Беспокойная мысль

      В последнее время в голове Дазая крутится одна... беспокойная мысль.       Ну, беспокойная – слишком громкое слово для описания такой простой мысли. Мысли, которая постоянно всплывала в его голове, несмотря на то, какой она была незначительной. Она не имела к нему никакого отношения, ни малейшего – она касалась Ацуши и Кёки.       Его ученика-альфы и его недавно пробудившейся соседки-омеги.       ...не его альфы. Его ученика. Да.       Прошло около двух недель с пятнадцатилетия Кёки, и неделя с тех пор, как ее вторичный пол пробудился. Дазай никогда не интересовался предсказанием вторичных полов, но, на его взгляд, девушка никогда не проявляла никаких тенденций, которые обычно приписывали к кастам альф или омег. Но, увы, бетой она так и не стала. Возможно, время, проведенное в Портовой мафии, не стерло из ее сердца всю нежность, свойственную омегам.       Впрочем, Дазай сам был омегой. Возможно, развитие вторичного пола вообще не зависело от черт характера человека, поскольку лично он не проявлял никаких человеческих наклонностей.       Но это не то, что его волновало в последнее время. Или беспокоило. Это была просто мысль, первое о чем он подумал, когда вторичный пол Кёки пробудился.       — Ацуши-кун, как дела дома в последнее время?       Беловласый альфа, занятый чтением отчета, поднял глаза и повернулся к Дазаю. Казалось, он не ожидал вопроса, и нахмурился, обдумывая ответ.       — Дома? Ну, нормально? Все как обычно. — Его уникальные двухцветные глаза внимательно уставились Дазая, словно Ацуши считал вопрос загадкой, к решению которой он не мог подобраться.       — Да? Как обычно, говоришь? — брюнет склонил голову набок, сохраняя на лице дружелюбную, беззаботную улыбку. — Я думал, жизнь с омегой многое изменит, особенно для такого молодого альфы, как ты.       Ацуши дернулся.       — Чего- Когда вы так выражаетесь, все звучит совершенно не так, как на самом деле! — воскликнул он. Его щёки залились лёгким розовым румянцем, и он прочистил горло, продолжая более тихим голосом. — До сих пор странно, что наша комната в общежитии больше не пахнет только мной, но я привыкаю. Первые несколько дней я слишком нервничал, чтобы выпускать свои феромоны наружу, потому что Кёка-тян все еще была перегружена таким количеством новых запахов, но она сказала, что мне не нужно сдерживаться ради нее. Она говорит, что мой запах приятный, и это большое облегчение.       Глаза Дазая сузились, улыбка поблекла. Именно об этом и была его мысль.       — Ясно, ясно. Это хорошо. Хотя... как свободный альфа, ты действительно не против делить комнату с несвязанной омегой?       Вот, он сказал это вслух.       Изначально именно Дазай заставил девушку жить с тигром, но тогда это был лучший выбор для них обоих. Кёке нужно было привыкнуть к Агентству, и беловласый детектив был тем, кто поручился за нее. Девушка могла чувствовать себя спокойно только рядом с Ацуши, а парень, вероятно, все равно бы постоянно о ней беспокоился. Но тогда они были всего лишь еще не пробужденной девушкой и молодым альфой. Теперь же…       ...ну, Кёка была еще молода. Дазай многое повидал за свое время в мафии и, будучи омегой, получил множество сомнительных предложений и избежал несколько нападок, но он знал, что Ацуши ни за что не тронет несовершеннолетнюю омегу. Он был не из таких. Как-то раз он сказал Дазаю, что в приюте к нему хорошо относились только омеги, потому что он был одним из немногих, кто изо всех сил старался оградить их от подобных нападок.       И все же... Альфа и омега, живущие в одной комнате. Это было... нехорошо для них. Дазай был в этом уверен.       — Ох, я думаю, это не проблема. — Ацуши лишь улыбнулся. — Она, может, и омега, но Кёка-тян — по-прежнему Кёка-тян. Я уже привык жить с ней. Она говорит, что не чувствует никакой разницы, так что, думаю, мы с ней на одной волне.       Дазай хмыкнул в ответ.       — Сейчас она, возможно, и не чувствует никакой разницы, но что если, со временем-       — Дазай! — Куникида бросил на него пронзительный взгляд поверх ноутбука, сверля его глазами со своего стола напротив. — Ты можешь чесать языком сколько тебе угодно вне работы!       — Но это рабочий вопрос, Куникида-кун! — простонал брюнет, скрывая раздражение от того, что его прервали. — Ацуши-кун и Кёка-тян живут в общежитии Агентства, так что Агентство обязано урегулировать их изменившуюся жизненную ситуацию! Разве ты не слышал? Статистика показывает, что альфы и омеги, не состоящие в родственных связях и растущие в одной семье, как правило, испытывают больше проблем с другими потенциальными партнерами! — сказал он, вспомнив какую-то ерунду, которую мельком прочитал в статье с кликбейтного сайта. — Продолжительное воздействие только одного запаха противоположного пола ухудшает восприятие феромонов!       — Правда? — Ацуши, казалось, это тема встревожила. — Я не хочу навредить Кёке-тян...       — Эти исследования были опровергнуты много лет назад! — Куникида раскрыл свой дневник и протянул его Дазаю с такой скоростью, что тот подумал, что сейчас получит по носу. Брюнет не стал читать, но, бегло окинув страницы взглядом, это было похоже на заметки о динамике отношений между вторичными полами. Черт бы побрал Куникиду с его дурацкими исследованиями.       — Но Куникида-кун, ты действительно считаешь, что для альфы и омеги нормально жить вместе в таких обстоятельствах? — Дазай нахмурился, глядя на мужчину.       — Я не считаю их условия идеальными, но сейчас Агентство не в силах предоставить дополнительную комнату в общежитии. К тому же, Ацуши и Кёка, похоже, пришли к соглашению, так что в плане приоритетов этот вопрос не так уж важен…       — Я считаю, что он очень важен!       — Дазай-сан... — Ацуши неловко кашлянул, осторожно переводя взгляд с омеги на светловолосого альфу, словно ожидая, что они вот-вот подерутся. — Я понимаю, что, как омега, вы, должно быть, переживаете за Кёку-тян, но я обещал ей, что буду хорошо с ней обращаться и не позволю своим инстинктам альфы влиять на наши отношения, и я полностью намерен сдержать это обещание.       Некоторые его слова прошлись по ушам Дазая словно кривой мел по школьной доске. Хорошо с ней обращаться. Наши отношения. Стоп, нет, это не те слова, которые должны были его беспокоить или заострять его внимание.       — Я не сомневаюсь, что ты джентльмен, Ацуши-кун. — плечи альфы с облегчением опустились, а выражения лица смягчилось. — Но, — альфа снова напрягся, — каждый из нас может пасть перед напором инстинктов. Одна маленькая ошибка может привести к тому, что вы окажетесь связанными вместе на всю жизнь! Например, нерегулярные циклы- что, если ее течка наступит рано? Что, если поблизости не будет никаких контрацепций? И не забывай об опасностях нашей профессии – что, если тебя отравят или уколят препаратом, вызывающим гон? Всякое бывает!       В простой, легкий запах ванили вмешались более терпкие ноты – признак того, что Ацуши чувствовал себя некомфортно.       — Таких ситуаций можно избежать, если быть хорошо подготовленным. – снова заговорил Куникида и листнул страницы дневника, пока не наткнулся на нужную. — Когда я узнал о твоем вторичном поле, Дазай, учитывая, что я альфа, я уже прошелся по всем проблемам, которые ты описал, и тут изложены все меры, которые я принимаю, чтобы-       Куникида начал изливать свои бесконечные речи, но Дазай его не слушал. Он хотел сжечь этот блядский дневник идеалов.       Почувствовав, а возможно, и учуяв его недовольство, Ацуши опустил плечи.       — Думаю, вы правы, Дазай-сан. Мне бы не хотелось, чтобы Кёка-тян пострадала из-за меня. Но, как вы думаете, что мне делать? Я не могу позволить себе снять квартиру...       Дазай моргнул. Если Ацуши не мог съехать из общежития, то просто необходимо было поменять условия проживания. Рампо не принимал соседей по комнате. Куникида был ещё одним альфой, к тому же с таким распорядком дня, который бы полностью рухнул если бы к нему присоединился сосед. Ёсано, может, и была девушкой, но она тоже была альфой, и если бы Дазай попытался поделить к ней Кёку, его бы отвергли как лицемера. Кенджи жил с чертовой коровой, и отделить Кенджи от коров было невозможно. Но был еще один, последний вариант-       — Ацуши-кун может переехать ко мне!       Оба альфы уставились на Дазая.       — Чтоооо? Да, я омега, но я живу как омега гораздо дольше, чем Кёка-тян- я знаю, как себя вести! — Дазай приложил руку к груди, говоря все так, словно это было самым разумным решением.       — Знаешь говоришь?! — Куникида выглядел так, будто у него вот-вот лопнет кровеносный сосуд. — Ты даже со своей ревностью сейчас справиться не можешь!       С его чем.       — Ревностью? — он чуть ли не запнулся. — Какое глупое предположение-       — Единственная глупость здесь — это идиот, который ревнует альфу к недавно пробудившейся омеге! Если ты действительно делаешь это из-за беспокойства, то можешь жить вместе с Кёкой! Разместить одну омегу с другим было бы разумнее, чем просто переместить альфу!       — Нононононононо… — Дазай, на самом деле, ценил свое личное пространство и совершенно не был заинтересован делить его с девочкой-подростком. Честно говоря, соседство с кем-либо было последним, чего он хотел, зачем он вообще открыл свой рот-       — Хорошо.       Дазай и Куникида одновременно повернулись к Ацуши, лицо которого было совершенно серьезным.       — Я могу жить с Дазай-саном. Думаю, он прав — будет лучше, если у Кёки-тян будет свое жилое помещение.       — А- Тогда все решено! — брюнет-омега быстро стер с лица недоумение, лучезарно улыбнувшись своему новому соседу. — Дай мне день- ну, лучше три дня, чтобы привести квартиру в порядок, и ты можешь подселяться!       — Хорошо. Спасибо, Дазай-сан. — Ацуши улыбнулся ему в ответ, и все скрытое напряжение схлынуло с плеч омеги.       Глаза Куникиды метались между ними.       — А- Ты- Агх! Ты жаловался на социальные нормы альф и омег, но считаешь, что это нормальный способ пригласить партнера съехаться?! Агхх… — светловолосый альфа спрятал голову в руках, издавая цепочку бессвязных звуков.       — Это рабочий вопрос, а не личный, Куникида-кун, — поддразнил его Дазай. Теперь, когда беспокойная мысль, терзавшая его целую неделю, была разрешена, он мог заняться своим любимым занятием — подумать, как позлить Куникиду.       Хотя ему и так было много о чем подумать. Например, почему Куникида сказал, что он ревнует. Он явно не ревновал — Ацуши был всего лишь его учеником, коллегой, слишком милым для альфы которым он становился в бою, наивным, но обаятельным — с одного взгляда на него было ясно, что он отнесется к любой приглянувшейся ему омеге с нежностью… но Дазай никогда не смотрел на него как омега, так что у него не было причин ревновать.       Более насущной была мысль о том, почему он с такой готовностью пригласил Ацуши жить с ним. Или почему альфа так легко согласился. Наверное, это было важно проанализировать.       Дазай решил не заморачиваться.       Эти «почему» не были важны. Что сделано, то сделано, Ацуши будет жить с ним, и ему нужно тщательно убраться в общежитии, чтобы альфа не передумал в тот же момент, как только войдет внутрь и увидит, какой хаос царит в жизни Осаму. Пока что омега лениво стучал по клавиатуре, напевая себе под нос веселую мелодию и представляя свою жизнь с Ацуши.       ...просто деление комнаты в общежитии. Потому что так было лучше для всех.       И Дазай будет вести себя хорошо. Держать себя в руках.       Да.

***

      Дазай не сдержался.       Ладно... Подумал он, крепче прижимая к себе спящего в его объятиях беловласого альфу, вдыхая их переплетенный аромат. Возможно, я чуть-чуть ревновал.