Правила не приложены

🅣🅘🅒🅚-🅣🅘🅒🅚

Чонгук один в кабинете... А в голове поток мыслей... "Что..." — проводит рукой по ключице, сжимая основание шеи. — "Чёрт..." — улыбается и опускает голову вниз, хмыкая. — "Ммм..." — Чонгук покручивает головой, потирая шею. Бельё. Джинсы, которые он только натягивает. "Хочется покурить!" — Чон снова возвращается к столу и открывает первый ящик. Ему ли не знать, где Юнги хранит сигареты. Да, а ведь если бы он тогда не решил всё бросить и согласился на затею Мина с клубом, то сейчас у клуба было бы два владельца. Юнги видит, как его клуб покидает тот самый загадочный сосед. Лёгкая ухмылка уже скользит по губам, он делает глоток виски. В его стакане он никогда не заканчивается, но сейчас не время, поэтому Мин ставит стакан на стойку и направляется в сторону своего кабинета, убрав руки в карманы. Каждый шаг отдаёт азартом. Выводить Чона и раньше было забавно, а теперь их перепалки приобрели неожиданную остроту. Дверь открывается. Чонгук опирается о стол, в руках у него сигарета, клубы дыма медленно поднимаются вверх. На торсе ещё отчётливее выделяется рельеф благодаря приглушённому свету в помещении. Джинсы надеты, но не застёгнуты. Во второй руке он держит телефон, звуки из которого вполне тянут на доказательства... Но Мин знает всю прелесть доминантных омег, поэтому уверен, что друг вляпался, но не только в их спор. Чонгуку всегда нравились острые ощущения при всей его внешней самоуверенности. — Доказательства пересматриваешь? — ухмыляется Мин, заходя в кабинет. — Удивлён, что ты можешь здесь дышать, — парирует Чон, делая очередную затяжку. — Но да, секс у нас действительно был, так что... — Так что... — Юнги будто смакует эти слова. — Ни за что не поверю, что Ким потерял свою доминантную натуру... — становится рядом, с хитрой улыбкой следит за мимикой Чона. — Он вряд ли тебе дал, — указывает пальцем на него. — А ведь мы договаривались... да и сам ты говорил... как же это, хм... — играет. — Дай подумать... а... "сегодня же будет подо мной". Так что, — делает грустное выражение лица, — кажется, я выиграл спор. — Да плевать мне на твой клуб, главное... — начинает говорить Чон. — Наш клуб, — со смешком поправляет Юнги, обходя стол. — Что? — в растерянности Чон разворачивается. — Но... спор... — Да, спор ты не выиграл, но и я не тот человек, который из-за недопонимания лишит друга доли в совместном предприятии, — достаёт документы из нижнего ящика стола. — Так что этот, как ты говоришь, гадюшник не только мой, но и твой... борец за спокойные, скучные бары, — подаёт документы. — На, вот, почитай. — Дарственная, — читает Чонгук. — А ты как хотел? Ты же буквально всё бросил и ушёл, но я всё подготовил, нам остаётся только завершить процедуру, если... — Если я согласен? — Чонгук внимательно смотрит на Юнги, тот кивает. Всё же... вечер пятницы гораздо более масштабное мероприятие, в это время можно не только обрести надежду на что-то большее в личной жизни, но также, возможно, вернуть и утраченную дружбу...

🅣🅘🅒🅚-🅣🅘🅒🅚

Прошло две недели с той пятницы, а сегодня... сегодня у Чона по плану кое-что новенькое для их и без того не самых скучных отношений... реванш. Всё же после слов Мина нагнуть омегу хочется ещё сильнее, однако его и так всё устраивает, но... азарт. Да, это чувство манит и таит в себе слишком много. Клуб. В планах кабинет Мина, который тот, кажется, предоставил им в безвозмездное пользование, потому что... «Здесь слишком много ваших феромонов, они мешают мне работать, — прокручивает Чон в мыслях, ухмыляясь и наблюдая за входом. — Трахаться они тебе мешают, Мин Юнги. Тра-хать-ся». Пятница с утра подогревает интерес к тому, что Чон задумал. Кончики пальцев покалывают от предвкушения, низ живота приятно тянет, а член... уже выдает слишком много, но плевать Чон хотел на то, что это может кто-то заметить. «Тэхён придет, — пульсирует в мыслях, — и тогда... — ухмыляется. — Пришло время взять реванш, самовлюблённый омежка. Ре-ванш». Чонгук не может понять, чего ему хочется больше: нагнуть самому или... и почему вообще невозможно оторваться, он тоже не может понять. Ким оглядывается, уже чувствуя... "Малыша альфу", — это немного смущает, потому что звучит максимально неожиданно, но играть с ним... ммм... хочется бесконечно. Он убирает руку в карман, нащупывая свой маленький сюрприз для Чонгука, а сам уверенной походкой идёт в сторону их импровизированной красной комнаты. Сегодня Тэхён подобрал не просто красивый образ, сегодня он надел то, чем при правильном стечении обстоятельств можно... хм... наказать. Множество кожаных ремешков оплетают талию, сминая белую свободную рубашку, от четырёх колец, расположенных по верхнему краю, тянутся ещё два ремешка, которые удобно фиксируют расположение портупеи. Чёрные облегающие кожаные штаны идеально облегают тело, а массивная обувь гармонирует не только с портупеей, но и создаёт идеальный контраст с чокером в виде очередного ремешка, длинный хвостик которого пружинит в области грудной клетки. Ухмылка с губ этого омеги не спадает, по ощущениям, никогда. Тэхён аккуратно подходит к нужной двери, слегка замедляясь. "Малыш альфа хочет поиграть?" — воображение уже рисует яркие и откровенные картинки. — Я надеюсь, ты подготовился, — Чонгук прижимается сзади, стоит Тэхёну войти в кабинет. — Пришло время изменить правила, — лёгкий укус в шею, и дверь захлопывается. Тэхён ухмыляется, а потом откланяется назад, заставляя Чона сделать пару шагов назад и прислоняет его к стене под рваный выдох последнего, сам прижимается сильнее, чувствуя его возбуждение. — Поиграем, малыш альфа? — Лёгкий прогиб, чтобы Чонгук почувствовал не только его желание, но и собственное возбуждение. Рука Чона скользит по спине к шее. Он сжимает плечо Кима и резко возвращает его в исходную позицию. — Мхм, — срывается с губ. — Тэхён протискивает руку между членом Чона и собственной задницей, сразу слегка надавливая на член. — Удиви меня, альфа. Чонгук на секунду расслабляет руки, и этого достаточно, чтобы Тэхён развернулся и сильнее сжал член через одежду. Резкий поцелуй не даёт возможности глотнуть воздух, и это сносит голову. Чонгук рукой хватается за свободно свисающий край чокера и оттягивает его, поцелуй заканчивается. — Хороший альфа, — с ухмылкой, — быстро схватываешь, — проводит кончиком языка по верхней губе. — Только мало переключить внимание, нужно... — нажимает ещё сильнее на член, — не упустить его... хм... — отстраняется. — Справишься? — Тэхён рукой касается ремешка и вытаскивает его из ладони Чона, а потом разворачивается и медленно идёт в сторону уже привычного дубового стола. — Поиграем, значит? — Чон не может сдержать смешок. — У-у, а ставки-то растут, — возвращается обратно. — Быть сверху, — ведёт кончиками пальцев по плечу Чонгука, — такая ответственность. — Тебе кто-нибудь говорил, что ты слишком много болтаешь? — Чон старается сделать серьёзный взгляд, но улыбка его предательски сдаёт. — Постоянно, — Ким собирается уйти, но Чон хватается одной рукой за ремешки на талии, а второй — за всё ещё раздражающе свободный кончик от чокера. — Не так быстро, омежка, — притягивает ближе. — Сначала я хочу увидеть тебя на коленях, — подтягивает ремешок вниз. Тэхён поддаётся, опускаясь ниже, практически царапая тело Чона через одежду. Адски медленно и слишком соблазнительно. — Расстёгивай, — Чон взглядом намекает на свой уже перевозбуждённый орган, ароматы кружат голову, а внезапная покорность обдаёт тело лёгким жаром. — Ммм, а ты хорош, малыш альфа, — заигрывает. — Правда хочешь, чтобы я... — касается руками ширинки, — помог тебе справиться... Хочешь смотреть, как я... — томно выдыхает. — Медленно расстёгиваю пуговицу, — он проговаривает каждое действие. — Потом молнию, — Тэхён касается верхних пуговиц собственной рубашки. — Уже жарковато, правда? — он расстёгивает сперва одну, а затем и вторую пуговицы, проводит ладонью по груди, слегка отгибает ворот рубашки. — Кожа так и горит, — смотрит в глаза снизу вверх. — Мхм, — Чонгук сглатывает. Такой вид кружит голову и заставляет полностью отключить здравомыслие. — Продолжай, — снова этот показательный взгляд, а голос... голос уже не звучит так строго, срываясь. Ким аккуратно стягивает одежду, помогая освободиться от неё полностью. — Продолжай, — Чонгук чувствует, как в горле резко пересохло. — Продолжать... что? — переспрашивает. — Ты хочешь, чтобы я... — едва касается члена, — провёл здесь или... — Тэхён пальцами проводит ниже, облизывает губы, но так, чтобы альфа это видел. Тэхён замечает, что хватка на ремешке становится слабее, поэтому... пришло время поиграть по-взрослому. Он запускает руку в карман. Да, он предвидел такое развитие событий, потому что подколы Мина дорогого стоят и, как показывает практика, бесследно не проходят. Пока Чон следит за тем, как Ким облизывает губы, сидя перед ним, он не замечает других действий. — Так что ты хочешь, малыш альфа? — язычок медленно протискивается между губ, облизывая их. — Хочешь ли ты сегодня кончить? — Тэхён позволяет себе подняться с колен, видя, что Чон полностью выпустил ремешок из ладони, а потом Чонгук чувствует... — Что за? — дрожь по телу, хитрый взгляд напротив... и этот чокер. Чон хватает за него снова. — Что, Чонгук-и... ошейник на мне, а подчиняешься ты, — Тэхён сильнее прижимает виброкольцо к головке члена, уже зная, как это действует на и без того возбуждённый орган, а судя по Чонгуку, возбуждение уже ощущается во всём теле. Тэхён второй рукой подтягивает футболку вверх, сразу же касаясь соска языком. — Пожалуйста... остановись, — Чон еле сдерживается. — Ооо, мы только начали, малыш альфа. — Тэхён ведёт виброкольцом по коже выше, а позже аккуратно касается второго соска. — Это тебе больше не нужно, — вытаскивает ремешок из сжатой ладони. — Обещаю, Чонгук-и, — шепотом, — сегодня, — поцелуй в шею, — ты кончишь, — ведёт кончиком языка вдоль линии челюсти. "Чёрт... снова..." — Чонгук соврёт, если скажет, что это его не заводит. То, как Тэхён технично перехватывает власть... удержаться сложно... Поцелуй... резкий, несдержанный. Тэхён сжимает шею, надавливая большим пальцем сильнее. — Но это не сегодня, да, милый? — в губы. — Сегодня у нас другая игрушка по плану, а ещё... — ждёт, пока Чонгук зафиксирует взгляд на его действиях, а потом снимает чокер. — Импровизация, малыш альфа, — руки Чонгука Тэхён вмиг оплетает кожаным ремешком, надёжно фиксируя. И подталкивает его на кресло, что так удачно стоит рядом. — Неудобно, — возражает Чон. — Это необязательно, — Ким снимает с себя портупею, демонстрируя её Чону. — Но... если ты попросишь, — наклоняется к уху. — Хорошо попросишь, то... Чонгук просто спускается на колени перед Кимом. — Неудобно, — а взгляд хитрющий. Тэхён просто проходит мимо, подходит к кожаному дивану, усаживается, складывает ногу на ногу. — Ну что ж... — проводит ладонью по дивану. — Мы могли бы... — видит, что Чон пытается подняться с колен. — Только, — звучит довольно громко, — только у меня нет с собой лубриканта, — рассуждает так, будто собственное возбуждение вообще не играет роли. — Хм, — ухмыляется и показывает рукой движение, словно хватает воздух. — Если хочешь мою смазку, то тебе придётся идти на коленях, альфа. "Шах и мат, Чон Чонгук... шах и мат", — пульсирует мысль. Спустя несколько минут Чонгук удобно располагается на диване, руки уже не приходится складывать на спинку, сейчас он чувствует себя более комфортно, желание... он практически его контролирует... практически... Пока рубашка Тэхёна не падает перед его глазами. "Чёрт!" — мысленно, что сразу фиксируется шлепком по ягодице. Тэхён стягивает джинсы, надевает виброкольцо на член, добавляя собственную смазку, чтобы продлить удовольствие. — Что ж, Чонгук-и, полагаю... — набирает смазку кончиком пальца. — Ты заслужил, —подносит руку ближе, давая облизать пальцы. Пока Чон смакует уже полюбившийся вкус, Тэхён включает виброрежим, добавляет смазки. Он знает, что Чонгук готов, но всё равно проверяет. "Альфа... — улыбается. — Даже задумав поменять нас ролями, — хмыкает, — подготовился". — Мхм, — толчок. Дыхание сразу сбивается с ритма, как и сердце. Мыслей никаких нет, Чонгук полностью ощущает себя в процессе, но ничего не может сказать, вибрация ощущается внутри и снаружи. Ощущения... потрясающие. Он не понимает, где он находится, он лишь концентрируется на касаниях, на шёпоте, что пускает мурашки по телу, но он абсолютно не слышит слова. Голову кружит, руки куда-то тянут, переворачивают. Тэхён делает плавные толчки, ощущая полный контроль, от которого ведёт довольно сильно. Тело выгибается, и Чонгук отключается... впервые, но приходит в себя, чувствуя укус в шею. — Мой... — но метку не ставит, еле контролируя себя, ведь их ароматы срывают последние тормоза. — Только мой.

🅣🅘🅒🅚-🅣🅘🅒🅚