Луч света в темноте

Тишина нагнетала. Гермиона не знала, куда деть руки. Она не могла спокойно сидеть, поэтому стояла, облокотившись о стену. Драко был рядом. Он скучающе сидел в кресле и покачивал ногой. Гарри же расположился напротив на диване вместе с Роном. Комичная ситуация. Они вчетвером сидят тут и решают, как будут спасать мир. У жизни, у судьбы, у чёртового Мерлина определённо есть чувство юмора. — Эти два крестража, — наконец начал Рон, почёсывая затылок. — Вы смогли их уничтожить? — Только чашу, которую забрали из Гринготтса. Она сгорела в Адском пламени, — ответила Гермиона. — Что ещё вы нашли? — Диадему Кандиды Когтевран. В Хогвартсе. Она у нас. — Значит, кольцо матери Реддла, его дневник, чаша и диадема, — перечислял Рон. — Четыре крестража… — Это не всё, — взял слово Драко. — Скорее всего, их шесть или семь. Змея точно крестраж. Есть ещё медальон Слизерина, он тоже является вещью основателей Хогвартса. Нам осталось понять, есть ли седьмой крестраж и что он из себя представляет. Гермиона закусила губу и мельком взглянула на Гарри. Она ещё не успела подробно обсудить с Драко свои подозрения, но сейчас она поняла, что им нужно поговорить как можно раньше. — Значит, медальон, — пробормотал Рон себе под нос. — Но где он может быть? Есть хоть какие-то мысли? Драко зло прищурился. — А ты не забыл, поганый мешок дерьма, что… Эй! Гермиона ударила его по плечу. Он возмущённо посмотрел на неё и после того, как увидел её приподнятую бровь, недовольно прорычал что-то о том, что превращается в чёртового каблука. Она не обратила на это внимания. — Дамблдор показывал мне воспоминание, — припоминал Гарри, нахмурившись. — Его первая встреча с Томом. Он воровал личные вещи других детей, которые жили в приюте. И… Он замолк, внезапно схватившись за голову. Упав на пол на колени, Гарри закричал. Гермиона дёрнулась к нему, но предсказуемо была перехвачена Драко. Он схватил её за талию и заслонил собой, как делал всегда, когда думал, что ей может что-то угрожать. Рон присел рядом с Гарри и робко опустил ладонь ему на плечо. — Гарри, что?.. — Медальон… Я его видел, — зашептал Поттер, походя на сумасшедшего. — Видел. Мы все его видели… — Что за хрень он несёт? — фыркнул Малфой. — Гарри, о чём ты говоришь? — нетерпеливо спросила Гермиона, обходя мужа, игнорируя его злое выражение лица. — Ты должен постараться сконцентрироваться. Нам нужен этот крестраж. Сосредоточься. Гарри кивнул и зажмурился. Он стоял на четвереньках перед всеми и изо всех сил напрягал память, и его усилия не прошли даром. Он распахнул глаза и уставился на неё немного свихнувшимся взглядом. — Гриммо… — Что? — не поняла она. Гарри подскочил и встал на ноги. Его очки съехали на кончик носа, с трудом держась на нём, но Поттер даже не замечал этого. — Гриммо! Он был там! Когда мы наводили порядок в доме перед пятым курсом! Гермиона свела брови на переносице и бросила вопросительный взгляд на Рона. Он пожал плечами, явно ничего не вспомнив. Гермиона потёрла виски, лихорадочно напрягая память, где иногда хранились такие моменты, о которых и подумать страшно. Медальон. Медальон. Медальон. Они убирали дом. Убирали дом. Неожиданно её мозг словно пронзило. Она вспомнила его. — Точно! — воскликнула она. — Тогда, когда мы разбирали хлам Кикимера! Гарри энергично закивал. Малфой против воли посмотрел на Уизли и слегка обрадовался, что не он один ни хрена не понимает, что сейчас происходит. — Нам нужно поговорить с Кикимером, — сказала Гермиона, накручивая прядь волос на палец. — Наверняка он знает, где крестраж, или он вообще может быть у него. — Рон, где он? — Гарри взглянул на друга. Уизли выдохнул и растерянно потряс головой. — Не знаю. Никто не знает. Может, с месяц назад он окончательно перестал появляться на Гриммо. Никто на это не обратил внимания, если честно. — Чёрт! — разочарованно застонал Гарри. Гермиона поджала губы. Она переглянулась с Драко, который предпочитал сейчас молчать. Он с любопытством наблюдал за её лицом, видя, что она пришла к какому-то выводу. — Грейнджер? — Гарри, вам с Роном нужно найти Кикимера, — решительно сказала она. — Это очень важно. — А ты и Малфой? — вставил свои пять кнатов Уизли. Драко уже хотел сказать ему пару ласковых, но был остановлен своей прекрасной и раздражающе-восхитительной женой. — Если пойду я, то никто не станет нам помогать. А если Драко, то его вообще схватят и убьют, — Гермиона посмотрела на Уизли своим фирменным осуждающим взглядом, отчего Драко слегка возбудился. Он обожал, когда она становилась такой горячей, властной и невыносимой сучкой. Он точно псих. — Гермиона права, — согласился Гарри. — Мы пойдём с тобой вдвоём и найдём этого старого эльфа. К тому же мне нужно переговорить с Грюмом и предложить ему сделку. — Гарри, — настороженно прошептала она. Поттер отмахнулся. — Этого не избежать. Ты сама это знаешь. Он печально улыбнулся, а потом вышел из комнаты. Рон несколько мгновений пытался не показывать, как ему неловко, но потом это чувство победило, и он поспешил за Гарри. Гермиона закатила глаза. Она поражалась, как мужчины способны остаться детьми даже в зрелом возрасте. Драко опустил руки ей на плечи и начал мягко их массировать. Она едва не застонала от удовольствия. Ноги стали ватными, и она упала бы, если бы Малфой не подхватил её за талию. Он сел в кресло и усадил её к себе на колени, не прекращая разминать женские плечи. Гермиона закрыла глаза, наслаждаясь минутой покоя и прикосновениями мужа. — Я ведь всё правильно понял? — очень тихо спросил Драко. Гермиона немного напряглась и взглянула на него. — Про Поттера, — уточнил он. Она вглядывалась в него, сначала гадая, как он догадался о том, что Гермиона думала именно о Гарри и части Волдеморта в нём, но потом она вспомнила, что он так же умён, как и она, и все вопросы отпали. Все ответы лежали на ладони, но они не хотели их видеть. Потому что это означало смерть. — Да, — выдавила Гермиона, борясь со слезами. Драко обнял её, позволяя раствориться в его тепле и понимании, что он — защита и опора. Что ей нечего бояться, пока он с ней. — Ты ведь будешь рядом? — Всегда. Гермиона с ощутимым облегчением легла ему на грудь, закрыв глаза и стараясь не думать о будущем, которое может ждать каждого из них. Драко поцеловал её в висок и был готов начать серьёзный и неприятный разговор, но тут послышался плач Скорпиуса, и Гермиона вскочила, убегая наверх, успокоить сына. Драко задумчиво провёл рукой по подбородку, а потом встал и отправился на поиски неразлучной пары голубков. Хотя, как оказалось, не такой уж неразлучной, ведь жизнь умеет вносить свои коррективы. Пропажа нашлась в дальней комнате, где из мебели почти ничего не было, кроме предполагаемого книжного шкафа и кресла возле него. — Поттер, надо поговорить, — грубо вмешался Драко в разговор Гарри и Рона. Уизли смотрел на него волком и, кажется, едва держал себя в руках, чтобы не начать драку. Малфой лишь закатил глаза. — Пошёл нахер, Уизли, — бросил Драко, хватая Гарри за плечо и уходя в другую комнату. Гарри беспомощно шёл, не в силах остановиться из-за толчков Малфоя. Драко закрыл за ними дверь, стоило им войти в ближайшую свободную комнату, и наложил более мощную заглушку, помня, что Грейнджер может их подслушать. Гарри оглянулся. Это была кладовка, только не такая маленькая. Скорее, это даже что-то вроде настоящей комнаты, но редко используемой. Поттер покачал головой. И почему он думает и анализирует такие вещи? Малфой выглядел каким-то притихшим. Он стоял к нему спиной, что здорово напрягло Гарри. Он нахмурился. — Малфой? Что случилось? — тот не ответил, и Гарри запаниковал. — Что-то с Гермионой? — Нет, она в порядке, — наконец-то сказал Драко, поворачиваясь к нему лицом. Почему-то он был грустным. Гарри понял, что сейчас услышит нечто неприятное. Весь вид Малфоя говорил о том, что его спокойные будни закончились. — Я должен кое-что сказать, — достаточно неуверенно начал Драко, сжимая кулаки. Он тихо злился на себя, но произнести нужные слова почему-то не мог. Наверное, ему было жаль Поттера. — Это касается тебя и крестражей… — Вы с Гермионой догадались, чем может быть ещё один крестраж? — с воодушевлением спросил Гарри. Но он не знал, что увидит в следующий момент на лице Малфоя. Понимание. Смирение. Грусть. Печаль. Жалость. Принятие. Столько эмоций. Столько мыслей. Но всё сводилось к одному. И он осознал то, что давно было понятно. Вот почему он слышал их. Вот почему мог чувствовать их. Вот почему имел связь с Реддлом. Вот почему ощущал его эмоции, его злость. Ответ был на поверхности, но Гарри мечтал, чтобы это было ошибкой. Но не вышло. Он улыбнулся. Он даже не сильно удивился. — Ясно, — лишь выдавил он. Малфой, видимо, впервые был в ситуации, когда не знал, как быть. Он понимал, что чисто по-человечески стоит утешить Поттера и как-то поддержать, но что тут скажешь? — Я… Мне жаль, — пробормотал Драко, опуская глаза. — Это ведь было очевидно, не правда ли? — усмехнулся Гарри. — С самого начала. Наверняка Дамблдор это знал, поэтому и не дал мне ответы на все вопросы. И то пророчество… Гарри разочарованно покачал головой, почёсывая проклятый шрам, словно это могло помочь разобраться во всём хаосе, в который превратилась его недолгая жизнь. — Я знал это, просто отказывался поверить окончательно. Драко переминался с ноги на ногу. Он давно не чувствовал себя таким потерянным. Поттер хоть и был редкостной занозой в заднице, но он никогда не был по-настоящему его врагом. Малфой даже слегка привязался к нему, что, разумеется, и под пытками бы не признал. — Это Гермиона догадалась? — Гарри смотрел на него и видел друга. Он не мог это объяснить. Малфой всегда бесил его и раздражал, но сейчас, когда они боролись плечом к плечу и спасали друг другу жизни, он понял, что в другой реальности и при других обстоятельствах они могли бы даже подружиться. Они были во многом похожи, просто оба не признавали этого. Стало так уныло внутри. Гарри осознал, что так ничему и не научился в этой жизни. Он даже не смог определить, стоит ли человек его общения. Стоит ли давать ему шанс. А Гермиона смогла. Несмотря на всеобщее осуждение. Она смогла побороться за своё счастье и стала счастливой. А что имел он? Джинни его ненавидит, и по делу. Рон больше не его друг. Их жизни перевернулись и пути разошлись. Орден считает его предателем. Осталась только Гермиона, но она не сможет вечно спасать его и быть рядом. У неё есть семья, которой она нужна в первую очередь. Он один. Совсем один. — Да, она давно это подозревала, — ответил Малфой, зарываясь пальцами в волосы. — Я тоже чувствовал, что ты не просто так можешь проникать в голову к этому уроду, просто… Мы оба молчали, потому что боялись, что это правда. Гарри снова улыбнулся. Он ощущал какую-то странную лёгкость. Наверное, именно это чувствуют люди, которые узнают смертельный диагноз. Страх и понимание, что вся их жизнь прошла напрасно. А, может, и не напрасно, но это очень редкие случаи. — Всё нормально, Малфой, правда. Драко нахмурился. — Слушай, я не могу представить, каково тебе, но не смей сдаваться, понял? Ты победишь этого ублюдка, а мы с Грейнджер сделаем всё, чтобы помочь тебе. — Это что, слова поддержки? Неужели ты боишься потерять меня? — Иди к хуям, Поттер, — скривился Драко, не стесняясь своих выражений. — Я просто хочу более лучшего мира для своего сына, а Гермиона не переживёт, если все наши усилия — ваши усилия — пройдут даром. Мы должны победить. — Иначе нас ждёт клетка… — А клетка во многом хуже смерти, — закончил Драко. Гарри внимательно смотрел ему в глаза. Сказал бы кто-нибудь на, предположим, втором курсе, что он будет рад назвать Драко Малфоя другом, то он бы точно отправил этого человека в психушку. Но теперь всё встало на свои места. Каждый показал своё истинное лицо. Каждый понял, что для него важно. И Гарри тоже. Наверное, впервые в жизни он знал, что должен делать. Он протянул руку Малфою, выжидающе уставившись на него. Драко прищурился, а потом, словно с опаской, пожал его ладонь. — Я рад за Гермиону, ей повезло, что вы есть друг у друга. — Это что, благословение? — не остался в долгу Малфой, припомнив ему его собственные издевательства. Гарри фыркнул и опустил руку. — Ладно, мне пора. Нужно уже что-то решить с Грюмом. Поттер поджал губы и кивнул ему. Драко злился на себя, но решил быть откровенным. Он никогда не был силён в человеческом общении, все его так называемые друзья были лишь щитом и попыткой походить на отца, а тут появился Поттер с замашками героя и желанием помочь ему. Драко был сволочью и мерзавцем, но почему-то Грейнджер смогла разбудить в нём какие-то спящие качества, о которых он прежде и не подозревал. И сейчас, смотря на морально мёртвого Поттера, Драко, наверное, впервые в жизни захотел сделать что-то бескорыстное по отношению не к семье, а к почти постороннему человеку. Чёрт, он точно размяк. — Знаешь, я бы хотел, чтобы ты стал крёстным Скорпиуса. Гарри натурально прирос к полу. Он смотрел на Малфоя так открыто и удивлённо, но Драко подумал, что зря ляпнул эту правду. Но прошла ещё секунда, и Гарри благодарно ему улыбнулся. — Я не против… друг. Он ушёл, закрыв за собой дверь, а Драко поник. Он уже не раз убивал людей, он пытал их и так далее. Но прежде он никого не отправлял на смерть подобным образом. На удивление, ему было тяжело. На сердце было неспокойно, а в груди поселилось тревожное чувство. Он сомневался, что поступил правильно. Поттер, конечно, заслужил правду, но вдруг Драко поторопился? Он покачал головой. В любом случае уже ничего не исправить. Осталось только надеяться, что Поттер не станет глупо рисковать жизнью. Хотя, учитывая его геройские наклонности, Драко знал, что это вряд ли.

***

Гермиона напевала колыбельную Скорпиусу, который, видимо, из-за возраста, стал всё более нехотя укладываться спать. Она поправила тонкое одеяло и плотнее прижала подушку к его спинке. Мальчик с каждым днём становился всё активнее, и она уже не знала, как защищать его от новых травм. Скорпиус знакомо завертелся, как делал всегда, когда полностью засыпал. Гермиона слегка улыбнулась и замолчала. Она долго сидела и смотрела на сына. Ей было страшно. Так просто и банально страшно. Из-за всего, что происходит сейчас в их жизнях. Из-за того, что он может потерять своего отца. Или мать. Гермиона никогда не была трусихой, но теперь всё изменилось. Иногда, когда она так же смотрела на сына, её сердце замирало от страха и паники. Она застывала, не в силах сделать вдох. Наверное, это была паническая атака, но у неё не было времени с этим разбираться. Но Гермиона знала, что её страх постепенно захватывал разум. Когда она не видела Драко, который просто был в душе или уходил на полчаса в город за продуктами, она натурально тряслась от мысли, что он может не вернуться. Это ненормально. Но с другой стороны, а что нормально в её случае? Возможно, это всё из-за того, что она теперь мать. Теперь она лучше понимает многие вещи. Но она всё равно не могла смириться с этой своей новой привычкой — всего бояться. Тихий стук вырвал её из задумчивости. Она обернулась и увидела Драко, который прислонился плечом к косяку двери и наблюдал за ней. Гермиона попыталась искренне улыбнуться, но не вышло. Да и зачем, если он всегда распознаёт ложь с её стороны? Опустив голову, она снова поникла. Драко оказался рядом почти мгновенно. Он приподнял её лицо за подбородок и заглянул в глаза. Наверное, он что-то увидел, потому что в следующий момент он взял её за руку и повёл в их спальню. Гермиона никогда не возражала против их секса, но сейчас ей действительно ничего не хотелось. Она так устала. Морально, не физически. Но Драко просто посадил её на кровать, а сам сел на колени напротив неё. Она растерялась от его проникновенного взгляда и молчала, пока он не решил нарушить тишину. — Я не хочу утверждать, что вижу всё, Грейнджер, но я умею замечать странности в твоём поведении. Гермиона не нашла силы с ним поспорить. Она просто слушала. — Я вижу, что ты сама не своя. После разговора с Уизли, — в голосе Драко прозвучала ревность, но он смог подавить её. — Не знаю, связано это напрямую или нет, но я прошу тебя рассказать мне, что происходит. Гермиона уткнулась взглядом в свои руки, сложенные на коленях, и неопределённо пожала плечами. Драко вздохнул и поцеловал её в щёку. — Если совсем не хочешь — не говори, но, прошу, не закрывайся. Я не могу думать, когда ты в таком состоянии. Мне страшно. Она резко вскинула взгляд. — Что?.. Драко нежно улыбнулся ей, а потом прислонился спиной к спинке кровати и вытянул ноги на полу. — Я постоянно боюсь, — тихо сказал он. — Постоянно. Боюсь, что не справлюсь. Что подведу вас. Что из-за меня вы окажетесь в опасности. И… Драко резко замолчал, опустив голову. Гермиона сползла к нему на пол и, сидя к нему боком, посмотрела в глаза. Малфой хмыкнул, видя её интерес. — Я боюсь, что разочарую тебя. Скорпиуса тоже, но он пока не понимает таких вещей. Может, это даже хорошо. Но… Драко осёкся и скривился. — Этот страх… он буквально сжирает меня. Я боюсь, что однажды ты поймёшь, что совершила ошибку, связавшись со мной, и уйдёшь. Гермиона хотела накричать на него. Ударить. Но потом она заметила его подавленный вид. Заметила его беспокойство. Заметила его страх, который для него был самым настоящим. Она прижалась к его боку, ища тепла и понимания. Того, что всегда находила рядом с ним. — Мне тоже страшно, — наконец-то призналась Гермиона. — Из-за всего. Я начала всего бояться. — Кажется, у нас неудачный день по гороскопу, Грейнджер, — усмехнулся Драко, чем вызывал искреннюю улыбку у неё на лице. — Почему ты не говорила? Она вздохнула, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы выразить свои чувства и не дать ему повод думать, что причина в нём или её недоверии к нему. — Сама не знаю. Может, просто хотела быть сильной, а может, мне было не по себе от того, что мои страхи могут сбыться. — Этого не произойдёт, — уверенно произнёс Драко, беря её лицо в ладони. — Я всегда буду рядом, хорошо? Если надо будет, я к вам из ада выберусь. — Из ада? — Ну, в рай я точно не попаду. Да и потом, там нет моих знакомых, что я там буду делать? — весело сказал Драко, наслаждаясь тихим смехом жены. Она прислонилась своим лбом к его и закрыла глаза. — Значит, больше не держать в себе? — Да, будь со мной. Я всегда с тобой. — Всегда… Мне нравится, как это звучит. Драко улыбнулся и поцеловал её. Мягко, не настойчиво, скорее по-родному. Словно они прожили больше тридцати лет в браке, и этот поцелуй означал благодарность за все совместные прожитые годы. Драко вложил в этот поцелуй не просто желание и любовь, но и обещание. Обещание, которое он обязательно исполнит. Выполнит, чего бы это ему ни стоило. Когда они осторожно разорвали поцелуй, то начали говорить. Они разговаривали до глубокой ночи, пока не проснулся Скорпиус. Но и потом они не могли остановиться. Даже маленький сын не смог помешать им быть откровенными друг с другом. Они плакали, смеялись, целовались, обнимались. Клялись и отрекались от прежних предубеждений и заблуждений. Они словно начали новую главу. Полную абсолютного доверия и безграничного понимания.

***

— Ты это несерьёзно, — недовольно бурчал Драко, смотря на шахматную доску. Гермиона прикусила губу, скрывая улыбку. Она неплохо играла в шахматы, всё-таки Рон в них хорошо разбирался и немного научил её. Она гордилась собой сейчас, ведь Драко был весьма сильным соперником. Если бы обстоятельства сложились иначе, их партия с Роном была бы действительно впечатляющей. Но она знала, что ни один из них никогда бы не сел за общую доску, чтобы сыграть честный матч. Скорее небеса столкнутся с землёй. Гермиона сделала свой следующий ход и едва не запрыгала на постели от счастья, что смогла обойти этого нахала. Драко кипел. Он, как и она, ненавидел проигрывать, и прекрасно видел, что у него нет шансов. Гермиона села по-турецки и пожала плечами, продолжая смотреть на него. Драко медленно опустил веки, явно пытаясь смириться с поражением. Он поставил коня на поле и стал ждать её ход. Гермиона была готова к подобному развитию событий и поставила ему шах, а потом и мат. Драко вскочил с кровати и натурально зарычал. Она не смогла сдержаться и громко засмеялась, держась за живот. Увидев, что она нагло издевается над ним, Драко подошёл к ней и повалил на кровать, уронив доску и фигуры на пол. Гермиона никак не могла успокоиться, даже когда он приблизил к ней своё лицо, она продолжала хихикать. — Значит, тебе смешно? — прорычал он. — Естественно, ты вообще себя видел? — фыркнула Гермиона. Драко схватил её за запястья и поднял их над её головой, отчего она ахнула. Гермиона поняла, что он в ярости. — Неужели ты хочешь наказать меня? — соблазнительно прошептала она ему в губы, ожидая этого. Драко сначала нахмурился, а потом в его глазах отразилось понимание. Он хмыкнул, разглядывая её податливое тело под собой таким собственническим взглядом, что она на мгновенье почувствовала себя куском мяса. Но в данном случае ей это понравилось. — Вот почему ты предложила сыграть в шахматы, — понял Драко, водя свободной рукой по её телу, но не касаясь его. — Знала, что я не вынесу поражения. Или… Ты хотела проиграть мне? — Я никогда не проигрываю, — ответила она, мечтая, чтобы он наконец-то взял её. Во всех смыслах. — Хм, — протянул Драко, — так уверена в этом? Он резко сжал её грудь, и Гермиона выгнулась навстречу его прикосновению. Но Драко убрал руку и принял невинный вид. — Прости, ты что-то говорила? Его самодовольные лицо и голос настолько бесили её, и настолько же заводили. Для нормального человека это необъяснимо и неправильно, но не для них. Поэтому она обхватила ногами его бёдра и вжалась в пах, чувствуя его возбуждение. Драко заметно вздрогнул и выдохнул сквозь зубы. Ему тоже нравилась эта игра. — Я лишь хотела сказать, что всегда получаю то, что хочу. Драко улыбнулся уголком губ, с какой-то страстной гордостью смотря на неё. Она увидела в его глазах вызов и решила сделать первый шаг. Но только в этот раз. Гермиона уже потянулась к нему, чтобы поцеловать, как внизу раздался непонятный грохот. Они оба замерли. Им потребовалась секунда, чтобы отстраниться друг от друга, схватить палочки и переглянуться. Драко кивнул ей и первым вышел из их спальни. Гермиона направилась за ним, бросив быстрый взгляд на детскую, где спал Скорпиус. Видит Мерлин, их пока по-настоящему спасал сон этого мальчика. Она не знала, что будет, когда он ещё немного подрастёт. Спустившись на первый этаж, Драко дёрнул головой в сторону, давая ей знак. Она зашла за угол, прикрывая его. Он делал неспешные шаги, держа палочку наготове. Услыша очередной шум, Малфой уже открыл рот, чтобы произнести заклинание, как из коридора вышел Гарри с поднятыми руками. Они все застыли на месте. — Это я, — как-то уныло сказал Гарри. — Спрашивай, Малфой. Драко нахмурился и снова посмотрел на жену. Гермиона лишь надеялась, что это и вправду Гарри. — Наш последний разговор. — Ты предложил мне стать крёстным Скорпиуса. Гермиона выдохнула и опустила палочку, но для Драко этого было недостаточно. — Первый курс. Меня взяли в команду в качестве ловца… — Неправильно. Это было на втором курсе. Я первый первокурсник, которого приняли в команду, — без гордости и радости ответил Гарри. Драко ещё пару секунд держал его на прицеле, но потом всё-таки успокоился. Гермиона подошла к другу и крепко обняла его, но Гарри был будто неживой. — Ну, как всё прошло? — с энтузиазмом спросила она, встав рядом с мужем. Поттер ничего не ответил. Он просто прошёл мимо них и направился в свою спальню в конце коридора. Закрыв за собой дверь, он, кажется, молча попросил не беспокоить его. Гермиона испугалась. Она старалась не нагонять жути, но такая реакция и такое поведение Гарри, мягко говоря, напрягало. Драко провёл рукой по подбородку и нежно остановил её, обняв за талию, когда она захотела пойти и попытаться поговорить с Гарри. — Не нужно, детка, — с предчувствием сказал Драко. — Думаю, он сам нам всё скоро расскажет. — Уверен? Малфой сделал вид, что задумался. — У него нет выбора. Если через часа два он не сделает это, я сам узнаю. — Залезешь к нему в голову? — усмехнулась она. — Пять очков Гриффиндору, — весело похвалил Драко, щёлкая её по носу.

***

Драко никогда не был особо терпеливым. Он всегда привык получать то, что хочет. Так было и так будет. Но иногда ему приходилось брать себя в руки и заставлять притормозить. Как и сейчас с Поттером. Хоть он и дразнил Грейнджер за излишнее любопытство, но сам он тоже был таким же. Поэтому наворачивал круги в гостиной, пока Гермиона сидела в кресле и кормила проснувшегося Скорпиуса. Мальчик забавно икнул, но всё съеденное осталось при нём. Гермиона заботливо поцеловала его в лоб и подняла глаза на мужа. — Ты меня нервируешь, — усмехнулась она. Драко цокнул языком и закатил глаза. Он бросил взгляд на часы, висящие над камином, и прищурился. — Осталось пять минут. Если Поттер не выйдет из своего заточения, то я со спокойной совестью пойду и залезу ему в башку. — Можно подумать, твоя совесть хоть иногда просыпается, — хмыкнула Гермиона, поигрывая бровями. Драко остановился и удивлённо посмотрел на неё. — Это было грубо. — Я училась оскорблять людей у мастера, — не осталась она в долгу. Драко против воли улыбнулся, чувствуя жгучее желание поцеловать её. Но тут в гостиную вошёл Поттер, падая на диван. Он, кажется, собирался с силами, прежде чем начать разговор. Гермиона переглянулась с мужем, закусив губу, чтобы не начать моментальный допрос. К счастью, Гарри не стал долго томить. — Всё прошло нормально, — начал он, не поднимая на них глаз. — Меня никто не пытался убить. Рон в этом плане был на моей стороне, он не обвинял ни меня, ни вас. — У Уизли, оказывается, есть мозги, — саркастично протянул Драко. — С ума сойти. Гермиона лишь закатила глаза, оставив его замечание без комментариев. — Мы говорили с Грюмом наедине, — Гарри сглотнул и прикрыл веки. — Я решил, что должен поступить правильно. — Правильно? — с опаской поинтересовалась Гермиона, прижимая к груди Скорпиуса. Мальчику явно надоело быть на руках у матери, и он начал капризничать. Она опустила его на мягкий ковёр, и он стал выдирать ворс, не обращая внимания на волнение взрослых. — Я должен сдаться ему, — просто ответил Гарри и наконец-то посмотрел на неё. Его глаза сказали ей гораздо больше, чем слова. Гермиона приоткрыла рот от удивления и желания поспорить с ним. Но взгляд Поттера напоминал взгляд смертника. Там не осталось жизни. И стало ясно, что ни одно слово не способно переубедить его или хотя бы заставить ещё немного подумать обо всём. Драко молчал. Он лихорадочно соображал и составлял план, но, заметив, как Грейнджер поникла, он понял, что ничего хорошего им ждать точно не стоит. Малфой всегда был реалистом, но встреча с Грейнджер научила его оптимизму, хотя в данном случае это было бесполезно. Никакой оптимизм не спасёт Поттера от смерти. Это и дураку понятно. Но ему упорно хотелось верить в лучшее. И Драко уверен, что это из-за того, что в его жизни стало слишком много гриффиндорцев. У него точно начинается передоз геройства. — Гарри, ты не можешь… — она отчаянно хотела поспорить, но друг перебил её. — Гермиона, я видел списки, — со смирением и яростью сказал Гарри. — Списки убитых и пропавших без вести. Ты знаешь, сколько там наших однокурсников?! — Я… — А я знаю! Там, блять, половина Хогвартса! Гарри вскочил и зарылся рукой в волосы. Его начало трясти. — Он даже не орал на меня, просто показал. Но этого было достаточно. Из-за моего ухода всё изменилось. Половина Ордена решила, что раз я предал их, то незачем больше бороться. И они ушли. Но многие были убиты Пожирателями. А те, кто остался, погибли на поле боя. Гермиона не могла пошевелиться. Скорпиус сидел у её ног и требовал внимания, но она растеряла все силы, не замечая окружающей обстановки. Внутри стало холодно. — Я всё испортил, — заключил Гарри. — Я не должен был уходить… — Хватит ныть, Поттер, — грубо прервал его Драко, устав слушать этот бред. — Ты прекрасно знаешь, как далеко мы продвинулись. Если бы ты остался там, то война бы продолжалась. А сейчас Реддл притих. Он боится, что ты уничтожишь все крестражи. — Я перерыл всю кладовку Кикимера, — внезапно вспомнил Гарри. — Там нет крестража. Нигде. Рон пообещал тоже поискать, но не думаю, что он на Гриммо. Мы упустили его. Гермиона посмотрела на Драко. Он нахмурился. И она поняла, что он тоже не знает, как им быть дальше. — То есть ты просто сдашься Реддлу? — уточнила Гермиона. — А что мне ещё остаётся? — фыркнул Гарри, походя на сумасшедшего. — У меня нет выбора. Но если он получит меня, то, возможно, хоть ненадолго успокоится. — Не знаю, Гарри. Это очень рискованно. — Гермиона, ты лучше меня знаешь, что такое крестраж и как его уничтожить, — неожиданно Гарри присел возле неё, опустив руки ей на плечи. — Ты разгадала эту загадку. Ты догадалась, что я сам крестраж. И ты продолжишь это дело. — Не смей взваливать это на неё! — закричал Драко. — Даже не вздумай, Поттер! — Тогда ты! — резко вскрикнул Гарри, вставая напротив Драко. — Ты это сделаешь и будешь делать до тех пор, пока этот ублюдок не умрёт. Малфой таращился на Гарри, подозревая, что он окончательно чокнулся. — Поклянись, что не остановишься, пока не закончишь, — упорствовал Гарри, не сводя с него взгляда зелёных глаз. Гермиона оказалась рядом и уже хотела вмешаться, как Драко согласился. — Ладно, — выдавил он через силу. — Дай обет. — Гарри, ты сдурел?! — крикнула Гермиона. — Нет, тебе хватит и моего честного слова, — усмехнулся Малфой. — Грейнджер будет свидетелем. Большего не проси. Спустя пару секунд Гарри кивнул. Его ноги немного подогнулись, и он едва успел схватиться за стену. Гермиона бросилась к нему, но Драко был быстрее. Он подхватил Поттера и бросил его на диван. Гарри схватился за голову. Его лицо исказилось от боли, а глаза стали почти такими же мутными, как были у Драко, когда он потерял зрение. Разница лишь в том, что зрачки Гарри лихорадочно двигались, будто он видел сон с открытыми глазами. — Что ты видишь? — Гермиона положила руку ему на плечо, вглядываясь в его лицо. — Он где-то был… Что-то искал… Не знаю, всё как-то смазано, — бормотал Поттер со слабостью и волнением. — Но он зол, у него не получилось найти то, что он хотел. И… Гарри застыл. Драко навострил уши. — Он проверял крестражи, — с шоком говорил Поттер. — Он в ужасе. Гермиона тихо ахнула. Скорпиус начал всхлипывать, недовольный, что все про него забыли, и она взяла его на руки. И тут Гарри уставился на них троих. — Я знаю, где следующий. Он молчал несколько довольно долгих секунд, когда Гермиона укачивала Скорпиуса на руках, надеясь отвлечь его от плача и капризов. Мальчик с энтузиазмом вертел головой, радуясь новой игре, даже не подозревая, свидетелем какого разговора стал. Но тут Гарри посмотрел ей в глаза так проникновенно, что стало ясно, ей не понравятся его следующие слова. Точнее, одно слово, а если ещё вернее, одна фамилия. Фамилия человека, которого можно использовать как страшилку для непослушных детей. — Амбридж?! — ахнула Гермиона, а потом рассмеялась. — Этого не может быть, Гарри. Драко задумчиво смотрел перед собой. Он нахмурился, начиная что-то анализировать. — Уверен, Поттер? Гарри выглядел слишком воодушевлённым. Он буквально ожил на глазах. — Абсолютно. Я думаю, что она купила его на чёрном рынке. Конечно, это немного притянуто за уши, но иначе бы он никак к ней не попал. — Гарри, ты хоть понимаешь, как безумно это звучит? — со скепсисом спросила Гермиона. — Знаю, но сама подумай! — воскликнул Гарри, подскакивая с дивана. — Кто ещё был на Гриммо? — Да кто угодно! — Гермиона всё-таки отпустила Скорпиуса, не давая ему возможности заскучать у неё на руках. — Сколько времени там собирается Орден. Думаешь, кто-то из членов нашёл крестраж и толкнул его на чёрном рынке? Гарри открыл рот, чтобы поспорить, но аргументов у него не было. Он почесал свой шрам, находясь в состоянии эйфории, и одновременно с этим пребывал в отчаянии. Драко провёл языком по зубам, прикидывая варианты. Он какое-то время анализировал услышанное, стараясь смотреть на ситуацию шире и непредвзято, но оставалось очень много белых пятен, которые в случае неудачи стоили кому-нибудь жизни. — Даже если мы допустим, что крестраж у Амбридж, мы всё равно не сможем его достать. Опиши, что ты видел, — наконец-то сказал Малфой. — Её шею и медальон Слизерина, — ответил Гарри, с надеждой смотря на Драко. — Малфой, клянусь вам, я уверен, что крестраж у неё. — Тогда почему Реддл не забрал его, если знает, где он? — задала резонный вопрос Гермиона. Она снова взяла Скорпиуса на руки, сажая его себе на бок, когда он начал греметь кочергой у камина. Он схватил её за кудрявые локоны, с интересом играя с ними. В другой момент Гермиона обрадовалась бы, что у неё такой активный ребёнок, но сейчас она могла только терпеть его неугомонные руки и желание добраться до самых опасных предметов. — Он проверял крестражи, — Гарри бегал глазами по комнате. — Те места, где они должны храниться, но он сам не знает, где некоторые из них. Но я видел его. Гермиона поджала губы. Ей не нравилась картина, что вырисовывалась перед глазами. Она бросила тревожный взгляд на мужа. — Если он у неё, — Драко сложил руки на груди, — то это значит, что крестраж в Министерстве. А туда сейчас не попасть. По крайней мере, нам точно. — И правда, — расстроенно выдохнул Гарри, опускаясь на диван. — А если попросить Орден помочь? — А смысл? — фыркнул Драко. — Насколько я знаю, Министерство уже давно подчиняется только Реддлу. Ни Грюм, ни Артур Уизли не смогут попасть туда. Их просто арестуют или же сразу убьют. — И как тогда нам добраться до него? — поинтересовалась Гермиона. Драко закатил глаза и откинул голову назад. — Есть вариант. Гермиона сначала не поняла, о чём он, но, немного поразмыслив, тут же осознала, что он задумал. Внутри всё перевернулось от страха. Всё-таки она слишком хорошо его знала. — Ни за что! — Грейнджер, есть идеи получше? — скучающе спросил Драко, кидая на неё непонятный взгляд. — Тебе что, жить надоело?! — О чём вы? — Гарри смотрел на них по очереди. — Этот идиот хочет попробовать сыграть на живца, — зло выплюнула Гермиона. Гарри удивлённо приподнял брови и посмотрел на Драко. — Это может сработать, — заключил он. Драко благодарно кивнул и ухмыльнулся. Гермиона лишь покачала головой и, громко топая, ушла наверх, чтобы побыть наедине с ребёнком.

***

— Ну что ты так осуждающе на меня смотришь? — тихо спросила Гермиона у сына, пока кормила его грудью. Скорпиус словно знал, о чём они говорили в гостиной, и теперь был недоволен её вспышкой гнева. У него уже был взгляд, как у отца. Она тяжело вздохнула, проклиная и обожая одновременно их фамильное сходство. — Я просто боюсь за него, понимаешь? За них обоих. Мальчик на секунду замер, переставая сосать грудь, а потом сжал в кулачке её кудряшку и вернулся к своему занятию. Гермиона поцеловала его в лоб и глубже вдохнула сладковатый запах. Дверь за спиной издала неприятный тихий скрежет, и она выпрямила спину. Драко вошёл в спальню и сел рядом с ней на кровать. Она продолжила делать вид, что его тут нет, но Скорпиус уже закончил свою трапезу и отпустил сосок, начиная требовать, чтобы его посадили, как взрослого. Гермиона поправила лиф и рубашку и опустила мальчика на пол. Он тут же пополз к своим немногочисленным игрушкам, забыв о родителях. — Это очень опасно, — не выдержала она. Драко положил руку ей на плечо и притянул к себе. Она закрыла глаза, чувствуя, как спокойно и равномерно бьётся его сердце. — Знаю, но разве вся наша жизнь это не сплошной риск? — Ты ведь знаешь, что там кругом Пожиратели. Помощи вы ни от кого не дождётесь. Там все с радостью сдадут вас и отправят на казнь. — Грейнджер, — он поцеловал её в макушку. — Если мы не достанем этот крестраж, то ничего не получится. Ты же знаешь… Она уныло застонала, не желая признавать его правоту. Гермиона сильнее вжалась в мужскую грудь, мечтая остаться в его объятиях навсегда. — Кто будет приманкой? — приглушённо спросила она. — Я. Она против воли дёрнулась и посмотрела ему в глаза. Драко был чересчур спокойным. Даже его голос не дал ей подсказку, чтобы понять, что происходит у него в голове. Ей это не нравилось. — Что ты задумал? — Ничего особенного, — Драко улыбнулся ей, убирая её волосы с лица. — Поттер доставит меня и убедит их вызвать Амбридж. Она придёт и… — А если нет? — Будем пробираться с боем, — он просто пожал плечами, будто это было смешно. Но ничего подобного. Она с ужасом встала и уставилась на него. — Что за дерьмовый план?! Он сшит белыми нитками. Вы даже не уверены, что она придёт к вам! Драко закатил глаза и устало провёл рукой по шее. — План не идеален… — План — откровенное говно! — Грейнджер… — Вы не можете действовать наобум! Ты же слизеринец, Драко! — Есть идеи? — лишь поинтересовался он, с вызовом смотря на неё. Она беспомощно глядела на него в ответ, не зная, как выразить своё желание ударить его за такой глупый план. Может, всё-таки просто ударить? — Возможно, Орден нам поможет? — со слабой надеждой спросила она. — Поттер сейчас разговаривает с Уизли, — нехотя признался Драко, скривившись. — Через патронусы. Не знаю, я слабо верю, что они могут нам помочь. Гермиона не знала, как быть. Её разрывало от переживаний. Лучше бы она была на поле боя, чем сидела дома, сходя с ума от невозможности помочь близким. — Я могу что-то сделать? Драко мягко улыбнулся и похлопал по своему бедру. Она поняла намёк и села к нему на колени. Он обнял её и обратил внимание на сына, который сломал свою новую игрушку. Скорпиус разобрал на части паровозик и теперь с интересом разглядывал разные его составляющие. Гермиона улыбнулась этому, но была готова поспешить к мальчику, потому что сейчас началось как раз то время, когда он всё тащил в рот. — Я вернусь к вам, — прошептал Драко, поглаживая её по талии и бёдрам. — Клянусь, я вернусь. Меня ничто не остановит. Она посмотрела ему в глаза, видя решимость и настоящую клятву на дне серого океана. Гермиона коснулась его щёки, оставляя поцелуй возле уголка его губ. — Помни о том, что мы всегда тебя ждём. Всегда. — Всегда, — повторил он и поцеловал её.