Чувствовать боль лучше, чем не чувствовать вообще

      ★★★

Ощущение постоянной пустоты и желание исчезнуть. Вот с чем проснулся сегодня Ньют в кровати со своим любимым человеком, который улыбался ему в лицо и кажется что-то рассказывал. А точно Томас, Томми сказал, что проспал и что ему нужно бежать, а так же сказал, что любит его. Ньюта. Любит Ньюта. Как странно. Они встречаются три года. До этого у него не было проблем с тем, чтобы воспринимать эти слова всерьёз и правда верить в них. После слов Томаса, Ньют завис и вышел из ступора только после того как Томми, собравшийся минут за пять, поцеловал его в щёку и убежал. Чтож он сегодня один весь день как и почти каждую субботу или наверное всё же нет. Сегодня он один на один со своими мыслями и нискончаемой пустотой, которая просто сжирает изнутри. Пытает. Заставляет думать обо всём: О своих друзьях, о любимом деле, о своём парне. Заставляет понимать, что не способен что-либо сейчас чувствовать. От этих пыток начинаешь накручивать себя и считать себя неблагодарной скотиной, которой всё легко досталось, которая не достойна всего этого. От этого всего начинаешь жалеть, что всё же не успел спрыгнуть с высотки и всё же остался в живых; жалеть о том, что не наглотался таблеток, о том, что не выпилился или не вскрыл себе вены. Просто жалеть о том, что не умер, что ты вообще родился. Вау странно. Когда Ньют проснулся он просто хотел исчезнуть, а сейчас уже хочет просто умереть. Разница между этими двумя действиями не такая уж и значительная, по крайней мере так некоторым кажется, но она всё же есть. Желание исчезнуть — это просто испарится, без боли, без чувств, просто стать ничем и всё. А вот желание умереть зарождается из ненависти к себе. Это желание причинить себе безумную боль, просто чтобы наказать себя, за то что ты такое ничтожество, за то что ты есть. Просто убить себя своими же руками. Разница между этими действиями определённо есть. Кажется Ньют провалялся в кровати около часа или больше думая о том какое он ничтожество. На самом деле он просыпался с желанием исчезнуть или убить себя недели две. Просто за эти две недели не так сильно углублялся в это, он просто ходил как заблудшая душа, на работу, к друзьям и никто не замечал, а с Томасом просто выдавливал безжизненные улыбки и всё прокатывало. Он ходил с этой растущей дырой в теле две недели, с желанием опять ощущать эмоции как раньше, постоянно коря себя за эту пустоту, за то что он опять просто стал ничем. Он хотел чувствовать, но его методы по мнению остальных ненормальные. Томми точно не обрадуется если заметит это. Точно он его убьёт. Сомоконтроля всё меньше и меньше, а Ньют не хочет натворить глупостей. В попыхах он одевается, берёт наушники, чтобы хоть как-то заглушить поток своих мыслей.

★★★

Музыка в наушниках, улицы города, люди вокруг. Ньют просто шёл прямо, ему никуда не надо было заходить, работы сегодня нет, надо отвлечься любым способом, поэтому он идёт не пойми куда. Есть не хочется. В таком состоянии вообще мало чего хочется. Хотя даже если бы он и хотел есть то не рискнул бы заходить на кухню. Нет. Точно нет. Только не на кухню. Это слишком опасно. Томас сегодня заканчивает работу в 16:30, на часах 13:00. Ньют в торопях думает, чем бы себя занять. Навряд ли он будет идти куда глаза глядят три с половиной часа. И всё же он ничего не придумал. Он вернулся домой к 15:30. Осталось продержаться час. С Томми он точно не сорвётся. Он не посмеет. Он не станет его в это впутывать. Ньют сидел на кровати и прокручивал сегодняшний день у себя в голове, думая: «Когда этот ад закончится.». Он вспоминал сегодняшний день и понял, что ничего не ел. Он так довольно часто делает. По утрам он не завтракает, а про обед часто забывает, а потом вечером Томас, спрашивает, что он ел и Ньют чаще всего впадает в ступор. Спустя три года отношений он стал гораздо меньше пропускать приёмы пищи, но привычка осталась. Ньют всё же решил пойти на кухню, забыв про то что сегодня он так тщательно избегал это место. Он решил приготовить салат. Достал овощи, взял в руки нож и. Застыл. Он замер с ножом в руке, взглядом сверля лезвие. Он вспоминал о том как справлялся с пустотой внутри себя раньше и это очень даже помогало. Сначала первый порез и чувство боли, потом в эйфории, как какой-то наркоман делаешь так ещё и ещё просто потому что мало. Просто потому, что хочется чувствовать. И ему плевать какого рода эти чувства. Чувствовать хоть что-то лучше, чем ничего. Дальше после этой мясорубки и издевательств, обработка которая приносит боль и также растягивает удовольствие, а ты с маньяакальной улыбкой смотришь на это и радуешься. Звучит это отвратительно, но когда ты действительно находишься в таком состоянии, то тебе на это плевать. Он сверлил лезвие взглядом, где-то минуту. Потом закатил рукав кофты, нанёс первый порез, второй, третий, пятый, восьмой и. — Ньют, какого хера?.. И услышав это замер с ножом в руке, окровавленным предплечьем и страхом обернуться назад и посмотреть человеку в глаза. Томас пробыл в ступоре секунд пять, потом преодолел кухню за два шага, выхватил нож, кинув его в раковину. А Ньют от этого вздрогнул как будто бы приходя в себя и пялился на свою руку думая: «Я опять это сделал?..» Он очнулся от того, что Томас тряс его за плечи, он посмотрел на него не зная, что сказать выговаривая только невнятное: — А… эм. Я. — Ньют, что за херня?! — Я. Нет. Подожди. Всё нормально. Я сам с этим разберусь. — Ньют улыбался. Он сам не знал почему именно. Толи от нервов, толи чтобы заверить Томаса, что всё нормально. Будто улыбка поможет когда у тебя вся рука в крови. — Сам разберёшься?! — Томас сверлил Ньюта взглядом, а тот просто боялся на него посмотреть. — Ньют, что случилось? — Всё нормально? — Нет, ничего не нормально. Томас взял Ньюта за запястье, на что тот моментально отдёрнул руку и отскочил от него. Они несколько секунд ошарашенно смотрели на друг друга. Ньют заговорил первый: — Я. Прости, Томми, я не знаю, что на меня нашло. Ньют смотрел на Томаса, который стал к нему подходит, чесно говоря он думал, что получит по роже, но Томас обнял его. От его действий Ньют на секунду забыл как дышать. Он уткнулся носом ему в плечо. Нет. Он точно не хотел плакать. Он не мог. А как же Томми он и так увидел то чего не должен был. — Томми, ты рубашку так запачкаешь. — Мне насрать. Попытка перевести тему неудачная, как только Ньют это осознал, как Томас прошептал ему на ухо: — Ньют, я хочу знать, что с тобой происходит. Кажется это была последняя капля. Ньют не мог себя больше сдерживать. Из-за проявления своих эмоций было стыдно и унизительно. Он просто ревел на взрыд и не мог ничего объяснить. В какой-то момент он стал задыхаться, на что Томас отодвинул его от себя, взяв за плечи и говоря: — Дыши. Ньют, просто дыши. Прошло минут пять. Ньют успокоился, но всё ещё всхлипывал. Он посмотрел на Томаса глазами полными стыда и сказал: — Боже, я такая жалкая истеричка… — Ньют, нет… Я за аптечкой, сиди тут. Ньют остался стоять на месте, ну как стоять, он закрыл рот рукой и скатился по стенке на пол, не веря то му что сейчас произошло и коря себя за всё это.