыкновенными торчками или подростками-любителями приключений. Мысли метались в голове Эрики параллельно с нарастающим ощущением опасности. Девушка встала перед выбором: броситься бежать от здания, пока не выйдет за пределы зоны глушения, чтобы отправить весточку стражам порядка и Джеку; остаться, найти источник сигнала и отключить его. Желательно, конечно, при этом не погибнуть. Пока она соображала, что лучше сделать, из другого конца зала донеслись голоса. Эрика спешно скользнула за стойку администрации, прятавшуюся во мраке зала по правую руку от неё. Это движение осталось незамеченным, так как большую часть помещения занимал памятник астрологии — постамент с крохотным телескопом, направленным на светящийся над ним шар. Вероятно, из телескопа вытащили дорогостоящие увеличительные линзы прежде, как выставить в качестве экспоната. Голоса приближались, и затаившаяся Эрика стала различать слова, хотя бьющееся сердце отдавалось в ушах едва ли не громче. — … точно активировался. Я слышал этот характерный звук, ред, такой «вжух», какой бывает слышен, когда Тони пердит при всех. — Да не гони! Кто сюда сунется посреди ночи в то же время, что и мы? Ну не бывает таких совпадений! — Всё возможно, ред. Ограничения лишь в твоей голове. Эрика не узнавала голосов, но ей было знакомо обращение «ред». Так друг друга называли члены «Антиморталити». Повезло, что вломившиеся бандиты были всего лишь уличной бандой бунтарей, пакостивших помаленьку. Если бы обсерваторию осадили террористы… Впрочем, такие ребята обычно не интересуются архитектурными памятниками, им подавай небоскрёбы корпораций и людные рынки. Банда шкодивших неудачников — это нестрашно, если их немного. Но они могут быть опасны для простых клерков. Эрика закусила губу, подумав, что Джек идёт прямо в ловушку. Он был серой мышкой из офиса, просто слишком храброй для подобных ему, но такие люди — не бойцы. Если девушка бросится вон из обсерватории, дабы выйти из зоны глушившего поля, она может разминуться с Джеком. Он рисковал угодить в лапы бандитов, стать удобной жертвой. Неизвестно, что они с ним сделают, как не было ясно, что за пакость бандиты решили устроить в районе на этот раз. Каждая минута была на вес платинового суперчипа. В висках пульсировала мысль: помощь может не успеть. Эрика решила остаться и разобраться со шпаной самостоятельно. Правда, она тоже не была бойцом. Зато её всегда хвалили за изобретательность и находчивость. Вот и сейчас, прислонившись спиной к внутренней части стойки, девушка мысленно оббежала весь комплекс. Ранее она уже подключилась к довольно старой системе обсерватории и теперь могла использовать здание в качестве оружия. Для начала Эрика вновь активировала антигравитационную ловушку, как раз когда парочка болтунов приблизилась, чтобы проверить обстановку. До девушки донёсся тихий вздох удивления, затем — противный жужжащий звук, шлепок и отборная ругань. «Технодьявол, — сокрушённо подумала Эрика. — Они с бластерами». — Ты в норме? — произнёс первый голос, явно недовольный. — Нет, дубина, я шлёпнулся прямо на яички! Ред, руку дай! «Давай же, думай! — Эрика легонько постучала себя по лбу. — Что ещё тут есть?» Скорее всего, охранные дроны могли бы помочь, но беглый осмотр систем сообщил, что те не просто спят — они сломаны, как и дверь, которую они должны были охранять. Эрика в очередной раз убедилась, насколько эти летающие железки были ненадёжными и спорными в качестве автоматических стражей порядка. «Что ещё? Механизмы вращения купола, телескопы, система наблюдения за залами… Климатический контроль!» Идея была одновременно безумной и смелой, но она уже захватила Эрику. Она вновь подключилась к системе, и в этот момент один голос сказал: — Марк написал, что к нам забрался хакер. Значит, заключила Эрика, у них были коды для связи внутри глушащего поля и они могли переговариваться на расстоянии. — Как такое возможно? А как же ваш хвалённый «ТурбоБич», ред? — Работает. Если обсерваторию взломали удалённо, значит, хакер внутри поля. Возможно, даже внутри обсерватории. Удача слишком быстро покидала Эрику, издевательски виляя на прощание задом. Девушка решила воспользоваться тем, что её пока не нашли, и поиграть в стелс. На корточках она медленно двинулась в сторону. И тут её подвело то, что делает любые фильмы и игры с ползаньем на карачках такими нежизненными, — хруст в коленях. «Чёртовы суставы!» Звук отразился от стен почти пустого зала и опустился на бандитов оглушительным «хрусть». К несчастью, парочка моментально сориентировалась, куда стрелять. Эрика сделала перекат в сторону декоративной колонны, обклеенной пластиковыми карточками так плотно, что почти не было видно металлического каркаса. Девушка услышала, как в пол неподалёку ударились световые полоски, оставив дымящиеся дыры и резкий запах. Визор слетел с головы во время переката, и теперь Эрика видела на порядок хуже. Скрываясь за колонной, она быстро набирала нужные значения на перчатке-компьютере. В одном помещении она настроила систему контроля климата на Ледниковый период, в другом — на мамину духовку. Однако в зале, в котором находилась Эрика и двое бандитов, она решила действовать иначе, чтобы не пострадать самой. — Обходим! — велел один антиморталитист другому. — Зажмём эту дрянь в клещи! Несмотря на растущую панику, Эрика заставила себя думать только о возможностях обсерватории. Телескоп в центре зала опирался на постамент с именами учёных прошлого и цитатами о звёздах, однако бледно мерцавший шар был подвешен за тросы к потолку. Отдав команду компьютеру, девушка отключила удержание голубоватой планеты, тем самым сбросив её на телескоп и головы нехорошим парням. Грохот сотряс стены, словно разверзлась сама преисподняя. Конечно, это не сравнится с ором халявщиков на летней распродаже на пятидесятом уровне, но всё же шум обязан был поднять половину квартала, что было Эрике на руку: чем больше внимания, тем скорее сюда прилетят заинтересованные дроны. Резко выскочив из-за колонны, девушка, скача из стороны в сторону на случай шальных выстрелов, бросилась к месту падения шара. Одного парня полностью завалило обломками, но второй барахтался в развалившейся конструкции с краю. Ногой Эрика отправила бластер далеко в темноту (не хватало ещё, чтобы её нашли с ним стражи порядка, да и целилась она хуже пьяных стрелков), а его хозяину отвесила смачный удар ногой по кочерыжке. Бандит поцеловался с полом и отрубился. Вдруг по интеркому с ней связался Джек, напугав Эрику внезапностью. Она была поражена всего секунду, пока до неё не дошло: похоже, глушилка стояла в одной из комнат, где девушка устроила сауну или ледяные объятия смерти, и машина вышла из строя из-за резкого перепада температур. — Эрика, где ты? — без лишних слов воскликнул Джек. Его голос заставил сердце девушки биться быстрее. — Я уже в обсерватории! Не приходи сюда! Тут опасно, — затараторила она, прислушиваясь к звукам вокруг. Со стороны лестницы в дальнем конце зала, откуда ранее спустились «реды», послышались голоса. Эрика тихо выругалась и вновь спряталась за стойку, понимая, что не успеет добежать до выхода незамеченной. Её подстрелят ещё на подходе к двери. — Тут шпана из «Антиморталити», — предупредила она Джека шёпотом. — Они вооружены? — его голос даже сейчас был прекрасен. Эрика могла слушать его часами, но в данный момент это было неуместно. — Да. Поэтому… — Я помогу! Сейчас буду! — Нет! — зашипела девушка. Разговоры звучали совсем близко, и Эрика, прижив колени к груди, выглянула из укрытия. Пожалуй, всё-таки стоило подобрать бластер, а не отправлять его в угол пинком. Возле обрушившейся конструкции топтались трое бандитов. Один из них держал фонарь и обливался потом, словно только что вылез из нутра плавильного завода. У второго был ярко-фиолетовый ирокез, а третий заплетал тёмные волосы в косу. Драться с ними не было смысла — Эрика уже исчерпала все идеи. Если она сейчас не покинет обсерваторию (желательно, теперь уже без предательского хруста), её попросту убьют. Но Джек… В этот момент на ум пришло самое правильное решение. Нужно было просто вызвать подмогу. Что бы ни хотели сделать эти уроды, разбираться с ними должны стражи порядка, а не двадцатидвухлетние хакерши. Однако удача вновь показала Эрике неприличный жест. Стоило девушке мысленно набросать план отхода, как сбоку выскочила тень. Рывком бандит выволок её за волосы на открытое пространство. — Вот кто поигрался с системами климат. контроля, — оповестил он остальных. Эрика закричала и попыталась вырваться, и тогда парень грубо швырнул её лицом в пол, придавливая весом сверху. Он прижал к полу её запястье, на котором находилась перчатка-компьютер, не давая девушке набрать новый код и активировать ещё какую-нибудь ловушку. Вторую руку бандит упёр ей в затылок, вминая лицо Эрики в пол. — Ну что там? — спросил он у товарищей. — Ланни жив. Ронни нужно откапывать. — Судя по звуку, бандит сплюнул. — Мы даже не собирались сегодня никого убивать! Вечно эти некронимы путаются под ногами! — Как вы узнали, что мы задумали? — спросил наседавший бандит, сильнее вдавливая голову Эрики в пол. Девушке было очень страшно, и она почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Череп заскрипел под давлением. Припечатанная лицом к полу, она с трудом смогла пробормотать: — Я не из… некронимов. — Ну конечно, — язвительно произнёс кто-то из троицы. — Эта банда хакеров вечно пытается нам помешать! Ты тоже хакер. Значит, ты из некронимов. — Я из «Ранункулюса», — с трудом выдавила Эрика. Поняв, что глупо задавать вопросы и мешать на них же отвечать, парень перестал давить на голову и приподнял девушку за волосы на затылке. Пленнице сразу стало легче дышать, а нос и губы перестало сплющивать. Глаза резанул свет фонаря, который разбрасывал резкий жёлтый свет вокруг, создавая нереалистично контрастные тени и выхватывая лица преступников. — Если ты не из некромин, что ты здесь делаешь? — У меня свидание, — бросила Эрика, и в её голосе прозвучала неожиданная дерзость, противоречившая тому, что она при этом чувствовала. Парни недоверчиво хмыкнули, кто-то фыркнул. Двое из них продолжали усердно раскапывать погребённого товарища, в то время как третий удерживал девушку. — Ага, конечно. А меня зачала технобогиня, — гоготнул тот, что сидел на Эрике. — Реды и некронимы давно противостоят друг другу. Но в его голосе просквозило сомнение, потому что Эрика выглядела искренне непонимающей. Она уточнила, правда ли парни были антиморталистами, на что как минимум двое из них скривились от отвращения. — Мы не из этих неудачников! — воскликнул парень с фиолетовым ирокезом. — Они только и умеют, что подкладывать бомбы, устраивать взрывы мусорок и угрожать чужим мамкам. И называют себя «шредами», а мы — «редами». Разные слова, усекла? Эрике пришлось признать, что она не так сильна в различении уличных группировок, коих развелось в городе как бесплатных чипов на свалке. Всё ещё удерживаемая в неудобной позе, она спросила, чем тогда занимаются реды. — Разве вы пришли сюда не для того, чтобы взорвать обсерваторию? — Нет, это занятие для шредов. Мы, реды, такой фигнёй не страдаем, — заверил один из парней. — Мы здесь, — гордо заявил бандит, державший девушку, — чтобы несанкционированно, вольнодумно и антиправительственно починить телескопы! — Я так и ду… Чего?! — Эрика едва не прикусила язык от потрясения. — Мы — злостные нарушители, — продолжал тот же парень. — Пока хакеры из некронимов воруют кредиты у людей, а «Платиновый статус» барыжит плавленым пластиком на рынке наркоты, мы мыслим более глобально. Мы вставляем палки в колёса самим власть имущим — корпорациям! Марк, расскажи! Отшвыривая железную часть шара, ред с косой заговорил: — На прошлой неделе мы незаконно перевели большую сумму денег на счёт дома для беспризорников! Вот так! — воодушевлённо произнёс Марк, его глаза горели огнём революции. — Он вообще-то типа спонсируется корпорацией «Нова Мед. Аффилиэйтед», но мы взяли и без их разрешения тоже проспонсировали его! Представляю, в какой ярости пребывают сейчас эти толстосумы из правления! Эрика не то что лишилась дара речи, она словно разучилась говорить. Эти бандиты оказались самыми нестандартными на её памяти, и ей даже стало совестно за недопонимание, которое между ними возникло. В этот момент один из парней сумел выкопать товарища из-под обломков шара и телескопа. Тот оказался жив, но весь в ушибах. Его лицо было похоже на модифицированный фрукт из-за бугров и волдырей на коже. — Послушайте, я не хотела мешать вам, правда. Я думала, вы из другой банды, — Эрика постаралась оправдаться, когда способность связывать звуки в слова вернулась. — Вы умопомрачительны! — И не только! — самодовольно выпалил Марк, помогая очнувшемуся Ланни сесть. — Вот только и я не из тех, кого вы ненавидите. Я просто испугалась, что вы испортите мне свидание. — Да ну? И с кем же у тебя тут свидание? — Со мной. Все четверо резко повернули головы. Электрический разряд пробежал по позвоночнику Эрики, и дальнейшие разговоры потонули в громком гуле, возникшем в её ушах из-за потрясения и шока. На секунду ей показалось, что она увидела убийцу своих родителей. Андроид М-750, чей образ являлся Эрике в кошмарах. Морок развеялся, и девушка осознала, что перед ней стояла более современная и смертоносная версия — М-900. Перепуганный ред моментально спрыгнул с Эрики и отскочил в сторону вместе с друзьями. — Это же андроид-убийца! — в ужасе крикнул Марк, помогая едва очнувшемуся Ланни отползти подальше от угрожающей фигуры. Эрика всего этого не слышала, у неё в голове гремели собственные мысли, перекрывая внешний шум. Она бросилась в сторону лестницы и взлетела по ней за секунды, подгоняемая страхом и адреналином. Андроид стоял возле выхода, поэтому девушка надеялась выбраться через какую-нибудь другую дверь. А если не лгать самой себе, то Эрика просто была в панике и бежала без разбора. В воспоминаниях, как заглючившая запись, повторялись слова Джека: «Не все они бесчеловечные, поверь». И её собственный ответ: «Но только не среди серии «М». Один такой убил моих родителей!» «А теперь похожего послали за мной!» — добавил внутренний голос. Эрике не было так страшно, даже когда бандиты схватили её. Паника накрыла удушающей волной, будто вода попала в лёгкие и не давала вдохнуть. Девушка не заметила, как оказалась на мосту. Переход из одной секции обсерватории в другую располагался под открытым небом и представлял собой две узкие дорожки, соединявшиеся посередине. Глубокой ночью, однако, они не были соединены, и Эрика едва не провалилась в пустоту, в последний момент успев схватиться за перила у самого края. По спине потекли холодные капли пота. «Эрика, успокойся!» — написал Джек, но ей было не до него. Расстояние до второй стороны казалось не так уж велико. Эрика могла бы перепрыгнуть провал, но хватит ли ей смелости? Решать нужно было быстро. Девушка разогналась и прыгнула. На секунду ей показалось, что время замедлилось и она летит внутри вязкого пузыря. Пальцы тщетно загребали воздух. Но вот ступня коснулась металлической поверхности… и тут же сорвалась. Эрика не успела схватиться за поручни. Она вскрикнула, чувствуя, что гравитация утаскивает её вниз. И вдруг случилось чудо: кто-то схватил её за талию и потянул на себя. Девушка в немом шоке уставилась на спасителя — М-900. — Я же просил не совершать глупостей, — сказал андроид тем самым голосом. Эрика в мгновение ока всё поняла: и почему Джек так долго прятал своё лицо, и почему защищал андроидов, и для чего столько времени потратил на споры о морали искусственного интеллекта… — Это ты! — выдохнула девушка. — Ты Джек! М-900 кивнул. Его человекоподобное лицо было подвижным, выразительным и достаточно эмоциональным, чтобы Эрика без труда считала его неуверенность. Металлический корпус имел меньше выпуклостей и вмятостей, чем реальное тело, что работало на функциональность модели. Джек плавно отстранился от девушки и выставил руки в примирительном жесте. — Я не желал напугать тебя, — мягко сказал он. — Хотел постепенно подготовить тебя к своему появлению, но увидел, что ты в беде, и появился без предупреждения. — Ты убил тех парней? — Кровь Эрики застыла в жилах. Всё-таки андроиды серии «М» были и остаются убийцами по призванию. — Нет. Распугал. Они — реды, называют себя бандитами, но на деле от них больше пользы обществу, чем вреда. Девушка порадовалась, что хоть кто-то в «Ранункулюсе» разбирался в уличных группировках. Эрика всё ещё пребывала в растерянности и смятённых чувствах. С одной стороны, внутри всё трещало и извивалось, требуя ругаться, кричать и убегать, ведь её знакомый оказался представителем той же серии, что и убийца её родителей. С другой же, голос, в который девушка влюбилась без памяти, заставлял её уши краснеть, а сердце трепетать. Так или иначе, это был Джек — её Джек. Пока Эрика соображала, что ей следует сказать, М-900 начал рыться в своей наплечной сумке. И тут он достал небольшой букетик, собранный с искренней заботой. — С наступлением весны. — Он протянул девушке настоящие цветы. Живые. Ароматные. Эрика зажала рот ладонью, потрясённая тем фактом, что Джек нашёл настоящие растения в этом мрачном мире. Дрожащими пальцами она коснулась букета, наслаждаясь шероховатостью стеблей. Её мечта исполнилась. — Это розовые ранункулюсы, — узнала Эрика, не скрывая восторга. — В их честь я назвала нашу группу. — Знаю. Потому и принёс их. Говорят, эти цветы олицетворяют начало новых отношений. — А ты не слишком стар для меня? — усмехнулась Эрика. — Мне пока всего пятьдесят лет, — смущённо проговорил андроид, рассмешив девушку. Головки цветов — что закрученные воронки. Эрику словно затягивало в центр, когда она смотрела на витки лепестков, и вся форма напоминала ей сингулярность внутрь чёрной дыры. Красота и опасность. Прямо-таки метафора личности Джека, в то время как мягкость лепестков — олицетворение чувств Эрики к нему. — Откуда они? — Девушка не сдержала любопытства. — У меня есть несколько должников среди богачей, которым я когда-то помогал, — признался Джек. — Я правда работаю на «Tomorrow Tech Inc.», но не в качестве менеджера. — А в качестве чистильщика, — закончила Эрика и нахмурилась. — Меня посылают не за конкурентами, а злостными нарушителями и предателями корпорации. — Но ты ведь сам предатель, который сливает информацию хакерше, — заметила девушка, перебирая пальцами лепестки цветов. — И как у тебя платы не перегорели от подобного противоречия? — Я и дальше собираюсь делиться с вами самыми беспрецедентными и возмутительными поступками корпорации. Можешь мне верить. — Джек вытянул руку и указал себе за спину. — Не против поглядеть на звёзды? Всегда мечтал побывать здесь, но не было подходящего случая. — С удовольствием! — улыбнулась Эрика и поглядела на затянутое смогом небо. — Боюсь, через такую завесу мы ничего не увидим. Однако попытаться стоило.