Источник вдохновения

– Еще чаю? – Пожалуй. Шинадзугава сконфуженно пялится в стол, пока Томиока снова наполняет его чашку – это была уже третья. Квартира Гию была уютной и чистой, одним словом опрятной. Санеми до сих пор не мог поверить что он здесь находится. Они нашли друг друга на сайте знакомств, Санеми с самого начала не ожидал что это продлиться больше недели или двух. Какого было его удивление когда он осознал, что это длиться дольше обычного. На первой встрече ничего экстравагантного не произошло – они мило посидели и пообщались в кафе, а после разошлись по своим делам. Второе свидание произошло уже на следующих выходных, на этот раз по инициативе Томиоки. – А чем ты увлекаешься? – О... – Санеми немного опасался этого вопроса, его увлечение без сомнений покажется странным для многих. – Ну, я иногда рисую. – Повисла небольшая пауза. Он действительно считал, что пока что лучше об этом умолчать. Но стоит быть честным, верно? Санеми добавляет, как бы в шутку. – И сибари, наверное. Шинадзугава нерешительно взглянул на мужчину перед ним, с опаской наблюдая за его реакцией. Обычно, когда он делился своим хобби, он получал неодобрительные взгляды или вовсе отвращение. Но Санеми был готов поклясться, что он не какой-то извращенец или чудак – ему взаправду нравились кропотливая работа, замысловатые узлы и композиция, пусть по нему и не скажешь. Это была своего рода терапия для него, она ему определенно нужна с его то вспыльчивостью. Гию заинтересованно склоняет голову в бок. – Сибари? Я наслышан о нем, но не очень знаком с этим... – Его глаза сверкнули от любопытства, на губах выступила небольшая улыбка. – Может расскажешь? Именно тогда Санеми понял, что сам вляпался в сети Гию, причем добровольно. С той встречи прошло уже два месяца и теперь он точно в этом убежден. Томиока, без каких-либо усилий, умудрился стать его самым главным источником вдохновения. После кучи продуманных эскизов, неунимаемого порыва воодушевления, Гию и его редкой улыбки, Санеми понял, что ему жизненно необходимо воплотить его новую задумку в реальность. Он попросту не сможет спать, если будет знать, что у него есть идея, которую он, целиком и полностью, может посвятить Гию, но не сделает этого. Ему оставалось только попросить Гию о его одобрении. И это было пугающим лишь в теории. На практике, Томиока достаточно легко согласился на просьбу Шинадзугавы побыть его моделью для следующей работы, пусть он сначала мешкал. И вот теперь они в квартире Гию – Санеми сам предложил работать у него, посчитав, что Гию будет намного комфортнее в его собственном пространстве. Он судит по себе. Они сидят в полумраке гостиной уже достаточно длительное время без какого-нибудь разговора. Санеми уверен, что Гию ждет, терпеливо выжидает когда Санеми наконец сможет перебороть себя и начать, всегда такой спокойный... Но Шинадзугава нервничает, его работа сейчас ощущается не как что-то художественное и эстетическое, а как эротическое свидание. Мужчина сразу же прогоняет эту мысль пока дела не пошли в другом направлении. Сидеть сложа руки тоже не вариант, понимает Санеми. Не получив никакого приободрения, кроме ровного вдоха и шаткого выдоха, Шинадзугава излишне резко встает со стула. – Ладно. Давай приступим. – Бормочет он, уже шарясь в своей сумке, чтобы достать нужные принадлежности. Он бросает через плечо взгляд на Гию. – Тебе следует раздеться. Ты же... –"Не против" хотел спросить Санеми, но его прерывает мысль о том, что Гию очевидно уже наверняка изучил искусство сибари и знает о его аспектах, это уж без сомнений. Не закончив предложение, он замолкает. Томиока лишь кивает головой, отвечая тихим "я сейчас вернусь" и пропадая в темноте коридора.

***

Санеми обдумывает все свои жизненные решения и выборы, в то же время откровенно пялясь в стену – если бы взглядом можно было бы испепелять, стены бы уже не было. Только сейчас он полностью осознавал на что подписался. Он проведет как минимум час в одной комнате с раздетым до гола Гию. И, не подумайте, Санеми видел достаточно голых людей чтобы не смущаться наготы. Но в этот раз все кардинально отличается. Томиока не просто его модель, он его объект обожания. Черт возьми, Санеми знает, что он полный ноль в романтике, так куда он вообще полез? Он перешёл точку невозврата еще когда предложил Гию эту затею, так что пути назад нет (но Санеми и так бы все равно не повернул назад.) Санеми из собственных мыслей вырывает звук приглушенных шагов, а потом и противный, протяжный скрип открывающейся двери. Его голова резко дергается в направлении звука, в дверном проеме стоит Гию в тонком халате, придерживая ворот рукой. – Это немного неловко... – Признается Гию, проходя дальше в комнату, попутно развязывая пояс вокруг талии. Санеми все еще стоит на месте как истукан. Шелковая ткань начинает лениво сползать с плеч Томиоки и быстро оказывается на полу. Мужчина подбирает халат и бросает его на диван, застенчиво скрещивая руки на груди, его движения замкнутые. ...И что, собственно, теперь Санеми должен делать? На секунду, ему кажется, что любая мысль, зарождающаяся в его мозгу, мгновенно превращается в пыль. Остается лишь картина перед ним. Гию выглядит таким спокойным и собранным, даже в своем самом уязвимом состоянии. Какие бы усилия он не прилагал, Шинадзугава не может отвести взгляд. Поэтому он до сих пор продолжает смотреть как влюбленный придурок. Он растерянно хлопает глазами, чувствуя как к его лицу приливает кровь. Томиока смотрит прямо на него. Блять. Его синева глаз всегда намеревалась приманить и утащить в глубины вод своих океанов. Шинадзугава давно знает о том, что он уже утопленик. Волосы цвета вороного крыла, обычно собранные в низкий хвост, теперь распущенны. Они падали и идеально обрамляли его лицо, словно темный нимб. И его бледная, гладкая кожа, рельефы мышц... Санеми не простит себя если оставит хоть потертость или покраснение на коже мужчины. Шинадзугава внезапно понимает, что молчит уже целую минуту. "Да что же с тобой такое, Санеми?! Тебя не должен волновать такой пустяк как чья-то нагота! Неужели именно тело Гию тебя смущает?" Шинадзугава моментально осознает, что так оно и есть. Как он и отмечал для себя ранее, этим вечером все не так, как обычно. Ведь это именно Гию и никто другой. Тот, кто, без зазрения совести, за два месяца успел поселиться в сердце Санеми и обосноваться там. Этот подлец не будет уходить еще очень долго, и это преуменьшение. Хотя Санеми и не возражает. Все еще растерянный Санеми заставляет себя выйти из своего транса. – Если тебе будет от этого легче, мне тоже немного неловко. – Ох, это было мягко сказано. Шинадзугава качнул головой в сторону стола, он положил на него одеяло чтобы хоть как то смягчить твердую поверхность. Гию безусловно станет его музой по крайней мере на ближайшие несколько лет, если уж не навсегда. Томиока присел на край стола, пока Санеми бурно копошился со случайно запутавшейся веревкой, бормоча что-то нецензурное себе под нос. В конце концов, выигрывает Санеми, после того как веревка поддалась и образовавшийся узел распутался. Он поворачивается обратно к Гию. Что же, первый этап они прошли, осталось только закончить второй этап до того как у Шинадзугавы случится сердечный приступ. – Должен тебя предупредить, это займет довольно много времени. – Подмечает Санеми, правда он вполне уверен, что Гию это не особо волнует. Этот мужчина был очень терпелив, Шинадзугава считает, что ему бы не помешало следовать его примеру в некоторых моментах. – Ничего. Я предпологал, что это будет долго. – отвечает Гию, устраиваясь поудобнее на поверхности стола, Санеми позаботился о его комфорте. – Полагаю, это очень тяжелая работа, верно? Санеми рассеянно чешет затылок, с его губ слетает тихий смешок. – Не волнуйся, ты в надежных руках. – Уголки его губ формируют неловкую ухмылку. Все шло не так плохо, атмосфера была намного легче чем ожидал Санеми. – Хорошо, теперь мне нужно чтобы ты расслабился. Техника безопасности и всякая хрень. Очень важно доверие к риггеру... – Санеми намеренно делает небольшую паузу прежде чем продолжить с ухмылкой. – Ты же мне доверяешь, да? Гию сам не сдерживает мягкого смешка. – Да черта с два. – Отвечает Томиока с явным сарказмом в тоне. Это была одна из причин по которой ему нравился Гию. Его сарказм в некоторых местах был как шальная пуля. Сейчас он очевидно лишь шутил, но иногда... О, этот парень не давал продыху со своей дерзостью. – Конечно, я тебе доверяю. – Добавляет Гию, ухмылка Санеми смягчается до простой улыбки. – Тогда начнем.

***

С начала работы прошло... Санеми не знает. Он был очень сосредоточен на связывании ног Гию, так что ему было совсем не до времени. Его задумка состояла в том чтобы перевязать обе ноги так чтобы икра каждой была прижата к бедру. Эта обвязка давалась ему проще всего так что это точно не заняло много времени, тем более когда он почти закончил со второй ногой. – Ты очень нежен... – Послышался голос Гию, Санеми сразу же поднимает глаза на его лицо. – А... Да. –Вообще Шинадзугава всегда был осторожен когда дело касалось сибари. Он, очевидно, не садист и причинять дискомфорт своим моделям никогда не намеревался. Но с Томиокой он обнаруживает, что делает работу с двойной осторожностью. Возможно, это из-за того что кожа мужчины была такой идеальной и оставлять на ней хоть царапинку было бы аморально (или Санеми просто влюбленный идиот.) В глубине души, Санеми знает, что Гию не хрупкий, пара покраснений ему будут безразличны. Шинадзугава все равно не может заставить себя прекратить. – Не быть же мне с тобой грубым. Тем более, если откинуть моральные принципы, это попросту будет небезопасно. Я обязан следить за твоим кровообращением и правильной работой диафрагмы, ну и, конечно, за твоим состоянием. На тонких губах Гию растянулась улыбка, он пытался сдержать смешок чтобы ни в коем случае не прервать Санеми пока тот болтает. Ему правда было интересно, поэтому он молчал и слушал, но наблюдать за тем как легко он только что разговорил Шинадзугаву было действительно забавно. – Кстати, с помощью сибари, я также немного разбираюсь в анатомии. Но лишь немного, хвастаться не буду. О, еще не забывай говорить мне если будешь чувствовать онемение, боль или еще подобную хрень. Это важно. Гию лишь кивнул в ответ, мягко хмыкнув.

***

Шинадзугава уже десять минут возился с веревкой вокруг спины Гию, на этот раз Томиока посчитал, особо делать было нечего, кроме как следить за временем. У Санеми долго не получается закрепить узел, как он говорил Гию ранее "нельзя допускать скользящих узлов." От Санеми слышались не редкие ругательства и недовольное ворчание. Он не торопился, совсем нет. Просто у него, как на зло, слегка тряслись руки. И случайные прикосновения костяшек его пальцев к коже Томиоки тоже не помогали, от каждого такого случайного касания его пробивала мелкая дрожь, и, судя по всему, Гию тоже. Обвязка теппо никогда не была его любимой, да, она выглядела невероятно красиво, а вот работа над ней ему совершенно не нравилась. Но он был просто уверен что Гию бы подошла именно такая, так что Санеми был решителен довести дело до конца. Но после этого теппо обязательно окажется на первом месте в списке его ненавистных обвязок. Даже если у него нет такого списка. – Ты там справляешься? – Любопытно спрашивает Гию, взглянув на Санеми через плечо. Его голос тихий, но его отлично слышно в тишине комнаты. Санеми не отрывает взгляда от упертого узла, сосредоточившись лишь на нем. На удивление, сегодня он борется с веревкой больше чем со своим колотящимся сердцем. – Я почти закончил. Просто узел не поддаётся, тварь такая... Потерпи еще чуть-чуть. Мягкие слова Санеми убеждают Гию и он снова замолкает. Еще пара минут мучений и узел вскоре встает на место и Шинадзугава выдыхает с облегчением. Он отходит на два шага назад, триумфально осматривая свою работу. – Да, теперь точно все. Все хорошо? – он легонько щупает лодыжку и запястья Гию, проверяя кровообращение. Конечности теплые, значит все в порядке, Гию тоже подтверждает это кивком головы. Шинадзугава делает еще пару шагов назад, осматривая Гию с ног до головы. Ну, теперь это однозначно самая лучшая его работа (и без сомнений самая любимая.) Он не осознает этого, но он снова застыл. Санеми был так сосредоточен, что окончательно позабыл о том насколько великолепен был Томиока. Теперь он будто бы замечает это в первый раз, и, как и в первый, это также впечатляюще. Гию прочищает горло чтобы привлечь внимание Санеми, выжидающе смотря на того. – Санеми? – Шинадзугава находился в процессе проклятия своей симпатии когда Томиока его окликнул. Санеми серьезно стоит прекратить смотреть на Гию как влюбленный подросток, это уже выходит из под контроля. – А... Сейчас, я сделаю пару фотографий и развяжу тебя, это не долго.

***

Шинадзугава удобно устроился на стуле и просматривал получившиеся фото на фотоаппарате, напротив него Томиока одевался. Он даже не заметил когда Гию внезапно оказался позади него. Мужчина оперелся предплечьями о спинку стула, наклоняясь чтобы заглянуть на дисплей фотоаппарата. – Ты проделал тщательную работу. – Санеми слегка вздрагивает как только Гию подает голос, его шея издает тихий хруст от того как резко он повернул голову. Томиока не сдерживает маленькой улыбки от вида ошеломленного Шинадзугавы. На нем снова надет этот халат, пояс точно завязан менее туго и ткань сидит на нем более свободно, делая вид завораживающим. – Благодарю за проведенный вечер. – Гию наклоняется невыносимо близко, что у Санеми перехватывает дыхание. Он не может ничего с собой поделать, кроме как вжиматься в сидение стула. Томиока в это время продолжает. – Мне все понравилось... – Рука Гию почти невесомо ложиться на щеку Санеми, их лица всего в нескольких сантиметрах, а потом– Мир для Санеми замирает стоит только губам Гию легко коснуться его собственных. Томиока медленно отстраняется и отходит в сторону, Шинадзугава неотрывно наблюдает за его спиной. Он чувствует себя как человек, который только что выиграл джекпот.