Новые коготочки

Кот всегда внутренне вздрагивает, когда видит перед собой похожий на его силуэт во тьме. Он может соблазнять тысячи кошек ради одной ночи, но всегда будет возвращаться только к ней. Вспоминает танцы, распитие самых жирных сливок и взаимные вычесывания, когда сердца настолько наполняются спокойствием, что нельзя сопротивляться внутреннему влечению к другому пушистому во всех смыслах существу. Словно своему отражению или части. Бродячая боевая кошка и бродячий боевой кот. Не могут усидеть на одном месте слишком долго — зовет дорога. Да, конечно, звезда упала, и жизнь осталась только одна. Да, было сорванное венчание, которое оставило след в душе самый темный. Все это было моментами, когда не могли разобраться в себе. Теперь эти воспоминания навевают скуку. Натуру влюбленного в приключения не сломить и не привязать к одному живому существу. Ему нужны все разом. — Ну, сколько дам пало под твоими чарами, Гато? — коварно улыбается Мягколапка, поправляя шпагу. — Сотни, может тысячи, — усмехается Кот, преувеличивая правду. — Но ты — особый случай. — Нет, меня избавь наконец от своего внимания, — смеется кошка и встает в позу, которая приглашает к танцу. Кот притворно и видимо для нее, словно усмешку, подавляет недовольную гримасу, вскакивает на обе лапы и начинает стучать сапогами по паркету, слыша такие же ответные постукивания с другой стороны бара. В движении он может выразить все свои чувства: то, как скучал, то, как думал о ней, как хотел увидеть, как мечтал прижаться к ней ближе. Кот — истинный рыцарь, он не настаивает на романтике, когда Мягколапка этого не хочет. Есть действительно десятки кошек, которые только и мечтают увидеть его в ином качестве нежели обычного друга. Он и сам думает, что стань они обычной парой, тянущей каждый мучительный день вместе, — это было бы слишком. Это бы их разрушило. Как же душевность? Как же полное доверие? Кому рассказать все, что творится в мыслях как самому себе? Кто вообще сможет точно понять тогда все то, что на душе в любую секунду? Кто поддержит любую мысль? Оба двигаются как им нравится, не заботясь ни о чем. Обмениваются палящими взглядами и прикосновениями, которые ничего не значат. Все это не всерьез, словно смех над неудачной шуткой. Кот отдыхает от себя в эти мгновения, понимая, что он во многом несовершенен. Мягколапка расслабляется и позволяет ему касаться ее, как заблагорассудится. Это просто танец. Она-то как раз — само совершенство, не лишенное совести, пускай и без когтей. Кот всей душой стремится быть хоть в чем-то похожим на нее, не лишенным оригинальности. Ровно с того момента, как разбился Шалтай-Болтай, он находит в Мягколапке отдушину, потому что она была всегда рядом. Как в мыслях, так и физически. Смотря на ее юношеский задор, делает вывод, что она тоже воспринимает его появление с радостью. Когда танец заканчивается, оба тяжело дышат и хватают друг друга за плечи с широкими улыбками. — Неплохо двигаешься, красавчик, — подмигивает Мягколапка. — Могу сказать то же самое о тебе, — отвечает на комплимент Кот. Обоим уже давно не хочется нарушать границы того, что им удалось создать вдвоем с таким трудом, через раз ошибаясь. Их любовь, напоминающая дружбу, и дружба, напоминающая любовь, прекрасны сами по себе. И пусть есть несколько мгновений с обоих сторон, которые могут это изменить, это не становится препятствием к общению. Прощать друг другу все ненастоящее стало традицией. Усмехаются дьявольски оба, если кто-то ожидает от их взаимодействия большего. Они держат разумные границы, чтобы не стать жертвой собственных переменчивых чувств. Прекрасно понимают, что им вместе будет тесновато, а слишком долго порознь — скучно. Кот обожает Мягколапку, как и Мягколапка обожает Кота. Эту связь не объяснить ни логически, ни как либо еще. — У меня для тебя кое-что есть, — подмигивает Кот, после чего, словно злодей, которым он никогда не был, протягивает маленькую коробочку. — Заботишься о подарках? У нас годовщина? — усмехается Мягколапка. Кот же просто молчит, лукаво ее рассматривая. Мягколапка вздыхает, а потом открывает коробочку. Там то, чего она никак не могла ожидать за свою жизнь никогда — набор серебряных коготков. Она сглатывает в неверии. — Откуда? — Помнишь мою бытность домашним котом у старухи? — Как забыть, ты меня тогда посмешил, — ухмыляется Киса. Кот беспечно фыркает, а потом наклоняется к ее уху очень медленно, чтобы прошептать о том, что вернулся туда, словно уже давно, когда выкапывал свой костюм. Он признается, что у хозяйки того дома много интересных вещей. Эта — одна из них. Мягколапка улыбается, надевает искусственные когти на пальцы, светя веселыми чертиками в глазах. Кот сегодня ее усовершенствовал, в том числе и подбадривающей улыбкой. Она рассматривает подарок некоторое время, поднося лапы к глазам, когда хочет сказать что-либо еще — замечает лишь салютующий силуэт в отдалении. Ей искренне весело. Только он может так. Их вечер встреч закончился, и оба расходятся в разные стороны втайне друг от друга и от очередной стражи, но с непередаваемыми впечатлениями, чтобы когда-нибудь увидеться вновь.