I love u, Yoshka, i don't care

Ёшка часто задавался вопросом про существование Е. Где он? Почему Ёшка должен выполнять работу за двоих сразу? Нет, Ёшка не был против большой нагрузки на мозг, дело в другом. Дело в других, если быть точнее. Взгляды, предвзятые и раздражённые, преследовали Ёшку в Алфавите. Конечно, с большей частью он нашёл общий язык и подружился, но с остальными... Их ядовитые слова впивались в ранимое сердце Ёшки неоднократно. За что же ему это досталось? А за то, что куда-то пропал Е с появлением Ёшки. Сначала Алфавит невзлюбил нового симболара, обвиняя его в пропаже, но со временем, узнав поближе, многие полюбили Ёшку. И всё-таки находились индивидуумы, что презирали или просто не хотели контактировать с Ёшкой, объясняя всё одной и той же фразой. "не было бы тебя, Е был бы с нами". Но чем Ёшка хуже? Уже спустя считанные годы своей жизни он познакомился с такой прелестью жизни, как ночные кошмары. Они посещали Ёшку редко, но метко, заставляя просыпаться с красными глазами и тяжёлым дыханием. В этих кошмарах сюжет был один и тот же, словно заевшая пластинка, прокручивающаяся уже в сотый раз. Весь Алфавит в них стоял против Ёшки, напуганного и уставшего, винил его во всех проблемах. Сознание давило на самое больное, ибо каждый раз, когда Ёшка просыпался, эхом в его голове раздавались слова: "Ты не отдельная личность, все хотят видеть не тебя". Из-за этого сон становился неприятным, но оставался при этом регулярно повторяющимся и необходимым действием. Нельзя от него отказаться, нельзя отключить мозг. А очень хотелось бы.

***

Ёшка лежал на своей кровати, укутавшись в плед и смотря в окно рядом. Перед сном он любил разглядывать небо: это отвлекало от негатива. Не от собственного негатива Ёшки, а от чужого. От недовольства обжектов, от агрессии И Краткого, направленную, благо, не на Ёшку, от лицемерия и гнили половины Алфавита. Но сегодня этого всего было слишком много. Настолько, что у Ёшки под конец для заболела голова. Несмотря на плохое самочувствие ранее Ёшка уснул довольно быстро. Всё по новой.

***

- Зачем ты появился. Ёшка оборачивается в пустоту. Никого и ничего. Только ощущение чьих-то глаз и осуждения. - Что? - Зачем. Ты. Появился. - уже более громкий голос повторил вопрос по словам. - Я... Я не знаю. Перед Ёшкой появился знакомый силуэт. Длинные волосы, тонкие усы , широкие плечи... Из темноты появился Краткий. Осуждающий и разочарованный. - Вот именно. От тебя даже толку никакого нет. Зачем ты здесь, если тебя постоянно путают? - Нет! Я не бесполезен...! - голос Ёшки звучал неуверенно. - Ты выскочка, Ё. Везде меняешь буквы, а с какой целью? Ёшка невольно задрожал, ноги подкосились. Он начал пятиться назад, подальше от жуткого облика Краткого. - Ты ошибка. Слова повторялись, не переставали давить и ломать. Шагая назад, Ёшка обо что-то споткнулся: нечто перед обрывом. Он пытается удержать равновесие над пропастью и...

***

- Нет!! - вскрикнув, Ёшка резко поднимается, - Кх, опять... Снова кошмар. Но другой, бьющий по самому больному. Краткий - самый близкий для Ёшки человек, разве он мог так сказать? Нет, но... Ощущение тревоги и смятения засело внутри, не давая вдохнуть. Один Ёшка точно уже не уснёт. Благо он живёт не один. С намокшими глазами и помятым видом, Ёшка встал с кровати и направился на выход из комнаты. Не хотелось покидать лавандовые стены и терять такой прекрасный вид из окна, но по-другому он уже просто не сможет. Тихо, стараясь не скрипеть полом, Ёшка чуть ли не на ощупь пошёл искать нужную комнату. Дом освещался только блеклым светом Шуруповёрта, что не особо помогало. Немного покрутившись, Ёшка всё же нашёл нужную дверь и взялся за ручку, собираясь открыть. А если он не поймет? А если он лишь посмеётся? Ну нет, вряд-ли. Опустив дверную ручку, Ёшка смог открыть вход в просторную комнату со светло-малиновыми стенами и бордовым столом неподалёку от двери. А в дальнем углу как раз стоял пункт назначения Ёшки: кровать Краткого, где спокойно спал её хозяин. Немного неудобно конечно сейчас в наглую лезть к нему, не спросив, но делать уже нечего. Ёшка осторожно прошёл внутрь, закрыв за собой дверь. Краткий спокойно спал у себя, растянувшись во весь рост. Через несколько секунд Ёшка всё-таки сделал пару беззвучных шагов в сторону своей цели, но внезапно остановился: предательский карандаш упал, с громким звуком ударившись о пол. В этот момент перед глазами Ёшки вся жизнь пролетела. Он помешал. Снова. Когда Ёшка услышал шорохи и глухой скрип кровати, ему захотелось провалиться под землю. - М..? Ёшка? - сквозь сон пробормотал проснувшийся Краткий. - Да. Прости, я... - Ёшка замялся, - Можно мне с тобой лечь? Ему почему-то было слишком стыдно это спрашивать. Ёшка ведь не маленький мальчик, но всё равно не может спать один. Но, увидев сквозь темноту теплую улыбку, все эти чувства пропали. - Снова кошмары, Ёш? - спросил Краткий и отодвинулся к стене, - иди сюда. Ёшка кивнул и юркнул к Краткому, пристроившись почти вплотную. Он, оказывается, как печка греет. Приятное тепло растеклось по телу Ёшки. Он обнял Краткого, прижавшись к его груди посильнее. - Слушай, Краткий... а я правда выскочка...? Только скажи честно. Сказать, что Краткий удивился вопросу, это ничего не сказать. Ёшка обычно не задавался таким вопросом, но, услышав подобное сейчас, Краткий просто не находил слов. Ему хотелось отдать те мелкие остатки доброты и света, которые остались в его тёмной натуре. Отдать Ёшке всё. - Что за бред, нет конечно. - успокоил его Краткий, поцеловав в макушку, - никогда не был и не будешь. Не думай так о себе и не слушай идиотов, кто так считает. В греющих тело и душу объятиях Ёшка легко и быстро начал засыпать. Так теплее, комфортнее. Пока И Краткий рядом, Ёшка чувствует, что он не будет ошибкой. Что он тоже важен.