«War is over»

Первая ночь под этой крышей, ставшей Нилу временным домом, прошла даже относительно легко. Нежась под одеялом и зарываясь в него с головой, он даже не слышал какие-то шорохов за дверью и шагов. Здесь так тепло, удобно и уютно, что не возникало даже мыслей о том, чтобы не воспользоваться ситуацией и не отдохнуть. Жаль, что не было снов, но хотя бы удалось действительно отдохнуть впервые за последнее время. Он бы спал и дальше, если бы не воспитательница, которая разбудила его стуком в дверь. Увидев на настенных часах 7:00, Нил непонимающе посмотрел на взрослого, ведь еще так рано... Зачем им вставать в такое время, если у маленьких детей единственное занятие – это вовремя идти на завтрак, обед и ужин или вместе выходить на прогулку? Но делать все равно нечего, поэтому, когда дверь закрылась, Нил сонно попытался разлепить глаза и встал с кровати, открывая один из ящиков тумбочки, где лежала его сумка с вещами. Утренняя рутина даже во время нахождения в бегах всегда соблюдалась: умыться, почистить зубы, сменить одежду на чистую и собраться с силами, чтобы снова начать новый день. Здесь все вставали в одно время, но в ванной комнате большая часть детей были маленькими, а тех, кто постарше, будто почти не было. Мальчик искренне надеялся, что те просто придут позже или у них отдельные комнаты, чтобы умываться... Не могут же они быть такими нечистоплотными? Его всегда учили следить за собой, поэтому это стало уже привычкой, которая также позволяла не привлекать к себе лишнее внимание. На завтрак пришло уже больше детей. Сегодня Нила ждала непонятная каша. То ли овсянка, то ли пшённая – по внешнему виду это было крайне трудно определить. Благо, это недоразумение мира кулинарии скрасил сладкий чай и небольшая булочка. Он заметил, что многие дети, которые не едят, отдают свою еду старшим, в том числе Дрейку и его компании. Говоря об этом верзиле, Нил все так же наблюдал издалека, чтобы его не заметили, и увидел рядом с ним Эндрю. Казалось бы, ничего нового, но сегодня он выглядел каким-то грустным. Что-то случилось? Хотя, что может обидеть такого, как Эндрю? Он будто сам обидит кого угодно, да и старшие не станут его трогать. Но все равно блондин сидел с поникшим видом и лениво ел кашу, даже не поднимая головы. Может, не выспался? Да, наверное, так и есть, хотя Нилу впринципе нет смысла о нём переживать, поэтому, быстро доев булочку и допив чай, он отнёс грязную посуду туда, куда ее несли остальные, а именно к отдельному столу, где стояла повариха и складывала тарелки в одну стопку. После этого, пока его не заметил Эндрю, мальчик пошёл к выходу из столовой. Дрейк постоянно гладил своего подопечного по спинке и следил за тем, чтобы младший ел. Один из парней не выдержал и скривился, глядя на эту картину. Грейса, казалось, всегда бесило то, как Спир относится к Эндрю. Ещё больше его раздражал факт того, что от него скрывают планы их главаря. Дрейк обычно ни чем не делился с другими, только с одним из их компании – с Кэмероном. Син и Грейс оставались просто теми, кто ходил рядом и шугал мелких. — И чего ты с ним возишься? — возмутился Грейс. — Зачем тебе эта мелочь? Он даже ни чем не выделяется, — в голосе так и сквозило презрение. Эндрю не поднял голову, но слышал каждое слово. — Хочу и вожусь, — беззаботно ответил Дрейк, — будто у тебя не было младшего брата, а, Грейс? — это походило на издёвку и очень сильно подействовало на парня. Брюнет ударил по столу и наклонился над ним, приближаясь к Спиру. — Кажется, я просил не поднимать эту тему, — только сейчас Доу поднял взгляд на парня напротив и вжался в свой стул, пытаясь оказаться как можно дальше от угрозы. — А что ты мне сделаешь? Ударишь? — Дрейк усмехнулся. — Мы оба знаем, что ты не способен что-либо сделать против меня, поэтому советую помалкивать, договорились? Грейс хотел ответить, но его остановил Син, схватив за руку. Взгляд сразу упал на друга. Блондин смотрел на него умоляющим взглядом, таким образом прося, чтобы тот молчал. Устраивать ссору с Дрейком не выгодно им всем, поэтому лучше просто помалкивать, чем это выльется в драку. Выругавшись, парень всё-таки решил не давить дальше, но и оставаться тут не хотел, поэтому быстрым шагом направился к выходу из столовой. Син мгновенно подорвался с места и побежал за Грейсом. Эндрю же растерянно посмотрел им в след, но напрягся снова, когда услышал слова Кэмерона. — Кстати об Эндрю, — начал он, — этот мелкий соврал вчера, когда сказал, что ничего не знает, — пронзительный взгляд зелёных глаз пал на младшего. Кэмерон словно хотел вытащить всю правду из Доу, но пока помалкивал в присутствии их главаря. — Я правда ничего не знал... — тихо выдал блондин, нервно подергивая ногой под столом. — Забавно, только вот врать ты не умеешь, — в отличие от Грейса, Кэмерон имел больше схожестей в поведении с Дрейком. Он так же спокойно говорил и при этом осуждал. — Как только появляется новенький на этаже мелких, об этом знают все из вас. Вы сразу бежите знакомиться и зазывать к себе, а ты, по счастливой случайности, ничего не знал? Это даже звучит смешно. Дрейк молчал, слушая их перепалку, но позже чуть сжал плечо Эндрю, от чего тот сразу замолчал и посмотрел на старшего. В глазах мелькал страх, который тщательно пытались скрыть, однако это получалось очень плохо. Кэмерон тоже замолчал, но взгляда с этих двоих не сводил. — В любом случае он мог об этом действительно не знать, — пожал плечами старший, — да и мы с ним уже поговорили о его поведении, — после этих слов Доу опустил глаза в пол и не смел даже смотреть на кого-то из старших. Вчера после возвращения в свою комнату он проплакал будто половину ночи, боясь, что своим поведением правда все испортил, а сейчас Дрейк так легко об этом говорит. Кэмерон лишь пожал плечами и сложил руки на груди, оглядывая всё помещение. Детей уже поубавилось, оставались только те, кто ел медленно или разговаривал между собой во время завтрака. Вернувшись глазами к Дрейку, он заметил, что у того на плече расположилась голова Эндрю. Сам блондин старался обычно не лезть с такими идеями к другу, но сейчас ему очень хотелось его обнять и почувствовать, что никто не тронет, поэтому положил голову ему на плечо, чтобы хоть так стало спокойнее. Конечно, реакции никакой не последовало, даже спустя пару секунд Спир дернул плечом, призывая убрать голову. Обидно, но ничего не поделаешь, поэтому Эндрю вновь выпрямился, ожидая, когда остальные будут готовы уходить отсюда. Его всё не отпускал ночной разговор с Дрейком. То, как он резко сменил тему, как грубо с ним обошёлся и даже не стал слушать, а сразу пригрозил... Больно до жути, а те объятия были из-за приступа истерики. Эндрю словно исчерпал свои шансы на объятия чуть ли не на месяц вперед, а то и на два. И всё-таки даже сейчас причиной такому поведению друга он считал Нила. Если бы не он, то Доу не стал бы так себя вести и в итоге не получил бы такого удара со стороны Дрейка. Повезло, что он не стал об этом говорить их компании, ведь в таком случае наверняка те стали бы смеяться... Грейс так точно, он будто постоянно искал поводы испытать нервы Эндрю на прочность. Этот глупый Нил! Почему он здесь появился?! Не надо было даже пытаться к нему подходить! Сейчас мальчик чувствовал себя таким жалким, что опускались руки. Словно больше нет смысла надеяться на дружбу с кем-либо, на раскрытие тайны о его родителях, на теплые отношения с Дрейком... Это всё бессмысленно и произошло из-за глупого разговора с Джостеном.

***

Чуть позже наступило время прогулки. Нил, затесавшись в толпе детей, вышел со всеми во двор и занял место у домика, где почти никого не было. Там он спокойно мог посидеть в теньке и понаблюдать за остальными, а там, как он понял, было на что посмотреть. Один из мальчиков был до жути разбитым и грустным. Настолько опустошенного лица он не видел ни у кого, даже сам все ещё имел огонёк в глазах, а этот бедняга ходил на трясущихся ногах, а глаза были на мокром месте. А в его напряженном взгляде словно отражалась боль от каждого шага... Его не было на завтраке. Нил заметил, как к нему подбежали друзья и, увидев такой вид, начали расспрашивать о том, почему он такой грустный. Предлагали присесть в беседке, но тот упорно отказывался, не объясняя причины. Но ясно стало одно – он не хочет сидеть, хочет именно стоять и желательно не двигаться. В самый разгар успокоения парня во дворе появился Эндрю. Друзья того мальчика и сам он сходу бросили в его сторону осуждающие взгляды. Поддавшись интересу, многие дети собрались вокруг этой небольшой компании и после короткого объяснения ситуации тоже устремили взгляды в сторону Доу. И так поникший блондин не понял, что происходит, поэтому подошёл ближе, надеясь на разъяснение, но тут выскочили двое друзей уже тихо плачущего мальчика. Они закрыли проход, говоря, что дальше ему нельзя. — Что случилось? Почему вы так на меня смотрите? — растерянно спросил Эндрю, оглядываясь и понимая, что многие испытывают к нему явно не дружеские чувства. — Ты обидел нашего друга! — первой ворвалась в этот разговор девочка. — Не смей к нему даже подходить! Нет, даже смотреть не вздумай! — она толкнула его, чтобы Эндрю отошел подальше, а тот в оцепенении не понимал, что конкретно произошло. — Как я мог его обидеть? — с каждым обвинением голос становился все более растерянным, а глаза так и сверкали нарастающей обидой. — А зачем нам говорить? Ты и так все знаешь, — ответил мальчик, перебивая девочку. — Мы не хотим общаться с тем, кто доводит нас до такого состояния. — Но... Я же ничего не сделал... — каждое слово сверстников было словно ножом по сердцу. Как он мог обидеть кого-то, даже не зная этого? — Ещё как сделал! — крикнул плачущий мальчик, — С тобой больше никогда не будут общаться и дружить! Такие как ты нам не нужны! Эти слова эхом отдавались в голове Эндрю. Как это... Не будут общаться? Не будут дружить? Это же не правда... Такого быть не может... Он отчаянно пытался узнать у остальных, что сделал не так, но те, будто повинуясь словам того бедняги, отвернулись и игнорировали абсолютно все вопросы. Каждый, к кому подходил Доу, молчал как рыба и убегал подальше, чтобы не разговаривать с Эндрю. К Нилу он, конечно, не подошёл, хотя это было бы всё равно бессмысленно. Джостен и так не знает абсолютно ничего из того, что произошло, но понял для себя одно: с этим блондином нельзя контактировать. Случилось что-то, после чего тому мальчику стало плохо, а это произошло после общения с Эндрю... Он очень опасен, настолько, что нельзя слушать и малейшие предложения, надо сразу убегать. — Что я сделал не так? Почему вы меня игнорируете?! — дрожащим голосом пытался добиться ответа мальчик, но всё было напрасно. Девочка, к которой он вновь подошёл, отошла от него на расстояние метров трёх и только потом заговорила, вбивая этим последний гвоздь в крышку гроба надежды Эндрю. — Я тебя боюсь... Не подходи ко мне, я не хочу тебя видеть! — испуганно ответила она и убежала подальше к компании нескольких детей. Эндрю понял, что его бросили все и теперь у него точно есть только Дрейк. Еле сдерживая непрошенные слёзы, он быстро вернулся в приют, оставляя всех позади. Нил осмотрелся и заметил, что после ухода Доу остальные оживились, а старшие просто что-то обсуждали, они даже не обратили внимания на какую-то драму среди младших. Компании Дрейка здесь не было, вероятно, поэтому младшие осмелились сказать что-то такое обидное в сторону Эндрю. В одной части двора кто-то гонял мяч, в другой – что-то обсуждали, на поле бегали с теми же маленькими клюшками, имитируя экси... Все заняты чем-то, а Нил просто стоял и в голову даже не приходило ни одной идеи по поводу развлечений на остаток прогулки. Ситуация с Эндрю заставила дико напрячься, ведь мало ли сколько таких отбитых водится в приюте? Ему точно нужно отвлечься. И так Доу слишком много внимания притянул на себя, лучше на время просто забыть и не трогать его. Разглядывая других детей на предмет каких-то игр, Нил для себя выделил одну девочку. От неё веяло добротой, не было никаких намёков на то, что она может грубо с кем-то обойтись или навредить. Её белоснежные волосы закрывали лицо, пока она сосредоточенно рисовала на асфальте квадраты и что-то в них писала. Чуть погодя Нил понял, что это цифры, но для чего они? Он с огромным интересом наблюдал, что же будет девочка делать с этими квадратами, а после впал в ступор, видя, что она прыгает по ним, чередуя прыжки на одной ноге и на двух. И это весело? Очень сомнительное удовольствие, но она выглядит довольно радостной, поэтому, наверное, стоит попробовать тоже. Однако присоединяться к игре он не хотел, мальчик подошёл к общему ведру с мелками и, взяв первый попавшийся цвет, отошёл подальше ото всех на асфальт. Он с большим упорством рисовал эти квадраты и как попало расставил цифры, надеясь, что делает это действительно правильно. Что ж, игра нарисована, осталось начать прыгать. Прыжок на одной ноге, на двух, на одной, на двух и так до самого конца начерченных квадратов. На удивление, Нилу даже было весело, он чувствовал, как интересно так прыгать и со временем даже начал это делать на скорость, чтобы было интереснее. Занимая время игрой, он даже не замечал никого вокруг, а особенно пару ореховых глаз, наблюдающих за ним из окна. Эндрю отправился к себе в комнату и теперь одиноко наблюдал за тем, как даже Джостен начал играть после его ухода. От таких мыслей сжималось сердце, а обида и гнев подступали со всех сторон, не давая покоя бедному мальчику. К чёрту их. Кому нужны друзья, которые отворачиваются от тебя даже без объяснения причины? Вот и Эндрю такие друзья не нужны, он справится сам. Поток мыслей прервала картина за окном. Нил все прыгал на скорость, но в один момент споткнулся о собственную ногу и упал, поцарапав колени. Он сидел на земле и прижимал руки к коленям, утыкаясь лицом в плечо, видимо, чтобы сдержать болезненные звуки. — Вот же идиот... Кто так играет в классики... — будто сам себе задал вопрос Эндрю и всё ждал, когда новенький вернётся в приют, чтобы пойти к мед сестре Эбби, но тот продолжал сидеть и словно даже не собирался вставать. — Почему он не идёт к Эбби? Больно же, наверное, — он на мгновение представил, как сам так падает и чуть сморщился, осознавая как больно обдирать коленки об асфальт. По-хорошему, надо было бы ему крикнуть, чтобы шёл обратно и обработал рану, но Эндрю просто смотрел. Смотрел... Пока все дети не собрались и не пошли обратно, чтобы провести свободное время внутри приюта. Доу решил не выходить из комнаты, поэтому сел на кровать с книгой в руках и открыл её на странице, которую пометил, как место, где остановился в прошлый раз. Погружаясь в чтение, снова перед мальчиком открывается мир, в котором Дороти по пути в Изумрудный город находит себе новых друзей, жаждущих получить помощь от волшебника Оза. Эта история зацепила мальчика настолько, что он иногда читал её вместо игр с кем-то, а теперь этот мир станет для него чем-то более значимым. В этом мире никто его не осудит, никто не бросит и не сделает больно. Погружение в книгу кажется безопаснее, чем пытаться переубедить других в том, что он ничего не сделал. Да, гнев не утихает, бурлит внутри и хочет выбраться на свободу, но нельзя. Нельзя дать ему выйти и разрушить все и всех, кто когда-то сделал ему больно... Дрейк говорил, что любят тихих и послушных мальчиков... Если он будет вести себя так, то Эндрю тем более никто не полюбит, старший ведь не может ошибаться в таком, так ведь?