Ничего не осталось

О том, что корабль Верховного Лидера пришвартовался в ангаре, Хакс получил уведомление на датапад в тот момент, когда находился на мостике. И это было самое неподходящее место, потому что он просто не имел права на истерику. Нужно было держать лицо. Нужно было удержать руки от тремора. Нужно было удержаться и не пустить себе заряд в висок из личного бластера. И это было задачей едва ли не невыполнимой, потому что следом прилетело сообщение от самого Верховного Лидера, желающего видеть генерала у себя немедленно. Хакс попытался сглотнуть, но горло мгновенно пересохло и будто слиплось, сдавленное нервным спазмом. Он прикрыл глаза, стараясь дышать медленно и размеренно. И вообще дышать. Идти сразу к Рену было бы ошибкой. Нужно было зайти к себе, хотя бы минимально подготовиться, чтобы не переживать повторение прошлой пытки в полной мере. Но это явно не улучшит настроения и так неадекватного Верховного. И всё же, лучше сломанные ребра, чем порванная задница - с ними хотя бы можно обратиться в медблок без риска, что кому-то станет известно, как его используют. И, если травм не избежать в любом случае, пусть лучше будут те, которые можно не скрывать. Не убьет же Рен его, в самом деле. Генерал Хакс - ценный кадр, на нем держится очень многое... Если бы ещё Кайло Рен это осознавал. Сам вопиюще некомпетентный как управленец, чье лидерство держится исключительно на Силе и страхе... От этих мыслей приходится избавляться уже следуя коридорами к своей каюте, сжимая челюсти и подавляя подступающую тошноту. Добравшись до освежителя, Хакс закидывается успокоительным и приступает к торопливой подготовке: промыть, обработать расслабляющей смазкой, заткнуть пробкой, чтобы потом было хоть немного легче. Идею добавить к смазке анастетик пришлось отбросить. Если у Рена в процессе всё упадет, он наверняка отыграется за это на Хаксе же. Генерал оскалился на свое отражение в зеркале. Как ни крути, хорошо не будет. Но, стоило поспешить. Приведя одежду в порядок, Хакс уже направился было к двери, когда та с шипением открылась сама, заставляя его замереть на месте и похолодеть. За дверью обнаружился Кайло Рен в крайней степени недовольства, в какой обычно он уже пускал в ход меч и портил стены и оборудование. С кристальной ясностью Армитаж осознал, что портить здесь и сейчас будут его. - Вы проигнорировали мое сообщение, - Рен шагнул в помещение и, прежде чем дверь успела закрыться, уже взял Хакса за горло и прижал к ближайшей стене, приподнимая так, что пола генерал касался едва-едва. Для разнообразия, не силой, а рукой в толстой грубой перчатке. - Как неосмотрительно с вашей стороны вынуждать меня бегать за вами по всему корблю. Ну разумеется, у Верховного Лидера был доступ в абсолютно любое помещение на абсолютно любом корабле Первого Порядка. Тем более, на флагмане. Но Хакс всё-таки надеялся, что Рен проявит немного больше терпения и не заявится к нему сам. Терпеть унижение в собственной спальне казалось ещё более кошмарным. Он и так почти не спит, а тут придется ложиться туда, где его... где с ним... - Прошу прощения, - прохрипел он, выталкивая слова из сжатого горла и цепляясь за пальцы Рена в попытке ослабить давление. - Я должен был... подготовиться, чтобы избежать повторения... прошлого... конфуза. Ладонь сильнее надавила на кадык, и Хакс зажмурился, думая, что вот сейчас за напоминание Рен его и придушит окончательно, и даже почувствовал надежду на такой исход. Пусть всё просто закончится, пусть... Он рухнул на колени, хватаясь за горло и кашляя, когда Рен резко убрал руку и отступил на шаг, разглядывая Хакса с каким-то брезгливым любопытством. - Отвратительно выглядите, - подвел итог своим наблюдениям. - Знаю. Вас это остановит? - Хакс поднял взгляд, пустой и равнодушный. - Или мне можно приступать? Все эмоции, которые у него ещё оставались, поблекли и отступили куда-то за дюрастиловую преграду. Они всё ещё были, но будто отдельно от самого генерала. Ему показалось, что и он сам сейчас где-то за прозрачной, но прочной стеной, отделен от себя самого и только сторонний наблюдатель разворачивающихся событий. Наверное, это тоже было чем-то нездоровым, но сейчас это не беспокоило. Сейчас его вообще ничего не беспокоило. Возможно, это наконец подействовало успокоительное. Нехорошо усмехнувшись, Рен соизволил ответить. - Разумеется, нет. И, раз уж вы уже у моих ног, то знаете, с чего начать, - он стащил одну перчатку и, вцепившись Хаксу в волосы, рванул его к себе, явно не настроенный ждать. Хакс покорно потянулся руками к чужому поясу. Тремора не было. От обнажившегося члена, уже почти готового, пахнуло терпким потом и взопревшими яйцами. Очевидно, сам Верховный Лидер по возвращении посещением освежителя пренебрег. Как хорошо, что блевать Хаксу было практически нечем. На вкус это оказалось не более мерзко, чем в прошлый раз. Солоновато-горьковатый привкус пота, курчавые жесткие волосы, щекочущие лицо, когда Рен притягивал голову Хакса к себе, вынуждая уткнуться носом в растительность на лобке и стукаясь яйцами о подбородок. Тяжелое дыхание где-то сверху. Прежде, чем кончить, Рен оттянул Хакса за волосы от себя и, проведя ладонью в перчатке по члену, спустил ему на лицо. Хакс едва успел закрыть глаза, чтобы в них не попало. Было бы более неприятно, чем чувствовать, как сперма Рена стекает по щекам и подбородку и явно капает на одежду. Когда пальцы из его волос исчезли, он тяжело поднялся на ноги и вслепую побрел к освежителю, чтобы умыться и снять испачканное. Позади послышались шаги, следующие за ним. - Вы сегодня не слишком разговорчивы, - в голосе Рена слышалось сменившее ярость сытое удовлетворение. - Неужели у вас не осталось ни одной бесценной рекомендации для меня, как мне править? - это уже с легкой насмешкой. Хакс не ответил, лишь вяло пожал плечами. Выебанное горло саднило. Он прополоскал рот и сплюнул в раковину. Скинул заляпаный спермой китель, оставаясь в майке и форменых брюках, и поймал взгляд Рена в зеркале. - Раз вы подготовились ко встрече, было бы обидно этим не воспользоваться, - ответ на незаданный вопрос снова не вызвал ни одной эмоции в осунувшемся лице генерала. Так же равнодушно, как сосал прежде, теперь он принялся расстегивать и снимать обувь и оставшуюся одежду. По предыдущему опыту Хакс уже сделал вывод, что спутанные брюками ноги, пока тебя насилуют, расслабиться не помогают. Обнаженный, Армитаж остался стоять к Рену спиной, наклонив голову так, чтобы больше не видеть его отражения. Пусть делает, что хочет, и убирается в ситхову бездну. Вторая перчатка упала на пол. По позвоночнику от шеи и вниз шершаво проскользили загрубевшие от тренировок подушечки пальцев. Ладонь огладила выступившие ребра. Хакс медленно и глубоко дышал через нос, в его голове лениво перекатывалась мысль, нравится ли Рену его плачевное состояние, или же оно его наоборот отталкивает? Надавив между лопаток, Рен вынудил его нагнуться над раковиной, и Хакс оперся ладонями на ее края. Сильные пальцы впились в его ягодицы, развели их в стороны, и послышался резкий выдох и рваный вдох. Очевидно, Верховный Лидер увидел ограничитель пробки, торчащий из хаксовой задницы, и увиденное пришлось ему по вкусу. Генерал потянулся было пробку вынуть, но Рен перехватил его за запястье и вернул обратно на край раковины. - Не шевелитесь, - прозвучало взволнованным шепотом. Хаксу было плевать, так что он просто послушался и замер. - Вы и правда готовились. Ждали меня, - странная интонация, какой генерал у него никогда не слышал прежде. Кончики пальцев огладили вокруг пробки, медленно, изучающе. Потянули за ограничитель, и широкая часть раздвинула края ануса, натягивая их. Будто забавляясь, Рен некоторое время трахал Хакса пробкой, вытягивая её и толкая обратно, прокручивая, меняя наклон и ритм движений. Генерал продолжал дышать и некак не реагировал на происходящее. Это не было приятным, но и, благодаря подготовке, расслабляющей смазке и успокоительному, больно не было тоже. Немного щекотно стало от подтекающей смазки, но и только. Наконец, наигравшись, Рен отбросил пробку в раковину придвинулся ближе. Хакс почувствовал как в анус уперлась горячая головка. Ладони легли ему на бедра и потянули одновременно с тем, как член Рена толкнулся вглубь, в этот раз входя легко, не встречая сопротивления. Волосы Рена защекотали спину и плечи Хакса а выдох со стоном - опалил шею, когда член полностью погрузился в генеральскую задницу и замер там на несколько секунд прежде, чем скользнуть наружу и уже резче ворваться обратно. Хакс отстраненно чувствовал, как Рен трахает его, наращивая скорость, как по его спине стекают капли пота, как из-под сомкнутых век стекают слезы. Будто всё копившееся пятнадцать дней выходит теперь из глаз соленой водой, оставляя Хакса пустым и равнодушным. Рен кончил во второй раз - внутрь, прижавшись вспотевшим лбом к плечу генерала, выстанывая что-то неразборчивое, то ли ругательства, то ли угрозы. С минуту они оба сохнаняли неподвижность. Рен дышал Хаксу между лопаток, навалившись и поглаживая кончиками пальцев там, где выступали тазовые кости. Потом, будто спохватившись, он вытащил, обтерся хаксовым полотенцем и, так больше ничего и не сказав, оставил генерала в одиночестве. Наконец-то. Стоило вымыть из себя чужую сперму, неприятно стекающую по внутренней стороне бедер. Вымыть себя всего. Смыть горящие на коже прикосновения Рена. Хакс обессиленно сполз по стене на пол, привалился плечем к раковине и закрыл руками лицо. Щекам всё ещё было мокро. Внутри было абсолютно пусто.