Курение лучше любви

***

      Утро встречало общежитие яркими лучами солнца. Он так и не смог уснуть. Тем временем объект волнений и переживаний Пущина мирно посапывал, укутавшись с головой в одеяло. Сашины кудри распластались по всей подушке. На щеках Пушкина красовались отметины, которые он отлежал. И вот в таком виде он выглядел мило, беззащитно и создавал иллюзию кота. Пущин смотрел на него и до сих пор пытался понять, что означали Сашины действия этой ночью.       Находясь в раздумьях, он представлял, как могли бы выглядеть их отношения. Саша бы всегда вляпывался в неприятные ситуации, которые вели к не очень хорошим последствиям, а Ваня бы вытаскивал его оттуда. А Костя? Их общий друг мог не принять их отношения, хотя он часто замечал некий флирт друзей, на что шутливо закатывал глаза. Но действительно ли те действия, которые оказали на Ваню большое влияние, были настоящими? Действительно ли Пушкин что-то чувствовал, или это алкоголь так ударил в голову юному поэту? Больше всего Ваня этого боялся. Вдруг Саша проснётся и скажет, что всё было ошибкой? А если он вообще захочет прекратить общение? Один за другим вопросы пугали и вгоняли в панику рыжего.        Время подбиралось к восьми, и первая пара была не за горами. Иван поспешно принял решение пока не контактировать с Пушкиным — для их общего блага. Пущин искренне считал, что обоим надо переварить и переосмыслить ситуацию. Поэтому в следующее мгновение он схватил рюкзак и поспешно постарался убежать в университет, даже не разбудив Пушкина, как всегда он это делал. Универ находился в пятнадцати минутах ходьбы от общежития, поэтому к первой паре по философии Пущин успевал. Всю дорогу его мучила совесть вопросом, а правильно ли он поступил? Но страх, охвативший его с ног до головы, оказался сильнее внутреннего сознания. Именно поэтому Ваня уже был на подходе к университету.        Пушкин разлепил глаза и тут же почувствовал дикую боль в голове. Вот кто такой умный, что решил устраивать вечеринку в воскресенье? Ответа он не мог дать, так как обычно организаторами таких посиделок никто не интересовался. Мол, ну, пацан какой-то, главное, что бухнуть можно. Хотя сейчас Саша возненавидел этого человека. — Ваня… Ваня. Подай водички, пожалуйста, — прохрипел Саша. На его удивление, ответа не последовало. Он привстал и уставился на соседнюю кровать, которая была пуста и, как всегда, аккуратно заправлена. “Может, он в ванну ушёл?” — пронеслось в голове у Александра. Он еле-еле встал с кровати и поплёлся в уборную комнату. Дверь была не заперта. Он открыл её и, пошныряв глазами по помещению, не смог отыскать нужного человека. Тогда Пушкин в недоумении дошёл до окна и задумчиво посмотрел на улицу. — Ну не мог же он уйти и ничего не сказать, — задумчиво протянул Сашка, и его взгляд упал на место у рабочего стола Вани, где обычно стоит его рюкзак. Пусто. Ушёл. Александр решил не медлить и, натянув первую попавшуюся под руку кофту и схватив свой рюкзак, вылетел из комнаты. На первую пару он уже не успевал. Ну и хрен с ней. Больше Сашу сейчас интересовал его друг. Почему он не подождал его и даже не соизволил разбудить. Но одно Саша точно знал: раз Ваня так поступил, значит, на это были серьёзные причины, которые Пушкину требовалось разъяснить сразу же по прибытии в универ.