Отрывок №3

Вечер накрыл штат Алабама тёмным, удушливым покрывалом. На небе "открыли глаза" мириады звёзд, а месяц величественным диском взошёл на небесный пьедестал. Пищали цикады, одежда неприятно липла к телу. На окраине города Х стоял домишко — покосившийся, напоминавший прожжённого временем и жизненными трудностями старика, который ещё был в строю. Его чрево было увешано пучками трав, самодельными амулетами и расписанными стенами. На полу, среди разноцветных камней и каких-то плетёнок из палок и трав, сидела девушка. Тонкая, как лоза винограда, и белая, словно соткана из призрачного савана. Покачиваясь из стороны в сторону, как маятник, Кассандра держала в вытянутой руке горящую свечу, воск которой горячими подтёками стекал на её болезненно-белую руку. Но ей было всё равно. Сухие губы шептали лишь одно: — …Откройся мне… Покажись! В свете пламени свечи сверкнуло лезвие ритуального ножа. Острая боль, и алая жидкость капнула на пол. Она не ожидала, что он откликнется так быстро. Ледяной озноб пробил её так резко, что девушка распахнула глаза от неожиданности. Порез остро жёг, а чьё-то присутствие за окном ощущалось всё сильнее. — Ласточка… Этот голос… Боже, этот голос! Это он являлся ей в видениях! — Зачем ты звала меня, ласточка? Глубокий, бархатистый голос так и норовил въесться в глубины её души. Скрежет когтей по поверхности входной двери. Кровь стынет в жилах, но Кассандра спокойна. Она наконец-то добилась своего и теперь сможет узнать то, что ей нужно. — Впусти меня, ласточка… Я буду хорошо себя вести… Хоть мужчину и не было видно, девушка прекрасно знала: он ухмыляется. Нет, не ухмыляется, а по-настоящему скалится, как хищник. Поднявшись с пола, она на негнущихся ногах подошла к двери. Одно движение — и её "защита" распахнулась настежь, открывая вид на ночную улицу… и на гостя. Перед ней стоял мужчина. Чуть выше среднего, подтянут, каштановые волосы небрежно уложены, идеально выбрит. Глаза… ох, эти глаза. Темные, темнее самой глубокой ночи, но даже в них она могла увидеть этот хищный, кроваво-красный блеск. Он смотрел на неё внимательно, голодно, но что-то его сдерживало. — Позволь мне войти, милая… Мужчина стоял вальяжно, как настоящий господин, спрятав руки в карманы брюк. Его губы дрогнули в ухмылке, показывая остроту клыков, которые сверкнули в свете луны. — Сама призвала меня, а теперь мучаешь? Секунда, две — молчание. Она стояла и смотрела на него, пока не рыжеватые кудри трепал поднявшийся ветерок. — Зачем ты являешься ко мне во снах? Что тебе нужно? Выпалила Кассандра на одном дыхании, всматриваясь в светящиеся хитрым блеском глаза вампира. Хриплый смех, после чего он шепнул, словно смакуя: — Кассандра… милая, бедная птичка… Он протянул руку, но, словно наткнувшись на невидимую преграду, на мгновение замер. — Ты… твоя кровь… Мужчина судорожно втянул носом воздух, сглотнул, как изголодавшийся путник. — Я схожу с ума от одного запаха…