cone sold stober

В первый день летних каникул Аарон прогуливался по городу, а Эндрю молча следовал за ним в трёх шагах. Стоял жаркий и сухой июньский день, и перед уходом Аарон хмуро посмотрел на чёрные повязки Эндрю и его рваные джинсы, а Эндрю в отместку вытер пот со лба Аарона и стряхнул его в сторону. Ники был на работе. Близнецы оставили телефоны дома. Выйдя на улицу, они не заперли входную дверь и бесцельно бродили по ней в поисках чего-нибудь интересного. Солнце пропитывало их одежду, обжигало кожу и окрашивало мир в ярко-жёлтый цвет от жары и апатии. Они прошли пять кварталов от своего района, десять кварталов протопали по оживленной улице, ведущей в центр города, и еще пять кварталов петляли по узким, разрушающимся дорогам обветшалого центра, пока мучимые жаждой, жарой и скукой, близнецы не выудили жалкие три доллара из мелочи в карманах и случайных монет, найденных на улице, и не пошли бок о бок к кафе-мороженому. Заведение "Cone Sold Stober" уютно расположилось между сомнительным ювелирным магазином и закусочной "The Un-Sub". Кирпичи торгового здания были такими же старыми, как и сам город, и умирали вместе с ним: бело-розовая краска на вывеске магазина облуплялась с каждой летней грозой, а громкие колокольчики на двери звенели всё реже и реже с каждым порывом ветра. Дверь, разбухшая от воды гниль, их можно было открыть только с излишней силой и с трудом, а на полу было по меньшей мере пять неплотно приклеенных плиток, которые отваливались каждый раз, когда дверь открывали. Но мороженое было хорошее. Когда близнецы подошли к магазину, они увидели двух работников мороженого, стоящих снаружи. Их легко можно было узнать по пастельной рабочей униформе: бледно-розовая шляпа, бледно-розовый фартук, брюки в тонкую голубую и белую полоску, бледно-голубая рубашка и ярко-синий платок, завязанный атласным узлом вокруг шеи. Одним из сотрудников был владелец, сгорбленный старик с обветренной кожей и высоким голосом. Второй сотрудник выглядел примерно того же возраста, что и близнецы, с тёмно-рыжими волосами и ужасными шрамами на щеках и руках. Молодой сотрудник смотрел вдаль, скрестив руки, а владелец ткнул ему пальцем в лицо и сказал: — Вам придётся изменить своё поведение молодой человек, если вы намерены продолжать работать в моём кафе. Я знаю, что это только ваш первый день, но если вы продолжите так обращаться с клиентами, он, вероятно, станет вашим последним. Близнецы замедлили шаг, чтобы подслушать. — То есть, я теперь уволен? — протянул молодой сотрудник. Он всё ещё смотрел вдаль, его ледяные голубые глаза не фокусировались ни на чём конкретном. — Что? — хозяин кафе выглядел озадаченным. — Нет. Я просто хочу, чтобы ты понял… — Тогда, полагаю, сегодня не последний мой рабочий день. Молодой сотрудник наконец повернулся, чтобы сосредоточить свое внимание на владельце, но случайно его взгляд упал на близнецов. Аарон наградил молодого сотрудника равнодушным хмурым взглядом, прежде чем схватиться за дверную ручку и протиснуться внутрь. Эндрю продолжал смотреть на молодого человека — на голубые глаза, тонкие шрамы, на манеру вздернутого подбородка — и импульсивно поднял руку и постучал ею по виску, прежде чем схватиться за край тяжелой двери и проскользнуть в магазин, прежде чем дверь захлопнулась. Через несколько секунд дверь снова открылась, впуская хозяина. — Ну как дела, ребята? — приветственно спросил он, раскрасневшись от жары и раздражения, которое вызвал у него новый сотрудник. Оба мальчика молча смотрели на хозяина. Улыбка владельца исчезла, и он не пытался скрыть, что тихо пробормотал: — Боже, избавь меня от капризных подростков,— прежде чем схватить два рожка и спросить, чего они хотят. По дороге домой, слизывая липкое мороженое с запястий и стряхивая крошки сахарного рожка со щек, они снова столкнулись с молодым работником кафе-мороженого. Он всё ещё был в полосатых брюках и синей рубашке, но снял шляпу, фартук и платок. Его вспотевшие волосы были разбросаны по лицу, а израненные щеки блестели красным от летнего солнца, когда он медленно ехал посередине дороги на потрёпанном и рваном скейтборде. Его ботинки были уродливо жёлтого цвета. Во рту у него был огромный леденец, губы были оранжевыми от сиропа и обжимали палочку. Как только он оказался рядом с близнецами, он посмотрел прямо на Эндрю, вынул изо рта леденец, и насмешливо приложил его к виску, проехав мимо них по улице. Эндрю и Аарон обернулись, чтобы посмотреть, как тот сворачивает на тротуар, скейтборд скрипит под тяжестью его веса, когда он объезжает людей, игнорируя их возмущенные восклицания и взгляды. — Что за фигня, — сказал Аарон, когда они развернулись, чтобы продолжить путь домой. Эндрю согласно хмыкнул. *** На второй день летних каникул Эндрю прокрадывается в кинотеатр вместе с Аароном. Они вместе сидят на задних рядах,и смотрят фильм ужасов с рейтингом R ,бросая своровонные конфеты себе в рот,или в людей сидящих перед ними. Когда фильм кончается,Эндрю ведёт их к реке на окраине города, и оба брата расположиваются на берегу, среди зарослей и водорослей, позволяя мягко плещущейся воде и легкому ветерку над ручьем убаюкивать их, усыпляя посреди жаркого летнего дня. — Я хочу мороженое, — наконец сказал Аарон, смахивая с руки еще одно насекомое. — Хорошо, — сказал Эндрю. В кафе «Cone Sold Stober» было пять столиков внутри и два столика снаружи, а также двенадцать видов мороженого. Покупатели могли выбирать из десяти различных начинок. Кафе работало более пятидесяти лет.  Эндрю и Аарон присоединились к очереди, ползущей у входной двери под полуденным солнцем. Аарон смотрел в пространство перед собой, а Эндрю пытался разглядеть сотрудника, работающего за стойкой. Когда пришла очередь Аарона, он попросил простой шоколадный рожок и пошел дальше. Когда пришла очередь Эндрю, он уставился на молодого работника мороженого, того самого, что был вчера, с рыжими волосами и проблемным поведением, и не произнес ни слова.  Молодой работник мороженого взглянул на Эндрю и беззвучно начал готовить рожок — клубничный.  Эндрю не потянулся за ним, когда сотрудник протянул его через прилавок. — Я об этом не просил, — сказал Эндрю. — Это то, что ты ел вчера, да? Эндрю нахмурился.  — Откуда ты, чёрт возьми, это знаешь?— спросил Аарон, стоя у кассы и ожидая Эндрю, чтобы вместе заплатить за мороженое. — Ты видел нас всего пару секунд на улице. Сотрудник пожал плечами. Эндрю потянулся за рожком, крепко сжав его руку. Рука мальчика была холодной и покрытой липким конденсатом. Эндрю не дрогнул, увидев извилины и борозды ожогов и шрамов, покрывавших его руку. Молодой сотрудник смотрел на Эндрю, пока тот наконец не отдернул руку. Он всё ещё чувствовал призрачное давление шрамов под ладонью, он поднёс рожок ближе к лицу, и мягкий аромат сладкой клубники окутал его нос, освежая лицо.  — Я не ем одно и то же каждый день, — сказал ему Эндрю, слегка лизнув мороженое.  — Похоже, сегодня так и есть, — сказал сотрудник с легкой улыбкой на лице, но владелец, стоявший у кассы, резко сказал: — Нил. Лицо Нила прояснилось, и он тут же перешёл к следующему клиенту, с приклеенной улыбкой и механическими движениями. Эндрю снова лизнул мороженое, пока Аарон расплачивался, а владелец извинялся за поведение Нила, списав всё на спешку и палящее солнце.  Эндрю и Аарон вышли из кафе-мороженого.  — Мне не нравится этот парень, — сказал Аарон, откусывая тающий шоколад.  — Хм, — согласился Эндрю. **  На третий и четвёртый день лета Ники возил мальчиков на заброшенное кладбище в центре города и учил их водить в кабине своего развалюхи-пикапа Ford 1980 года выпуска. Заднего сиденья у пикапа не было. Когда они куда-то ехали вместе, все трое сидели на переднем сиденье. Эндрю и Аарон обычно спорили, кто будет сидеть посередине. На первом уроке вождения Аарон выиграл в камень-ножницы, поэтому Эндрю решил побродить среди могил, пока Аарон учился водить. Он останавливался пробираясь по гравийным дорогам между ветхими надгробиями, зарослями сорняков и искусственными цветами, флагами и обломками камней.  Эндрю пнул шишку, и она попала в надгробие Хэнка Хинкли. Хэнк умер в семнадцать лет. С другой стороны дороги, через поле Аарон выругался, когда грузовик резко дернулся, когла он слишком рано выжал сцепление. Смех Ники разнесся по кладбищу.  Эндрю растянулся на могиле Хэнка и закрыл глаза, ожидая своей очереди сесть за руль.  По дороге домой Ники отвёз их на ужин к фургончикам с корн-догами. Они проехали мимо Нила на скейтборде, скользящем посередине улицы в районе, далеком от кафе-мороженого.Он был один, в майке, леггинсах и уродливых бирюзовых кедах. Он посмотрел на их грузовик, когда тот проезжал мимо, и, узнав близнецов, поднял руку и помахал им.Эндрю и Аарон не помахали в ответ.  Нил продолжал стоять в посередине улицы. — Это один из ваших друзей? — спросил Ники.  — Нет, — одновременно ответили Эндрю и Аарон. Эндрю смотрел на Нила через зеркало заднего вида. Казалось, Нил тоже смотрит на него, но тот был слишком далеко, чтобы сказать наверняка. ** Утром когда на улице была летняя гроза, а солнце спряталось за густыми серыми облаками, и горячий ветер обдувал их кожу сквозь завесу дождя, близнецы пошли в магазин мороженого в одинаковых нарядах: серых толстовках с капюшоном, черных баскетбольных шортах и полосатых шлепанцах, на босую ногу.  Нил был один за прилавком, один в магазине, он закидывал в рот батончики сникерс и не смотрел на близнецов, пока все конфеты у него в руке не закончились.  —О, — сказал Нил, наконец оглядевшись и поняв, кто его клиенты. – Близнецы.  Они оба подошли к стойке, но прежде чем Аарон успел открыть рот, чтобы сделать заказ, Нил, ополоснув ложку мороженого в теплой воде, повернулся к ним спиной, и Эндрю сжал запястье Аарона, пока тот не закрыл рот, поэтому, когда Нил обернулся с поднятой бровью, он увидел двух молчаливых близнецов, выжидающе уставившихся на него.  — Это что, испытание? — наконец спросил Нил. Близнецы лишь моргнули. Нил вздохнул. — Хотя бы это было испытание, — проворчал он, прежде чем зачерпнуть шарик шоколада и протянуть его прямо Аарону, без раздумий, и без колебаний. Затем он повернулся к Эндрю, приподняв брови.   Эндрю посмотрел на него в ответ. Глаза Нила торжествующе сверкали.  — Не дуйся, — сказал Нил.  — Нет,это не так — сказал Эндрю.  Улыбнувшись, Нил достал вафельный рожок и положил в него два шарика шоколадного мороженого. Аарон за кассой возмущённо запротестовал.  — Я этого не хочу, — сказал Эндрю.  — Я думаю, что хочешь— ответил Нил, протягивая рожок.  — Я за это не заплачу. Эндрю потянулся за вафельным рожком, на этот раз избегая прикосновения Нила. — Это бесплатно, — сказал ему Нил. Аарон снова запротестовал,но чуть громче.   — Ты ужасен на этой работе, — сказал Эндрю.   Нил пожал плечами. — Это только на лето.   — Если ты доживёшь до этого времени, — Эндрю откусил кусочек от рожка. Улыбка Нила вернулась.  — За счёт заведения, близнецы, — сказал Нил, глядя только на Эндрю. — Раз уж вы проделали весь этот путь, под проливным дождём, чтобы только увидеть меня.   — Это не так, — хором ответили близнецы. Нил промолчал, схватив ещё один горсть желейных мишек — и снова принялся отправлять их в рот. Аарон вышел из магазина первым, Эндрю отстал на три шага, бросив последний взгляд на Нила за прилавком, который промахнулся мимо рта и запустил желейным мишкой себе в глаз. ** В один безымянный, туманный летний день Аарон отправился потусоваться с друзьями, а Эндрю отправился в кафе-мороженое один. Он вошёл и увидел за прилавком Нила, а напротив — девушку. Девушка накручивала на палец волосы и расспрашивала Нила о его шрамах, а Нил молча смотрел на неё.  — Ты что,типо с медведем подрался — спросила девушка. Эндрю встал в очередь за ней. Нил не сразу его заметил. Эндрю подошёл ближе. Девушка продолжила: — А ожоги? Что случилось? Выглядят круто.  Нил склонил голову набок. — Ты что, издеваешься?— спросил он. Он всё ещё не замечал Эндрю. Эндрю выглянул из плеча девушки.  Нил наконец взглянул на него.  — Что? — пискнула девочка.  — Почему ты спрашиваешь, откуда у меня шрамы? — спросил Нил, повернувшись к ней. — я тебя вообще знаю? — Э-э! — сказала девушка, отступая назад. Эндрю был так близко к ней, что она врезалась в него. Она вскрикнула отшатываясь,выглядя смущённой.Её взгляд метался между Нилом, Эндрю и дверью. Она нерешительно сказала: — Не думаю, что можно говорить такие вещи клиентам.  — Да ну? — сказал Нил, скрестив руки на груди. — А я не думаю, что можно просто спрашивать у людей, что у них с лицом. — Я не... — Хорошо, — перебил её Нил. — Могу ли я ещё что-нибудь вам предложить? — Э-э, — сказала девушка, покраснев от смущения и гнева. — Нет, — фыркнула она и выбежала из кафе. Как только дверь за ней захлопнулась, Нил раздражённо вздохнул и повернулся к Эндрю.  — Привет, — поприветствовал он.  Эндрю на мгновение всмотрелся в лицо Нила — порезы, ожоги, мешки под глазами, гнев в его выражении, а затем постучал по стакану над мороженым и сказал: — Образец.  Нил приподнял бровь. — Какой? — спросил он.  Эндрю постучал по пространству над шоколадом. Враждебность Нила утихла, и он слегка улыбнулся. — Хочешь попробовать шоколад? Самый простой вкус?  — Следующая ваниль.  Улыбка Нила стала шире. Он схватил крошечную ложечку для пробы и наполнил её шоколадом. Эндрю взял предложенную ложечку и пробуя вкус, который он и так хорошо знал. Следующим Нил положил ваниль. Эндрю снова попробовал. Он постучал по пространству над клубникой, пожевывая ложечку для пробы, и Нил схватил другую ложечку.  Пришёл ещё один клиент. Эндрю постучал по ёмкости с щербетом. Нил достал образец.  — Эм?— спросил человек после того, как Эндрю попробовал еще пять образцов.  — У меня клиент, — сказал им Нил. Эндрю, у ног которого лежали ложки, одна в руке, одна во рту, снова посмотрел на свои варианты мороженого и сказал: — Думаю, я хочу снова попробовать шоколадное. *** — Куда уходят все твои деньги? Я же тебе вчера дал пять долларов.  — Эндрю не перестаёт покупать мороженое.  — Правда? Почему?  —Я, блядь, не знаю. — Интересно. Ну, извините, ребята, но если вы хотите больше денег, думаю, пора искать работу.  ** В туманный летний день, очень рано, слишком рано, Эндрю и Аарон вместе вышли из своего дома и пошли по самой оживленной улице города, через центральные дороги, пока не добрались до витрин кафе.  Эндрю повернулся к брату и дернул за лямку новой рабочей формы Аарона: белая рубашка, черные брюки и подтяжки, похожие на ленту, оцепляющую место преступления.  Аарон, нахмурившись, намотал пастельно-розовый платок на шею Эндрю и потянул, словно пытаясь его задушить. — Увидимся через несколько часов, — сказал Аарон, поднимаясь по ступенькам на свою новую работу. Эндрю тоже вошёл в свою дверь. Нил ухмылялся все время, пока Эндрю учился и обслуживал первого клиента, и когда он получал первый выговор от владельца через три часа после начала его первой смены. — Я знаю, вас, ребята, воспитали лучше, — сказал владелец. Нил почесал затылок. Эндрю зачерпнул ложку для пробы в ванильном тюбике и откусил, не сводя глаз с владельца. Хозяин, помолчав, помахал рукой перед собой и отошёл назад, бормоча что-то себе под нос. Когда Эндрю повернулся к Нилу, тот всё ещё чесал шею, но тут же усмехнулся, встретившись взглядом с Эндрю. — Прекрати, — сказал Эндрю. — Что прекратить?— спросил Нил.   Эндрю снова наполнил ложку смесью для пробы — мятно-шоколадной крошкой — и сунул ее в рот Нилу. Нил напевал что-то себе под нос,ощущая пальцы Эндрю, слегка прижатых к его губам из-за крошечной ложки, и продолжил улыбаться. — Я тебя ненавижу, — сказал Эндрю, выпуская ложку и отступая на шаг. — Не так сильно, как мог бы, — сказал Нил. Входная дверь открылась, и Нил легонько подтолкнул Эндрю к кассе. — Но достаточно, — ответил Эндрю, отталкивая от себя руки Нила, стоя у кассы и наблюдая, как Нил раскладывает мороженое по рожкам пятнистыми пальцами, со страшным лицом, и с жестким настроем — но нежным прикосновением, мягкими пальцами, и теплой улыбкой. Они вместе вышли через парадную дверь. Нил нес скейтборд под мышкой, а Эндрю, обернувшись, увидел через окно закусочной как его брат неспешно разговаривает с девушкой. Смена Аарона закончилась на час раньше смены Эндрю. Эндрю повернулся к Нилу. Тот, сняв шляпу, спросил: — Хочешь покататься со мной? Он поднял доску, предлагая поехать. — Я не знаю как, — ответил Эндрю. Нил ухмыльнулся: — Я тебе научу. Тёплым летним вечером Эндрю стоял на скейтборде посреди улицы в бледно-розовой рубашке, таких же брюках в тонкую белую полоску и уродливых оранжевых туфлях. Руки Нила легко опирались на его бёдра. Руки Эндрю обнимали шею Нила, пальцы зарывались во влажную челку на макушке, большие пальцы поглаживали кожу под ушами. Солнце садилось. Цикады перестали стрекотать всего несколько мгновений назад, а может, и часов, а может, и дней. Эндрю не отрывал взгляда от Нила, пока тот объяснял, как держать равновесие на доске. Нил убрал руки с его бёдер, словно собираясь сделать шаг назад, но Эндрю продолжал держать его за шею и голову, вцепившись пальцами в волосы чуть сильнее, чем прежде. Он не отпускал. Нил склонил голову. Заходящее солнце окрасило его кожу в золотистый цвет. Его губы потрескались. — Разве ты здесь не для того, чтобы учиться?— спросил Нил, но его голос был немного хриплым, чуть-чуть пересохшим. Он больше не клал руки на бёдра Эндрю. Они безвольно свисали по бокам. Эндрю наклонял и вертел голову Нила в разные стороны. Его равновесие на доске было безупречным. Дома у него был скейтборд. — Я здесь не поэтому, — сказал ему Эндрю. Он приблизил лицо Нила к себе и приподнял его подбородок. Эндрю никогда в жизни не был выше кого-либо. Веки Нила опустились, а улыбка стала мягкой, но его тон был вызывающим, когда он спросил: — Ты уверен, что хочешь это сделать? У меня небольшие проблемы с поведением. Его дыхание, сладкое, как мята, и тёмное, как шоколад, обдало лицо Эндрю. Эндрю убрал одну руку с шеи Нила, скользнул вверх по щеке, обхватив лицо,и большим пальцем очертив контур губ Нила. — Это только на лето, — сказал Эндрю, прижимаясь к губам Нила, пока тот не открыл рот, и большой палец Эндрю скользнул в тёплое и влажное тепло. Всё было так жарко. Пот стекал по шее Эндрю, по спине. Щёки были обожжены солнцем. Он хотел воды. Он хотел что-нибудь поесть. Он хотел мороженого.  Нил улыбнулся, обхватив большой палец Эндрю, улыбнулся, попробовав его на вкус, и через мгновение улыбнулся ему в губы и пробормотал: —Если ты продержишься так долго.