Одинокие слезы в Токийском квартале

Мизуки проснулся, потянулся и посмотрел на часы. Они показывали восемь вечера. Ещё сонный парень аккуратно потёр глаза и похлопал себя по лицу, чтобы окончательно проснуться. Тут он заметил, что спал на подушке. Хотя он прекрасно помнил, что просто вырубился за рабочим столом, и никакой подушки под его головой не было. Рядом он увидел листок, где маркером было написано: Мизуки, я ушла. Еда на кухне, приятного аппетита. Удачи тебе с костюмами, не переусердствуй! Твоя подруга, Эна ^^ Он пошёл на кухню. В нос сразу же ударил запах вкусной еды. Карри с рисом - любимое блюдо Мизуки. Как Эна узнала об этом? Он не припомнил, чтобы говорил ей это. Или, может, это просто случайность? Кто знает, кто знает... Разогрев еду, он приступил к трапезе. - Чёрт, а это очень вкусно! - с наслаждением сказал он, уплетая свою порцию. И всё-таки, как же приятно, когда о тебе заботятся. То подушку под голову подложат, когда ты уснул прямо за столом, то вкусный ужин приготовят. Осознав эту простую истину, Мизуки невольно улыбнулся.

***

- Приветик, Мизуки, ты проснулась! - раздался радостный голос. - Привет, Эна. Да, вот только недавно встала. И поела. Спасибо, получилось очень вкусно! - О, правда? Спасибо… - смущенный голос послышался из трубки. - Клянусь, это было лучшее, что я когда-либо пробовала в жизни! - гордо заявил парень. - Хах, не преувеличивай. - Ну, вообще-то, я серьёзно, Эна. - Ладно, ладно, как скажешь… - Ей было невероятно приятно и одновременно неловко слышать эти слова. Отец и брат постоянно хвалили её стряпню, и это было… ну, просто. Но когда это делал Мизуки, ощущения были совсем другие, особенные. - Ещё раз спасибо тебе за всё. Мне очень приятно, когда ты обо мне заботишься, - искренне произнёс парень и замолчал, обдумывая свои слова. Не смутят ли они Эну? - Оу… Мизуки… Мне очень п-приятно… - смущённо прошептала она в трубку, а затем затихла. Повисло неловкое молчание, длившееся около минуты. Никто не решался заговорить первым. Каждый лихорадочно думал: как продолжить диалог? Что сказать дальше? В конце концов, парень решил прервать тишину, нежно спросив: - Всё хорошо, Эна? Его слова эхом отозвались в ушах девушки. - Д-да… - неуверенно ответила она, затем добавив. - Слушай, я, пожалуй, пойду. Хорошего тебе вечера, Мизуки. - А стой, подо… Звонок оборвался, не дав Мизуки договорить. Парень положил телефон на тумбочку и плюхнулся на кровать, раскинув руки в стороны и уставившись в потолок, пытаясь что-то там разглядеть. Что именно - непонятно. Он понимал, что это его слова повлияли на девушку, смутив её, но ведь в этом не было ничего плохого? Он просто похвалил её, и всё. А она вот так поступила, завершив звонок. А Акияма вообще-то хотел с ней ещё поговорить! А она вот так…

***

В своей комнате Эна нервно ходила из стороны в сторону, злобно поглядывая на картину, которую не могла дорисовать уже целых три дня! Какой позор! Совсем скоро конкурс, а работа ещё не готова. Ну ладно, время ещё есть. Слава богу, что конкурс перенесли на следующую неделю, и правда, слава богу. Но было одно "но"… Кое-что её беспокоило, точнее, кое-кто. И да, это был Мизуки. Она чувствовала себя дурой. Ну как можно было просто взять и резко сбросить звонок? Это было некрасиво по отношению к Мизуки. * Мизуки пыталась меня поддержать, а я просто взяла и сбросила звонок. Мда, некрасиво,* - думала девушка. Она была настолько зла на себя, что от психа нечаянно сделала пару лишних мазков на картине. Вот же чёрт!

***

- Йоу, братела, как дела? - Руи прокричал в трубку так громко, что Акияма невольно поморщился и отодвинул телефон от уха. - О Господи, дай мне сил… - простонал Мизуки. - Что случилось?! - Да было так тихо и спокойно, пока ты не позвонил. - Ой-ой-ой! Я прервал твой покой? Сорьки, Мизуки! - с явной издёвкой отозвался парень. - Как я погляжу, ты пьян, - сухо заметил Мизуки. - Да ты чего, я абсолютно трезв! - Руи снова заорал так, что Мизуки от неожиданности выронил телефон. - Вот же сука! - А? Что случилось? - Из-за тебя, дебил, телефон улетел под кровать! Теперь придётся её отодвигать, чтобы достать. - А что сразу "из-за меня"? - возмутился Руи. - Да из-за твоих воплей! У меня громкая связь была включена, чёрт возьми. - Ну, это уже твои проблемы, - хмыкнул Руи. - Ну уж нет, в следующий раз никакой громкой связи, когда буду с тобой разговаривать. - Да ладно тебе, зачилься. Поговорим, потом отодвинешь кровать и достанешь. Мизуки вздохнул. И правда, чего он так завёлся? Надо быть проще, как говорит Руи, и всё будет хорошо. Просто настроение сегодня паршивое… и всё из-за того разговора с Эной. Впрочем, сейчас не время об этом думать. Иначе Камиширо начнёт свои допросы: Почему такое хреновое настроение? А врать ему Мизуки не умел - Руи всегда докапывался до правды. - Эй! Братела, ты там живой? - голос Руи снова прорезал тишину. - Да, сейчас, подожди, - отозвался Мизуки приглушённо. - Я тебя плохо слышу! - О Господи… - Мизуки сполз с кровати на пол и заглянул под неё. Телефон лежал далеко, в самом углу. Ситуация казалась абсурдной, но пришлось говорить прямо в щель между полом и кроватью. - Тупой ты придурок! - Опа, теперь я всё слышу! - Конечно слышишь, болван! Знал бы ты, в каком я сейчас неудобном положении. - И в каком же? - Да вот, лежу на полу, разговариваю с кроватью. - Ха-ха, ну ты даёшь! - Руи окончательно прорвало на смех. - Ради меня ты пошёл на такое? Я польщён! - Да пошёл ты! - недовольно фыркнул парень. - Ой, ладно-ладно, забудем этот позорный момент... - Камиширо замолчал, но тут же снова залился хохотом. - Ха-ха-ха! Лежит на полу и разговаривает с кроватью! - Да уж, это надолго, - Мизуки даже не пытался злиться. Он просто перевернулся на спину, закинул руки за голову и уставился в потолок, погружаясь в свои мысли под аккомпанемент громкого смеха Руи. * И ведь правда, разговариваю с кроватью*, - усмехнулся он про себя. На душе стало легче: навязчивые мысли наконец отступили, уступая место спокойствию и умиротворению. День выдался тяжёлым - от визита в больницу до прихода Эны. Но сейчас он наконец мог выдохнуть. Мизуки невольно глянул в окно. Перед ним раскинулось ночное небо Токио - мрачное и тёмное. В последнее время он слишком часто на него смотрит, не правда ли? Он находил в этом небе сходство с самим собой, особенно в той маленькой звёздочке вдалеке. Совсем крохотная, беззащитная и, самое главное, одинокая - вокруг неё не было никого. Ей точно кого-то не хватало рядом. И тут Мизуки невольно подумал об Эне.