Яблоко Ньютона превращается в райское яблочко

***

— Ширму надо поставить сюда, чтобы отделить рабочую зону от спальной. Тэхён пристраивал деревянную складную ширму вплотную к большой двуспальной кровати. — А обеденную зону мы отгораживать не будем? — Чонгук, у нас студия всего 35 квадратных метров, а не трёхкомнатная квартира. Скажи спасибо, что твой рабочий стол смогли впихнуть в угол, — ворчал Ким. — Кто-то на днях говорил, что с милым и рай в шалаше. Вот наша студия и похожа на шалаш. А я же всё ещё по-прежнему милый, да? — провоцировал Чон. Он обнял со спины старшего и положил ему голову на плечо, губами прикасаясь к шее. Чонгук обожал выцеловывать эту высокую шею, острые ключицы, спускаясь ниже на грудь к чувствительным соскам. Ещё секунда, и он толкнул Кима на кровать, осторожно падая сверху, держа своё тело на весу на вытянутых руках. Тэхён умудрился уже перевернуться на спину, и пристальный взгляд младшего заскользил по красивому лицу, останавливаясь на ярких пухлых губах. — Какой же ты невероятный! Я просто хочу слиться с тобой в одно целое… — выдохнул Чонгук. — Это ты так намекаешь на секс, изобретатель? — Это я так намекаю на любовь. Ты моя половинка, а я твоя, а вместе мы — целое. И в подтверждение своих слов, Чонгук буквально присосался к губам Тэхёна. Страсть охватила двоих влюбленных, хотелось ещё ближе, глубже, горячее. Смазка и презервативы всегда были под рукой, позы и позиции не имели значения, если хорошо вместе взлетать к самим звёздам, если любимый стонал твоё имя на пике удовольствия, если нежно шептал бесконечное «люблю, люблю, люблю…» и слышал в ответ «и я тебя». После душа, расслабленные и довольные, парни лежали на спине на кровати, руки сами нашли друг друга и нежно переплелись пальцами. — Подскажи, как так случилось, что мы живём вместе? — подтрунивал Тэхён. — А кто-то вкусил грешное райское яблочко и осмелел как тигр. — Почему тигр? — Потому что рычишь, если кто-то проявляет ко мне интерес, обозначаешь свою территорию, потому что смотришь таким голодным взглядом и набрасываешься как озверевший, потому что тащишь добычу в дом, потому что умеешь быть таким милым и ласковым, что только не мурлычешь. Хватит? Или ещё? Чонгук повернул голову в сторону Тэхёна, в его глазах плескалось столько любви и нежности, счастливая улыбка выдавала в нём романтика. — Ну, ты же не против? — Тэхён буквально отзеркаливал влюбленный взгляд. — Ещё как не против! — Чон сильнее сжал переплетённые пальцы. — Вот изобрету что-нибудь грандиозное и заработаю кучу денег, купим дом на берегу океана. — И заведем собаку! — перебил его старший. — И посадим яблоню во дворе! Будет наш маленький персональный рай! — продолжал мечтать Чон. Перед новым годом на улицах становилось многолюдно, шумно, суетливо. Чонгук, с порозовевшими от мороза щеками, спешил домой, прижимая коробку к груди. Сегодня день рождение Тэхёна. Впервые они будут отмечать его вместе, поэтому и подарок должен быть особенным, запоминающимся. Чон тихонько вошёл в квартиру-студию. Тэхён жарил мясо на сковороде, напевая популярную песню. Было тепло и уютно. Дом. — Тэ, — позвал Чонгук, протягивая коробку. — С днём рождения, любимый! — Что это? О, боже! Не может быть! Это же щенок! Господи, какой он маленький и милый! — причитал Тэхён, вытаскивая из коробки мягкий комочек. — Это же шпиц. Спасибо, Чонгук. Это самый лучший подарок! Я люблю тебя! Благодать сладким мёдом растекалась в груди Чонгука. — Я ещё всяких вкусняшек по дороге купил, и фруктов. Он стянул с плеча рюкзак и начал выкладывать покупки на стол. Однако, нетерпеливый Тэхён уже утягивал его в мягкий приятный поцелуй. Большой бумажный пакет с яблоками лопнул, и они раскатились по комнате красными, зелёными, жёлтыми шарами, наполняя её свежим, сладким, нежным, лёгким ароматом. Наверное, так пахнет в Раю. Счастьем!