Супер Марио

Душный, погруженный в полумрак подвал Уилеров был постоянным пристанищем для их кампаний. Обычно друзья приходили к Майку в гости к обеду и засиживались за игрой до позднего вечера, пока Карен не начинала разгонять их по домам. И это воскресенье могло ничем не отличаться от их еженедельных собраний, если бы не недавние события. Пару недель прошло с Рождества, но город будто застыл в моменте праздничной ночи. Убирать украшения, так долго ждавшие своего часа на чердаках, никто не спешил: пусть еще немного порадуют глаз, прежде чем их снова предадут забвению на целый год. Рождество было любимым праздником Уилла, ведь более уютного семейного вечера и представить нельзя. А проводить время вместе Байерсы обожали. Уилл был благодарен за то, что так было не только для общего вида, что он часто с грустью отмечал в гостях у Уилеров: семья, пытающаяся казаться идеальной для всех, но не для ее членов. Потому Уилл часто лишь сочувствующе выслушивал Майка, жалующегося на разлад в семье. Единственное, что он мог сделать - это чаще приглашать друга к себе по поводу и без. Ведь за столько лет Майк, как считали Байерсы, уже стал частью их немного странной семейки. Дастин и Лукас тоже были нередкими гостями в их доме, но к Уилеру отношение всегда было особенное, трепетное, если так не казалось одному только Уиллу. Уилл никогда не был избалованным, не ждал чего-то дорогого на праздники. Его любимым подарком был большой набор карандашей, который ему купила Джойс на восьмой день рождения. Он осознавал их материальное положение, поэтому в голову даже не приходило мечтать о чем-то большем. У Майка, напротив, были достаточно обеспеченные родители, которые могли без особого труда купить ему то, что он хочет. Но, что в нем нравилось Уиллу, тот не зазнавался, не ставил себя выше него, Лукаса, Дастина. В их дружбе они всегда были наравне. Этот год не был исключением. Проснувшись чересчур рано, Майк заглянул под ёлку и первым делом схватил рацию, настроив её так, чтобы каждый из парней мог слышать его голос. Хотелось разделить с кем-то свои первые эмоции от подарка. Спешно разорвав оберточную бумагу, взору открылась новенькая игровая консоль Нинтендо, по которой в то время обливался слюнями каждый школьник. Майк и представить не мог, сколько родители отдали за нее, но в тот момент его волновало совсем не это. – Ого, тут даже картридж с игрой есть! – Майк уже достал из коробки консоль с двумя джойстиками, с восторгом проговаривая это в рацию, а за ними со дна вытащил запечатанный картридж. – Это Братья Марио! – Майк, да ты вообще видел время? – при переключении канала сразу раздался сердитый голос Лукаса, который, по всей видимости, только проснулся. Но уже через мгновение его настроение явно поменялось. – Подожди… серьёзно? Ты не шутишь? В таком же недоумении были и все остальные. Никто всерьёз не мог поверить в то, что Уилеры купили сыну чертову нинтендо! Это же наверняка стоило огромных денег! Главным было то, что теперь парней еще больше тянуло в родной им подвал, который повидал слишком много партий в ДнД. Но после этого он должен был увидеть еще больше пройденных уровней.

***

Отчего же погибаем мы часто

И совсем забыли, как побеждать?

Друг ко другу, потому что нас тянет

Или просто не умеем играть?

Сначала было тяжело привыкнуть к новому способу управления, ведь до этого парни зависали только в игровых автоматах. Уже спустя несколько часов руки нехило так забились от маленьких угловатых джойстиков, но никто не смел жаловаться. Тем более их было всего два, потому играть приходилось попарно. Двое играют - двое прилипают к пузатому экрану телевизора и всячески пытаются влиться в процесс, выкрикивая только сбивающие напутствия. – Уилл, ну что у тебя с руками? Да перепрыгни ты уже этот гребаный цветок! – возмущался Дастин, ведь они с Лукасом уже долго ждали, пока Майк и Уилл пройдут этот легкий уровень. – Вы даже монеты не все собрали! Сейчас мы с Дастином покажем вам, как надо играть, – Синклер усмехнулся, выхватывая у Майка джойстик, чтобы скорее приступить к игре. – Мы пройдём следующий уровень с первого раза. Даже жизнь не потратим. Парни сразу договорились, что будут меняться с каждым новым уровнем. Но позже, освоив механику игры, они начали сменять друг друга и после каждой смерти, пытаясь проходить сложные части с большим упорством, ведь по окончанию жизней приходилось начинать все с самого первого уровня. И поначалу случалось это слишком часто. Распределились по парам они быстро. Майк просто сказал «я буду с Уиллом», и никто спорить не стал. Да и спорить с человеком, в чьем подвале ты сидишь и в чью приставку играешь - не лучшая идея. Уилл же на эту решительную фразу лишь еле заметно покраснел, ловя на себе пронзительный взгляд Майка, от которого в животе всё затрепетало. Байерс никогда не задумывался о природе этих ощущений, предпочитая избегать непонятную ему проблему. Да и проблема ли это вообще, когда сбоку на тебя кричат двое друзей, потому что ты уже в какой раз умираешь на том же месте? – Ну давайте, попробуйте, – Майк со скепсисом махнул рукой в сторону играющих. – Они умрут на первой черепахе, – обратился он к Уиллу, внимательно наблюдая за процессом игры. Почти так и произошло. С первого раза уровень пройти им не удалось, и даже когда они поменялись - тоже. Прохождение затянулось ещё на пару часов. Пусть они и выработали какой-никакой навык за это время, игра становилась все сложнее, и проходить ее в итоге было не легче, особенно, если брать во внимание уже уставшие от непрерывной игры глаза и пальцы. К тому времени стрелка на часах перевалила за девять вечера, и Карен Уилер спустилась проверить наличие подростков в подвале своего дома. – Мальчики, по-моему, вам уже пора по домам, – открыв дверь она окинула подвал взглядом, останавливаясь на четырёх парнях, сидевших вплотную к телевизору. Она уже начала немного жалеть, что решила настоять на этом подарке сыну. – Родители вас потеряют, так что поднимайтесь. Хором ей ответило четыре недовольных стона и восьмибитный звук, означающий смерть одного из персонажей. – Мам, ну можно еще 20 минут? – разочарованно протянул Майк, умоляя сжалиться перед ним. – Майк, ты не слышал, что я сказала? Уилер стиснул зубы, оборачиваясь к друзьям. – Мы не успели пройти! – он закатил глаза. Проблема была в том, что просто выключить игру и продолжить позже было нельзя - весь прогресс полностью бы стерся, что Майк с ужасом обнаружил, когда пытался дойти до финала один. А оставлять телевизор включенным на неопределенное время было не лучшей идеей. Уилл, поджав губы, посмотрел на друга, утешительно похлопав его по плечу. – Ничего, Майк, может, в следующий раз получится. – Да ну, мы столько времени потратили, чтобы сдаться? – Уилера такой расклад событий не устраивал, он был намерен что-то придумать, чтобы не соглашаться с худшим. – Может вам разрешат остаться на ночь? – он с надеждой посмотрел в глаза друзей, предлагая свою мысль. – Не-а, Майк, не вариант, – Дастин пожал плечами. – Мама будет против. Она до сих пор зла, потому что думает, что это из-за меня Мяус потерялась. – Лукас? – Завтра в школу, ты же знаешь. Мне точно не разрешат. Я сегодня и так полдня проторчал у тебя, – Синклер покачал головой. – В чем проблема завтра утром всем вместе пойти в нее? – Майк не успокаивался. – Все, Майк, закрыли тему, пройдём в другой раз, – Лукас наконец встал с пола, полный решимости уходить, ведь они уже просрочили время, данное им Карен на сборы. – Да и я думаю, твоя мама сама будет не в восторге от того, что мы целую ночь будем сидеть у вас в подвале. – Да ладно, какие же вы скучные. Я бы уговорил её, – Майк демонстративно закатил глаза, понимая, что его план потерпел крушение. Уилл, все это время сидевший рядом, но находящийся вне разговора, нахмурил брови, думая, что про него снова все забыли. Он не понимал, почему так всегда происходило. Его друзья будто изначально думали, что ему можно даже не предлагать какую-либо авантюру. – Вообще… я думаю, моя мама будет не против, если я останусь, – пробормотал он, поднимая глаза на Майка. – Ну, если ты хочешь пройти игру вместе, – Уилл добавил, будучи неуверенным в том, что Уилер до сих пор хочет оставаться с ним наедине на целую ночь. – Уилл! – Майк вскинул брови, наконец обращая внимание на парня, неловко обнимающего свои колени руками. – А сразу сказать не мог? Уилл лишь пожал плечами, не собираясь препираться и что-то доказывать. Он этого не любил, ведь всегда было легче молча согласиться.

***

Краем глаза я тобою любуюсь,

Забываясь в дыме юной любви.

В Супермарио всю ночь мы играли,

Но пройти её никак не могли.

Спустя продолжительное время уговоров, Карен сжалилась, понимая, что позвонив Джойс, это давление на ее психику со стороны сына наконец закончится. Поэтому уже через полчаса они с Уиллом снова оказались в том же подвале, захватив с собой одеяла, подушки, а также какой-никакой перекус на ночь в виде пачки чипсов, которую Майку удалось стащить с кухни. Конечно, спать они не собирались, несмотря на наставление матери не сидеть за игрой допоздна. В любом случае никто бы не стал их проверять посреди ночи, поэтому оставалось только тихо себя вести и заниматься, чем им вздумается. – Ночи нам точно должно хватить, – Майк радостно посмотрел на не находящего себе места Уилла. – Эй, все нормально? Ты из-за моей мамы? Если да, то не парься, она на самом деле не против, что ты остаешься, – Уилер не совсем понимал причину такого состояния друга, но все-таки предпринял попытки снять напряжение между ними. Уилл часто вёл себя стеснительно в гостях, несмотря на то, что Уилеры давно стали ему второй семьей. Конечно, напрашиваться в гости на ночь и надоедать совсем не хотелось, но сейчас его беспокоило, к сожалению, не это. Майк всегда был для Уилла особенным другом. Он был чуть ли не единственным, кому можно было довериться. Но в последнее время всё почему-то резко изменилось, чему Байерс не мог найти приемлемого для самого себя объяснения. Он до последнего пытался ссылаться на их взросление, но какой-то частичкой понимал, что дело не только в этом. – Да, все круто, Майк, давай пройдём эту игру, – он поднял решительный взгляд на друга, сталкиваясь с озорным блеском в чужих глазах, заставлявших Уилла таять. Майк схватил джойстик, подпинывая второй в сторону друга, когда Уилл уселся рядом. Соприкасаясь плечами, они согнулись над телевизором, наконец запуская следующий уровень. У них осталось шесть из десяти жизней, а впереди предстояло пройти больше половины игры. И, конечно, с первого раза у них ничего не получилось. И со второго тоже. Спустя пару часов глаза обоих покраснели, а веки непроизвольно начинали слипаться, но отступать никто не планировал. Тем не менее это сильно осложняло задачу, ведь экран телевизора стал предательски расплываться. Внимание изрядно притупилось, отчего Уилл клевал носом, все чаще не замечая врагов. В тишине раздавались щелчки кнопок, недовольные вздохи, ворчание и, реже, восклики, эхом разносившиеся по всему подвалу. – Уилл! – Майк резко обернулся на друга, умершего на уровне, с которым раньше проблем не было. Неожиданным было то, что взгляд его встретился с чужим, будто тот все время смотрел не в экран, а на Уилера. Байерс в ответ лишь встряхнул головой, неловко отводя взгляд, надеясь, что это не выглядело странно. Нужно было срочно взять себя в руки, иначе Майк больше не захотел бы играть с ним. Больше не захотел бы оставаться с Уиллом наедине. Настроившись с полминуты, парни снова погрузилась в игру, уже понимая, что скоро им снова придется начать все заново, потому что жизни были на исходе. За то время, что они были вдвоем, им удалось продвинуться всего на несколько уровней, после чего их ждала та же участь, что и раньше. Уилл с меньшим энтузиазмом нажимал на кнопки, смотря, как маленький Луиджи подпрыгивает на уровне, что он прошел, казалось, уже сотни раз. Гораздо более интересным ему казался профиль Майка, на который он время от времени поглядывал боковым зрением. Байерс был уверен, что нос с горбинкой, острые скулы, слегка пухлые губы, россыпь мелких веснушек - все эти черты лица, складывающиеся в привлекательную внешность, заставляли хоть раз усомниться в своей гетересексуальности не только его. – Уи-илл! – Майк издал гортанный звук, моментально выбивая того из мыслей. Вместе с этим экран засветился надписью «Game Over», означающей, что и в этот раз пройти до конца не получилось. – Ну не спи, я тебя прошу! Ты уже какой раз на самом легком месте отвлекаешься. – Черт, прости, Майк, не знаю, что на меня нашло, – Уиллу искренне стало стыдно. Вместо того, чтобы быть хорошим другом и также упорно пытаться пройти игру, он откровенно пялился на Майка, думая о несопоставимых с их дружбой вещах. – Может возьмем перерыв? Уилер глубоко вздохнул, немного приходя в себя. Уилл был прав: они уже долго играют без остановки. Он не мог винить друга в том, что тот банально устал. Да и сам Майк слегка переоценил свои силы, думая, что сможет активно бодрствовать до утра. – Ладно, нам правда нужно отвлечься. А потом мы можем вернуться к игре с новыми силами, – он потер свои раскрасневшиеся глаза, после чего откинулся на подушки сзади, приняв положение полулежа. Уилл опустил голову, разглядывая свои руки, как он вечно делал в нервных ситуациях. – Прости… ты, наверное, надеялся, что останутся Дастин и Лукас, – он неловко начал говорить свою мысль, не поднимая глаз, боясь увидеть подтверждение своим словам. – Вы бы уже точно прошли без меня. – Что ты такое говоришь? Ни на что я не надеялся. Я рад, что ты здесь, со мной. С кем не бывает, все проигрывают, – Уилер нахмурился от неожиданной смены настроения в голосе Байерса. – С чего вообще такие мысли? Уилл с явным недоверием поднял взгляд на Майка. – Знаешь, мне иногда кажется, будто я лишний, и вы меня не замечаете. И я подумал, что, ну, может, я правда мешаю вам, – он замялся, – тебе. – Что? Ты шутишь? – Майк хлопал глазами в недоумении, разглядывая эмоции лица напротив. – Как ты можешь мне мешать, Уилл? Ты ведь часть команды, без тебя все было бы не так. Если тебя это так волнует, то я хочу, чтобы ты знал, – он задумался, подбирая правильные слова. – Ты мне ближе всех, Уилл. Лукас и Дастин тоже мои друзья, но по сравнению с тобой... Знаешь, тебе я могу рассказать что угодно. Ты всегда выслушаешь и не осудишь, а другие могут не понять. Да и если бы Дастин с Лукасом остались, то сейчас бы оба ныли и препирались, как девчонки, – Уилер мягко улыбнулся, закончив свою речь. Уилл замер и не смел даже вздохнуть, пока краска заливала его лицо и уши. Решившись сказать Майку о своих переживаниях, он даже не надеялся услышать что-то подобное. Скорее наоборот - ждал слов осуждения в свою сторону. – Ты серьёзно? – Конечно, – он пожал плечами. На мгновение воцарилась тишина, заставляющая поежиться от ее внезапности. Смотреть в глаза друг друга на таком близком расстоянии было неловко, но никто из них взгляда не отводил, бесстыдно рассматривая чужую реакцию. Первым затянувшуюся паузу прервал Уилл, который все это время пытался собрать разрозненные мысли в своей голове воедино и перенести их в слова. – Майк… спасибо. – Да за что? – Нет, правда, спасибо тебе. Знаешь, я порой слишком много надумываю и… в общем я так рад, что это неправда. Я бы очень не хотел быть лишним для тебя, – Уилл остановился, обдумывая только что сказанное и становясь от этого еще более красным. – То есть, не только для тебя, конечно, для вас всех, но.. для тебя особенно. Уилер был застигнут врасплох. Он было открыл рот, чтобы что-то ответить, но в горле стоял ком, а в голове не было ни единой мысли. Поэтому пару мгновений он в изумлении пялился на Байерса, смущая его этим еще больше. Он не мог понять, как их попытки пройти Марио так быстро переросли в этот до дрожи волнительный разговор по душам. Внезапно его рука сама потянулась вперёд, безмолвно накрывая чужую. Уилл в ответ вздрогнул, переводя взгляд на место прикосновения, а затем снова на глупо улыбающегося Майка. Что-то Уилла даже раздражало в этой улыбке. Но он не мог понять, что именно: ее самодовольство, непринужденность в каждой ситуации или, например, то, что он не мог ее коснуться, ощутить мягкость, большими пальцами прослеживая контур губ к самым уголками, не мог почувствовать ее своими губами. – Уилл? – чужой голос вырвал из размышлений, заставляя вздрогнуть от осознания собственных мыслей. В голове не укладывалось, как он мог сидеть прямо перед Майком, своим лучшим другом, думая о таком. – Я рад быть твоим особенным другом, – в голосе Уилера не было ни намека на издевку. От такой интерпретации своих слов Байерс в изумлении раскрыл глаза, выдохнув весь воздух из лёгких. Он осознал, что Майк все еще некрепко сжимает его руку, а все фразы, произнесенные до этого, будто внезапно обрели новый смысл. В следующих действиях Уилл себе отчёт не давал, будучи опьяненный возникшей в голове фразой «сейчас или никогда». Он уверенно подался вперёд, быстро сокращая расстояние между ними, прижимаясь своими губами к чужим, ощущая, как улыбка всё-таки сползает с них. Они касались друг друга лишь пару секунд, после чего Уилл также резко оторвался, с ужасом смотря в глаза напротив. – Черт, Майк, я… – слезы уже навернулись на глаза, но еще не успели скатиться по щекам, тем не менее не давая нормально сформулировать свою мысль. – Я не хотел, прости-прости-прости. Уилл продолжал что-то судорожно тараторить, из последних сил пытаясь удержать слезы, но выходило это плохо. Он закрывал лицо руками от жгучего стыда, заставляющего задыхаться, чтобы лишний раз не смотреть в полные, как ему казалось, осуждения глаза Уилера. Внезапно чужие ладони обхватили его запястья, мягко пытаясь убрать их от лица, отчего Уилл покрылся мелкой дрожью. Он поддался прикосновениям, боясь сделать все еще хуже, поднимая полный недоверия взгляд на Майка. На чужом лице не было ни отвращения, ни злости, лишь еле заметное смущение и… снова эта нежная улыбка. Байерс ожидал чего угодно, но явно не быть притянутым обратно в поцелуй, все такой же невинный, но чуть более длительный. Сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки от ощущения чужих губ, оставляющих легкие прикосновения по всему его лицу. Они прошлись по подбородку, только что залитым слезами щекам, собирая с них оставшуюся солоноватую влагу, а затем скромно возвращаясь к уголкам рта. Уилл рвано дышал, хватаясь пальцами за руки, уже мягко обнимающие его шею. Он не сопротивлялся действиям Майка, но и не предпринимал своих, боясь тем самым оттолкнуть. В голове наступила полная тишина. – Уилл? – шепот обжег ухо, когда Уилер почти коснулся его губами. Тот будто мучил его. Это «Уилл-Уилл-Уилл-Уилл-Уилл-Уилл» голосом Майка с разной интонацией вечно крутилось в мыслях, не давая прийти в себя. – Ты как? – он внезапно отстранился, уступая место холодном воздуху, отчего по коже толпой пробежали мурашки. В его глазах читался намек на страх, от которого у Байерса в груди все сжалось. – Майк, я не понимаю… – Уилл наконец выдавил из себя несколько слов, что дались с огромной тяжестью. Он слегка расслабился, когда рассматривал задумчивое лицо парня, позволяя своим рукам затеряться в чужих непослушных волосах. – Я тоже, – Уилер мягко усмехнулся, покачивая головой. – Но у нас есть еще остаток ночи, чтобы хоть чуть-чуть разобраться, – в падающем свете от телевизора было плохо видно покрасневшие лица и уши, но они знали, что этот момент смущает обоих. – А игра? – Байерс прошептал на выдохе, смотря на горящий экран. – Пройдем в другой раз, – Майк пожал плечами, расползаясь в своей фирменной улыбке, после чего потянул Уилла на себя, снова соединяя их губы.

***

– Ну, рассказывайте, чем все кончилось! – Дастин обогнал двоих друзей, с нескрываемым интересом ожидая длинного рассказа. – Да! Вы дошли до конца? Принцесса хоть красивая была? – Лукас последовал примеру друга, сходу заваливая вопросами. Оба парня одновременно покраснели, вспоминая события ночи, о которой их с таким пристрастием расспрашивали друзья. Конечно, что было в конце игры, они так и не узнали, зато проснулись на полу в обнимку, смущаясь и отводя взгляды. Майк посмотрел на Уилла, понимая, что ответ придется придумывать самому. – Знаете, мы с Уиллом решили, что без вас это будет не то. Поэтому… может пройдём в другой раз?