nothing's gonna hurt you baby

джун хи приоткрывает глаза, слыша из другой комнаты тихую музыку и щурясь от маленькой щели в занавесках, пропускающей солнечный луч внутрь. воздух тёплый, но свежий, их очиститель то и дело тихо шипит, испуская облачко влажного пара. кровать с помятой белой постелью с мелкими разноцветными сердечками оказывается пустой с соседней стороны, а девушка держит под рукой чужую подушку. за дверью слышен тихий голос, а на улице уже ездят машины и вовсю ведут свою жизнь другие люди. джун хи сползает с кровати, ленясь заправить её сразу, не удосуживаясь открыть шторы и окно для проветривания спальни, а ещё сонно шоркает мягкими тапочками с заячьими ушками по полу. выглядывает на кухню. сэ ми сидит на полу, держа ребёнка на руках и о чём-то с ним вполголоса переговариваясь, возможно, рассказывая что-то или просто говоря мысли вслух. она сидит полубоком от входа, привалившись плечом к шкафчику и подобрав ноги в расслабленную позу лотоса, чтобы было удобнее поддерживать малышку под голову. джун хи подходит тихо, знает, что сэ ми заметит, наверное, уже услышала её, потому что стоит ей опуститься рядом, к ней тут же поворачивают голову с улыбкой. — хорошо спала? выспалась? — да, спасибо, — джун хи кладëт подбородок ей на плечо и со спины ведёт рукой по боку, ловя маленькую ручку дочери своими пальцами, — я не услышала, как ю мин проснулась. — она тихая, ты же знаешь. смотрела на меня своими глазками-бусинками, когда я подошла её проведать — просто ждала нас, так что я решила не будить тебя зазря. — ты знала, что мы о тебе не забываем, поэтому не стала шуметь, да? — джун хи улыбается, обращаясь к малышке с бутылочкой во рту и гладя её пальчики своим большим, — какая умная. — и внимательная, — сэ ми кивает, чуть покачивая девочку и наклоняя к ней тёплую бутылочку со смесью, — вся в тебя. — тебя, — трётся щекой о плечо девушки и мягко его целует, — вместо меня уже просыпаешься. — конечно, спи больше, ты итак постоянно на ногах. — мгм, я стараюсь. они так и сидят на тёплом полу в освещённой поздним утренним солнцем кухне — джун хи за спиной, сэ ми окружённая девушкой и ребёнком с двух сторон, пока одна её обнимала, а вторая лежала спокойно, допивая свой второй завтрак за это утро. спина затекла сидеть на стуле, так что сэ ми пересела вниз, устроившись удобно на светлом паркете. джун хи не проснулась ни разу за ночь и выглядела бодрой, у сэ ми сегодня не было смен, так что она вставала сама. иногда они сидели вместе, чаще — по отдельности, чтобы вторая успевала отдыхать. обычно договаривались чья очередь присматривать за дочкой, иногда — делала та, кто была в силах, или кто встала и заметила раньше. с телефона на столе продолжает играть негромкая ласковая мелодия инструментов и мягкий голос нежит их своей историей любви. сэ ми пересказывает джун хи рецепт самых крепких сил и самых интересных приключений, которыми должна была наполниться малышка, и девушка тихо смеётся, чувствуя себя настолько спокойно и расслабленно в этой компании, в этом моменте, в их кухне, их квартире и их маленькой семье, что в голову закладывалась простая, такая же тихая мысль — счастье окружало её сейчас в полной мере.