мир не вращается вокруг ренджуна

в цветочном поле в конце июня запахи приобретают особенную яркость. днем из-за жары здесь тяжело дышать, а лёгкие сперает от духоты. но на закате, когда время близится к ночи, пространство наполняется прохладой. легкий ветер колышет высокую полевую траву и охлаждает воздух. именно в это время лучше приходить в поле, когда светлое голубое небо дня сменяется сначала розовыми и фиолетовыми переливами заката, а потом и вовсе становится иссиня-чёрным полотном, усыпанным звездами. ренджун знает об этом, потому что живёт в посёлке недалеко отсюда. как только природа пробуждается от зимнего сна, он мчится навстречу полю. и так до момента, пока не наступят холода и снег не выпадет вновь. хуан ренджун погружен в тепло и заботу столько, сколько себя помнит. бабушка ренджуна всегда переживала о том, чтобы вырастить его в любви и ласке, чтобы показать ему, что в жизни есть место не только для трагедий и грусти, но и для счастья. хуану было тяжело в это поверить, но он не смел быть эгоистом чтобы отвергать заботу собственной семьи. поэтому вечерами он принимал кружку тёплого молока из рук бабушки и позволял ей укрывать себя тёплым шерстяным одеялом. когда ренджуну исполняется девятнадцать, он отсчитывает свой десятый год в жизни, полной бабушкиной любви. и ничьей больше. и не сказать, что его сильно беспокоило то, что никого кроме нее у него нет. наоборот, хуан был благодарен пожилой женщине, которая не оставила его одного ребенком и забрала из шумного пекина. ренджун и представить не может, что бы стало с ним девятилетим, если бы после потери родителей он остался совсем один в большом городе. никто из родственников не собирался заботиться о глупом безустанно плачущем мальчишке, он слышал об этом на похоронах родителей. благодарен он жизни за то, что вспоминать об этом ему не давала бабушка. никакой подвиг не должен оставаться без вознаграждения, хуан уверен в этом. заботу старушки о себе он считает подвигом с первого дня. поэтому он с двенадцати лет научился колоть дрова на заднем дворе и таскать их в домашний камин. в пятнадцать лет он попросился работать развозчиком газет по деревне. а к восемнадцати выучил все виды и условия роста овощей, которые бабушка ежегодно сажала на грядках. ренджун был уверен, что всего этого недостаточно, чтобы отблагодарить женщину за спасение его жизни. в девятнадцать лет хуан ренджун решил, что добьётся всех благ мира, лишь бы вознаградить подвиг пожилой женщины. поэтому сейчас ренджун пытается ухватиться за любую мысль, которая поможет ему проложить путь к лучшей жизни. мыслей приходит больше, когда парень после развоза газет к соседским домам отправляется в поле. чем ближе цветения, тем дальше шум шоссе, что проходит в сотне метров от границы деревни. звонкие голоса и лай собак вовсе стихают, так что теперь ренджун может наслаждаться своим путем по узкой тропинке. фонари на пути встречаются очень редко, ренджуну кажется, что если бы в поле ходил кто-то кроме него, то их было бы здесь гораздо больше. да и тропинка была бы не каменистая узкая, что ему одному, катящему велосипед по правую руку от себя, тяжело на ней уместиться, а была бы широкая-широкая. но помимо ренджуна никто в деревне не интересовался полем, густо заросшим цветами и травами, поэтому и здесь его окружало одиночество. рен пробирается сквозь плотные заросли трав к огромному одиноко стоящему на берегу узкой речки булыжнику. на нем всегда приятно сидеть свесив ноги и думать ни о чем. этим хуан и решает заняться сегодня ночью. он карабкается на камень, что не сильно меньше его ростом, и водит немым взгядом по противоположному берегу реки. вокруг пусто. ни души, что могла бы издать звук или навести страх на ренджуна, поэтому он выдыхает и закрывает глаза, отдавая себя в распоряжение ночному ветру. \\\ янян не переносит шум. он его ненавидит всей душой, ровно также как он ненавидит грязь в доме, постоянно сломанный лифт в многоэтажке и соседей из квартиры через одну от него, потому что засыпать под звуки чьих-то криков невыносимо. каждый раз когда кулаки яняна сжимаются до посинения и не помогает даже вкус ментолового табака, он собирает вещи и отправляется на автовокзал. последний рейс до дальней деревеньки ожидает его с распростертыми объятьями. он один в автобусе, водитель на него входящего смотрел удивлённо, конечно, не каждый вечер доводится везти одного единственного парнишку с белыми волосами и в рваных джинсовых шортах до всеми забытой провинции. на заднем сидении автобуса, что потряхиваясь едет по каменистой дороге, спокойнее чем в собственной съёмной квартире. музыка в наушниках звучит приятнее и занимает все мысли. ян отсчитывает ровно тридцать три песни до момента, когда водитель тормозит у вымышленной автобусной остановки. здесь прохладнее, чем в южном районе пекина, заставляет пожалеть о том, что джинсы были обрезаны в шорты в порыве эмоций. но ян знает, что это холодное место единственное, что может принести спокойствие в его бушующий разум. он уверенным шагом идёт по узкой тропинке и отсчитывает фонари. между пятым и шестым он чуть не ступает ботинком в грязевую лужу, во всем виновата темнота. тринадцатый фонарь встречает путешественника на подходе к усеянному цветами полю. он ходит вдоль по узким тропинкам огромного поля, засматривается на пышные заросли лиловой гортензии. глаза бегают туда сюда по лепесткам, и, по правде говоря, обычно янян слишком погружен в студенческую жизнь, чтобы помнить хоть одно название цветов здесь, но это не особо волнует. важно лишь ощущение легкости, постепенно наполняющее внутренности, тяжелая дорога сюда всегда забывается, стоит лишь окунуться с головой в яркую темноту поля. шестнадцатый фонарь встречает китайца приваленным к себе велосипедом. ян никогда не видел в этих отдаленных от поселения краях следов каких бы то ни было человеческих посещений. странно. ветер начинает дуть сильнее и парень бессмысленно кутается в тонкий свитер, ускоряет шаг в сторону излюбленного места. но сегодня пристанище сбегающего из пекина грустного человека встречает его чьей-то тонкой фигурой, что кажется не замечает чужого приблежения. на огромном булыжнике сидит мальчишка, его изумрудного цвета фуфайка шуршит от порывов ветра. яняну странно, он и не знает, стоит ли ему уйти или потревожить чужую тишину своим присутствием. он обходит каменную гору почти вокруг, смотрит на странное создание, что возвышается на ней. у того глаза закрыты, а лицо будто фарфоровое в свете луны. "похож на куклу" от этой картины хочется закурить. мальчишка внезапно вздрагивает и глаза открывает, оборачивается на яна резко, словно на вломившегося в его обитель варвара. он не напуган, на лице его ни эмоции, но лю чувствует его осуждение, чувствует что его хотят прогнать. они не говорят друг другу ни слова, просто смотрят пустыми глазами, а кажется что вываливают друг на друга все воображаемые эмоции. янян впервые забывает считать. одна? пять? десять? никто не засёк, сколько минут проходит пока он растерянно поддаётся чужому изучающему взору. -долго стоять здесь будешь? - вот так значит. без приветвий и церемоний. - подвинешься? и янян запрыгивает на булыжник молниеносно, врезается чуть не сносит хрупкого мальчишку. тот шарахается как от дикого животного, но держится, не падает. интересно. так на ренджуна еще никто не накидывался, он даже посмеялся над этим как только наскочившее на него шумное нечто уселось на камне. этот некто весь какой-то странный с головы до ног. рен еще никогда не видел чтобы кто-то носил зимние ботинки и свитера вместе с драными шортами. наверное такие люди только и делают, что по камням прыгают ночами. - не против, если я закурю? - ренджун в шоке. никто перед ним не осмеливался сигареты даже в руки брать. он молча кивает и смотрит как парень напротив вытаскивает из кармана шорт помятую пачку и подцепляет оттуда последнюю сигарету. смотрит как тот её поджигает и зажимает между губ. клубы сигаретного дыма эфемерно растут в воздухе. ренджуновы лёгкие травятся каждую последующую секунду. -только не выкидывай бычок куда попало. "слушаю и повинуюсь, ваша честь" про себя, и только кивок в ответ, чувствует, что лучше не спорить. ренджун спустя какое-то время откидывается на камень. опять смотрит. как его новый знакомый перехватывает сигарету тонкими пальцами и затушивает ее о камень. не выбрасывает, а откладывает окурок аккуратно, потом обязательно выбросит в положенное место как и обещал. смотрит как тот оборачивается и глаз оторвать не может. столько вопросов у него, а произнести ни одного не может, опять дышать тяжело. -я лю янян. а тебя хоть как зовут? - будто мысли читает. - хуан ренджун. -мило, ренджуни.- и ложится рядом близко-близко, смотрит и улыбаться странно начинает. хуан думает "боже" и отворачивается от смеющегося яняна, звезды на ночном ночном определенно интереснее, чем горящие щеки и какой-то пахнущий ментолом парень. - не сочти за грубость, - рен октдывает пришельца взглядом- но судя по твоему виду, ты явно не отсюда. да и я знаю всех в поселении. что ты здесь делаешь? он не знает, можно ли так расспрашивать людей при первой же встрече, но надеется, что его не примут за грубияна. лю янян лишь затягивается сигаретой в ответ. как будто и не думает отвечать. спустя минуту он будто возвращается на землю. - не сочти за хулиганство, но я люблю иногда сбегать из дома. - опять смотрит с насмешкой - на самом деле, я живу в пекине и люблю уезжать куда глаза глядят, когда жизнь начинает сводить меня с ума. в столице иногда невыносимо находиться. ренджун знает. знает как никто другой. он и не представляет, что бы с ним стало, если бы по сей день он жил в пекине. если бы он окончил школу, бегал с друзьями в караоке и торговые центры, если бы поступил в университет и влюбился. это не про него. даже от мыслей о возможности такой жизни внутри становится не по себе. поэтому он решает не думать. знает, что реакции от него не ждут, но понимающе хмыкает, чтобы заполнить тишину. - эй, разве там не созвездие большой медведицы? - янян подскакивает и дергает его за рукав, - вау, я никогда не видел его таким четким, в пекине звезд совсем нет. - да, а там и малая медведица рядом, смотри. - берет за руку и направляет в нужную сторону. так лю лучше увидит. "такая белая кожа". и правда, ренджун привык слоняться под палящим солнцем, даже не заметил как стал смуглее. "неужели все в столице такие белокожие". засматривается, но это остается незамеченным. или это ренджун так надеется. - я всегда смотрю на звезды, когда прихожу сюда. бабушка учила меня созвездиям много лет назад. она говорит, что благодаря им я всегда найду ориентир. где бы я ни был, каким бы ни было время, звезды неизменно укажут путь. и снова тишина. янян тушит сигарету о камень. не думал, что будет слушать трогательные истории от кукольного мальчишки посреди ночи. рассказов про путеводные звезды он наслушался еще в детстве. только он не мореплаватель, ему они не помогают. да и неизменность яну уже по горло. если бы не была, он бы не сидел на булыжнике в ночи, и не метался бы взглядом от лица собеседника к звездам и обратно. - и ты правда веришь в это? - в голосе сомнение. ему бы наоборот, глоток воздуха новый, не такой как обычно. чтобы неожиданный, возможно сбивающий дыхание. как тот, когда он запрыгнул на этот камень, где они вдвоем сейчас ютятся. и чтобы путь указывало не что-то неодушевленное и слепое. если бы нашелся кто-то, кто его за собой потащит, он бы поддался. только бы это был человек. - я верю. пусть звезды светят только в ночи, благодаря им я четко знаю свой путь и днем. - не убедительно - я серьезно. не думай что я идиот. я просто знаю, что хочу и должен делать. - ладно, все же убедил. потому что смотрит ренджун ровно и уверенно прямо в глаза. даже хмурится. возможно он и правда знает о чем говорит. и у него есть чему поучиться. - а если тебя кто-то попросит побыть вместо путеводной звезды для них? - всмысле, человек? - будто не понимает ничего. будто не звезды указали ему прийти сегодня именно сюда, а не завернуть в гости или лечь спать пораньше. яняну плевать, что они впервые в жизни видятся. он тянет за рукав чужой рубашки на себя. смотрит умоляя. - всмысле я. он все расскажет, только бы ему дал шанс мальчик напротив. ренждун думает, что провести следующие выходные в пекине не такая уж и плохая идея. кивает, мягко улыбается и опускается на булыжник рядом с яняном.