Проклятые

      

Глава 30.

      

      Тэхён медленно наигрывал мелодию на пианино. Инструмент был жутко расстроен, прямо, как он сам. Он даже не стал садиться за него. Вот уже минут тридцать он, стоял и просто перебирал клавиши, фиксировал, где звук фальшивил. Это позволяло занять голову и отвлекало от мыслей и от чувств.       Ему удалось найти комнату на эту ночь, но находится в ней он не мог. Поэтому, заплатив хозяину его дневную выручку, он снял на ночь этот бар в захолустье. Теперь он «развлекался» и пил дешевое вино. Тэ посмотрел на бокал. Цвет изумительный, но на вкус – дрянь!       В баре было темно. Хозяин уже успел выключить освещение, когда пришел Тэхён. Единственным источником света был плафон над барной стойкой, но он не жаловался и не пытался найти выключатель. Так меньше бросалась в глаза убогость этого места. Он не сразу разглядел вошедшего и удивился, когда узнал.       Тэ замер, так и не убрав руку с клавиш, а Чонгук медленно направился к нему. Он шел спокойным шагом, но глаза пытливо его сканировали. Тэхён отвернулся и посмотрел на бокал вина, что стоял на пианино. Он боялся встречи с ним.       Чонгук остановился в шаге от Тэхёна. Повисла тишина. Тэ по-прежнему не встречался с ним взглядом.       - Почему ты уехал? – спросил Чонгук, после нескольких минут напряженного молчания.       Лицо Тэхёна он видел в профиль. Тэ слегка приподнял подбородок, прежде чем ответил:       - Не устроила комната без душа, - сказал он тихо. – А ты что здесь делаешь?       Чонгук посмотрел на бокал.       - Вина решил выпить. Угостишь?       Тэ покосился на свой бокал.       - Ты за рулем. Не стоит.       - Если так переживаешь - заночую с тобой, - предложил Чон.       Тэхён нажал на клавишу, но звука не последовало. Он слегка вздернул бровями и едва заметно улыбнулся. Было видно, что обдумывает услышанное. Спокойная, но такая выразительная мимика. Чонгук был заворожен его лицом и голосом. Тэхён был красив. Они впервые находились так близко друг от друга.       Тэ снова нажал на клавишу в попытке извлечь звук из сломанного инструмента.       - Это вряд ли, - проговорил он.       - Почему - на столько противен? – спросил его Чонгук прямо.       Тэхён повернул голову и посмотрел на него. «Глаза всегда грустные» - отметил Чон про себя.       - Нет, очень даже нравишься, - спокойно возразил Тэхён.       Они какое-то время молча рассматривали друг друга. Чонгук слегка растерялся от его признания, а Тэхён был рад, что сказал это.       Чонгук кивнул. Он не знал, как реагировать. Просто попытался дать знать, что услышал его.       - Может присядем? – предложил Чонгук, оглядывая пустые столы. На одном из них стояла открытая бутылка вина. – Ты как, можешь терпеть мое присутствие?       - Теперь – да, - ответил Ким и направился к столу. Чонгук прошел следом.       Они сели напротив друг друга.       Тэ не знал, что конкретно ждет от него Чонгук, как и не знал, на сколько ему известны подробности. То, что он о чем-то догадался было понятно из-за его присутствия тут.       - Ты можешь объяснить мне, что происходит? – спросил Чонгук.       - Спрашивай – я не знаю, что тебе уже известно, - ответил Тэ.       Чонгук задумался. Вопросов было много, но с чего начать?       - У Чимина и Юнги парные метки. У них какая-то мистическая связь. Почему такие же метки были у нас с тобой? Что это значит?       - Это означало, что ты был предназначен мне. Ты моя пара. Теперь на тебе нет метки. Она у Чимина.       - Теперь он твоя пара? Как он может быть парой и тебе, и Юнги?       - Он поцеловал меня и тем самым принял. Я думаю, что это временно, но не уверен. Такое случилось впервые. Я не знаю, к каким последствиям это приведет. Это одна из причин, почему я уехал.       - А другие? – тут же поинтересовался Чонгук.       - Не менее важные, - уклонился от ответа Тэхён.       Чонгук не стал настаивать - догадывался, что этой причиной был он.       - Почему на мне была эта метка?       - Ты с ней родился, просто не знал об этом. Она, что-то вроде маячка – необходима, чтобы такие, как мы могли найти свою пару.       - Какие?       - Проклятые.       - Ты проклят? За что?       Тэхён устало откинулся на спинку стула.       - Вероятно, за то, что не умел любить.       Тэхён видел по глазам Чонгука, что тот ничего не понимает.       - Когда мне было двадцать четыре года я влюбился впервые. Я был из знатной семьи, и она тоже. Но наши кланы враждовали несколько десятилетий. Мой отец перешел дорогу ее деду в бизнесе. Мы познакомились и влюбились до того, как поняли, что нашу связь никогда не одобрят. В те времена…       - Постой, - перебил его Чонгук, - о каком времени идет речь?       - 1945 год.       - Какой? – переспросил ошарашенно Чонгук.       - 1945 год, - подтвердил снова Тэхён.       - Ты что-то путаешь, - настойчиво произнес Чон. – Этого не может быть!       Тэхён грустно улыбнулся.       - Ты забыл, что я проклят. Так вот, - продолжил он. – Вместо того, чтобы попытаться договорится с ее родителями, я решился на побег. Я не понимал всю серьезность и опасность ситуации. И был довольно самонадеян. Она просила меня не делать этого, но я настоял. Гордость не позволяла мне идти к ним домой и просить руки их дочери, как это требуют обычаи и элементарные нормы морали. Я не пытался, потому что знал, что мне откажут.       Нас выследили через сутки. Началась пальба и ее отец выстрелил в меня. В суматохе Лиен спряталась за мою спину, а когда пуля попала мне в грудь и прошла на вылет, она попала ей в сердце. Спустя некоторое время, я очнулся один. Они оставили мое тело в лесу. Никого рядом не было, но через несколько дней я встретил странного человека. Он рассказал мне, что теперь я проклят. Я смогу состариться и умереть, только с любимым человеком. Но для этого мне нужно сначала его найти. Он рассказал мне про метки и про боль, которую я буду чувствовать, если встречу свою пару. Через 25 лет я встретил Миён. Это был 1970 год. Все было так, как он и предупреждал. Фактически мне было почти пятьдесят лет, но выглядел я так же, как сейчас. Я перестал стареть. Мог чувствовать боль, но она не была смертельной. Когда в 1971 году погибла Миён, я несколько раз пытался покончить с жизнью. Боль от их утрат была невыносима. Я не знал, как жить дальше. Меня, как суицидника, даже в закрывали в клинике для душевно больных.       - Как она погибла? – осторожно спросил Чонгук, совершенно раздавленный его рассказом.       - Разбилась на машине, после нашей ссоры. Она была актрисой, постоянные гастроли и поклонники. Я ревновал. Ту машину купил ей я. Я же в тот вечер и довел ее до истерики. Я же и не остановил, когда она ушла из дома.       Он замолчал и вдруг добавил:       - Она утверждала, что у меня исключительный слух. Я в детстве брал уроки игры на фортепьяно.       Он улыбнулся, вероятно вспомнив что-то из прошлого. Чонгук не знал, что ему делать. Понимал, как ему сложно, рассказывать все это, хотел утешить, но не знал как.       - Мне продолжать? – спросил Тэхён.       - Не стоит, - ответил Чонгук.       К чему бередить старые раны? И так все было понятно.       - В 1996 году я встретил Мину. А в 1997 году я потерял и ее. Никто из них так и не дожил до своего двадцать шестого дня рождения, - с горечью подытожил Тэ.       Он поднял глаза на Чонгука.       - Теперь ты все знаешь. Если озадачишься, то легко высчитаешь мой возраст, но я тебе и сам его назову – мне 102 года. Я больше не хочу связывать свою жизнь со своей парой. Это всегда плохо заканчивается.       - Почему именно на мне была метка? – спросил Чонгук.       - Ты перерождение Лиен, Миён и Мины.       - А Юнги? У него тоже что-то подобное произошло?       - Мы познакомились в 1970, до моего знакомства с Миён. Нас познакомил наш проводник. Он тогда был у нас общий. Его Хоя и моя Миён были подругами. Как ты понимаешь, там тоже не было счастливого финала. Но я не буду рассказывать тебе об этом - это не моя тайна.       Чонгук кивнул, соглашаясь.       - Ты сказал проводник – кто это?       - Кто-то вроде помощников. Они стараются помочь нам встретить пару. Я дружу с Намджуном уже восемь лет, и только два месяца назад узнал, что он мой проводник. Обычно они не скрывают свой статус и сразу называют себя. Хосок так и сделал, когда пришел к Юнги.       - А Нам? – уточнил Чонгук.       - Я нанял его по рекомендации, как отличного IT-ишника. Нужна была надежная сеть для банка. Так мы подружились.       - А чем ты занимаешься?       - У меня два банка. В основном их деятельность направлена на медицину, но не только. Кредитование гос. контрактов при строительстве объектов медицины: больницы, лечебницы, санатории, аптеки, несколько детских домов и прочее. Есть транспортная компания в порту в Пуссане, риэлтерская контора в Сеуле и даже ферма в горах. Её я особенно люблю - это мой дом.       Тэхён не стал перечислять несколько магазинов и сеть аптек, промолчал и про небольшой ресторан в Сеуле. Он, в любом случае, собирался продать эту часть бизнеса в ближайшее время. Вырученные деньги он планировал пустить на раскрутку группы.       Чонгук опешил от такой информации. Он, конечно, догадывался, что Тэхён, имеет вес в обществе, но явно недооценивал масштабы.       Тэхён открыто усмехнулся, видя его ошарашенное лицо.       - Проживи ты 102 года и тоже смог бы что-то накопить. Да и тратится было не на кого. К тому же я еще и не старею, моя активность не падает. Куда-то нужно было девать силы, - объяснил он.       - Теперь я понимаю причины, почему ты сторонился меня - боль от утраты своих любимых и, просто, физическая боль. Ты решил остаться в стороне в этот раз?       - Я решил не заявлять на тебя свои права. Я уже потерял трех дорогих мне людей и больше этого не хочу. И, что скрывать, я был в шоке, когда узнал, что моя пара – мужчина. Всегда это были девушки. Я даже представит себе не мог, что может быть по-другому. Но, в конечном итоге, это оказалось совсем не важно. Связь и притяжение к тебе были не меньше, чем к предыдущим парам.       - Теперь все прошло? – спросил Чонгук, помня, что теперь Чимин является его парой.       - Чимин принял меня и между нами установилась связь. Именно я нашел Чимина в больнице. Мы способны чувствовать как свою, так и чужую пару. Именно Юнги нашел мою Миён в 1970 году. Если пара находится рядом, мы испытываем сильную головную боль. Она совершенно особенная, ее не возможно спутать ни с какой другой болью. Я убедился, что Чимин его пара, прежде чем рассказал о нем Юнги. Дальше ты уже знаешь.       - Чимин с Юнги, а как же ты?       - Я не собираюсь на него претендовать, - усмехнулся Тэхён. Чонгук пока не заметил, что Тэхён уже два раза не ответил на его прямой вопрос. Тэ намеренно не хотел отвечать ему, потому что ничего не прошло. Его чувства к Чонгуку остались прежними. Но он не видел смысла признаваться в этом, потому что все равно намерен был уехать. – К тому же…       Тэхён сдержанно улыбнулся и даже смущенно покраснел.       - К тому же прямо сейчас он безумно счастлив, - продолжил он, после заминки.       - О чем ты?       Чонгук нахмурился, потому что не понял, что тот имел ввиду. Уверенность Тэхёна казалась странной и его смущение тоже.       - Связь, - напомнил Тэхён. – Я могу чувствовать его состояние и эмоции на расстоянии. К сожалению, я уехал недостаточно далеко от него и теперь…       Тэхён запнулся.       - И теперь? – переспросил Чонгук.       Тэ закатил глаза. Ситуация дикая и нелепая одновременно. Он не знал, как выразиться поделикатней, поэтому сказал, как есть:        - Они с Юнги занимаются любовью прямо в данный момент. И я чувствую его эмоции. Слабо, но чувствую. И на сколько я могу судить по тому, что я чувствую – Чимин счастлив.       Чонгук округлил глаза и нервно сглотнул. «Ни хера себе!»       - И, блин, это, кажется, уже в третий раз за этот вечер. Я не мог находится в комнате, поэтому спустился сюда. Музыка меня отвлекала, а потом пришел ты и стало еще лучше. Я, конечно, безумно рад за них, но хотелось бы чтобы они успокоились, - улыбнулся Тэхён.       - И ты не ревнуешь, тебя не задевает, что Чимин сейчас с Юнги?       Тэхён спокойно улыбнулся. Чимин принял его только для того, чтобы снять боль. Он благодарен ему за это. Если бы не этот смелый шаг, он бы не имел возможности вот так провести с Чонгуком этот вечер. Тэхён и сам был удивлен, что его чувства к Чонгуку не изменились.       - Нет. Мне дорог Юнги, и я счастлив, когда у него все хорошо. Он заслушивает это, как никто другой.       - Ты веришь в них? – спросил Чонгук осторожно. Ему не меньше был дорог Чимин, и Чонгук переживал о возможном исходе.       - Да. На этот раз все по-другому. Чимин все знает и принял Юнги таким какой он есть. И Юнги изменился с нашей последней встречи. Он на столько влюблен, что даже дышать на него боится. Поверь, он совсем не робкого десятка, а внимание и забота никогда не были его сильными сторонами. Я уверен, что все у них будет хорошо.       Чонгук задумался.       - Ты отказался от пары. Сначала от меня, потом от Чимина. И если я, по твоим рассказам, реинкарнация твоих предыдущих девушек, значит ли это, что ты добровольно обрекаешь себя на одиночество до тех пор, пока я не умру?       - Быть одиноким – мой осознанный выбор. Я могу просто встречаться с женщинами или мужчинами, проводить с ними время, быть в отношениях, наверно, я даже могу жениться. Ведь брак в наше время, не обязательно должен быть на всю жизнь.       - Но… - предположил Чон.       Чонгук чувствовал, что существует какое-то важное «но» за всеми этими словами.       - Но я не смогу полюбить другого человека. Но ведь и браки не всегда строятся на любви, есть еще уважение, забота, поддержка, выгода, в конце концов.        Почему-то Чонгуку не понравились его слова. Не складывалась у него в голове такая картина будущего Тэхёна.       - Ты сказал, что я нравлюсь тебе? – спросил Чонгук прямо. – На сколько? Ну-у-у, - он пытался подобрать слова, - мне нравится кофе, пицца, слушать рок, мой мотоцикл…       Тэхён громко рассмеялся. Впервые за время их знакомства Чонгук услышал его смех.       - Ты нравишься мне больше моего автомобиля и клубники со сливками, что я ем у себя на ферме, - выдал он, когда перестал хохотать.       Чонгук широко улыбнулся. Эти слова его нисколько не задели.       - Я польщен!       Тэхён посмотрел на него серьезно.       - Я люблю тебя.       Чонгук знал это. Он лишь хотел, чтобы Тэхён признался. Он чувствовал это, по тому, как Тэ на него смотрел. С первой их встречи, взгляд Тэхёна обжигал и будоражил что-то внутри него. Он сопротивлялся этому, не хотел принимать. Все внутри него противилось – он же мужчина!!! Разум говорил одно, но чувства – совсем другое.       - Это взаимно, хён, - произнес Чонгук тихо, но отчетливо.       Тэ замер. Он не ожидал услышать такое. Он прикрыл глаза и как-то неопределенно повел головой, словно прогонял из нее, мысль о том, что ослышался или не так понял. У него был сейчас очень неуверенный и растерянный вид.       Тэхён не успел ничего ответить на это, потому что их неожиданно прервали. Открылась входная дверь и в бар осторожно вошел щуплый старичок.       - Господин! – позвал он от двери, вглядываясь в полумрак бара.       - Я здесь, хён, - подал он голос, продолжая неотрывно смотреть на Чонгука.       Старик подошел к их столу. Он был слегка смущен, заметив, что Тэхён не один.       - У господина свидание, - заметил он смущенно. – Извините, что беспокою. Понимаю – дело молодое!       Чонгук встал со своего места и низко поклонился в знак уважения.       - Здравствуйте!       Тэхён перевел взгляд на старика и ласково улыбнулся. «Да, пошлет ему Господь крепкое здоровье и долголетие! Этот старый хён, даже не подозревает, какой вклад внес в мое счастье!». Тэхён готов был его расцеловать.        Пожилой мужчина забавно кряхтел от неловкости.       - Я только хотел оставить вам ключ. Закройте входную дверь изнутри, когда пойдете спать. Совсем запамятовал, - посетовал он на себя.       - Я закрою, не переживайте. Спасибо, что позаботились. Я не подумал об этом.       Тэхён забрал ключ из его рук.       - Ну, молодые люди, не буду больше вам мешать и пойду-ка я спать - время уже позднее. Хорошей ночи, - попрощался он.       - И вам добрых снов, - ответили Тэхён и Чонгук.       - Я провожу вас, за одно и дверь закрою. Больше сюда никто не придет, - успокоил Тэхён старого хозяина.       - А больше никого и не надо, - улыбнулся старик. – Вон, как глаза-то блестят, - кивнул он, рассматривая Тэхёна. – А когда объявился у меня на пороге – лица на тебе не было. Я тоже был когда-то влюблен. Помню еще, как это бывает!       Тэхён с теплом пожал его руку на прощание, и старик ушел. Тэ закрыл дверь и вернулся к Чонгуку.       - Так что мы будем делать? – подвесил Чонгук вопрос, рассматривая Тэхёна. Он не знал, что ожидать.       Тэхён сел на свой стул и сложил руки на столе. Чонгук заметил, что пальцы у него дрожат. Тэхён думал. Он оказался не готов к тому, что Чонгук тоже может испытывать к нему ответные чувства.       Чон протянул обе руки и осторожно коснулся его пальцев кончиками своих. Тэ замер. Он неотрывно смотрел на их руки, которые едва соприкасались.       - Дай мне четыре месяца, - наконец, произнес он. – Я вернусь, и, если я по-прежнему буду нужен тебе – мы будем вместе.       - Почему именно четыре месяца? – удивился Чонгук.       - Четыре месяца и два дня, если быть точным - твой двадцать шестой день рождения, - объяснил он.       - На мне больше нет твоей метки. Я буду с тобой не из-за странной связи, а как самый обычный человек. Так к чему эта осторожность?       Тэ цеплялся за его пальцы кончиками своих. На долю секунды прикрыл глаза, запоминая прикосновение к его рукам. Этого было так мало, но он даже не думал, что это когда-нибудь будет возможно – прикоснуться к нему, почувствовать его тепло.       - Это единственное, что я у тебя когда-либо попрошу, - пообещал он.       Тэ убрал руки и спрятал их под столом. Он боялся сам себя. Боялся, что не сдержится, не сможет отпустить.       - Хорошо, - согласился Чонгук. Если Тэ нужны эти четыре месяца – он подождет.       Чонгук встал.       - Я пойду, - сказал он Тэхёну. – И помни - четыре месяца и два дня! На день рождения ждать?       - Я приеду.       - Пойдем, откроешь мне дверь.       - Пойдем.       Они дошли до двери. Тэ открыл ее и они неловко остановились, не зная, как попрощаться.       - До скорого, - выдал Чонгук.       - Увидимся, - подтвердил Тэ.       - Позвонишь?       Тэ ответил не сразу.       - Я не буду тебе звонить – не хочу, чтобы ты все эти месяцы прожил в ожидании. И ты не звони. Так будет легче. Хочу, чтобы ты жил своей жизнью. У тебя теперь много работы. Юнги упоминал, что у вас очень плотный график. Эти выходные, возможно, последние до окончания года. У меня тоже намечено много дел и несколько деловых поездок в Японию и Америку. Давай дадим друг другу свободу, потому что потом ты будешь только мой.       Чонгук кивнул.       - Могу я тебя обнять? – спросил он тихо.       - Конечно! – ответил Тэ.       Чон сделал шаг на встречу и притянул Тэхёна к себе, совсем ненадолго, буквально, на мгновение, и так же быстро отпустил. Торопливо вышел из бара и ушел, не оглядываясь.