Алые закаты

      СССР. Конец восьмидесятых годов. Зима. Заснеженные и холодные улицы Казани, контролируемые так называемыми "группировками". Суровые законы и суровые наказания. Смерти, драки, грабежи, нехватка денег на жизнь, стало уже чем то обыденным. Люди всё так же идут на работу, не обращая внимания на то, как избивают "чушпанов" и насилуют девушек. В это время все волновались о себе, как бы не попасть под горячую руку бандитов или того хуже, умереть. Все пытались выжить.

***

      Снова вздрогнув от порыва ледяного ветра, девушка закрыла окно, продолжая разглядывать заснеженный город, который казался теперь таким чужим и опасным. Как же не хотелось покидать теплую квартиру и идти по темным улицам в школу, но кому есть дело до её хотелок? Учёба, возможно, единственный выход из этого мрака, да и тем более мама точно не разрешит на ещё один день остаться дома. Слава Богу сегодня пятница.       Ледяная вода хорошо взбодрила, полностью снимая оковы сна. Заглядывать на кухню девушка даже не стала, аппетит пропал уже давно, поэтому и делать там нечего, только время тратить, а ведь ей ещё нужно добраться до школы. Помнится, когда она встала ночью, чтобы попить воды, за окном было белым-бело, и дороги, скорее всего, не торопились чистить.       Сегодня она вышла довольно рано, смысла сидеть дома не было, но была боязнь снова опоздать на урок. Ещё одно замечание в дневнике ей точно не нужно. Снег с хрустом проваливался под ботинками, из-за чего голени мокли, а ступни уже начинали болеть, при каждом шаге выворачиваясь в разные стороны. Шапка то и дело сползала на лоб, а лямки рюкзака спадали с плеч. Бесило абсолютно всё начиная с трудного пути, заканчивая сырыми колготками, которые обдувал ледяной ветер. Хотелось уже поскорее добраться до обшарпанного здания, повесить мокрую одежду в гардероб и сесть на подоконник, рядом с горячей батареей.       Чудом добравшись до пункта назначения, она повесила свои вещи, а сама поднималась по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки попутно покачивая в руке чемодан.       Заняв место на любимой предпоследней парте и разложив все тетрадки и учебники, взгляд снова устало устремился в окно. Белые хлопья тихо падали на землю, сверкая под светом фонарей и редких фар машин. Звонок прогудел, оповещая о начале урока и класс быстро стих, как только зашёл учитель. В ту же секунду рядом приземлилась запыхавшаяся подруга и тихо поздоровалась с соседкой по парте. — Ты чего запыханая такая? — Да ты видела какие сугробы на улице? У меня и так портфель как кирпич ещё и футляр. Я пока дошла, пока занесла скрипку в кабинет, звонок уже прозвенел, пришлось бежать. Ладно я с Сергеевной зашла, а то дала бы мне нагоняй. — Проблем-то, я гитару в школе оставляю и только на выходных забираю, чтобы порепетировать. Не знаю, зачем ты с ней таскаешься. — Ря́бина! Может поведаешь всему классу, с кем ты там таскаешься? — учительница, до этого диктовавшая определение, теперь зло косилась на пятую парту, — Ну? Чего молчишь? Или может твоя подружка Ахмерова ответит?       Обе переглянулись, смолкая. А недовольная преподавательница не прекращала сверлить их взглядом. Весь класс тоже уставился на разыгравшуюся сцену. — Извините, Елизавета Сергеевна, мы больше не будем разговаривать на уроке. — Я надеюсь на это, Вероника. Что ж, продолжим, открываем страницу девяносто три.. — Вот же кляча старая. — Да уж, видимо сегодня она не в настроении. — А когда-то была? — Ника нахмурено открыла нужную страницу и снова уставилась в окно.

***

      Уроки на удивление пролетели быстро. Ника с Айгуль отзанимались по музыке и собирались вместе идти домой, как обычно, только Рябину задержали ненадолго. Татьяна Дмитриевна всё говорила о предстоящем выступлении, которое готовили к двадцать третьему февраля, и конечно же девятиклассница должна выступить с песней. Дала ей ноты, попросив порепетировать дома, и наконец отпустила. Ника этому не очень радовалась, но как откажешь любимой учительнице? Гитару всё-таки придётся сегодня тащить домой. Оставалось надеется, что дороги всё-таки почистили, и дорога домой будет легче. Заприметив подругу у лестницы, девчушка направилась к ней. — Айгуль, я всё. Ты идёшь?       Рябина остановилась у входа, заметив как какой-то пацан уверенно копошится с футляром от скрипки Ахмеровой. Брюнетка выгнула бровь и вопросительно посмотрела на подружку, та лишь помотала головой и пожала плечами, снова наблюдая за неизвестным парнем. Тут чемоданчик щёлкнул, и довольный собой пацан поднялся, протягивая ученице футляр. — Держи, — довольная улыбка расплылась на его лице. — Спасибо, — она тоже улыбнулась, засмотревшись на него на долю секунды, и взглянув на подругу, побежала вниз по лестнице. — Здрасьте, — обернувшись в сторону Рябиной, он поздоровался, получив в ответ кивок, — А ты из какого класса то, получается? — вновь обратился он к Айгуль, облокотившись на перила. — Скрипка. — Аа, а я с гармошки. На концерт придёшь ко мне? Давай телефон, позову. — Не приду, здесь гармошку не преподают, — в последний раз взглянув на него, она скрылась в коридоре.       Подхватив поудобнее чехол с гитарой, Ника направилась следом, оглядывая парня. Почему-то он казался ей знакомым. Тот, проводив её взглядом, вернулся на этаж. Удивлённая Рябина застала русую в гардеробе, та уже обувала сапоги. — Тааак, и что это было? — с ухмылкой спросила Ника, попутно натягивая куртку с шапкой. — Ничего, просто помог. — Ты его знаешь? — они вышли на заснежаное крыльцо школы. — Нет. Дурак какой-то, — она улыбнулась, мечтательно посмотрев на небо. — Чё, понравился чтоли?       Айгуль посмотрела на хитро улыбающуюся подругу и легонько стукнула её по плечу. — Дурочка!? Нет конечно... Ну, может немного, — она смущённо прикусила губу и направилась вниз по ступенькам. Рябина на это лишь закатила глаза, продолжая улыбаться, и догнала подругу.       Они вышли со школьного двора, весело болтая. Решили немного погулять, но как обычно это "немного" растянулось до самого вечера, и девочки решили разойтись, когда уже стемнело. Проводив Айгуль до её двора и распрощавшись, Ника направилась домой, представляя как проспит завтра до обеда. Вот уже показался родной дом. Свет в окошке на кухне горел, а значит мама уже дома. Тут кто-то резко врезается в её плечо. — Ай, — успевает вскрикнуть Ника. Чехол сползает с плеча, падая на обледеневший тротуар. — Ой, простите пожалуйста, — до ушей доносится картавый мальчишеский голос.       Она опускается на корточки вместе с незнакомцем, который сбил её. Руки, слегка подрагивая, тянутся к замку. Гитара вроде цела, что радует. Девушка поднимает взгляд на незнакомца. Парень, приятной внешности, кажется её возраста, на голове смешная шапка-кепка, а взгляд, почему-то серьёзный, устремлён вперёд. Она, проследив за его взглядом, натыкается на другого пацана, явно старше их двоих. Он стоит буквально в паре метрах от них и вроде поправляет шнурки, хотя они и не развязаны были. Девушка голову обратно поворачивает, а парень уже на неё смотрит. И взгляд его теперь не такой суровый, а наоборот, добрый. Он улыбается и встаёт, поднимая гитару, девушка встаёт следом. Недалеко стоявший от них пацан, снова привлекает её внимание. Он оборачивается и смотрит на них, задержав взгляд на брюнетке, от чего ей не по себе становится. Схаркивает на сугроб и, разворачиваясь, уходит, скрываясь за ближайшем поворотом. — Вот, держи, — отряхнув вещицу от снега, он протягивает ей.       Рябина вновь, оборачивается на него, принимая гитару. Их пальцы случайно касаются друг друга, вызывая мурашки. — Ты прости ещё раз, я просто не заметил тебя, — он суёт свои холодные руки в карманы и с интересом рассматривает её, а она неуклюже закидывает гитару вновь на плечо и отвечает — Да ничего страшного, главное, что гитара цела, — разворачивается на пятах и уже быстрым шагом направляется домой.       Уже подходя к подъезду, она снова обороборачивается, а он всё стоит и смотрит на неё, словно провожает. Парень взгляд её замечает и рукой машет, а она быстро скрывается за подъездной дверью. Быстро добежав до своего этажа, Ника останавливается у окна подъездного и во двор выглядывает. Замечает как парень тот скрывается за тем углом, куда мужик недавно ушёл. Отчего-то ей становится не по себе. Странно всё это как-то, но все мысли пропадают, стоит ей только домой зайти и вдохнуть аромат жареной картошки. Мама тут же её встречает с полотенцем в руках. — О, ты как раз вовремя. Я только плиту выключила, давай заходи скорей. — Привет мамуль. Сегодня праздник что ли какой? — Это с чего ещё? — Ну не знаю, чего это ты картошку решила пожарить? — девочка разувается и сразу в ванную мчится, руки мыть. — Да я устала как собака, в магазин не стала заходить, а есть то нечего. Только картошка была, а суп я завтра сварю. — А я как раз о картошке весь день думала, так есть хочу.       Она сразу села есть, даже не переодевшись. Налив в два небольших бокала компота, стройная женщина села напротив. — А у тебя как в школе? — Да как обычно, Татьянка новую песню учить задала, к празднику, — она задумалась, быстро жуя горячее блюдо. Вспомнила, как столкнулась с парнем во дворе, но об этом матери рассказывать не стала.       После ужина Рябина старшая пошла к себе, попросив дочь помыть посуду. Квартиру наполнил шум воды и болтовня из телевизора. Прохладная вода морозила пальцы, а жир со сковороды противно липик коже, после чего пришлось потом несколько раз мыть руки с мылом. Решив сделать уроки на понедельник сегодня, чтобы отдыхать остальные дни, Ника переоделась и плюхнулась на стул, достала нужные предметы и включила настольную лампу. Благо уроков немного задали, и она успела управиться к десяти вечера. Быстро искупалась и юркнула в холодную постель. Сон от чего-то долго не шёл. Телевизор за стенкой давно стих и свет в квартире погас. Только белый свет из зашторенного окна падал на закрытую дверь девичьей комнаты. Она отвернулась к стене, выводя пальцем завитки и бутоны цветов на обоях. В голове всплыл силуэт того парня, его холодные руки и добрый взгляд. Признаться честно, он ей понравился. Он не был таким унылым, как остальные люди на улице. Глаза потихоньку закрывались и вскоре она заснула.

***

      Рябина проснулась под орание какой-то песни с радио, стоявшего на кухне, и топота с квартиры многодетной семьи сверху. Еле открывшиеся глаза уставились на часы. 10:41. Вздохнув, она снова уткнулась в подушку, но сон как рукой сняло. Пролежав на кровати ещё какое-то время, брюнетка наконец-то проследовала в ванну, столкнувшись в коридоре с мамой, которая весело болтала по телефону с подругой.       Весь день Ника просидела у телевизора, смотря мультики и всякие фильмы, которые крутили по каналу, а ближе к вечеру по первому каналу показывали её любимый фильм "Операция «Ы» и другие приключения Шурика". Правда, пришлось оторваться от смешного кино и пойти по просьбе мамы в магазин. Выбора особого не было, потому что есть, как мама сказала "Щи без свёклы", она не хотела. Вручили ей деньги и пакет, наказав купить ещё хлеба, сметаны, апельсинов немного, да крупы гречневой две упаковки. Закутав шарф, Рябина недовольно спускалась по лестнице. Только она вышла из подъезда, шапку и торчащие из под неё волосы тут же усыпало снегом. Тихий снегопад шёл на улице, где-то за тучами малиновые облака провожали солнце. Перебежав пешеходный переход, Ника направилась в самый ближайший продуктовый. Народу там было много, поэтому она простояла там минут десять. Выйдя с пакетом нужных продуктов, метель только усилилась, солнце давно спряталось за горизонтом, и небо полностью заволокли тёмные тучи. Девушка прогулочным шагом шла по слегка засыпанному снегом тротуару. В голове планировала чем займётся завтра, что наденет в понедельник в школу, и как хорошо было, если бы наступило лето. Ореховые глаза вдруг наткнулись на низенькую старушку впереди и рассыпанные рядом яблоки. Кажется она видела её в очереди в магазине. Люди проходили мимо, каждый спешил кто куда, но ни один не помог пенсионерке. Она аккуратно подбежала к бабушке, которая уже было хотела нагнуться. — Бабушка, не надо! Я сейчас всё соберу.       Удивлённое сморщенное лицо показалось из под махрового платка, наблюдая как незнакомая девочка, быстро собирает укатившиеся фрукты. — Ой, доченька, спасибо тебе, — она с радостной улыбкой приняла пакетик яблок и убрала его в большой пакет, — я уж старая не заметила, что ручка то оторвалась. — Бабуль, вы куда такие сумки берёте? Давайте я вам помогу. Показывайте, где живёте. — Не надо, моя хорошая. Я потихонечку дойду. — Да вы что! Мне не трудно. — Да у тебя у самой пакет тяжёлый. — Не волнуйтесь, всё нормально, — она с улыбкой уверенно протянула свободную руку.       Старушка ещё немного посопротивлялась, но всё же отдала пакет и сумку, которые кстати оказались и вправду тяжёлыми.       Полина Филипповна, так звали старушку, рассказывала Нике, как она работала в молодости, про свою первую любовь, что есть внук у неё, которого Мишей зовут и что она его воспитывает, потому что родители его погибли, какие высокие цены в магазинах и много всего. Под интересные рассказы, они быстро добрались до дома Никиной новой знакомой. Оказалось Полина Филипповна живёт в соседнем доме, на втором этаже. — А как он подарит цветы, да на танцы позовёт, ооой. Радость-то какая была. Я танцы ужас как любила, и его любила. Правда погиб он на войне. Лётчиком был. Его самолёт фашисты сбили, так и не дождалась я его. Так что береги родных своих, доченька, и спасибо тебе, помогла старой. Красавица ты такая, парень-то есть? — спросила бабушка, стоя в дверном проёме. Только было Ника открыла рот, как пенсионерка удивлённо вскрикнула, — Миша! Ты чего так поздно опять?       Девушка обернулась назад, натыкаясь на лицо парня. Тот самый, который врезался в неё вчера. Она с приоткрытым ртом глазела на него. Он был выше её, той смешной шапки на голове не было, и она смогла разглядеть взъерошенные золотистые волосы, усыпанные снежинками. Лицо его по-прежнему было добрым, но теперь под глазом красовался фингал а на губе свежая рана. Он так же удивлённо пялился то на неё, то на бабушку, то на сумки в руках девушки. — Ба, я же говорил, что схожу в магазин. Зачем ты опять тяжести таскаешь? У тебя и так поясница болит, — он недовольно посмотрел на родственницу, а затем снова на Веронику, — Давай я возьму. — А, да.., — она отвисла и отдала ему пакет с сумкой, оставив держать в руке свой. — Да тебя ж не дождёшься. Кушать-то мне когда готовить?       Он быстро прошмыгнул квартиру, но бабушка резко его остановила. Достав из пакета яблоко, она протёрла его платочком и протянула девушке. — Да вы что, не надо. Сами кушайте, — она неловко заулыбалась, выставив руки в протесте. — Возьми внученька пожалуйста. Это тебе за помощь, не могу я тебя с пустыми руками отпустить, хоть яблочко возьми.       Всё-таки решив не расстраивать старушку она приняла гостинец, поблагодарив и уже попрощалась, дабы домой пойти, но Полина Филипповна её остановила. — Подожди, Миша тебя проводит, а то темно уже на улице. — Не стоит, я же в соседнем доме живу, — но кажется она её не услышала. — Миша! Иди проводи девушку, пожалуйста! — Сейчас! — послышалось из квартиры и через секунду парень уже обувался. — И не шатайся нигде, я прошу тебя. И так вчера с синяками опять пришёл. — Хорошо баб, не волнуйся только, — он обнял её и пошёл к лестнице. — До свидания, Полина Филипповна! — крикнула Ника на последок и последовала за парнем. — До свидания, спасибо за помощь!       Ника не могла сдерживать улыбку, слишком милой и доброй была эта бабушка. Сразу видно, что она хорошо воспитывает своего внука. Кстати, он уже как минуту стоит и смотрит на неё, улыбающуюся и задумчивую, и сам улыбки сдержать не может. Девушка вдруг взгляд на нём фокусирует и тут же смущается, сма не знает почему. Он руку к пакету протягивает и говорит — Давай я понесу. — Не надо, я в соседнем доме живу, тут идти-то не долго. — Ты и так всю дорогу три пакета тяжёлых несла, давай.       Всё-таки Рябина решила долго не упрямится, ведь пальцы и вправду натёрлись и немного побаливали. Они молча спустились и вышли на улицу. — Тебя как зовут-то хоть? — решил хоть как-то разбавить обстановку парень, заметив, как девушка почему-то затихла. — Вероника. А ты Миша, да? — Ага. Много про меня бабушка уже успела рассказать? — весело поинтересовался он. — Только то, что ты с ней живёшь, — ну не рассказывать же ей, что она знает, как он в детстве с собакой дворовой в кустах заснул, что его потом весь район искал. Или как он мыло хозяйственное грыз, потому, что конфент не было. И это ещё не все истории, которые успела ей поведать Полина Филипповна за столь короткий путь. — Ты в 10 школе учишься? — Откуда ты знаешь? — Да просто она ближе всех. Я тоже там учусь. А какой класс? — Девятый "б". — Понятно, а я в десятом. — Ладно, спасибо тебе, до квартиры дойду.       Ника остановилась у своего подъезда и хотела развернуться, но ботинки заскользили на заледенелом асфальте, и она покатилась назад, стараясь при этом ещё не плюхнуться на лёд. Крепкая хватка остановила её тело. Она удивлённо смотрела на хохочущего парня, который продолжал удерживать её свободной рукой. — Раз уж провожаю, то до конца, а то вдруг укатишься.       Он подтолкнул её вперёд, и она ухватилась за дверную ручку, тоже улыбаясь. Вдвоём они быстро поднялись на нужный этаж и остановились около 47 квартиры. — Спасибо, что проводил и помог донести пакет, — Рябина благодарно улыбнулась, забирая пакет, с удивлением подмечая, что костяшки его рук тоже были разбиты в кровь. — Да не за что. Тебе спасибо, что бабушке помогла. — Ну, пока? — сказала она, уже стоя в дверном проёме. — Пока, — дверь перед ним захлопнулась, и он со спокойной душой пошёл домой.       Миша вышел из подъезда. Снег всё ещё падал на землю и кажется не собирался прекращаться. Сунув замёрзшие руки в карманы, он вдруг почувствовал что-то тёплое и вынул оттуда два апельсина. Взгляд устремился на окна четвёртого этажа. В одном из них промелькнул знакомый девчачий силуэт и тут же скрылся за задёрнутыми шторами.