Хвост

      Утро начиналось традиционно — со снятия вчерашней заблёванной рубашки и стакана коктейля из шипучих таблеток. Хорошо хоть он проснулся один. Никаких неловких объяснений. Если задуматься, какая глупость: почему программы вообще должны пить, нюхать и трахаться в лимузинах? Какие строчки кода отвечают за похмелье? Какие переменные считают, сколько грамм амфетамина ты принял? Что вообще значит «принять амфетамин», если ты концепция, выдуманный человечек, который живёт в компьютере?       Спамтон знал, что они делали — это было подражание. Их мир оперировал на почти детской логике. Что делают успешные люди в фильмах, что значит «успех» в сериалах и рекламе? Это значит сумасшедшие вечеринки и беспорядочные сексуальные связи. Всё. Они действовали по образу и подобию, по снятым с реального мира неточным калькам, не задумываясь, зачем им это было нужно.       Не то чтобы Спамтон был против. У него с беспорядочными сексуальными связями всё было в порядке.       Он почистил зубы, побрился. Пена для бритья, лосьон афтершейва. Залез в душ. Натуральный скраб для тела, качественный мужской шампунь. Он потянулся за шампунем для хвоста — хорошим, с кондиционером, чтобы потом легко расчесать шерсть…       Стоп.       Не было у него никакого шампуня для хвоста. Потому что у него нет хвоста. Нет и никогда не было.       Тогда что это, пушистое, длинное, белое, росло прямо из его копчика?       Он с грохотом раскрыл створку душа, прошлёпал мокрыми ногами к зеркалу в полный рост — натурально, хвост. Настоящий. Не висящий, как игрушка, а полностью, так сказать, интегрированный. Он осознавал его, как ещё одну часть тела. Чувствовал, когда до него дотрагивался. Мог вертеть им во все стороны, не задумываясь, как рукой или языком.       Хвост был шикарным. Длинным, достающим до земли.       Кошмар.       Спамтон кое-как закончил свою рутину. Высушил волосы, расчесался; укладка, лак. У аддисонов не было никаких хвостов, не должно было быть! Маска для лица, увлажняющий крем. Что, если это был какой-то сбой? Что, если это были последствия, и его код был повреждён, и дальше у него вырастет хобот или что ещё похуже?!       Осложняло ситуацию то, что он был в ТВ-мире. Отсидеться в апартаментах не получится, Тенна точно придёт с вопросами. Будет скрестись под дверью, а потом плюнет и откроет её сам — у него же были все ключи.       Спамтон спрятал хвост в широкой штанине. Надел длинный, мешковатый пиджак. Покрутился перед зеркалом: в принципе, сойдёт. Шик восьмидесятых, Тенне понравится. Улыбнулся себе блестящей улыбкой, похлопал по щекам.       Если он в итоге ничего не придумает, хвост можно будет по-тихому ампутировать.       Как он не пытался отделаться от Тенны, как не твердил ему про срочные дела в Киберграде, уйти было предсказуемо сложно. Тенна находил миллион причин его не отпускать, упрекал, что Спамтон обещал провести с ним «этот, как его, брейн-шторм», и что обещания должны выполняться.       В итоге Спамтон был с ним весь день. Так увлёкся, что стал забывать про утреннюю проблему и непроизвольно дёргал хвостом в штанине, но Тенна вроде не замечал: сам был погружён в процесс. Десятки вариантов и споров спустя, они пришли к «Включи сок, включи сок, чтоб на ботинки не утёк» и были очень довольны собой. Много смеялись. Под вечер плавно перетекли к Тенне на диван, открыли минибар, который в случае с Тенной был едва ли «мини». Спамтон рассказывал ему про лошадиные силы и подвески, Тенна — про проказы своих «племянников» и лучший мужской парфюм.       Тенна сидел всё ближе и ближе. Спамтон знал, к чему всё шло. В любой другой день он бы уже сам запрыгнул к нему на колени, но сегодня пора было готовить пути к отступлению.       Он потёр лоб: — Слушай, я вчера…       — Я знаю.       — Давай, в общем, разойдёмся на сегодня, я хочу завалиться спать.       Спамтон начал слезать с дивана, на котором сидел бочком, пытаясь не придавать проклятый хвост.       — Ты можешь мне сказать, — произнёс Тенна с трагизмом звезды мыльных опер. — Я всё пойму. Я не против, если… У нас ведь открытые отношения… То есть, у нас ведь совсем не отношения, да? Ха-ха. Мы так.       — Ты о чём, ящик?       — У меня, может, и нет глаз, но я же всё вижу! Ты весь день не можешь нормально сидеть, ёрзаешь на стуле. Весь день хотел от меня отделаться, а теперь уходишь раньше времени. Ну… Это же явно… Одно из твоих, — его перекосило, как от кислого лимона. — «Приключений» вчера. Бурная ночь, — и добавил тише: — С кем-то моложе, наверное.       Спамтон засмеялся.       — Нет. Нет, кинескоп. Не в этом дело.       — Тогда что случилось? Ты мне всё можешь рассказать. Мы же… Мы же партнёры, разве нет?       Спамтон помялся. В принципе, может, он и прав. Всё-таки Тенна тут не просто так, он ведь несменный начальник этого мира. Возможно, он что и знает, что-то сможет подсказать, вспомнить.       — Ладно, — он вздохнул. — Только обещай, что никому не расскажешь, понял?       Тенна с энтузиазмом закивал.       — У меня. В общем. У меня вырос хвост.       — Хвост?       — Да.       — Какого рода?       — Пушистый такой. Неважно. Я с ним сегодня проснулся и не знаю, что и думать. Тут бывали такие случаи? У кого-нибудь тут… Отрастали? Хвосты? Нет?       Тенна сперва помолчал, а потом выдал:       — Можно посмотреть?       — Зачем?       — Мне нужно понять, о чём ты! — Тенна принял самый невинный вид. — Увидеть, какой он. Может быть, так я что-то вспомню.       Спамтон выругался про себя, но начал расстёгивать ремень. Что уж тут, сказал А, говори и Б.       Почему-то вот так стоять перед ним и снимать штаны, как на приёме у уролога, было неловко. Тенна заметил его смущение и улыбнулся:       — Что я там не видел.       Спамтон пробормотал что-то приближенное к «очень смешно».       Пряжка звякнула пол. Тенна уставился на него, как на Ангела, который только что принёс ему благую весть.       — Ну? Что думаешь?       — Он очень красивый, — произнёс Тенна.       — Да я не про это, зомбоящик! Как его убрать?       — Зачем?       — В смысле зачем?!       — Он тебе так идёт!       Спамтон перешагнул через штаны, оставаясь в одних брифах. Его хвост угрожающе ходил из стороны в сторону.       — Ты что-то знаешь. Я вижу это по твоей глупой квадратной морде. А ну говори!       — Я не знаю, о чём ты…       — Так! — Он рывком поднял штаны и притворился, будто уходит. — Если ты сейчас же мне всё не объяснишь, я прекращаю наше партнёрство!       — Хорошо! Хорошо.       Работало каждый раз.       — Ты только не злись, ладно?       Спамтон скрестил руки на груди.       — Я, ну, — мялся Тенна, — я вроде как пожелал, чтобы он у тебя вырос.       — Пожелал?.. — он потерял дар речи. Комкал штанину. — Типа как… На дне рождения свечи задул или…       — Я не знал, что это так получится! Я ещё ни разу не менял никому облик. Я просто подумал, как бы было славно, если бы у тебя был хвостик, ну вот и…       Спамтон бы на него в ту же секунду набросился и задушил, если бы у него была шея. И если бы это ему не понравилось, старому извращенцу. Так что вместо того, чтобы его душить, Спамтон схватился за голову.       — Ты просто подумал? Ты просто подумал?!       — Это получилось само собой, я не всегда контролирую…       Спамтон зло отбросил штаны, подпрыгнул, дёрнул за его жёлтый галстук, заставляя наклониться.       — Не притворяйся наивным дураком! — прошипел он у его глупого длинного носа. — Ты прекрасно понимаешь, какая у тебя власть над этим миром! А ну пожелай всё назад!       — Я постараюсь. Правда!       Его экран чуть порозовел, его рот старался скрыть улыбку. С ним было невозможно, абсолютно невозможно.       — Это не так легко, как тебе кажется, — промурлыкал Тенна, примирительно положив свои руки ему на плечи. Он спустился к нему с дивана на одно колено. — Мне нужно это захотеть, как это, в глубине души. К тому же, ну чем он тебе так не нравится? — Его ладони заскользили вниз, его мизинец чуть задел злосчастный хвост. — Он такой красивый, — сказал он, явно умирая от желания его потрогать.       Спамтон закатил глаза и вывернулся из его рук. Привычным движением подтянулся, плюхнулся на диван. Наконец-то он мог хотя бы сесть нормально.       Объяснять Тенне, что не всё в этом мире вертелось вокруг него и его желаний, было бессмысленно. Ведь это было не так. Всё в ТВ-мире действительно вертелось вокруг него. Все, кого он видел каждый день, были его подчинёнными, вся реальность, в которой он жил, была продуктом его экрана.       В то время как Спамтон, как бы он не выпрыгивал из штанов, никогда не будет обладать подобной властью. Ни один мир не сделает ради него даже одного оборота. Такое было возможно только по праву… Рождения? Судьбы? Тёмный мир был очень жестоким в этом плане, если подумать.       Спамтон потёр переносицу, цокнул языком.       — Я серьёзный продавец, — сказал он.       — И что? Тут кто как только не выглядит! И с хвостами, и с ушами, а кто-то вообще не гуманоид, и ничего…       — Но все привыкли, что у меня нет хвоста! Они будут надо мной смеяться!       — Никто здесь не будет над тобой смеяться, — серьёзно сказал Тенна. — Если кто посмеет, они будут заменять воду кулера до конца своих дней.       — Но это здесь! Это здесь ты всевластный… — Спамтон осёкся и задумался. — Ну да, конечно. Только здесь у тебя есть такие возможности.       Тенна тоже понял.       — Да, это только здесь.       — Значит, когда я вернусь в Кибермир, хвост исчезнет! Ха! — Спамтон ударил в ладоши.       Признаться, ему полегчало. Это временно. Он может от него избавиться в любой момент. Он даже примирился с ним как-то, оттаял, пошевелил хвостом, постучав кончиком по обивке дивана. Тенна воспринял это как приглашение и подсел к нему.       Его рука зависла над белой шерстью. Спамтон не отодвинулся, но сделал вид, будто делал ему огромное одолжение. Тенна улыбнулся. Погладил его. Сложно отрицать, что это было… Приятно. Большая тёплая ладонь так нежно прошлась по шёрстке. Спамтон вдруг понял, почему коты мурчат.       Они снова сидели совсем рядом, волосы Спамтона чуть вставали из-за статики экрана.       — Можешь взять меня за галстук ещё раз, я не против, — сказал Тенна.       — Ещё бы ты был против…       Его рука гладила хвост всё выше и выше, а затем перешла на голое бедро, легонько сжала.       — Дай мне заработать прощение, я перед тобой так виноват, — шептал он между поцелуями в висок, в щёку, в край губ.       — Мгм, очень, — сказал Спамтон и поцеловал его в ответ.       Спамтон должен был остаться в ТВ-мире на три дня. В итоге он пробыл там неделю. Тенна не отпускал его от себя — зарабатывал прощение.       По поручению Тенны, пиппинсы ловко перекроили пару штанов для его удобства, так что хвост был у всех на виду. Спамтон вертелся перед зеркалом, вилял им и так, и эдак. Ну красавец. Что-то в этом было, не отнять. Белоснежная пышная шерсть, плавный изгиб. Подлецу всё к лицу, думал он. Ему бы и хобот пошёл.       — Так куда легче понимать твои эмоции, — говорил Тенна, играя с хвостом, пропуская его через пальцы. Он быстро устал притворяться виноватым, особенно после секса. — Он ходит из стороны в сторону, когда ты зол. Ты прижимаешь его к ногам, когда обеспокоен. Изгибаешь, когда заинтересован, — на его экране появилась довольная улыбка: — Он дрожит, когда ты возбуждён.       Спамтон вывернул хвост из его лап, повернулся на бок.       — Не привыкай, кинескоп. Завтра я возвращаюсь в Кибермир.       — Ну ещё один денёк…       — Нет, — отрезал Спамтон. — Я и так тут уже слишком долго. У меня есть своя жизнь и свои дела, если ты забыл.       — Хорошо, — вздохнул Тенна. — Но это значит, — он хитро оскалился и навис над ним, — что нам нужно использовать этот вечер по полной, да?       Он прижал основание хвоста. Спамтон уткнул лицо в подушку. Это было щекотно. И приятно. Очень приятно. Тенна хихикнул — увидел, как задрожал пушистый кончик. Спамтон укусил наволочку. Глупый хвост. Глупый Тенна. Глупый большой тупой зомбоящик с комплексами размером с Луну и нарциссизмом размером с Марс.       — Не останавливайся, — приказал Спамтон.       Неужели Тенна это тоже пожелал? Придумал. Всё предусмотрел. Даже без особых усилий, просто подумал об этом между делом, и на следующий день Спамтон проснулся с игрушкой для снятия стресса, индикатором настроения и новой эрогенной зоной. Три в одном. Как удобно. Вот сейчас Тенна наверняка даже не понимал, почему это Спамтона так заводило, почему он царапал простынь.       Запретное сексуально, подавляемое сексуально. Страшно — это сексуально. Когда его телом так распоряжались, не спросив, это опускалось в пах тёплым кисельным осадком. Его маленький мерзкий секрет, который он унесёт с собой в гроб. Тенна не понимал. Он думал, что он просто настолько хорош.       Отдаться этому было легко. Это была игра, это было временно. Это была его последняя ночь в таком виде. Признаться, какая-то слабая, липкая часть его душонки будет скучать по хвосту.       Утром Тенна отправился в студию, Спамтон — в Кибермир. Не поддался на очередные уговоры. Вот уж кто точно будет скучать по хвосту, так это Тенна. Старый извращенец.       Спамтон усмехнулся сам себе, втянул в грудь грязный воздух Киберграда. Всё-таки дома лучше, дым отечества и всё такое. Положив руки в карманы и насвистывая очередной джингл, он прогулялся до дворца. Встретил Свотча, по-дружески ему кивнул.       — Здравствуйте, сэр, — кивнул он в ответ. — Вижу, у вас апгрейд.       Спамтон похолодел. Его хвост (хвост, ёбаный хвост!) прижался к ноге. Он резко развернулся на каблуках и только остатки чувства собственного достоинства заставляли его не бежать, а идти очень, очень быстро.       — Вы куда?       — Убивать, — рявкнул через плечо Спамтон.       Пророчество-шморочество. Он сам его убьёт, своими собственными голыми руками. Лорд, блядь, экранов. Спамтон его на винтики разберёт. Разложит на катоды и аноды.       Он влетел в студию. Прошагал к камерам. Тенна о чём-то чирикал с гостями, сидя на оранжевом диване утренней передачи.       Спамтон показал ему жестами, произнёс одними губами: «Иди, сука, сюда».       — А-а-а мы, — протянул Тенна.       — Сюда, — агрессивно шептал Спамтон. — Живо.       — Уходим на короткую рекламу. Не переключайтесь.       Играет отбивка. «Три минуты,» — зычно командует заппер. Тенна подбегает к нему.       — Ну что такое?! Сколько раз я тебе говорил…       — Пойдём!       Они забились в ближайшую подсобку. Тенна на ходу стягивал с себя микрофон, вырывал провод из-под пиджака. Как же хотелось курить. Курить хотелось до боли.       — Что-нибудь замечаешь? А?!       Тенна пожал плечами.       — Хвост! — Спамтон схватил его и потряс. — Сраный хвост! Он всё ещё здесь! Он никуда не исчез. И в Кибермире он тоже был!       — Может, ты провёл там недостаточно времени…       — Серьёзно? Я теперь должен засекать время? Сколько? Ты знаешь? Часы? Может, недели?! — Спамтона потряхивало от ярости. — Я хочу, чтобы он исчез. Сейчас же, ты слышишь меня?!       — Я постараюсь это пожелать, правда. Поверь мне, я стараюсь прямо сейчас. Но я не могу понять, чем он тебе так не нравится? Никто над тобой не смеётся. Наоборот, ты выделяешься. Разве ты не хотел отличаться от других аддисонов?       Спамтон спустился спиной по стеночке, сел на пол. Он ослабил галстук, потёр краснеющее лицо.       — Меня заебало быть игрушкой более сильных, зомбоящик, — сказал он. — Я несвободен в квадрате. В кубе! Может, в призме, в сфере, кто уже разберёт, — он истерично засмеялся. — Я рву реальность зубами, а тут ты со своим дурацким желанием. Что ты захочешь в следующий раз, м? Может, хоть посоветуешься.       — Я…       — Ну?! Какие ещё будут пожелания? Я знаю свою роль. Выше головы не прыгнешь. Не Королева, так ты. Не ты, так что-то ещё. Там слои и слои, и на каждом слое свой злобный бог, и я, мать его, в самом низу, в самой мрачной, в самой тёмной вселенной, до которой не доходит настоящий божественный свет. Так что не стесняйся. Ну же. Нужно ведь обсудить, да. Как это говорят, важно коммуницировать свои желания партнёру! Выкладывай. Что тебе ещё нужно? Сделать член побольше? Поменьше? Морду посмазливее? Или у тебя другие вкусы? Что уж мелочиться, давай обслужим твои фетиши по полной, добавим уши, лапы — хвост-то уже есть. Нет, знаешь, я передумал. Не говори мне. Пусть это будет сюрпризом. Я буду смотреть в зеркало каждое утро и охуевать от твоих фантазий. Но я привыкну. Мне даже понравится. Мне будет нравиться, потому что в следующий раз ты решишь придумать мне новый мозг, и мне будет нравиться всё, что ты захочешь со мной сделать.       Экран Тенны шёл рябью статики. Он был среднего размера, почти как нормальный даркнер. Очень неподвижен.       — Он исчез.       — Что?       — Прости. Я правда… Я правда не вполне это контролирую. Но он исчез. У тебя больше нет… Прости.       Спамтон завертелся. Лихорадочно ощупал пол под собой, потёр свой зад. Никакого хвоста. Он и правда исчез. Спамтон шумно выдохнул и обмяк, откинувшись на стену, чуть стукнувшись затылком. Боже правый. Никакие протесты, никакие уговоры не сработали, да? Нет, понадобилась натуральная истерика, чтобы Тенна соизволил захотеть всё исправить. Глупый ящик. Но не то, чтобы у Спамтона оставались ещё какие-то иллюзии на его счёт.       — Мне очень, очень жаль, я клянусь, что не хотел ничего такого, — заламывал руки Тенна, — я даже не знал, что могу так делать, я теперь буду очень осторожным, я никогда больше не буду думать о тебе. То есть! Я теперь вообще не буду думать. Ничего и никогда.       Спамтон, кряхтя, поднялся с пола. «Как будто ты думал до этого,» — усмехнулся он про себя. Пустоголовый ты демиург.       — Всё, инцидент исчерпан, — он устало махнул рукой. — Всё. Я домой.       Он потащил затёкшие ноги к двери.       — Ты ведь вернёшься?       Спамтон обернулся. На Тенну было больно смотреть. Его антенны поникли, экран рябил. Он ломал в руках провод микрофона.       — Вернусь, вернусь, — вздохнул Спамтон. — Ты пока подумай над своим поведением.       Белый свет его экрана выровнялся, антенны приподнялись. Нет, надо было поморозить его ещё, тут же пожалел Спамтон. Надо было сказать, мол, не знаю, и холодно отвернуться. Прийти потом к нему через недельки-две — Тенна бы перед ним на коленях ползал, ботинки бы ему целовал. Счастье твоё, ящик, что Спамтон такой мягкосердечный.       — И не смей так улыбайся! — Спамтон закатил глаза: — Зомбоящик.       ***       Он установил осколок зеркала на коробке из-под салфеток. Умылся дождевой водой из жестяного таза, разбавленной драгоценными остатками мыла. По крайней мере, бриться ему было вроде как не нужно. Маска для лица тоже ничем бы не помогла, мрачно усмехнулся он. Спамтон достал маленькую чёрную расчёску, начал причёсываться, стараясь смотреть в осколке только на волосы. Крем он использовал, чтобы зализать их, выдавливал его по капле из того, что оставалось в выброшенных тюбиках. Он прижал виски, вытянул кончики. Вроде неплохо, судя по тому, что он мог разглядеть.       Спамтон встал, надел чёрный пиджак без одной пуговицы. Он старался хранить его аккуратно, раскладывал его на ночь, чтобы он не мялся слишком сильно.       В осколке мелькнуло его лицо. Пожелтевшие зубы. Впавшие глазницы, чёрные, с заплывшими маленькими глазёнками. Краска, которая отлупливалась по углам. Он поспешил перевернуть осколок зеркалом вниз.       В моменты слабости он скучал по хвосту. И податливым демиургам.