По ту сторону

Зря он это спросил. Хантер стал молчать с того момента. Он оставил его без ответа. Не сказал даже: «Не хочу говорить». Они стояли перед душевой. Хантер взламывал дверь. Руки заметно дрожали. Странно, ведь Хантер всегда был спокоен. Чейз посматривал на коридор, держа в руках полотенца и сумку со всеми уходовыми средствами. Дверь поддалась, когда Хантер психанул и начал беспорядочно толкать. Парень разделся, положил одежду и прошёл к лейке. Чейзу почему-то стыдно было переодеваться перед ним. Хоть они и видели друг друга раздетыми. — Ты долго там будешь мяться? — Вспылил Хантер. — Иду. — Сказал он, последний раз взглянув на накачанную спину. Чейз быстро снял футболку и медленно стянул оставшуюся одежду. Куда пропала вся его уверенность? Ни с кем другим он так себя не вёл. — Подвинься. — Сказал он, тыкнув в бицепс Хантера. — Мы под одной мыться будем? — Да. — В чём смысл? — Поймёшь. Чейз повернул кран на горячую воду и встал поближе к Хантеру. — Она слишком горячая. — Что? Горячая? Да она еле-еле тёплая. — От воды идёт пар. — Самое то. — Сказал Чейз и потянулся, чтобы поцеловать Хантера. Чейз достал шампунь и вылил себе на руку. — Всё ещё не понимаю прикола. — Наклонись, дебил. Парень склонил голову, и Чейз начал распределять шампунь на волосы. Хантер всё это время стоял столбом. — Чего замер? Ты можешь хоть где прикасаться ко мне. — Хоть где? — Да, хоть где. Чейз ожидал, что парень будет трогать где-то ниже талии, он ведь не первый такой мальчик-одуванчик в его жизни. Но Хантер приятно-неприятно удивил. Аккуратно положил руки на шею и взялся за уши, начав перебирать их. — Серьёзно? — Тихо спросил Чейз. Хантер совсем немного порозовел. — Почему именно уши? — У тебя дырки в них. Точно. Чейз уже и забыл как назло отцу сделал пирсинг на ушах. Причём на обоих разный. Как же он тогда мучался. Его отговаривали делать несколько проколов сразу, но Чейз решился. Хоть и несколько месяцев приходил к салону и резко уходил обратно. Больно было, когда прокалывали (Ему даже держали ватку со спиртом, потому что он то ли переволновался, то ли действительно больно было, поэтому он чуть не упал в обморок). Больно было, когда приходилось обрабатывать это. Больно было, когда ложился на бок и резко вспоминал, что нельзя. Больно было, когда хотел надеть «Маршаллы». Но зато потом ему нравилось. Три хеликса и мочка в одном ухе, индастриал и две мочки в другом. Девушкам тоже нравилось. Хоть они ему и не нравились. Больно было, когда отец увидел это (он был в долгой командировке) и попытался выдернуть. Больно было и когда мама обрабатывала все проколы, потому что кружилась голова. Зато потом подарила ему браслет. Он хорошо сочетался с серьгами. — Тебя так интересуют мои дырки? — Да. Ты снял хреновины, когда поехал сюда? — Нет, раньше. — Приставали? — Нет, просто надоело. Хантер положил голову на плечо. Он всегда так делал, когда стыдился. Чейз поднял его тяжёлую голову и остаток шампуня на руках нанёс себе на волосы. — Чейз… Чейз тем временем стремительно наносил на волосы Хантера увлажняющую маску. — Чейз. — Ещё раз тихо сказал парень. Ну вот. Он сейчас должен попросить что-то из ряда вон. — Говори уже. — Можно поцеловать? — Я думал, что мы уже прошли этот период. Делай, что хочешь со мной. Хантер повернул голову Чейза и прижался губами к уху. Проверяя территорию. Было бы больно несколько месяцев назад. А потом он достал свой блядский язык и провёл им. Чейз резко отстранился, быстро покрывшись краской. Пальцы на ногах сами поджались. — Ты чего это… — Ты разрешил. Чейз выдохнул и посмотрел на него. Опять этот щенячий взгляд. — Ладно, продолжай. Чейз вынул чеку у гранаты. Хантер взорвался. Дай только повод. Парень вывел кончиком языка каждый изгиб уха, пососал мочку и прикусил её. Чейз же пытался держать себя в руках и не оставлять сильные царапины на Хантере. — Всё, хватит. След же останется… — Сказал Чейз, потирая ухо. — Фетишист… — Сам такой… Мало верилось. Член то колом стоит у него. Чейз начал промывать волосы Хантеру, тот положил руки на голову Чейзу и провёл по волосам. — Не идут тебе короткие. — Отрастут. — Нет. — Да. Через месяц уже длиннее, чем у тебя будут. — Почему тебе можно подстригаться, а мне нет? — Ты не ставил такого условия. Чейз улыбнулся в ответ на сердитое лицо Хантера и выдавил геля для душа, чтобы начать распределять по телу. — Я и сам могу помыться. — Тогда смысла не будет. — Вода слишком горячая. — Нормально всё. Это в помещении холодно. — Плитка на стенах запотела. — Не ной давай. Чейз старался растирать гель. Хантер продолжал стоять столбом. — Тебе особое приглашение нужно? Хантер недовольно фыркнул и выдавил гель для душа. В отличии от Чейза, Хантер действительно мыл, а не лапал мыльными руками. «Ну и ладно. Его дело.» — Подумал Чейз и сжал грудь. Хантер даже бровью не повёл. Был один приём, после которого Хантер должен был сдаться. — Спину мне потрёшь? — Да. Хантер взял свою мочалку и нанёс на неё геля, а потом одной рукой развернул и наклонил Чейза. Тот только и успел, что опереться на стену руками. «Вот сейчас… Спустил рычаг.» — Подумал Чейз. Только вот ничего подобного. Хантер очень агрессивно помыл его спину (Чейз прямо чувствовал, что от кожи у него остались только мышцы). Хантер перестал прикасаться к нему, поэтому он повернулся и заметил, что парень с таким же усилием трёт себя. — Эй! Понежнее будь. — Зачем? Я всегда так моюсь. Чейз схватился за голову. В смысле «всегда»? Он никогда не замечал, что Хантер красный после душа. — Нет, не всегда. Хантер помыл себе спину и не дал сделать это Чейзу. Тот лишь обиженно отошёл и распределил по коже молочко для тела. Хантер резко посмотрел на него с непониманием и двинулся ближе. Голос в голове начал шептать: «беги». Но Чейз знал, что Хантер ничего не сделает ему, хоть и выглядел очень устрашающе, особенно при этом жёлтом тускловатом свете. Он провёл носом по шее и тихо спросил: — Что это? — Молочко для тела. — Что блять? — Это для увлажнения… Чтобы кожа мягкая была. — Пиздец. — Сказал он, но потом, выключая воду спросил. — Что за запах? — Ну… оно овсяное… — Ненавижу овсянку. — Поморщился Хантер, складывая бутылёчки Чейза в сумку для душа. — Это не она. — Тут написано, что оно овсяное… — Чейз начал перечитывать информацию. — Ещё тут масло ши и кокоса… — Да, вот оно. Вкусно пахнет. — Сказал он и с сумкой развернулся, чтобы взять полотенце и завернуться в него. — Прохладно, сука… Чейз же не сводил взгляда с его накачанных ягодиц. Слишком уж… хорош был парень. — Да, холодно. Отопления тут нет? Хантер прыснул от смеха. — Может и есть. А толку? Если рамы оконные продувает? Хантер окинул его взглядом. Чейз почувствовал, как кожа покрылась мурашками. — Накинь. — Сказал Хантер, отдав своё полотенце. — А ты? — Спросил Чейз, округлив глаза. — Трусы надену и так пойду. — Сказал Хантер, отдавая Чейзу и свою футболку. — Бери. Теплее будет. Чейз натянул футболку. Она была на два размера больше. «Отрастил же себе…» — Недовольно подумал он, завязывая полотенце на поясе. Второе он накинул на плечи. Всю остальную одежду парни скинули к общей. Дежурные постирают. Чейз долго задавался вопросом, как одежда не путается, пока на бесячем ярлычке не увидел номер комнаты и инициалы. Добравшись до комнаты Чейз бросил полотенца и сразу же залез под одеяло на кровать Хантера. Сам же Хантер повесил полотенца на сушку и разобрал тюбики, а потом сказал: — Иди на свою кровать.