Докажи мне любовь

На утро Сынмину стало лучше, намного. Он наконец мог шевелить конечностями, горло почти не болело. Его все еще лихорадило, тело до сих пор было горячее. Но по сравнению с тем, что было вчера это небо и земля. Он мысленно поставил себе пометку как следует отблагодарить Феликса. Голова не отдавала пульсацией, но немного побаливала. Возможно, если он постарается, то даже сможет сесть. Ему было интересно сколько сейчас времени, так как Феликс еще не пришел. Он настолько рано проснулся? За окном стоял рассвет: вот и ответ. Честно, он бы хотел снова заснуть. Сон - это единственное состояние, когда тот ни о чем не думал. Когда тревожные мысли и плохие воспоминания не били в голове, словно молотком. Бета очень хотел, чтобы сейчас к нему зашел Феликс. Он хотел хоть с кем-то поговорить. Сынмин хотел увидеть Сухо и Джихе. Он выпустил судорожный вздох, за окном приятно пели птицы. Он вжал голову в подушку, закрыв глаза. Нужно уснуть. – Следующее пробуждение было уже от того, что кто-то мягко касался его плеча. По запаху было ясно, что это Феликс. Он затуманенно открыл глаза. – Доброе утро, Сынмин-а. Сынмин попытался немного приподняться на локтях, чтобы сесть. Омега сразу же начал ему помогать. – Не переусердствуй, ты еще не полностью восстановился, – предостерегающе сказал лекарь, в его тоне слышалось беспокойство. Сынмин аккуратно сел на край кровати, и только сейчас он смог увидеть, что его ноги перебинтованы. Руки в целом в порядке, всего несколько ран. Его переодели в большую белую рубашку, похожую на те, что обычно одевались на пациентов. Но эта была получше качеством. В лекарнях обычно рубашки были из дешёвого хлопка, а на нем были иностранные атласы. Он не хотел думать о том, что кто-то его переодевал. Он не будет об этом думать. – Как и обещал, твой суп. – Омега усмехнулся, взяв с комода супницу. Бета даже не замечал то, как он хотел есть. Все его биологические потребности давно отошли на дальний план. Но когда он почувствовал запах от еды, которую принёс омега, голод снова дал о себе знать. В животе заурчало. Феликс издал лёгкий смешок. – Я тебя покормлю, – весело сказал лекарь, поднося ложку супа к его лицу. Бета уставился на него с физиономией полной ужаса и негодования. Ну и унижение.. Он что инвалид, чтобы его кормить? Руками-то он пошевелить может! – Я сам не могу поесть? – раздражённо спросил бета. Феликс усмехнулся от такой реакции. Этого он и ожидал. Дразнить бету было весело. – Да ладно тебе, Сынмин-а, тебе нужно полностью восстановиться! – издевался тот, – О, не волнуйся. Заботливый дядя - лекарь позаботится о тебе. Они вели себя так, будто знакомы уже несколько лет. Сынмин закатил глаза, раздражённо вздохнув. Ладно, он позволит делать омеге то, что ему вздумается. На самом деле Феликс сразу показался Сынмину очень хорошим другом и человеком. И тут даже не играл тот фактор, что он омега. Совсем нет. От лекаря веяла аура добра и позитива. Он буквально был солнцем. Этот парень очень сильно напоминал Сынмину его покойного друга. Тот тоже был буквально олицетворением солнца. Всегда радостный, он всегда был тем, кто поднимал Сынмину настроение. Ни один день не проходил без шуток или веселья. Даже несмотря на то, что с ним происходило и что ему пришлось пережить, тот никогда не терял надежды. Бета не хотел чтобы его запах окислялся. Он не хотел снова загружать своими загонами Феликса. Он заставил себя отогнать все мысли. – Скажи "а-а", – тихо сказала лекарь. Это было невероятно вкусно. Его глаза резко расширились. Сынмин посмотрел на омегу удивленными глазами, с немым вопросом. На самом деле он и не ожидал меньшего от поваров замка, это было превосходно. Феликс опять весело улыбнулся. – У Сухо и Джихе тоже была такая реакция! Ты прям как они отреагировал! Он мог это представить, и его грудь снова наполнилась нежностью. Может быть он любил этих детей даже больше, чем себя. – Никогда не пробовал чего-то настолько вкусного, – честно признался бета, – вот она какая, "высокая кухня". – Когда ты встанешь на ноги я познакомлю тебя с нашим поваром. Он может показаться немного грубым, но он котёнок в душе, обещаю. – хмыкнул омега. Сынмин усмехнулся, кто бы это не был, еда у него отменная. За это, он, по крайней мере, должен его поблагодарить. Сынмин немного отвел взгляд, нахмурив брови и смотря в одну точку. Обычно он так делал, когда задумывался о чем-то. Его запах стал чуть гуще. Феликс, чувствуя эту перемену настроения, любопытно посмотрел на бету. Он в шутку повел ладонью у лица парня. Тот не отреагировал, всё ещё смотря в одну точку. – Сынмин, всё в порядке? Задумался о чём-то? – озадаченный голос Феликса вывел того из транса. Сынмин медленно перевёл взгляд на Феликса, его лицо было непроницаемым, но оставалось слегка нахмуренным. Он помолчал секунду, будто раздумывая, говорить ему или нет. Он тяжело вздохнул. – Феликс, – начал неуверенно бета, – ты.. Вроде как говорил, что дружишь с королём Баном с детства, да? Ты.. Можешь рассказать о нем побольше? Феликс был удивлён, немного. Он не ожидал, что Сынмин первым решиться спросить о Чане. Он сразу же заметил, как бета уверенно увиливает от этой темы. Еще вчера, когда Феликс просил не быть настолько предвзятым по отношению к королю. – Конечно могу, там есть что рассказать. – весело хмыкнул лекарь, – Начну с самого начала. Меня сначала продали в замок в качестве наложника. – он посмотрел на реакцию беты, но, к счастью Феликса, его лицо оставалось спокойным, – Однако мы с Чаном сразу стали друзьями. Почти все время в детстве вместе проводили. Но он никогда не испытывал ко мне романтических чувств, как и я к нему. Все это было лишь глубоким уважением к друг другу и дружеской привязанностью. Потом я начал интересоваться травами, лекарствами и в целом медициной. Чан сразу же попросил своего отца сделать меня учеником и по совместительству помощником главного лекаря. Я был так ему благодарен. Сынмин слушал внимательно, он не знал что чувствовать. Ему не понравилась часть о том, что он был наложником. Но Чан дружил с Феликсом? Когда тот был всего лишь наложником? В голове не укладывалось. Почему с Феликсом не случилось того же, что с его покойным другом? Много вопросов витало у него в голове. Лицо оставалось мило нахмуренным. – Мы росли, каждый из нас шел своей дорогой. Чан рос, и все больше и больше лидерских качеств в нем просыпалось, все шло отлично, однако.. – Феликс помедлил, его лицо омрачнело, – Когда Чану стукнуло пятнадцать его родителей, по совместительству короля и королевы страны Бын, не стало. Корабль, на котором они плыли, потерпел крушение. Никто не выжил. Страну захлестнуло отчаяние. Был траур. – голос омеги стал грустным, а запах меда в комнате стал тяжелым, невыносимо трагическим, – Но больнее всего было Чану. Он закрылся от всех, все королевские обязанности легли на его плечи, пока он был совсем подростком. Сынмин не знал как реагировать на это. Он хотел бы, стобы ему было просто все равно, но где-то глубоко внутри он испытывал тяжелое чувство грусти. Бета очень хотел стереть его. Неужели он расстроился из-за какого-то альфы? Ну и позор.. – Но Чан не отчаялся. Он старался стать хорошим лидером для всех, отдавая всего себя, – тихо проговорил Феликс, – Он пренебрегал своим здоровьем ради страны, занимаясь работой. Но в тоже время он был отличным другом. Он всегда приходил ко мне, когда мне было плохо, – его грустное лицо сменилось теплой улыбкой, – о, и он всегда ел мои брауни, хоть я и не лучший повар, ха-ха. Бета закатил глаза. Он скептически отнёсся к последней информации, которую сказал Феликс. Но он так же видел, как тот одушевленно рассказывал ему о Бане. Феликс был счастлив. Может король действительно был не настолько плох, совсем чуть чуть, но не настолько. Сынмин мысленно проклял себя. – У него действительно трагичная история, – выдохнул бета, – Я этого не ожидал. Улыбка Феликса потеплела, он был рад, что смог хоть немного поменять железное мнение беты. – Слушай, Сынми– Феликс даже не успел договорить, как два кричящих комка ворвались в комнату, под крики слуг. Сынмин уже знал кто это, его лицо побледнело. А Феликс же удивлённо обернулся на звук. Сухо и Джихе. Кто б сомневался. – Хен, ты проснулся. Наконец-то! – весело кричала Джихе. – Да-да, мы думали ты умер. Глупый хен! – поддакивал Сухо. Дети подбежали к Сынмину, прыгая и хихикая. Слуга виновато посмотрела на Феликса, низко поклонившись. – Простите, лекарь Ли. Эти дети так рвались к господину Сынмину.. Феликс тихонько хихикнул. – Все нормально, не волнуйтесь, – ответил он, – вы можете идти работать дальше, я отвезу позже детей в их комнату. Она пробормотала благодарности и поспешила удалиться из помещения. Сынмин же уже о чем-то оживлённо разговаривал с Сухо и Джихе. Феликс невольно умилился данной сцене. – Да, мы кушали так хорошо, пока ты спал хен! Повар Ли невероятно готовит, – проворковала Джихе, – и у него еще есть такой милый помощник - Хан! – Еще у них есть очень весёлый, но сильный охранник! У него такие мускулы, ты бы видел, хен! – с восхищением вздыхал Сухо, – Он пообещал обучать меня, чтобы я стал сильным! Я хочу стать таким же как он, чтобы защищать Джихе. Сынмин хмыкнул, зажатый вниманием детей. – К нам все были так дружелюбны, Сынмин хен.. – смущённо сказала Джихе, – Сначала нам было страшно, но Феликс хен нас успокоил. Еще он давал нам горькие лекарства! – с отвращением фыркнула девочка. Феликс весело рассмеялся, потрепав Джихе по волосам. Нет, Сынмин не хотел сейчас испытывать дежавю. Он не хотел этих воспоминаний. Он заставил себя сосредоточиться на реальности. – О вас тут хорошо заботились, да? – приглушённо сказал бета, всеми силами пытаясь скрыть горечь как и в голосе так и в запахе. Если голос легко было скрыть, то запах не так уж и легко, несмотря на то, что он бета. Однако никто ничего не заметил, ведь милая обстановка до сих пор витала в воздухе. Запах меда Феликса не дрогнул, Сынмин облегчённо выдохнул. – Да, хен! Мы даже виделись с королем хеном. Он сказал, что я красавица, – смущённо улыбнулась Джихе, мотая ножкой, словно принцесса. Ну, этого тоже следовало ожидать. Что они уже виделись с Баном. Но это все равно заставило его сердце дрогнуть. – Да-да. А мне сказал, что я буду очень сильным! – соревновательным тоном сказал Сухо, глядя на сестру нахальным взглядом. Девочка лишь показала тому язык, наигранно цокнув языком. Феликс усмехнулся. А Сынмин безнадёжно вздохнул, глядя на этих двоих. Он позволил небольшой милой улыбке появиться на лице. Только эти дети могли заставить того так нежно улыбаться. – Хен, давай не будем отсюда уходить... Я так всех полюбила.. – тихонько сказала Джихе, прикусив губу и смотря на него глазами лани. Бета было хотел что-то пробормотать о том, что они будут приносить одни лишь неприятности, и они должны будут уйти, но Феликс не дал ему и слова вставить. – Конечно вы пока останетесь тут. Куда же вы денетесь. – сказал Феликс так, будто это самая очевидная вещь на планете. Джихе запрыгала от радости крича о том, что Феликс лучший, а Сухо самодовольно улыбался, скрестив руки на груди. Сынмину же стало дурно. Что имел ввиду Феликс? Что за бред? Зачем им вообще нужен какой-то левый бета и его два невероятно гиперактивных ребёнка? Или королевство Бан настолько щедрое, что они в свой замок каждого второго берут? Феликс же, заметив шокированный и растерянный взгляд Сынмина устремлённый прямо на него, тихо хмыкнул. Так они провели порядка часа. Сухо и Джихе что-то увлечённо рассказывали Феликсу, пока тот внимательно слушал их, с наигранной серьёзностью кивая на каждую фразу. Сынмин же чувствовал себя немного растерянно, но в тоже время расслабленно. Он не чувствовал себя в опасности, но и полностью расслабляться не хотел. Бета думал о предстоящей встрече с альфой. Тихий стук в дверь прервал целый поток мыслей Сынмина. – У меня послание для Господина Сынмина. От короля Бана, – послышался твёрдый голос за дверью. Сынмин хмыкнул. А Феликс развеселился. – Входи Чанбин. – ответил за него Феликс. В комнату вошел невысокий альфа, он явно был ниже Сынмина, возможно даже Феликса. Сухо сразу же счастливо запрыгал. Кажется он знал, кто являлся идолом мальчика. – Чанбин хен, Чанбин хен! – еще немного и Сухо бы наверное запрыгнул на альфу от счастья. Сынмин весело хмыкнул, немного забывшись. – О. Привет, гремлин, – хмыкнул мужчина, – Джихе с Феликсом тоже, как вижу, здесь. У вас тут посиделки? – Да, альфам вход запрещён, – самодовольно ухмыльнулся Феликс. Альфа притворно обиделся, цокнув языком и скрестив руки на груди. Совсем как обиженная девочка. – Будь это Хенджин ты бы так не сказал, – с довольной усмешкой подразнил Чанбин. Феликс же немного покраснел, выкрикнув громкое: «эй!». – Оо, да ладно тебе. Это же правда. – Кхем. – громко прокашлялся омега, – Ну так что там Чан хотел передать Сынмину, мы отошли от темы. Чанбин с лицом типа: о, точно, повернулся к Сынмину, который выглядел потерянным, пока Джихе забралась к нему на кровать и игралась с его волосами. – Король Бан просил передать, что он хочет видеть тебя сегодня, если ты чувствуешь себя хорошо. – тон Чанбина сразу перешел на более мощный, проффесиональный, будто того непринуждённого разговора с Феликсом вовсе не было, – Если ты все еще чувствуешь себя не очень, то он может подождать еще немного. Он спрашивает как твоё состояние. Вот. Феликс переменил внимание на Сынмина, который растерянно обрабатывал слова Чанбина. Он знал, что это все равно случится. Разговора не избежать, вот и все. Однако страх все равно расползался в сердце беты. Он чувствовал себя намного лучше. Голова не болела, хотя сегодня был достаточно шумный день. Особенно из-за Сухо и Джихе. Конечности не болели. Жар спал, но не до конца конечно. Он не будет оттягивать неизбежное, пусть это произойдёт сегодня, чем он будет убегать. – Передайте королю Бану, что я смогу сегодня поговорить. Чанбин кивнул, но не ушел. Он выжидающе смотрел на Сынмина. Бета немного смутился. Он что-то не то сказал? Почему он так смотрит на него? Чанбин, будто прочитав его немые вопросы, слега вздохнул. – Он хочет знать как ты себя чувствуешь, Сынмо. Сынмин немного смутился, он сам не понял почему. Это был просто обычный вопрос. Но почему-то он вызвал бурю внутри него. – Мне уже намного лучше благодаря Феликсу. Я иду на поправку, – в комнате послышалось довольное воркование омеги. Чанбин кивнул, и напоследок потрепав Сухо по голове, вышел из комнаты. Сынмин чувствовал себя пустым. – Минуты казались ему часами. Время текло так противно медленно. От этого его все больше и больше бросало в пот. Он понимал, что правду скрыть не удастся. Все равно: если он солжёт - то ложь вскроется. И тогда может произойти все что угодно. Может, если он сразу скажет правду, то его пощадят? Он надеялся на это, очень сильно надеялся. Он отпил воду из кружки, заботливо оставленной Феликсом. По вкусу там явно были намешаны какие-то лекарства. Но ему было все равно: главное избавиться от этой неприятной сухости и от этого противного кома во рту. Через время послышался стук в дверь. А вот и оно. Бета почувствовал сильный запах хвои за дверью: явный запах альфы. Он сжал всю свою волю в кулак, стараясь оставить свое лицо непроницаемо-спокойным. Не хватало ему еще гнев альфача на себя вознести. – Войдите. Чёрт. Он не ожидал что тот, кто к нему зайдёт окажется настолько красивым. Альфа выглядел статно: сильные плечи, накаченная грудь. Взгляд был одновременно и доминирующим, но и одновременно мягким. Где-то между двух. По виду альфа был немного ниже Сынмина, хотя бета по сравнению с ним совсем тростиночка. – Феликс хорошо о тебе позаботился? – альфа немного улыбнулся, отчего на его щеках появились ямочки. Он присел за столик напротив кровати Сынмина. – Да, король Бан. – его тон был спокойным, хотя внутри беты бушевали все эмоции. Как бы это не отразилось на его запахе.. Чан выглядел удивлённым, и немного смущенным. – Называй меня просто Чаном, не к чему формальности. Сынмин лишь безразлично пожал плечами. – Сынмин-а, я думаю Феликс уже рассказывал тебе как ты сюда попал и как вас нашли, – начал альфа, – но, мне нужно узнать, что с вами произошло. Почему вы были в таком состоянии? – Мы бежали. С королевства Чон. Нас преследовали. – без каких либо эмоций ответил бета. Чан выглядел шокированным. – С королевства Чон? – переспросил король, – Настолько далеко.. Сынмин тупо кивнул, смотря куда угодно, но лишь бы не на альфу. Комнату наполнило напряжение. – От кого вы бежали? Этот вопрос выбил воздух из лёгких беты, придется отвечать честно. Давай, Ким Сынмин, ты должен справиться. – От королевских страж. Король Чон отправил их за нами. – лицо беты стало нахмуренными. Запах хвои стал гуще, наполняя всю комнату. Взгляд альфы стал растерянным, он этого не ожидал. – Что? Зачем вы ему? – последовал логичный вопрос. Вот и все, сейчас раскроется вся правда. Сынмин собрал всю волю в кулак. – Король Чан, прежде чем я расскажу, прошу, если вы убьёте меня, то пообещайте, что позаботьтесь о Джихе и Сухо, – в комнате повисла гробовая тишина. Запах хвои стал растерянным и слега отдавал гнилью. Чан посмотрел на него озадаченным взглядом. – Я не собираюсь убивать тебя, Сынмин. Сынмин усмехнулся, звук наполнил комнату. Его аромат яблок ухудшился. Обстановка накалилась. – Когда вы услышите, что я вам расскажу, вы измените свое мнение. Я уверен, – он не стал дожидаться реакции альфы и начал рассказ. – Эти дети: Сухо и Джихе, были детьми моего покойного друга-омеги. А мой друг был.. Наложником раньше. Наложником короля Чона, – Сынмин поморщился, – его продала его же семья. Они поступили так со своими сыном лишь бы вылезти из нищеты. А знаете чья это была идея, король Бан? Его отца: альфы, – он уже и не пытается скрыть отвращение и ненависть в своем голосе, – Над моим другом издевались, насиловали. Как и других наложников. А потом этот старик износиловал его. – Парень до боли сжал руки в кулаки, ногти неприятно впились в кожу, – И тогда он решил бежать. Он хотел уберечь детей, пусть они и были от этого ублюдка. А потом мы нашли друг друга. Мы были счастливы вместе, обещали друг другу, что будем растить детей и жить так, будто ничего не произошло, – Сынмин злобно тараторил, голос был надломленным, еще немного и его слезы бы прорвались наружу. Но он держался. – А потом его убили. На моих глазах. Последние его слова были о том, чтобы я спас детей. И мы бежали: восемь часов. Почти без остановки. Я был в ужасном состоянии, но я не мог бросить детей. Сейчас нас наверняка ищут. И если они действительно найдут нас, то меня с большой вероятностью повесят. А детей заберёт король Чон. Чан слушал буквально на одном дыхании. На лице был чистый ужас и горечь. Запах хвои стал совсем гнилым, отчего Сынмин без стыда закрыл нос рукой. В глазах альфы стояло сожаление. Но Сынмин видел его насквозь: скорее всего он уже думает о том как бы отправить его на виселицу, а детей отправить обратно к старому ублюдку. Чан аккуратно подал голос. – Мне очень жаль, Сынмин. Лицо беты озарила злая усмешка. Очевидная ложь! Он хочет втереться ему в доверие? Идиотизм. – Можешь сразу отправить меня на виселицу, – его голос был полон яда, – Если Чон найдёт меня, то твоему королевству явно не сдобровать. Зачем оставлять меня в живых? – Я не буду убивать тебя, Сынмин-а. – тихо ответил альфа. Сынмин неодобрительно хмыкнул, глянув прямо в глаза альфы. – Это неразумно, король Бан. Зачем тебе оставлять меня? – Пусть ты мне не доверяешь, Сынмин, но я хочу помочь тебе. По крайней мере, пока ты полностью не выздоровеешь и восстановишься. И я.. я буду оберегать Сухо и Джихе, обещаю. Сынмин посмотрел на него холодным взглядом, он не позволит этому альфе разрушить его стены. Никогда. Однако, хотя бы дети будут в порядке. Феликс пообещал. – Я думаю вам стоит пойти спать, король Бан, – съязвил бета. Другой лишь тяжело вздохнул, встав с места. Тот медленно прошел в сторону двери, немного задержав взгляд на бете, который тупо пялился в окно, полностью игнорируя альфу. – Спокойной ночи, Сынмин. Выздоравливай скорее. И он вышел. Чудик.