«War is over»

Иногда задумываешься, насколько люди по-разному видят мир и что послужило причиной такого разному восприятия. Кто-то скажет, что на это влияет окружение, кто-то будет уверен в том, что это происходит из-за воспитания, а кто-то подумает, что виной тому заложенный в человеке характер. И ведь все будут правы. Но есть ещё кое-что, влияющее на восприятие мира, а именно детство. Дети, растущие в счастливых семьях, где получают любовь, заботу, внимание и уважение, становятся полноценными членами общества и живут счастливо. Они по-настоящему живут. Но в противовес этим везунчикам есть и дети, которым совершенно не повезло, они выживают. У каждого из них своя история, зачастую не самая приятная. Одни живут в семье, но расплачиваются своим здоровьем и психикой. Взрослые бывают жестокими по отношению даже к своим детям и не стыдятся на них кричать, унижать и применять физическую силу, прикрывая это мерами воспитания. Другие же попадают в приют, где приходится уживаться с такими же бедолагами разных возрастов и воспитателями, которые тоже бывают не в самом лучшем настроении. Эндрю всегда был здесь. Сколько мальчик себя помнил, его всегда окружали другие дети и взрослые, которые говорили ему, как надо поступать, а как нет. Он отличался безупречной памятью, которая позволяла ему помнить первые отрывки событий лет с трёх. Сейчас блондину шесть лет, он не отличался высоким ростом или крупным телосложением, зато имел характер и учился выживать в таком ужасном месте. Обычно в приюте по утрам тихо, особенно в летнее время, ведь кто-то выпускается, а кто-то уезжает в санатории на отдых и восстановление здоровья. В этой тишине можно было услышать любой звук, а для Доу, который вздрагивает от любого звука, шаги из коридора были слышны отчётливо. За дверью комнаты также слышались чужие голоса, знакомые Эндрю всю жизнь. Это были воспитатели и одна женщина из администрации приюта. Судя по всему, произошло пополнение, и придётся уживаться с новым ребёнком в этом доме. — Ты главное не переживай, со всеми подружишься, ты же умный мальчик, да? — сюсюкалась с новеньким воспитательница, но детского голоса Эндрю не услышал. Именно поэтому он подошёл к двери аккуратно и приоткрыл её, выглядывая. В коридоре стоял мальчик с тёмно-рыжими волосами, за спиной которого был рюкзак. Рядом с ним стояла невысокая женщина с той самой фальшивой улыбкой, которой одаривала всех, кто только попадал сюда. — «Ага, как же, подружится, здесь всё не так радужно, как ты думаешь», — подумал Эндрю и продолжил тихое наблюдение. В этом месте невозможно подружиться со всеми, ибо каждый борется за возможность дожить до выпуска спокойно. Нередко объединяются в компании, чтобы было легче, а в одиночку остаться без ненужного внимания невозможно. Мальчик слушал женщину молча, а его лицо не выражало ничего. В груди была пустота, граничащая с болью, от которой слёзы предательски подступали, а ком в горле не давал издать ни звука. Он, конечно, слушал то, что говорят, но всё-таки не воспринял в серьёз фразу о том, что удастся со всеми подружиться. Ему не нужны друзья, ему нельзя ни к кому привязываться, ведь в любой момент может произойти конец. Его отец всё ещё их ищет, и остаётся только молиться, чтобы этот забытый богом приют не привлёк его внимания. Хотя, даже в этом Нил не видел смысла, ведь если бы бог существовал, жизнь не была бы настолько ужасной. Оставив его в покое, женщина удалилась, а мальчик зашёл к себе в комнату. В самом конце помещения было старое окно с деревянными рамами, слева – кровать, на которой лежал только матрас, а сверху комплект постельного белья, прямо под окном, правее от кровати располагалась тумбочка, куда можно сложить мелкие личные вещи по типу нижнего белья, носков и предметов гигиены. Справа от входа в комнату стоит шкаф, смотрящий в сторону окна и обклеенный разными наклейками, видимо, от прошлых владельцев. Вещей у Нила очень мало, поэтому он может обойтись и той тумбочкой у кровати. Он запихнул рюкзак в нижний крупный отсек и сел на кровать. Кто бы мог подумать, что он попадёт в приют... С другой стороны, было бы странно, если бы полицейские не обратили внимание на маленького мальчика, который пытается по слогам прочитать адрес с бумажки и узнать у прохожего, как туда добраться. Его всё ещё пожирало чувство одиночества и страха от того, что теперь убежать будет сложнее, а то и вообще невозможно. Страшно от того, что он даже не знает, почему всё сложилось так, почему отец их с мамой ненавидел, почему они вынуждены были бежать, почему он остался один... Хочется жить, как все, и играть в игрушки, смотреть мультики и быть таким же, как все. Пару часов он сидел и старался справиться с накатывающей паникой. Всё-таки он ещё ребёнок, а потерять мать – это самое страшное, что могло произойти с ним после побега. Оставалось надеяться, что никто не услышал тихих всхлипов из комнаты новенького. Нужно было успокоиться и привести себя в порядок, ведь с заплаканным лицом показываться не хочется. Нил принял решение прогуляться по корпусу и узнать, где что находится. В корпусе было три этажа. На втором находились комнаты младших, по оба конца коридора находились туалеты и душевые. С такой же расстановкой на третьем этаже располагались комнаты старших детей, а на первом – столовая и зал, где иногда собирались все, чтобы посмотреть фильм или поиграть, когда на улице дождь и погулять не получается. Умывшись, Нил собирался вернуться к себе, чтобы переодеться, но на лестнице услышал голоса. Это было выше второго этажа, поэтому означало, что, скорее всего, говорят старшие. По-хорошему было бы лучше просто проигнорировать и пройти к своей комнате, но ведь Нилу интересно... Поэтому он поднялся чуть выше и увидел, как на лестничной площадке третьего этажа стояло несколько парней и девочек постарше, чем сам Нил. Вроде ничего необычного, но среди них затесался очень маленький мальчик с белыми волосами. По сравнению со старшими он был уж очень низким и хрупким, прятался за спиной одного из парней, что был повыше остальных и выглядел более массивным. Волосы чёрные, а на руках куча «татуировок», явно нарисованных фломастером или ручкой. Но наблюдение продлилось не долго, ведь через пару минут Нила заметил блондин. Он пристально посмотрел на новенького и проследил взглядом, когда рыжий мальчик быстро скрылся за дверью, ведущей на второй этаж. Эндрю не придал этому особого значения, ибо сейчас был занят совершенно другим. Дрейк всегда держал мальчика рядом собой и часто давал какие-то указания, которые блондин выполнял, чтобы быть в этой компании. В месте, где тебя могут забить и как-то подставить, лучше держаться как можно ближе к тем, кто таким промышляет, чтобы эта участь прошла мимо. Дрейк Спир постоянно задирал маленьких, но не трогал Эндрю, ибо между ними была связь, которая держалась на одном обещании и наивности младшего. — Я вчера видел, как убирались в бывшей комнате одного из мелких, — поведал Кэмерон, переводя взгляд на Эндрю. Мол, может, видел для чего. Доу подумал, что лучше пока не сдавать новенького, пока не познакомится с ним лично, вдруг он будет одним из немногих нормальных. — Я ничего не знаю, — пробормотал он. Парень закатил глаза и посмотрел на Дрейка. Тот только пожал плечами и не придал особого значения данной новости. Ему впринципе нет дела до мелких, за исключением Эндрю, который был уж больно миленьким по сравнению с остальными. Спир был тем подростком, который вёл себя грязно и отвратительно при друзьях, чтобы показаться крутым, имел скверный характер, но при учителях, воспитателях и впринципе взрослых казался святым ребёнком, который не способен совершить ничего плохого, а держит с собой Эндрю в целях защиты и воспитания маленького мальчика, с которым якобы сдружился. И ведь сам Доу считал, что они друзья... Детская наивность и незнание нормальной дружбы привели к тому, что он прятался за Дрейком и прибегал к нему, чтобы поделиться какой-то новостью, как с другом. В начале всё действительно походило на дружбу, но после стало хуже. На теле появлялись синяки и ссадины, а поручения стали странными. Дрейк мог просить позвать кого-то с этажа Эндрю, чтобы поговорить, а потом оттуда дети выходили будто опустошённые, а кто-то и вовсе больше не разговаривал с Эндрю. Маленькому мальчику просто казалось, что те позавидовали дружбе этих двоих, но всё равно казалось странным, что такое происходит.

***

Перед обедом детей выводили во внутренний двор, где было футбольное поле и небольшая баскетбольная площадка рядом. Там все могли играть и бегать сколько хотят. Вместе со всеми туда пришёл и Нил. Играть совершенно не хотелось, хоть и перед побегом он открыл для себя экси. У него даже была своя маленькая клюшка! Только вот теперь её нет... Поэтому Джостен с печалью следил за тем, как дети играют с самодельными клюшками и бегают по полю, изображая игру в экси. В глубине души он понимал, что выйти на поле был бы только рад, но слова матери всё ещё четко всплывали в памяти. «Не смей даже думать об этом. Ты должен выжить». Ему оставалось только сидеть на трибуне и бегать глазами, следуя за мячом. Дети иногда косо смотрели на новенького, ведь к ним не так часто отдают детей ибо мест мало. Он бы и дальше провёл это время в одиночестве, но к нему кто-то подсел. Переведя взгляд на человека, он напрягся, понимая, что это тот самый блондин, который стоял на лестнице со старшими. Неужели ему сейчас влетит за случайную слежку? Плечи Нила заметно напряглись, а пальцы вцепились в синее пластиковое сидение. — Я Эндрю, — небрежно бросил блондин, оценивающе разглядывая мальчика. Голубые глаза контрастировали с тёплыми волосами, что несомненно заинтересовало Эндрю. Он сам выглядел не так ярко, как Нил. Белоснежные волосы и ореховые глаза выглядели тускло, хоть и довольно красиво, по словам воспитательниц. — Нил, — неуверенно представился он после секундной заминки. Джостен всё ещё не привык к тому, что его зовут именно так. Он ведь Натаниэль... Приходится даже тут врать о себе, а это так тяжело, когда до этого тебе, как и всем детям, вбивают в голову, что врать нельзя. — Почему ты сюда попал? — стандартный вопрос, который задаётся всем, кто только попал сюда, чтобы хоть немного сблизиться. Но Эндрю ответа не получил. Нил впал в ступор, не зная, как ответить, ведь на этот случай не было предусмотрено никаких заготовленных ответов. — Ты вообще будешь говорить? — Не хочу, — отмахнулся он. — Почему? — вполне логичный вопрос, ведь обычно дети стремятся поделиться своим горем и получить поддержку, а Нил просто молчит. Джостен решил, что лучший способ оградить себя от вопросов – это игнорировать собеседника. Поэтому он отвернулся и промолчал, продолжая не замечать попыток Эндрю узнать хоть что-то, помимо имени. Чем дольше Нил его игнорировал, тем больше Эндрю это бесило. Он обходил мальчика и вставал прямо перед ним, но тот отворачивался снова и наотрез отказывался говорить. Вот же упёртый! — Эй! Да поговори уже со мной! — он больно толкнул его в плечо, на что Нил толкнул Доу в ответ. — Не трогай меня! — разозлился Нил. — А ты перестань молчать! — он снова толкнул Джостена, но сильнее, за что Нил столкнул Эндрю с трибуны. Блондин был до невозможности взбешён таким поведением новенького, поэтому поднялся и подошёл ближе, схватив его за воротник футболки. Хотелось высказать всё, что в тот момент было на уме, даже с использованием нецензурной брани, которой Эндрю нахватался у Дрейка и его компании, но это вовремя заметила одна из воспитательниц и подбежала, чтобы разнять мальчиков. — Эндрю! Не трогай Нила, что он тебе сделал? — женщина схватила Доу за руки и оттащила от Нила. Тот не терял времени и побежал к зданию приюта, чтобы спрятаться там. — Это он начал! — и плевать, что Эндрю толкнул первым. Первым эту стычку начал Нил, когда перестал отвечать Доу на вопросы. — Нельзя драться, тем более с новенькими. Он же только пришёл к нам, — и снова эти нравоучения, которые блондина только раздражают. Он вырвался из хватки воспитательницы и отошёл на шаг, чтобы не быть так близко. — Этот новенький вообще не отвечает ни на какие вопросы. Откуда он? — он подумал, что сможет вытянуть из администрации правду, но эта идея была обречена на провал. — Вот у него и спрашивай, я не могу рассказать, — она еще раз попросила Эндрю быть помягче и вернулась к особенно маленьким детям, чтобы проследить за их поведением. Эндрю же остался на трибуне, думая о том, как узнать правду о том, как сюда попал Нил. Это только первый день, а Доу уже не испытывает желания контактировать с ним, ведь этот противный характер только выводит. Сначала он не появляется на завтраке, потом следит за Дрейком, а теперь и вовсе отказался общаться и столкнул Эндрю с трибуны. Такая наглость просто непростительна. Если своих «друзей» блондин мог где-то прикрывать и помогать, не обращая внимания на то, что все их обещания оказываются ложью, то с Нилом он так не поступит. За ним Эндрю будет следить особенно жестко и докладывать о каждом косяке. «Око за око» – эту фразу он слышал от Дрейка и думал, что такое будет справедливо по отношению к наглому новенькому.